Рюмка агуардиенте

      Сегодня прекрасное утро. За окном щебечут птички, своими тонкими, переливистыми голосами они разбавляли тишину, что царила в столь ранний час. Она, словно туман над золотистой головой Пеппы, накрывала собой всё Энканто и нежно убаюкивало жителей. Лишь двое человек не спали сейчас. С тёмно-зелёной рауны упали горсти сыпучего песка. Грубые, сероватые руки стряхнули с одежды остатки жёлтых крупиц и подняли с пола прозрачно-зеленую табличку. Тёмный силуэт мужчины, растворившийся в темноте, вышел на еле пробивающийся из отверстия в стене свет. Бруно Мадригаль. Худая фигура мужчины в старой, искусанной и исцарапанной руане глубоко вздохнула. Воробьиные плечики дрогнули от напряжения, но почти мгновенно расслабились, когда Бруно прикрыл глаза. На сероватом лице, обладающим глубокими скулами и тенями, вспорхнула нежная, добрая улыбка. Полные умиротворения темно-оливковые глаза, с необычным изумрудным переливом, приоткрылись. Мадригаль взял чёрную, тканевую сумку, что свисала с пальца гигантской каменной статуи, повесил за шею и осторожно положил внутрь табличку, что посверкивала на рассветних лучах и походила больше на отшлифованный изумруд. Большая, просторная комната. Бруно всегда чувствовал себя в ней неуютно, даже когда ещё не был заперт в стенах Каситы чувством сострадания и желания помочь маленькой Мирабель. После того, как мужчина вышел из своего маленького убежища, он стал катастрофически бояться огромных, просторных пространств. Современные дети называют этот страх Агорафобией. Даже когда тот вышел из стен, сломав их, когда перевоплотился в Хорхе, он прятался в кустах. Как сейчас он помнил тот животный страх, болезненные удары крупного сердца о рёбра и тяжёлое, дрожащее дыхание. Стены рушатся! Гигантская трещина в стене расползается, словно шрам, с потолка сыпется штукатурка. Бруно почувствовал, как сердце его начинает болезненно бухать в груди. Однако он берёт себя в руки, собирает своих пищащих друзей под руану, бежит к ведру, что свисало со стены, и выламывает стены, с тихим криком летя головой в кусты. Бруно снял с себя ведро и потер ушибленный лоб, пытаясь придти в себя. — Это было.. Больно, — Провидец неловко улыбнулся и огляделся по сторонам. Кругом всё было такое. Огромное. Так много растений, люди рядом, Касита рушится. Касита! Точно, Касита! Бруно поднял голову на крышу волшебного здания, когда увидел там Мирабель. Его смелую племянницу, что ползла по черепице, что бы спасти Свечу. Темноглазый лишь одобрительно кивнул ей, пытаясь как-то поддержать. Он искренне волновался за неё, болел всем своим сердцем. Но Мирабель не смогла. Свеча мертвецки безжизненно лежала в её ладонях. Последняя магия Каститы спасла девочку от неминуемой смерти, прикрыв её тело дверьми. Бруно почувствовал, как сердце его упало. Он хотел подбежать к девочке, коснуться кистью руки её тёмных волос, мягко улыбнуться, как бы говоря: «Ты молодец, Мирабель. Даже без магии в Энканто всё будет хорошо, главное, что ты отважилась на такой поступок ради всех нас и тебя даже получилось. Я уверен, никто бы так не-» - Ты в порядке, Мирабель?- спрашивает Джульетта, прерывая мысли мужчины и заставляя того насторожиться. - подожди здесь. После этих слов кареглазая оставила Мирабель одну и ушла куда-то в сторону. Бруно напряглся и снова погрузился в свои мысли. Сейчас он выйдет и попробует помочь бедной девочке, попытается её поддержать.. Мысли уже встающего в сторону Мирабель провидца отвлекла Пеппа и Феликс, прошедшие совсем рядом с ним. Мужчина мгновенно прижался к кустам и выждал момента, когда супруги уйдут. Через пару мгновений тот с облегчением вздохнул, увидев, как силуэты сестры и её мужа исчезают среди деревьев, и обернулся в сторону племянницы. Её нет. Сердце Бруно пропустило удар, упало на рёбра, казалось, перестало биться. Всё хорошо, наверное, она просто ушла к семье.. — Мирабель.? Мирабель! Мирабель, где ты? Где ты, милая? — Послышался взволнованный женский голос. Бруно потупил взгляд и в мгновение поднялся с кустов. Когда тот оказался на ногах, твёрдой, казалось, опоре, тот пошатнулся. « Всё такое. Огромное.» — лишь успел подумать мужчина, перед тем как впечататься спиной в дерево. