Голубое солнце

      Она собирала свои вещи. Убегала от проблем и жалела обо всём: о своих поступках, решении, появлении на свет. Всё в мире так сложно и запутанно. Невозможно остановиться на одном и жить, принимая это.       Фэлин знала, что поступает сейчас низко, видела себя мерзкой трусихой, которая решила дальше не бороться. Наплевала на свою мечту с высокой башни.       Никто не знал, что она сейчас собиралась уйти и написать документ о переводе. Фэлин и сама не знала, разрешат ей или нет. Но она по любому уйдёт отсюда. Ей с излишком хватило и той первой экспедиции, где погибло большинство из солдат. Она тоже могла умереть, но выжила. Наверное, это была лишь случайная удача.       За окном сгустились сумерки. Царил полный марк. Лишь жалкая свечка освещала комнату. Вздохнув, Фэл села на кровать и закрыла лицо руками. Завтра Эрена отправят в столицу и сдадут властям. Интересно, что Микаса предпримет дальше. Она уже сидит с боевой готовностью как на иголках. Военная полиция давно точит свои клыки и ножи с жаждой расчленить Эрена, выпотрошить с потрохами, изучить его внутренности. Со смертью Эрена вся эта ересь про загадочный подвал и титановский замысел запросто испарится, оставив после себя жалкие остатки воспоминаний. Недавно Гаррет осознала, что Разведкорпус манил её не только из-за Армина и желания увидеть внешний мир, но и из-за Эрена Йегера, который внедрил ей надежду. Теперь эта надежда исчезнет, и смысла оставаться в Разведке не будет.       — Ты уходишь?       Армин вошел в комнату так незаметно, что Фэлин испуганно дернулась, хватаясь за сумку. Его глаза остановились на её собранных вещах, и догадка быстро посетила его.       — Как видишь.       Он устало вздохнул, коснувшись повязки на голове, и сел рядом с Фэлин, которая заметно напряглась, ощутив, как сердце начало биться сильнее. С волнением и робостью. Он был так близко, что она чувствовала тепло его тела. В тот день экспедиции, когда они вместе скакали в сторону леса, ей было не до этих ощущений.       — Прежде чем ты уйдёшь, я должен кое-что сказать.       Ну вот, он включает режим манипулятора, и хочет заставить её одуматься? Наверное, он считает её слабой и глупой, раз она решила уйти. Впрочем, неудивительно. Даже будучи слабее Гаррет, Арлерт ни разу не думал о том, чтобы покинуть Разведку. Выбора у него не имелось. Он мог перевестись в Гарнизон, но у него была мечта и сильная воля. А у Фэлин? У нее, кажется, даже нет мечты или цели. Только одна установка — выжить бы и всё.       — Если ты хочешь заставить меня остаться, то из этого ничего не выйдет.       — Я не буду этого делать. Выбор всегда остаётся за тобой.       Свечка догорала. Скоро совсем потухнет, оставив этих двух в темноте и прохладе, с мыслями, вертящимися в мозгу как юла.       — Я не знаю, можно ли тебе доверять или нет. Но я должен сказать, что…       — Раз не знаешь, верить мне или нет, просто иди в свою сторону и подумай об этом! И подойди, когда определишься. — гневно затараторила Фэлин, убрав сумку под кровать, стараясь не смотреть на опешившего от столь бурной реакции, Армина.       — Почему ты злишься?       — Потому что ты всё время делаешь мне больно, придурок!       И кто тянул её за язык? Прислонившись к стене, Фэл отвернулась к окну, ощущая на себе настороженный взгляд. Её губы плотно сомкнулись, стараясь больше не нести ерунду, которая сведёт потом к сожалениям. Наверное, Армин всё понял. Потому что комната начала тонуть в молчании, что мерзко царапала душу.       — Как? — только и спросил он, нерешительно и глухо.       — Неважно. Забудь. — Она повернулась к нему, напяливая маску безразличия. — Я просто была зла на всех.       Армин пересел на свою койку, когда настало время ложиться спать. Он хранил молчание, занял себя мыслями, наверное ее слова дали ему пищу для долгих размышлений. Хотя девушке хотелось, чтобы тот выбросил всё это из головы и забыл, словно она ничего и не говорила. Но Армин такой человек, который ищет ответы, проходя тернистые пути, пока не доберется до ключа. Уж он точно не оставит всё так.       — Ты никуда сегодня не уйдёшь. — Достав из ящичка маленькую бутылку со спиртом и повязками, Фэлин села перед ним на колени, подняла рукава его рубашки, и начала обрабатывать эти красные уродливые полосы. Армин не сопротивлялся, лишь наблюдал за её осторожными и бережными движениями. — Я буду сторожить тебя, если ты вдруг посмеешь выйти. И заору. Понял?       Каждый раз касаясь его рук, она чувствовала, как внутри жгло огнём. Его боль — была её болью. Эта, когда-то нежная, кожа теперь стала грубой, шершавой. И Фэлин хотелось плакать, целуя эти руки. Но лицо её было каменное, непроницаемое. Она не могла себе такого позволить.       Почему он так ужасно с собой поступил?       Закончив с обработкой, Фэлин перевязала его руки, опустила рукава и посмотрела на Армина. Его глаза улыбались, излучая доброту и мягкость. Она не знала, о чем он сейчас думал, какие мысли витали в его голове. Но этот взгляд заставил её окаменеть на несколько секунд.       — Спасибо, — тихо произнес Армин.       Фэлин встала, положила аптечку на место и легла в постель, спиной к нему, слыша шорох одежды.       — Завтра я, Эрен и Микаса уезжаем. Жан поедет с нами. Остальных отправят за город. Вообще-то я не должен говорить тебе об этом, но… Я тебе доверяю. Мы постараемся поймать Женскую особь.       В желудке появилось неприятное ощущение, затягивающее в пучину страха. Они должны остаться живыми. Любой ценой.       — Армин, выживи. Пожалуйста. — Тихо произнесла Фэлин, надеясь, что тот не услышит её.       — Выживу.       Свечка потухла, окунув в мрачную темноту комнату, из которой сегодняшней ночью никто не выбирался.

