Мой воздух.

Драко. Мне бы хотелось за секунду залечить все ее раны, но это невозможно. Но я не мог не попробовать. Я хотел, чтобы она знала что я буду пытаться это каждую секунду. Лишь бы позволила. Но она периодами сопротивлялась. Я целовал ее нежно и жадно, не желая никогда и никуда отпускать. Тот кто сделал это с ней поплатился, но была ли смерть достаточным наказанием? Я так не думал. Она не смотрит на свои шрамы почти никогда, это очевидное напоминание о том что с ней произошло. Я боялся спросить за что с ней так и кто позволил. Почему родители не вступились ? Или друзья? Не было понятно. Я сам того не замечая гладил ее руки и шрамы. Вдруг она резко оторвалась от меня. - Чем больше я сопротивлялась- тем больнее он делал мне. Хотя это доставляло ему такое удовольствие, что кажется, было не важно как я веду себя. Просто на мелкие порезы, синяки и ссадины я перестала как либо реагировать. - проговорила Ария. - После его прикосновений, даже не причиняющих мне боль, я часами сидела в ванной. А ещё после этого я стала ненавидеть красный цвет. Не знаю, как бы пережила если бы меня определили на Гриффиндор, просыпаться и видеть вокруг все красное было бы адом для меня. Она встала с меня и легла, положив голову мне на колени. Ее глаза смотрели в потолок, и совершенно ничего не выражали. Она рассказывала о своём прошлом, не всегда было все понятно. Оставалась целая куча вопросов, но я их не задавал. Она сама определяла что хочет и может мне рассказать сегодня. А я смотрел на неё и не понимал, как ей можно причинить боль. И не понимал, как мог не влюбиться в неё в первую же секунду как увидел ее. А теперь я сходил с ума от одного взгляда на ее веснушки и длинные чёрные Ресницы. Вишневые губы так и манили меня. - Мы не планировали его убивать, это вышло случайно. Но мы пытали его, я хотела чтобы он чувствовал все что чувствовала я. И его сердце не выдержало, хотя я бы предпочла чтобы он жил с этим. Как живу я. В моей голове всегда есть воспоминания от которых я не убегу никуда. Он умер держа меня за руку и смотря в глаза. Его холодные руки отпечатались на моих руках. И это было в тысячи раз отвратительней чем те моменты когда он оставлял мне синяки. Я чувствовала себя грязной.После этого я возненавидела любые прикосновения. Сначала мне казалось, что я боюсь боли, но потом, я осознала, что любое прикосновение вызывает во мне отвращение и дрожь. Это рефлексы. Я запретила кому либо прикасаться к себе. Я и подумать не могла, что захочу чьих то касаний, даже представить во сне не могла, что меня мог бы кто то целовать и я при этом не чувствовала вкус железка во рту. Я гладил ее по волосам, совершенно не понимая что должен сказать. - Твои поцелуи они другие, мне нравится это. Но знаешь, Драко, я поняла, что если вдруг мне кто то когда то сделает больно, я сделаю в тысячи раз больнее. Поэтому моей маме тоже предстоит испытать боль. Ее тон менялся, сейчас он был немного агрессивный, а взгляд сосредоточенный. - Ты предупреждаешь меня? - серьезно спросил я. - Я пытаюсь быть честной. Пока что не до конца могу все рассказать, но я пытаюсь. И да, я предупреждаю. - она легко усмехнулась. Почему то я не сомневался что она найдёт способ сделать больно. - Тебе не нужно предупреждать меня, я не сомневаюсь что ты можешь сделать мне больно. - кивнул я уверенно и тут же улыбнулся. - Например, если не согласишься пойти со мной на бал. Это будет нож в сердце. - Так вот как просто причинить тебе боль. Всего лишь отказать. - усмехнулась девушка. Как же она была права, ей было очень просто мне сделать больно. Слишком просто. - Так что? - я наклонился к Арии, и заглянул ей в глаза. - Пока что твои поцелуи и прикосновения мне очень даже нравятся, так что я пойду с тобой на бал. - на ее щеках выступил лёгкий румянец.