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох- — Мирабель! Мадригаль сполз по коре дерева вниз, сев на корточки. Обладатель густой шевелюры на голове потер виски, пытаясь отдышаться. Весь этот огромный мир превратился в его сознании в ловушку. Побыстрее бы оказаться там, в стенах, в безопасности.. Короткий взгляд, направленный на остатки дома, Заставил мужчину тихо взвыть. Теперь у него нет его безопасного убежища, тепла, самого дома, Мирабель. Так, стоп. Мирабель. Мирабель! Бруно вскочил с места и постучал по дереву, остановившись кулаком на макушке. Скрестив пальцы и набрав в грудь воздуха, провидец рванул в сторону склона. Он бежал, чуть приоткрыв глаза, так как боялся вновь увидеть то гигантское пространство, в котором, казалось, он был совершенно голым. Но это подвело обладателя болотистых глаз. Он впечатался прямо в лошадь, что спокойно паслась на лугу вместе со своими сородичами. Бруно отстранился и тихо пискнул, загородив голову руками. Но гигантскому животному, кажется, было всё равно на человека. Бруно убрал руки и пригляделся к лошади. Даже слишком смело для себя, тот протянул худую руку к мощным бокам животного. Сердце тревожно бухало в груди. Мужчина ожидал того, что ему в лицо прилетят копыта, кто-то закричит, начнёт свистеть, вызовут полицию — да что угодно! Но не то, что лошадь просто поведёт мордой в сторону. Бруно заметил рядом с животным пару крыс и сидящую на спине лошади коатимунди. Мужчина облегченно улыбнулся, поняв, что это зверьки Антонио. Предсказатель погладил лошадь по спине, на что она ответила довольным фырчанием. — Привет, Чиспи, - провидец с трудом вспомнил имя животного. - можно я немного.. М.. Залезу на твою спину? Чуть замявшись спросил Бруно у лошади, ожидая какой-нибудь жест согласия или отказа. Чиспи шлепнула хвостом по своим бёдрам и, взмахнув буроватой гривой, та весело заржала, сверкая добрыми, чёрными глазами. Бруно тихо, бархатисто рассмеялся, рассчитав этот ответ как согласие. Через множество попыток залезть на спину лошади, тот, не без помощи крыс, конечно, оказался на ней. Коатимунди резво запрыгнула мужчине на плечо и зафырчала, на что провидец только улыбнулся кончиками губ. Неожиданно Чиспи рванула вперёд. Бруно крепко держался за шею лошади, но чуть не упал, когда резко началось движение. Его Руана взлетала вверх и вниз, волосы лезли на лицо, а несчастная Коатимунди попискивала на плече мужчины. Да, ему было всё так же страшно. Но он преодолевал свой страх, пытаясь спасти Мирабель.       Всё это навеяло воспоминания о прошлом. Бруно глубоко вздохнул. Он уже не так сильно боялся огромных пространств, но чувство незащищённости до сих пор оставалось в его душе, когда он находился в подобных зданиях или же на природе. Мадригаль отряхнул грязно-бордовую рубашку и тёмно-зелёную руану от остатков противного, сухого песка, что так и лез на одежду и волосы. Даже после перестройки Каситы его комната не спаслась от удушающей песочной компании. Это всегда напрягало обладателя тёмных, круглых глаз, из-за чего тот искренне не любил находиться в этой комнате. Вскоре Бруно оказался возле входной двери. Лёгким нажатием кисти руки на ручку, она скрипуче открылась, и мужчина, наконец, вышел на свободу. Приятный, свежий воздух наполнил лёгкие, из-за чего он почувствовал себя свободней. Вместе с прохладой в нос ударил приятный запах выпечки. Тихо, вместе с облегчением в Бруно прокралось чувство голода. Он ел не так много, как обычные жители Энканто, ему достаточно было двух-трёх ареп за день, но Джульетта упрямо пыталась отучить брата от такого способа питания. Она