Жизнь в твоих глазах

Серые стены, неудобный железный стул, неприятно врезающиеся в руки антимагические браслеты... Это уже даже не раздражает, допросы продолжаются уже вторые сутки, но вот сейчас хочется взвыть. Я наклоняюсь чуть вперед, слегка сгорбившись, и опираюсь локтями о колени, слава Мерлину, отец этого не видит, он бы меня убил, но он давно сам умер и я бесконечно благодарен ему за столь прекрасный подарок, преподнесенный мне на девятнадцатилетие. Сгорбившись еще чуть сильнее, незаметно прижимаю два пальца к брови, стараясь сдержать нервный тик. Я совершенно точно не хочу чтобы он видел мою на него реакцию. Бровь дергается снова и, подняв взгляд, упираюсь в его злые зеленые глаза. А он красив, стоит признать. Вырос, возмужал, раздался в плечах, а форма удачно подчеркнула все достоинства фигуры, и даже в неверном свете допросной Аврората его лицо действительно прекрасно - высокие скулы, волевой подбородок, аккуратный, пусть и немного кривой, моими стараниями, нос, правильной формы брови, чуть сощуренные глаза и еще совсем легкая паутина намечающихся морщинок, тонкие губы. Ты выглядишь старше, чем есть на самом деле, все дерьмо, что свалилось тебе на плечи явно не прошло даром. А эти волосы, ты так и не смог их приручить. Жесткие темные пряди с заметными нитями седины, то там, то здесь выбиваются из аккуратно уложенной прически. Я вдруг замечаю, что в наглую разглядываю его, и на миг замерев, решаю не прекращать, он также нагло смотрит на меня в ответ. Хочешь поиграть, Поттер? Так я не против. Он подходит к железному стулу, стоящему с другой стороны стола, и, не прибегая к помощи палочки, взмахом руки трансфигурирует его в удобное кресло, садится, поддернув вверх форменные брюки на коленях, расставляет ноги и складывает руки на груди, всем своим видом демонстрируя, кто здесь Царь и Бог. У меня, кажется, начал дергаться еще и глаз. И когда я уже решаю, что он пришел просто в очередной раз вывести меня из себя, как когда-то в школе, его взгляд становится непроницаемо-серьезным, и только сейчас я отчетливо понимаю, что мне пиздец. - Малфой, - тянет он. Молчу, выпрямляюсь на своем казенном неудобном стуле и усмехаюсь - как в старые времена. По лицу Поттера расползается нехорошая усмешка. Нет, определенно, это уже не тот мальчишка, которого я помню по школьным годам, и совсем не тот вежливый и обходительный мужчина, политик, глава Аврората и прочие, и прочие, которого я иногда вижу в газетах. Прошло сколько? Десять лет? Да, мы и правда изменились за это время. Но этот взгляд - что с тобой случилось, герой? - тогда твои глаза были живыми, а сейчас... Такие глаза я вижу у тех людей, которых незаметно от хозяина пою ядом, чтобы облегчить их страдания. Твои глаза - глаза человека, умершего еще при жизни. - Говори, - жестко обрывает мои мысли Поттер. - Давай без этого, - неопределенный взмах рукой в его сторону. - Мы оба знаем, что раз ты здесь, на мне будет опробован веритасерум. Как только с моих губ падает последнее слово, он срывается с места и в два шага оказывается вплотную ко мне, жестко хватает меня и сжимает мою челюсть, сдавливая и причиняя боль. Морщусь, но послушно открываю рот. Он отсчитывает нужное количество капель зелья прямо мне на язык, не размениваясь даже на воду. - Говори, - повторяет он, не пытаясь увеличить расстояние между нами. - Поттер, подожди несколько минут, зелье не действует мгновенно. - Как ты смог скрыться после войны? Почему я не мог найти тебя все десять лет? Чем ты занимаешься? Почему работаешь с маглами? - шипит мне в лицо, полностью игнорируя мои слова о зелье и совершенно забивая на причину задержания. Его пальцы, до этого сжимавшие мою челюсть, съезжают ниже, сдавливая шею и не давая нормально вдохнуть. - Если ты не прекратишь, придурок, то я скоро вообще никому и ничего не смогу ответить, - мой голос срывается на хрип и аврор резко убирает руку, но далеко не отходит, лишь опирается бедром на стол и складывает руки на груди. - Я жду, - у меня кружится голова и адски