сутки напролёт

— я боюсь, что фукудзава во мне ошибся. я боюсь, что я его обманул. я боюсь, что скоро он это поймёт. боюсь, что он поймёт, что на самом деле я — рампо запнулся, сдерживая в горле совсем по-детски начинающий дрожать беззащитный голос — только посредственность. рампо договорил и сразу же быстро опустил начинающие покрываться мутной размывающей окружающее пеленой глаза, чтобы спрятаться. момент первого, совсем первого в его жизни истинного откровения покалывал сердце длинной ехидной иглой, которая вызывала внутри озноб и сжимающие волны страха, а снаружи — прорвавшийся, прорезавший недомолвки судорожный тайнослёзный выдающий истинное быстрый вдох, после которого у рампо сами собой стукнулись друг о друга зубы, будто он был на морозе. жёсткие волосы защитно топорщились. боже, как же ему было страшно сейчас. он не собирался плакать. он же лучший. он же беззаботный. наверное. нет, совсем нет. скорее наоборот. он не мог сейчас заплакать, хоть это всё и притворство. нет, не притворство! ведь им же восхищаются. ведь похвала гениальности — это так приятно. нет, не приятно. она же ненастоящая. и он ненастоящий, а они верят. только бы не узнали. а аллан знает теперь. ну и пусть делает, что хочет. ну и пусть уходит, потеряв кумира и соперника. он особо-то и нужен не был. и никто не нужен! «боже, пожалуйста, только не уходи» — мелькнула в потоке сознания громкая мысль, заставившая быстро — на долю секунды — вскинуть взгляд. аллан во все тревожные глаза смотрел на рампо, а потом холодными руками взял его ладонь. он, казалось, прочёл его мысли. он, кажется, его понял?.. у рампо перестало хватать сил на разговор в полный голос. он начал шептать. — эдгар… пожалуйста, скажи, ты будешь теперь продолжать любить меня? когда знаешь обо мне правду. я тебе не настоящий соперник. не обманывайс… «боже, он ведь на самом деле даже не представляет, насколько он неправ. скрытный ребёнок…» — подумал аллан и мягко перебил его. — рампо, п… — у него дрогнул тихий, объясняюще-успокаивающий голос — пожалуйста, не рационализируй… не рационализируй любовь. это тайна, но не загадка. я никогда не уйду от тебя. я не уйду от тебя. ты даже не представляешь, каким тебя видят другие люди. каким тебя вижу я. ты ведь н… не представляешь, какой ты самом деле. — и аллан будто сам удивился пришедшему к нему в процессе фразы выводу. детектив поднял взгляд. зелёные глаза — луч робкой, доверительной надежды — в лиловые. сгущающийся сумрак вокруг, ощущение, что если оторвёшь взгляд, то подсознательное, опасающееся желание поверить, пропадёт. пропадёт и опора. поэтому нужно смотреть в глаза, даже если начинают течь слёзы. неужели правда? взгляд говорил: верь мне. или это говорил голос? они пересекались и ласковым шумом втекали в сознание. глаз не оторвать. рампо хотелось спросить: «неужели это правда?» рампо очень хотелось в это поверить. — аллан, и ты… не будешь смеяться? как йосано… она однажды… линия между взглядами и сознаниями становилась прочней. если бы существовала телепатия, то она не смогла бы справиться с задачей успокоения лучше них. — смеяться? — невольно, против момента удивлённо улыбнулся уголками губ эдгар. у него щемило сердце, как сдавленное рукой. оно поднималось куда-то в горло, мешая движению кислорода и потоку нужных, необходимых сейчас для рампо подходящих слов. — как же можно над тобой смеяться, милый, когда ты такой… непосредственный сейчас. ты, на самом деле, всегда и во всех смыслах непосредственный, даже когда планы придумываешь и ведёшь себя соответственно им. искренний мой… у рампо дрогнули брови и побежали по щекам выпущенные с подсознательного разрешения слёзы. неужели можно?.. неужели это правда? неужели это сейчас действительно происходит? он начал быстро пытаться вытирать их тыльными сторонами ладоней, чтобы совсем уж по-детски, как ему казалось, беззащитно и окончательно не разреветься перед эдгаром. у него вздрагивали плечи. но слёзы не заканчивались, и тогда аллан привлёк его к себе, укрыв его голову у себя на плече, и начал шептать: — ну, не плачь, тише, тише… я тебе ещё расскажу тебя настоящего, ты всё увидишь, как вижу я. не бойся. я тебе обещаю. слова звучали убаюкивающе, как колыбельная. «только бы это был не сон» — подумал рампо. как странно. он себе никогда не верил. а ему верит. ему казалось, что он верит символическим очкам, но это всё было только верой в обман. сейчас он так понимал это. а теперь он верит… неужели, наконец, правде? теперь он пытался не испугаться этого. — аллан, ты такой хороший. спасибо тебе… за это в том числе… — проговорил рампо, пряча на плече ощущение мокрых щёк и покрасневших глаз. линия между проводниками в сознание — взглядами — не нарушалась, хоть они больше друг в друга не смотрели. физически, я имею в виду. эдгар от такой характеристики второй раз за разговор невольно улыбнулся и одновременно сочувственно сдвинул брови. «да у него ведь в жизни это, считай, первая проговорённая поддержка… как же он боится быть открыто-слабым. я ему обязательно помогу» и он продолжал стоять с рампо в обнимку, поглаживая рукой успокаивающиеся, похожие на недавно вздыбленную шерсть, волосы.