всегда старалась готовить для Бруно те блюда, которые он любил, не жадничала использовать особые приправы, готовить дополнительные порции для крыс. Мужчина был бесконечно благодарен ей за труд, хотя считал, что не нуждался в таком же питании, как и у нормального человека. Худой силуэт Бруно спустился по лестнице, провёл кистью руки по перилам, мягко улыбаясь. Он всегда любил, как обычный ребёнок, проводить кончиками пальцев по ребристым поверхностям, по перилам, ведь тогда ему казалось, что он выглядит величественно. Мужчина резким движением поправил руану и из-за спины подошёл к Джульетте, которая спокойно что-то готовила возле плиты. Они оба были единственными, кто не спал сейчас. Даже Антонио, что обычно просыпаться раньше всех тихо сопел, убаюканный пением птиц. Джульетта вздрогнула и положила ладонь поверх холодных рук, что легли ей на плечо. Узнав в худых ладонях руки брата, та не сильно сжала их, пытаясь согреть. – Ох, Бруно, ты никогда не изменяешь своей привычке так пугать меня по утрам, — женщина с наигранным раздражением продолжила готовить, хотя на её лице сияла добрая улыбка. Брат тихо, мягко рассмеялся и обнял сестру, прижимаясь к её небесно-голубоватому платью. — Прости, сестричка, я больше так не буду, — подыгрывает ей Бруно, на что Джульетта отвечает коротким вздохом. — Ты говоришь мне это уже 30 лет, а всё продолжаешь так делать, — женщина протянула провидцу арепу через спину, которую тот берёт в руки и отстраняется от сестры. — ты никогда не повзрослеешь. Джульетта по-доброму улыбнулась, погружаясь в добрые, давно прошедшие воспоминания. — Джульетта.. Джулия... Джуличка, ну пожалуйста! Звонкий тенор 10-ти летнего брата выводит Джульетту из своеобразного транса. Свадебные Польворон выглядели так аппетитно, что текли слюнки. — Нельзя Бруно, а то мисс Джулеке и сэру Оскару ничего не достанется! — буркнула девочка, вчитываясь в рецепт и проверяя, всё ли она делает правильно. Вскоре в Энканто должна была пройти свадьба двух обыкновенных жителей: Джулеки, с необычно белым лицом и огромными, кудрявыми, тёмными волосами и Оскара, крупного мужчины с красивыми бирюзовыми глазами. Альма была слишком занята работой в саду, поэтому поручила дочери приготовить какое-нибудь угощение на их свадьбу. Джульетта согласилась и отнеслась к заданию со всей своей ответственностью, а маленький Бруно продолжал выпрашивать попробовать печенье. — Ну я всего одну! Думаю, никто из них не обидится, если пропадёт одна, малю-ю-юсенькая, — Бруно прожестикулировал последие слова, показывая сестре совсем маленькое отверстие между пальцами. — Пе.. П-польве... — Польворон. — поправила девочка. — Бруно, опять ты пристал к бедной Джульетте! Из-за стены дома послышался раздраженный высокий голос Пеппы, что поставила руки на бедрах, рассерженно смотря на брата. Джульетта сжалась в плечах, услышав неловкое объяснение Бруно старшей сестре, на что она ответила раздраженным шипением. « Только не ссоры! Всего-то из-за какого-то печенья!» Девочка глубоко вздохнула и улыбнулась кончиками губ. Взяв с противни двое свежих Польворон, та отдала их сестре и брату. — Не стоит ссориться из-за Польворон. Бруно прав, мисс Джулека и сэр Оскар вовсе и не обидятся, если со стола пропадёт пара печенек, — после этих слов Джульетта почувствовала на себе полный облегчения и благодарности взгляд брата. Пеппа надулась, словно туча над её головой, но после слов Джульетты она успокоилась, взяв в руки Польворон. — Ты как всегда права, Джульетта, — голос Пеппы звучал намного мягче, после того, как она попробовала печенье. — Ты очень вкусно готовишь! Бруно активно закивал. На его веснушчатом лице расцвела довольная улыбка. — Ты просто невероятна! Девочка засмущалась и буркнула что-то, широко улыбаясь. Слова сестры и брата надолго засели у неё в голове.       — Джули, я никогда не перестану удивляться твоему таланту! — Мурчащий голос брата вывел женщину из мыслей. Бруно довольно жевал арепу, опустив голову. Его кудрявые, тёмные волосы свисали вниз, прикрывали его уставшее лицо. От света лампочки седина на локонах провидца блестела, словно серебристый снег. Джульетта грустно вздохнула. Ей было искренне жаль своего брата. Он прошёл через столько лет обид, ссор, одиночества и ненависти, которые сильно состарили его. Даже когда Бруно, Пеппе и Джульетте было всего 30, первый выглядел на все 40. Он часто волновался, грустил по пустякам, изводил себя мучительными мыслями, чувством вины и не мог выбраться из той ямы, в которую сам себя захоронил. Его старшая сестра, обладательница золотистых волос, лишь подливала масло в огонь, подчёркивая ненужность брата и все те неприятности, которые он приносит. Особенно она выделяла это после неудачной шутки парня на её свадьбе с Феликсом. Джульетте всегда казалось, что Пеппа и Бруно хорошо ладили, но... Может она просто навязала себе эту мысль, что бы не волноваться..? Сестра повернулась сторону собеседника, отвлекшись от выпечки и мягко улыбнулась, собираясь произнести слова благодарности. Но сердце её упало куда-то в кишечник, когда она смогла разглядеть брата. Та самая, старая руана, которую, казалось, давно уже выбросили, темно-бордовая, изъеденная молью и крысами рубашка.. Но вовсе не это привлекло внимание Джульетты и заставило ту выронить из рук ручку сковороды. Лицо младшего брата, худое, с глубокими скулами и тенями, мешками под глазами, что казалось, в печатались в сероватую, странно ровную кожу, покрытую ели заметными веснушками, глаза, что были совсем не чёрными, а болотистыми, поблескивали нефритовым цветом… Он выглядел так, как в юношестве, мягким, ранимым, тихим парнем. Джульетта хорошо запомнила, когда её младший брат стал необратимо меняться. В дом ворвался юноша, громко хлопнув дверью и пробежал мимо Джульетты, что спокойно пила чай с Абуэллой. Мать провела силуэт сына холодным, презрительным взглядом, понимая, что он опять что-то натворил, а Джульетта подавилась чаем от неожиданности. — Снова что-то учудил, ей богу! Лишь бы снова требовать казни не приходили.. Ворчливо буркнула женщина. От её хорошего настроения не осталось ни следа. Молодая девушка двадцати лет поднялась со стула и бросила недовольный взгляд на мать, сразу побежав в вслед Бруно. Гигантская комната провидца, что каким-то магическим образом пряталась за маленькой дверью, открылась перед дней. Гигантские песочные часы словно бились в истерике, изливаясь удушающим песком. Джульетта быстрым шагом вошла внутрь, чуть-ли не задыхаясь в сборище песчинок. Не теряя времени, та подбежала к молодому парню, что лежал возле лестницей, обняв свои колени и прижавшись к ним орлиным носом. Джульетта припала к брату и крепко обняла. Тот тихо всхлипнул и ещё сильнее сжался в комочек. Сестра попыталась вытереть слезы с лица Бруно, но вместо солоноватых вод на её пальце оказалась бордовая кровь. — Бруно, что случилось..? — Не смело начала Джульетта, на что парень ответил долгим молчанием. — Бруно, Lindo.. Голос девушки звучал уже уверенней. Она глубоко вздохнула и обняла брата за плечи. Горячие слезы упали на песок, сразу сделав его влажным. — Р-ровена. — хрипло сказал парень, пытаясь утереть слезы, но только размазал кровь со сломанного носа по щеке. Джульетта сразу поняла, о ком идёт речь. Ровена — обычная девушка в Энканто, торгующая тканями на рынке. Бруно познакомился с ней однажды, когда Пеппа попросила его купить ей ткани для пошива какого-то платья или рубашки. Он долго бродил по лавкам, выискивая подходящие. Тогда-то ему и помогла милая и разговорчивая Ровена, с которой парень довольно часто общался. У Бруно никогда не было друзей. Его боялись, ненавидели, презирали или вовсе игнорировали, ведь считали, что тот насылает беду на всё Энканто. И лишь эта девушка, напоминающая Джульетте всегда счастливую собачку с кудрявыми, короткими, чёрными