болит горло, но перечить я не решаюсь, кто знает, что еще взбредет в голову этому психу. - Дай воды, - прошу я, и когда в мою руку вкладывают стакан, делаю большой глоток и откидываюсь на спинку. Пытаться врать бессмысленно. - Раз так хочешь, что ж... Ты прекрасно знаешь, что Лорд поставил мне метку? - он кивает, передернув плечами, забирает у меня стакан и, сделав глоток, отставляет его на стол. Опять вздыхаю, рассказывать не хочется, но зелье потихоньку начинает работать и язык развязывается. - Как ты знаешь, а ты знаешь, метка схожа с рабской печатью: призыву или приказу перечить невозможно, только если рабство подразумевает отсутствие даже мысли об этом, то знак Лорда причиняет боль и предупреждает о желании слуги не повиноваться, ну и призыв, конечно. А я метку не хотел. Тогда мне в голову пришла гениальная идея и я на основе древних рун создал новые, совершенно новые, Поттер, руны. С третьего по пятый курс я занимался только этим, а на шестом, когда меня "обрадовали", пообещав метку, медлить и дорабатывать дальше было уже нельзя. Из созданных мною рун я создал вязь и на рождественских каникулах, за неделю до метки, уехал в Эфиопию. Это был ад... Как выяснилось в процессе, нанесение рунных магических татуировок очень долгий процесс, по ощущениям сравнимый с Круцио. До сих пор не знаю, как пережил ту неделю. Повторюсь, руны были созданы мной, и я до сих пор разгребаю то, что натворил, и выясняю все новые и новые особенности. Благодаря рунам... - Покажи, - обрывает меня он и уже сам тянется к вороту моей рубашки, бью его по рукам и расстегиваю пуговицы. Он замирает, с неприкрытым интересом оглядывая меня. Рубашка падает на пол. - Перчатки тоже. Скидываю перчатки и, поднявшись, поворачиваюсь к нему спиной, а после возвращаюсь обратно на свой стул, не пытаясь вернуть рубашку обратно на плечи. Поттер молчит, внимательно оглядывая меня, делает пальцами петлю в воздухе, и антимагические браслеты падают на пол. Опускаю взгляд на свои руки, рунные кольца слегка серебрятся на моей коже; они обхватывают тонкие пальцы, запястья, витиеватый рисунок кружит по предплечьям, практически полностью оплетая метку, и тянется выше по рукам, плечам, спускается на ключицы, утекает выше на шею и еще выше к голове, падает на спину, переползает на ребра и живот, а после скрывается под ремнем брюк. Непроизвольно возникает мысль, что я больше не похож на того аристократа, которым был раньше, а сейчас тем более. Я весь грязный и в крови. Мои всегда аккуратно уложенные волосы растрепаны и безбожно сильно вьются, мягкими прядями падая на глаза, я всегда прятал их, выпрямляя и укладывая. На фоне этого придурка я кажусь еще меньше чем есть, пойдя телосложением в мать, я оказался невысоким и жилистым, не худым, но тонким, а тот факт, что все детство меня заставляли заниматься балетом, сделал свое дело, придав мне еще большую утонченность. Морщусь и приподнимаю бровь, ожидая реакции от своего визави. - Почему я не заметил руны сразу? - хрипло спрашивает он, не отрывая от меня глаз. - Я могу их скрыть, - пожимаю плечами, и часть рисунка тает. Очерчиваю свой живот и правую руку, - Эти убрать не могу, они работают на постоянке, я это не контролирую. - Как они работают? - За счет магии, придурок, - он ведет бровью, обидно, я бы предпочел этого не рассказывать, но он не отстанет, а зелье не даст смолчать. - Из-за них я потерял где-то треть своих сил... Ой, не надо делать такое лицо, Поттер. Я практически никогда сам не ввожу в работу те или иные значения рун, они живут сами, магия без моего вмешательства решает, что и когда использовать. Взамен на это я потерял часть силы, сейчас я близок по своим возможностям к среднестатистическому магу, может, немного слабее. Но, как выяснилось позже, теперь не ты один можешь пережить аваду, - Поттер откровенно шокирован, но быстро берет себя в руки, и сгребя с пола мою одежду, кидает ее мне на колени. Ок, понял, одеваюсь. - Продолжай, - бросает он, возвращаясь на свое кресло. - Я понял, что за счет