***

      Уже несколько дней бывший сто четвёртый отряд находился в замке, вдалеке от людей и города. Никому не разрешалось использовать снаряжение, тренироваться, выходить из замка и покидать его территорию. Целыми днями солдаты просиживали просто так, умирая от непривычного безделья. С самых кадетских времен они привыкли к постоянному движению. Но сейчас они не знали, чем заняться и пытались находить себе хоть какие-то занятия.       Одиночество постигло Гаррет. Хоть ей было не впервой переживать подобное, всё же она хотела снова увидеть Жана. Быть изгоем общества, тем более такого тесного, играло свои плюсы и минусы.       Она сидела во дворе, прислонившись к стенке стойла, где находилась ее лошадь. Хоть кто-то приукрашал эти одинокие дни. Фэлин никогда не ласкала и хвалила Нупи около других, словно стыдилась показывать свою нежную и добрую сторону. Даже сейчас, когда никого не было рядом, она лишь потрепала лошадь по мордочке и угостила половиной морковки. Это весьма послушное животное было ей дорого, хоть кому-то Фэл могла излить душу, и не услышать чего-то в ответ.       — Ты знаешь, я скучаю по Армину. Всё время думаю о нём. Это так глупо. — Она поежилась. Ночной холод не щадил, пробираясь через плотную ткань куртки. — Бесит всё.       — Что, Гаррет, не спится?       Она вскочила с места, увидев, как рядом появилась Нанаба — солдат из отряда капитана Мика.       — Сиди. — Женщина уселась рядом, в пригласительном жесте взглянув на Фэлин.       — Не спится. — ответила та, подняв глаза на собеседницу.       Небольшие пряди коротко стриженных светлых волос падали на бледное лицо Нанабы. Однако это не могло скрыть красоту этой женщины, которой восхищалась Фэлин. У неё была своя аура, сильная и воодушевляющая, которая повергала девушку в легкий транс.       — Кто такой Армин? — спросила Нанаба, сверкнув голубыми глазами.       Это заставило Фэлин растеряться и слегка покраснеть. А ведь она надеялась, что никто не услышал её глупого диалога с лошадью.       — Никто. — буркнула она и отвела глаза в сторону. — Всего лишь солдат.       — Стесняешься? Весьма неожиданно с твоей стороны. Учитывая, что многие солдаты отзываются о тебе, как о неуравновешенной психичке.       «Так вот, что они обо мне думают». Фэлин откинула голову и начала смеяться. Весьма плохую репутацию она себе заработала. И ей было так всё равно.       — Хорошо, хотите знать правду? Тогда слушайте. Армин Арлерт самый мозговитый солдат из нашего отряда, блондин с большими глазами, совсем не добрыми, как многие его считают. Он отлично умеет управлять людьми, сущий манипулятор. И эти навыки он не раз пытался применять и на мне. Даже так я от него без ума. Хотя он меня ненавидит.       — С чего ты взяла, что он тебя ненавидит?       — Интуиция.       Нанаба улыбнулась.       — Это так не работает. Ты просто думаешь, что недостойна любви. Так ведь?       Фэлин замолчала. Правда ударила ей в лицо хлесткой пощечиной. Слушать это от малознакомого человека было странно. Её прочитали, как открытую книгу.       — Хочу отпустить его. Я полюбила его не в том месте и не в то время.       — Возможно. Нам, солдатам, приходится туго. У нас почти никогда нет времени и возможности поддаваться подобным чувствам. Однако запомни кое-что. Мы живем один раз, никогда не зная того, когда за нами придет смерть. Намёк ты поняла, да? — Нанаба встала. — А теперь иди спать.       — Спасибо вам за… совет. — Улыбнувшись ей, Фэлин оттряхнула одежду.       В ту ночь она не поняла, почему Нанаба вдруг решила проникнуть в её голову, вправить выбившиеся детали и просто как-то помочь. Однако Фэлин запомнила эти слова навсегда. Заучила как обязательное правило. Жизнь одна, так почему бы не проживать ее так, словно завтра последний день?

