Хорошим девочкам не везёт в любви

Хорошенькая и улыбчивая Юми – сладкая до скрежета сахара на зубах, с неизменно расстегнутой верхней пуговицей на рубашке, приносит ему крепкий кофе и мнется у порога, не желая уходить. – Ваш эспрессо, господин Хайтани. – Спасибо, – Риндо благодарит ее кивком головы, не отрывая глаз от бумаг. Юми топчется у двери, делая вид, что стряхивает невидимую пылинку с рукава. – Ты что-то хочешь? – Риндо недовольно смотрит на нее. – Да, хочу, – она заискивающе прикусывает губу. – Попросить вас не трудиться так много. Мы все очень беспокоимся за вас… Что за чушь, – взгляд Риндо становится тяжелым. – Кто, блять, эти «мы»? Остальной персонал? Он пытается вспомнить, не спал ли случайно с Юми. Выходит, что нет. Тогда какого хуя ей надо? – Я тебя услышал. Можешь идти, – даже не старается скрыть раздражения в голосе. – Может, принести вам что-то еще? Блять, – Риндо усилием воли давит зарождающуюся в груди вспышку гнева. В последнее время он стал чрезмерно вспыльчивым – даже Ран уже косо смотрит на брата, вопросительно вздергивая тонкую бровь, когда младшего в очередной раз круто заносит на поворотах. А ведь не маленькие уже – Риндо и забыл, когда в последний раз махал кулаками. – Что ты можешь мне предложить? Юми слегка теряется – на долю секунды выходит из образа коварной соблазнительницы; затем снова цепляет на лицо приторную улыбку и заманчиво, на ее взгляд, предлагает: – Ужин и хорошую компанию? Вы обедали в три часа дня. – Под хорошей компанией ты подразумеваешь себя? – со смешком интересуется Риндо, вертя в пальцах ручку. Откидывается на кресле – глаза болят так, словно в них насыпали песка; работать сегодня он вряд ли продолжит. Юми на удивление смело встречает его взгляд. – Да. – Юми, – Риндо постукивает ручкой по столу. – Скажи, у тебя есть соулмейт? Она снова выпадает из образа – вопрос явно не из тех, что она ждала; и отвечает вполне логичное: – Нет, господин Хайтани. – И ты не хочешь его встретить? Юми беззаботно пожимает плечами. – Вдруг этого никогда не произойдет? В жизни столько удовольствий. Глупо лишать себя их из-за какой-то призрачной надежды встретить свою вторую половинку. – Из-за призрачной надежды, значит, – задумчиво повторяет Риндо. Младший Хайтани своего соулмейта так и не встретил – и не то чтобы он сильно переживает по этому поводу… А, нет. Переживает. Ран встретил Харуми в двадцать – а Риндо уже двадцать один. Ран своего соулмейта не искал – Риндо уже сам не замечает, как всматривается в женские лица, надеясь ощутить, как дрогнет сердце за ребрами. Может, в этом проблема? Ручка в его ладони с хрустом ломается. Юми с беспокойством смотрит, как Риндо спокойно разжимает кулак, стряхивая крошечные острые осколки на столешницу. – Иди работать, Юми. Я не нуждаюсь в твоей компании, – он встает, захватывая пиджак и ключи от машины. Проходит мимо нее, слегка морщась – от девушки за версту несет слишком сильными духами; даже во рту остается горьковатый привкус. До парковки от ресторана идти три минуты – Риндо останавливается у выхода, зачем-то решив оглядеть улицу – вереница машин мелькает перед глазами, на той стороне истошно сигналит желтое такси. Делает пару шагов в сторону своего автомобиля – и снова замирает по необъяснимой причине. В чем дело, – Риндо старательно прислушивается к самому себе. – Интуиция предупреждает об опасности или что? Нет, такое по части Рана. Он еще раз окидывает местность быстрым взглядом – ничего необычного, пока не цепляется глазом за раздражающее желтое пятно. Таксист жмет на клаксон, поторапливая клиента, и Риндо невольно обращает внимание на тонкий силуэт возле машины. В свете вечерних фонарей разглядеть ее лицо сложно – но у Риндо внезапно зрение обостряется тысячекратно, а тело парализует – если б на него сейчас несся на полной скорости грузовик, он бы даже не шевельнулся. У нее темные волосы, слегка вьющиеся на концах, небрежно разбросанные по плечам, мешковатая толстовка и узкие рваные джинсы. В отличие от него, она не кажется потрясенной или растерянной – в карих глазах нет и намека на удивление или радость от встречи с истинным. Соулмейт смотрит на него внимательно и отчужденно, и Риндо внезапно чувствует себя помехой. Становится холодно. Так смотрят на машину, перегородившую выезд из двора; на последнего покупателя, задержавшегося в магазине перед закрытием. Прежде, чем он успевает сделать шаг, она садится в такси и оно трогается с места, резво набирая скорость. Тело двигается само – позже Риндо с досадой думает, что надо было прыгнуть в свою тачку; но тогда, задыхающийся под натиском странных чувств – сердце колотилось так, что отдавало в кончики пальцев – он машинально побежал следом. И, разумеется, догнать