волосами, общалась с ним. Можно даже сказать, что они были друзьями. Альма всегда облегченно вздыхала, когда видела их рядом. — Совсем скоро по нашей Касите будет слышен топот маленьких ножек.. — задумчиво говорила женщина. Лишь в такие моменты на её суровом лице появлялась скупая улыбка. Пеппа и Джульетта даже иногда завидовали такому, ведь о них с Феликсом и Агустином она практически ничего не говорила. В мгновение сердце девушки остановилось, обожгло жгучим холодом рёбра. Что могло случиться такого с Ровеной, что Бруно так плохо сейчас.? — Я-я... Я у-убил её..! — Бруно приподнял голову, резкими движениями вытирая слезы. Его баритон дрожал, изредка превращаясь в хрипящий тенор. — Милый, я уверена, что ты преувеличиваешь... — ответила девушка, пытаясь как-то успокоить младшего брата. В ответ ее словам раздалось завывание Бруно, что сейчас уже не скрывал слезы. Ее милый, добрый брат задыхался в истерике сейчас, и даже Джульетта не знала, как ему сейчас помочь. — Я предсказал, что она умрёт сегодня! О-от ос-становки сердца... - болезненно скорчился Бруно, зарываясь руками в чёрные волосы. Девушка в мгновение отстранилась, чем заставила брата сильнее расплакаться. Кровь из носа смешивалась со слезами, падала на уже влажный песок. Но девушка не могла прийти с мыслями. Она знала, что предсказания брата всегда сбывались, понимала, что скорее всего он показал бедной продавщице тканей предсказание, что она смертельно обиделась на него, может даже заплакала, и какой-нибудь умник сломал Бруно нос из-за этого... Вместо слов Джульетта вновь крепко обняла брата. Бруно попытался усмирить бушующий поток слез из глаз, но не смог. Джульетта ощущала его звенящую, колющую боль в груди, она понимала его слезы. Он — предсказатель, что был отвергнут глупым, слепым в своих действиях обществом, никогда не имел друзей. И сейчас, из-за своего же дара он терял единственную подругу! Он больше никогда не обнимет её за хрупкую талию, не прижмется к её салатовому платью, не уберёт локон чёрных волос, что упал ей на голубые глаза… Старшая сестра отстранилась от брата и села на колени возле него. Полуприкрыв полные сочувствия глаза, та начала гладить угольно-черные волосы провидца. Он начал плакать тише, прикрыв слезящиеся глаза руками. Джульетта погладила брата по спине и аккуратно, с материнской нежностью положила его голову на свои колени. Обладатель чёрных глаз посмотрел на сестру с нескончаемой болью и тихой, мягкой благодарностью, затем без слов тот улёгся на песке, прижавшись к тёплому телу девушки головой. Та же продолжила нежно гладить его по голове, мягко, грустно улыбаясь. Вскоре послышалось тихое сопение. После этого случая оказалось, что Ровена действительно умерла от остановки сердца. Жители говорят, что она слишком сильно испугалась Бруно, во что, конечно, Джульетта не верила. Но он… Провидец больше не выходил из дома. Он не был на похоронах Ровены, на что глупое, по мнению Джульетты, общество, напоминавшее сейчас толпу овец, отреагировало максимально отрицательно. Люди желали провидцу смерти, всячески оскорбляли его, а самые смелые приходили к дому Мадригаль и требовали казни всевидящего. Абуэлла перестала защищать сына. Лишь говорила о том, что не позволит ему больше предсказывать. Джульетта каждый раз шокировалась с действий матери, морщась с отвращением. Она любила брата, больше всех любила. Безмерно, бесконечно, даже если его ненавидит весь Энканто, весь мир, она никогда не отвернется от своего маленького братишки! Но этого не скажешь о Пеппе и Альме. Первая стала действительно недолюбливать брата из-за его неудачной шутки на свадьбе. Она часто срывалась на Бруно, но Феликс всегда успокаивал жену, бросая на провидца сочувственные взгляды. Но сейчас, когда ситуация обострилась, Пеппа не стеснялась бить брата молниями, обливать дождём или вовсе гнобить, придираясь к каждой мелочи. Собственная мать бросала на