***

      Усевшись в самом дальнем углу, Фэлин, положив голову на стол, думала о Жане. От него не было вестей. Кроме Фэл никто не знал о настоящих замыслах, затеянных в Стохессе. Выжил ли Эрен? Всё ли в порядке с Жаном и Армином? Поймана ли Женская Особь?       — Как же скучно. — простонала Саша.       — Тут рядом находится моя деревня. Может сходить туда ночью тайком? — оперев подбородок о ладонь, задумался Конни.       — Если ты серьёзно, то я тебе помогу, Конни, — обратился к нему Райнер, который играл с Бертольдом в шахматы.       — Э, что?       — Вам не кажется всё это странным? — Браун нахмурился, отвлекся от игры и подошел к окну. Во дворе прохаживались разведчики. — Почему нас держат здесь, так ещё и в обычной гражданской одежде? Хотя снаружи ходят солдаты с боевой готовностью.       Фэлин напряглась, прислушиваясь к его словам. Парень точно хотел что-то затеять, так ещё и поддержал Спрингера, норовясь выбраться наружу. Она то знала, почему их здесь держали. И целый день занимала себя мыслями и догадками. Были подозрения, что среди них есть ещё титаны. Но кто бы мог это быть?       Окинув Конни взглядом, Фэлин чуть не засмеялась. Нет, уж точно не он. Она никак не могла представить его титаном.       Имир? Она девица наглая и дерзкая. Но какой из неё титан… От неё так и веет безответственностью.       Фэлин посмотрела на Райнера и вздрогнула, когда Саша вдруг заорала:       — Топот! Я слышала топот ног! Титаны!       Все в комнате замолчали, настороженно глядя на неё.       — Ты что мелешь, Саша? Если титаны здесь, то это значит, что стена Роза пала. — Фэлин поднялась с места, почувствовав внутри неудержимую тревогу.       Будто в подтверждение их слов прямо за окном появилась Нанаба.       — Быстрее собирайтесь! Нет времени сейчас надевать УПМ. Седлайте лошадей. Скорее! Титаны идут прямо с юга! — быстро сообщила она и снова скрылась из виду.       На минуту всех солдат настигло оцепенение. Краем глаза Гаррет заметила, как начал дрожать Конни. Когда-то она слышала, что он родом из Рагако, который как раз таки находился на юге стены Роза. Значит, его деревня уничтожена?       «Нет времени думать об этом сейчас. Соберись!»       Откинув все лишние мысли, Фэлин и остальные солдаты побежали вниз в конюшню.

***

      Солдаты выехали из замка под предводительством Мика, который на ходу объяснил дальнейший ход действий.       — Разделиться на отряды и немедленно оповестить ближайшие деревни. В бой не вступать. Скачите во все четыре стороны. Как дойдём до того дерева, — он указал на небольшой дуб, — разделимся.       — Есть!       — Капитан, разрешите отправиться в мою деревню после обхода. — Произнес Конни. — Она находится на юге. Я должен проверить, всё ли в порядке с моей семьей.       Закариас кивнул.       Фэлин тревожно посмотрела на титанов, движущихся в их сторону. Однако мурашки побежали по коже, когда вдруг они пустились в бег. Будто по щелчку пальцев. Все аномальные?       — Капитан!       — Не оборачивайтесь. Я с ними разберусь. — Ровным голосом сказал Мик, и двинулся прямо в их сторону.       — Мы не можем отпустить его одного! В одиночку он не справится. — Фэлин не могла оторвать глаз от капитана, скачущего прямо в объятия смерти.       — Ты смеешь сомневаться в Мике Закариасе? По силе он уступает только капитану Леви. — Нанаба отвернулась, пытаясь придать себе более уверенный вид. — Разделяемся! Фэлин, Имир и Криста, вы поскачете со мной.       Фэлин кивнула, чувствуя, что тревога не отступила ни на шаг, а лишь ещё больше приблизилась к разуму, отуманивая её.