не сумел. Желтое такси скрылось за поворотом, потерявшись в потоке машин. Риндо останавливается, тяжело дыша – рука сама тянется к галстуку, дабы ослабить узел; достает из кармана телефон и набирает номер Рана. Плевать, что уже за полночь и брат мирно спит. – Если это не вопрос жизни и смерти, – сонно шипит Ран, – то я тебе… – Это пиздец, – говорит Риндо, пугая его странной интонацией. От голоса младшего так и веет безысходностью, а еще – обидой, и старший Хайтани рывком садится на кровати. – Что случилось? – Я встретил… Кажется, я встретил своего соулмейта. – И? – Ран недоуменно вскидывает бровь, стараясь говорить тише, чтобы не разбудить Харуми. От сердца отлегает – встретил соулмейта, ну надо же. Ничего плохого не произошло, а Ран уже успел за долю секунды предположить самое страшное. – И я в ахуе, – бубнит Риндо. – Что не так? Она… Не такая, как ты ожидал? – Ран озадаченно хмурится. В трубке молчат. – У нее есть муж? Она проститутка? – с беспокойством спрашивает старший. Что, блять, могло так напугать Риндо? – Ты ебнулся совсем? – Ну а что тогда? Говори, – требует брат. – В чем дело? – Она сбежала. – Сбежала? – Да. Увидела меня и сбежала. – Может, она тебя не разглядела? – Мы пялились друг на друга добрых тридцать секунд, Ран. – Может, она слепая? – как вариант предлагает старший. Риндо скрипит зубами от злости. – Это ты слепой. Нет, она вполне спокойно передвигалась по улице и села в машину. – В какую? – Такси. – Номер запомнил? – Нет. – Идиот, – выдыхает Ран. – Как ее теперь искать-то? Риндо сжимает телефон сильнее. А стоит ли ее вообще искать? Судя по всему, его соулмейту истинный не нужен. – Ладно, мы что-нибудь придумаем, – говорит Ран. – Успокойся и езжай домой. Завтра с утра отыщем твою красавицу. Интересно, как, – думает Риндо. – В хрустальный шар заглянем? – Слышишь? – в голосе брата прорезаются властные нотки. – Дуй домой. – Да, – запоздало отвечает Риндо. – Я так и собирался сделать. Ран тяжело вздыхает, отбрасывая телефон в сторону, стягивает с волос резинку и заново собирает в низкий хвост. Харуми, потревоженная разговором, сонно ворочается рядом; секунду-другую Ран смотрит на ее безмятежное лицо, копну рыжих волос и голое плечо – в груди теплеет. – Что случилось? – она приоткрывает один глаз, вжимаясь другой стороной в подушку. – Ничего. Спи, – велит Ран и выбирается из кровати. Идет на кухню, где достает пачку сигарет и прикуривает, распахнув окно. Кухня наполняется дымом – а за спиной слышатся легкие шаги. Харуми шлепает босыми ногами по прохладному полу, подходит сзади – руки кладет ему на плечи, щекой прижимается к позвоночнику. – Проблемы в клубе? – Нет, тыковка. Риндо встретил соулмейта, – он выдыхает струйку дыма, и продолжает: – И она от него сбежала. Он не смог ее догнать, номер машины тоже не запомнил. Чувствует ее удивление кожей – Харуми отстраняется, обходит его и усаживается на подоконник. В его рубашке, наспех накинутой на голые плечи, с длинными волосами, отливающими серебряным в лунном свете, она кажется ему чем-то эфемерно-призрачным – Ран получает удовольствие от одного ее вида в своей одежде. – Как Риндо? – Держится. – Может, стоило его позвать к нам? – Смысла нет. Мы утром встречаемся по поводу изакая, – Ран отрицательно качает головой. – Через пять часов. Тебе, кстати, тоже вставать рано. – Мне сегодня к одиннадцати, – бросает она, обнимая себя за плечи – с улицы веет прохладой. – Первой пары не будет. – Я освобожусь и отвезу тебя, – Ран выбрасывает окурок в пепельницу, закрывает окно и подхватывает ее на руки. – Сама доберусь, – ворчит Харуми. – Нет уж. Не надо было выбирать университет так далеко от Минато, – он с умешкой, садясь вместе с ней на кровать. – Поступила бы в Китасато, а не Риккё. – Увы, в Китасато нет факультета социологии, – Харуми удобно устраивается у него на плече и зевает. – Дались тебе эти нуждающиеся. – Ран! – Ладно, – он закатывает глаза. – Хочешь помогать бедным и обездоленным – так и быть, но на занятия я тебя сегодня отвезу. – Лучше помоги Риндо отыскать его соулмейта. – Легко сказать, тяжело сделать, – Ран вздыхает, понимая, кого придется просить о помощи. – Какого хрена она вообще сбежала? – Думаю, у нее имелась на то причина, – Харуми как обычно ищет во всем справедливость. – Мы же не знаем, почему она так поступила. Может, Риндо показался ей опасным? – Ты же не сбежала от меня при первой встрече, – Ран довольно хмыкает. – У меня ноги отнялись от страха, – колко отвечает Харуми. – В противном случае я бы точно помчалась от тебя на край света. Ран, который другого ответа и не ожидал, целует ее в висок, с насмешкой шепча: – Ну, я бы тебя и на краю света нашел. Харуми довольно улыбается. – Я знаю.