сына взгляды, полные отвращения и разочарования. Но нет, она никогда не била и не оскорбляла сына. Лишь морально убивала его своим молчанием. Джульетта всегда пыталась защитить брата, но иногда даже ей это не удавалось. Она часто стояла возле его комнаты, не решаясь войти, слышала тихий плач, что заставлял её сердце сжаться в комочек и глазам наполнится горячими слезами. Ей было страшно войти в его покрытую бесконечным песком комнату, страшно почувствовать удушающую боль брата. Когда-то, в его комнате тек чистый водопад, впадающий в какую-то ямку в виде песочных часов, но сейчас вся вода превратилась в песок. Бесконечную, ненавистную, сухою песчаную ловушку, что затягивала Бруно всё ниже и ниже. Парень редко выходил из своей комнаты. Он практически ничего не ел, не видел лица людей. Джульетта приносила ему еду под дверь каждое утро, день и вечер, но та всегда оставалась нетронутой. Однажды, тёплым, солнечным днём Пеппа, Абуэлла, Джульетта, Агустин и Феликс обсуждали планы на этот день. Парни весело смеялись, перекидываясь задорными взглядами, Пеппа обнимала мужа, не отлипая от него ни на минуту. Джульетта безмолвно умилялась этими двумя, на что Агустин отвечал добродушной улыбкой. — Сидим и грустим, Mi amor? — произнёс он, подсаживаюсь к жене. Та лишь глубоко вздыхает. — Не обращай на меня внимание, милый, просто вспомнила про Бр- Джульетта не успела договорить, как в комнату бесшумными шагами вошёл её брат. Он подошёл к ней и протянул пустую тарелку, которую та по-растерянности забыла убрать. На удивление, та была пуста, хотя обычно еда была не съедена и сгнивала. — С-спасибо, — говорит ясновидец слегка запинаясь. Всё взгляды были направлены на него. Джульетта смотрел на брата ошеломленно, округлив глаза. Её милый, добрый брат, с забавным, вздорным характером, искрящимися глазами и угольно-черными, словно ночь, волосами сейчас выглядит как их мать, если не старше. Его мягкое лицо стало жёстким, стали видны резкие скулы. Под глазами образовались тёмные мешки, небритая щетина, уставшие, чёрные глаза, в которых больше не светит задорного огонька. Но больше всех поразили Джульетту волосы брата. Ему всего 25, но на голове пробивались серебряные, как слезы, волосы. — Брунито, святая Касита, ты словно пришёл с войны! — ошеломлённый голос Абуэллы переростал в уверенное замечание. Джульетта молча взяла тарелку из тонких руках брата, которые, казалось, сейчас обломаются, словно тростинки. На глаза девушки невольно навернулись слезы. Как же он постарел..! — Прости, мама, я п-пойду... — Запнулся парень, проведя по силуэту матери безжизненным взглядом, полным отчаяния и безумной боли. Абуэлла не выдержала тяжёлого взгляда сына и отвернула голову. Когда провидец ушёл, та тихо буркнула: «всё настроение испортил.» и продолжила пить чай. Но Джульетта видела растерянный взгляд матери. Пеппа посмотрела в след брату. На её лице появилось едкое отвращение, а над головой чёрная туча, что вот-вот разлилась бы дождём. Феликс сразу отреагировал и начал убеждать в чём-то девушку, успокаивая её. Агустин посмотрел на Джульетту. Да, её добрый, понимающий муж сразу понял причину слезливых глаз жены. Он положил ладонь ей на бедро, с сочувствием смотря в её большие, круглые глаза. — Если хочешь, то можешь идти за ним. Мы подождём, — мягким шопотом произнёс он. Но Джульетта лишь отрицательно махнула головой. — Я не могу ему помочь сейчас. Он должен разобраться с этим сам, — ответила та и смахнула с глаз слезы. О, как же она хотела повернуть время вспять, заставить себя пойти к брату, взглянуть ему в глаза! Может быть тогда бы он стал больше общаться с людьми, перестал бы быть изгоем, но... Страх окутал девушку в тот момент. Страх сделать только хуже. За это женщина корит себя уже столько лет. Мать троих детей округлила и без того круглые глаза, на которых накатились горячие слезы. Она снова подняла взгляд на поблескивающие