этого, - он окидывает меня пристальным взглядом, прикипая к моим пальцам, застегивающим рубашку, - ты смог подавить метку. Зачем? - Зачем? Что "зачем", Поттер? Не тупи. Я не хотел ему служить и уже работал на другого! Как будто ты не знаешь, что я шпионил для Дамблдора и вашего гребаного Ордена. Да ладно! Серьезно, не знаешь?! - потираю виски и снова откидываюсь на спинку стула. - Теперь ясно, почему суд так долго тянулся, а мать оказалась в Азкабане, хотя, тогда не понимаю, как оправдали меня... Хотя, это уже не важно. Этот старый маразматик решил, что я не переживу тот год. - Если тебя это хоть немного успокоит, про меня он тоже так думал, - откликается Поттер, прерывая мои мысли. - Дальше, Малфой. Мое время не резиновое. - Ладно, буду краток, мне и самому ты уже поперек горла, шрамоголовый, - он скалится в ответ, прям как в школьные годы, и на мгновение в глубине его глаз вспыхивает давно забытый азарт. - Остаток шестого года и весь седьмой, вплоть до вашего феерического появления в Мэноре, никто не обращал внимания, что я делаю, но потом... После того, как они узнали, что я таскал вам еду в подвал и "не узнал" тебя, они поняли, что что-то не так, - меня передергивает от воспоминаний и я решаю опустить эту часть. - Отец тогда пришел в бешенство и нашел в библиотеке какой-то темный и древний трактат. Он наложил на меня заклятье рабства и создал артефакт, с помощью которого мог меня контролировать. Я стал рабом собственного отца... - Подожди, если так, то ты не должен даже мысли иметь о том, чтобы рассказать кому-то такое. Это, вроде как, может навредить твоему хозяину, - а он не дурак, но и умом не блещет. - Алло, придурок - руны, - он непонимающе смотрит на меня, ну что за идиот? - Руны позволяют обходить заклятье. Я не могу напрямую навредить хозяину, и я обязан выполнять его приказы. Но, слава Мерлину, никогда не думал, что буду благодарить за такое отца, он продал меня и артефакт маглу, хотел сбежать куда-то далеко на эти деньги, но вы его тогда вовремя взяли. Я так не радовался ни одному своему дню рождения, это был прекрасный подарок, спасибо, Поттер. Не надо, я знаю, что это ты его убил, и меня все устраивает. Так вот, я оказался в руках магла и больше мог не притворяться, что он полностью контролирует меня с помощью этой безделушки, но приказа ослушаться не могу. Что еще? Почему Аврорат не смог выйти на меня даже с помощью магии крови? Опять-таки - руны, они меня скрыли. Почему сам не пришел? Я не могу вредить хозяину и не могу ослушаться прямого приказа. А, точно, чем я занимаюсь. Я варю наркоту, и сдобряя ее магией, пытаю людей, которые не понравились хозяину, проверяю его новых партнеров, бизнес и все дела. Делаю все, что скажет хозяин. Еще вопросы? Скоро зелье прекратит действовать. - Кто твой хозяин? - бросает этот идиот, и меня пронзает адская боль. - Малфой? Эй, ты что? - Задай другой вопрос, придурок. Я не могу вредить ему, - через силу хриплю я, чувствуя, как кровь течет из носа, часть затекает в рот, остальное течет по подбородку и капает на пол. Фу. - Блядь! Что спросить-то?! Я могу наложить на тебя следилку? Хочу найти твоего хозяина, - он почти в панике, какой смешной. - Можешь, но если я ее замечу, то сниму и в любом случае проверю себя перед тем как выйти из Аврората. Повторюсь, я не могу ему навредить, - выдыхаю я, чувствуя как магия потихоньку отпускает. Вытираю кровь рукавом, больше размазывая ее по лицу, чем убирая. - Чем я могу помочь? - спрашивает он, хотя я прекрасно понимаю, что Аврорат не первый год гоняется за хозяином. Шутка ли, наркотики напитанные магией. Что ж, взаимопомощь никто не отменял. Спаси меня, герой, а я взамен помогу тебе поймать хозяина. - Ты не совсем дурак, Поттер, - он усмехается, черт, я же почти сделал ему комплимент. - Я много тебе рассказал, осталось сделать соответствующие выводы. А мне нужно вернуться, если не буду у него завтра - умру. Поттер кивает и направляется к двери, а после останавливается в проеме и манит меня пальцем, усмехаюсь и иду следом.