изумрудом глаза брата. В голове загудело, ноги стали ватными и покосились, из-за чего Джульетта пошатнулась и чуть не упала на колени. Бруно поймал её и бережно посадил на стул возле плиты. Налив сестре кружку воды, тот протянул её ей, с беспокойством глядя на целительницу. — Hermana, всё хорошо? — спросил тот, присаживаясь рядом с ней на корточки. Джульетта посмотрела на брата с бесконечной жалостью и болью. — Т-ты предсказывал..? Бруно изменился в лице. Однако вместо омрачения, его веснушчатое лицо мягко улыбнулось. Мужчина поднял ладонь и смахнул слезы сестры с её милого личика. В уставших, темно-оливковых глазах с отблеском нефрита, отражалась бесконечная любовь, благодарность и тихая, шелестящая усталость. — Не беспокойся от этом, Джули, — мягкий баритон брата окунул Джульетту в озеро благодарности и нежности. Странно, ведь она думала, что Бруно ненавидит её после случая за столом. — теперь я отлично знаю, что всё будет хорошо. Целительница мягко улыбнулась сквозь слезы и погладила брата по голове, на что тот ответил тёплыми объятиями. Слезинка упала на черно-серебристые волосы Бруно. — Я всегда буду любить тебя, — голос Джульетты дрогнул, но Бруно лишь молчал в ответ. Он был искренне рад тому, что его сестра поняла его и его выбор. Рассвет забил за окном, взрываясь в темном небосклоне яркими розоватыми красками. Беловатый туман уже опустился на землю и покрыл все травинки в Энканто кристально-чистой росой. Брат и сестра стояли бы так бесконечно, прижимаясь к тёплым телам друг-друга. Но Бруно мягко отстранился и поднялся на ноги. Он достал из сумки толстый, маленький фотоальбом, что напоминал своим размером коробочку из-под специй, что хранилась в шкафу. Протянув потёртый, грязно-зеленый фотоальбом Джульетте, которая казалась Бруно сейчас более-менее спокойной, тот улыбнулся кончиками губ. Женщина открыла альбом с фотографиями на первой же странице, где были отпечатаны счастливые лица троих детей. Одна из них была одета в желтоватое, яркое платьице, другая в мятных одеждах, а третий стоял посередине, имея на хрупких плечах зелёную руану. Всё трое возились возле большого дерева и весело переглядывались между собой. Такие маленькие, беззаботные... — Где ты нашёл этот альбом? — воодушевленно спросила Джульетта, подняв красноватые от уже высохших слез глаза на брата. — Он был у меня в комнате, я нашёл его недавно. Наверное, Касита восстановила эти фотографии после перестройки, — пожал плечами мужчина. Он и сам не знал, откуда этот альбом взялся у него, поэтому придумал эту причину, что показалась ему логичной. А Джульетте наоборот. Та усмехнулась и пролистнула пару страниц. На её лице расцвела неуверенная, нежная улыбка. — В моей комнате осталось немного одежды, думаю, Камило она будет впору... — перебил воспоминания сестры провидец. Женщина глубоко вздохнула. Бруно видел, как та помрачнела и поспешил извиниться, но обладательница коротких чёрных волос остановила его. — Да, думаю Камило она будет как раз, — выдывила из себя Джульетта и положила фотоальбом на кухонный стол. Провидец глубоко вздохнул и положил ладонь сестре на плечо. — Я рад был быть братом такой замечательной сестры, как ты, — признес тот, чуть сжавшись в плечах. Джульетта обняла головой его ладонь и не сильно сжала её рукой. — Я тоже была рада быть твоей сестрой, — сквозь стену боли произнесла женщина. — но не забывай, у тебя еще есть Пеппа. Бруно неловко отвёл взгляд и сглотнул, представляя, как его снова будут избивать молнией и градом из набухшей грозовой тучи. Мужчина медленно кивнул, мысленно набираясь уверенности. — Да. Я не забыл, — с воодушевлением произнес обладатель чёрных глаз, с мягким отблеском нефрита. Прошло более получаса с того момента, как Бруно попрощался с Джульеттой. Один из камней, обузой лежащий на сердце предсказателя, наконец упал вниз и растворился где-то в желудке. В лёгких и на сердце стало значительно легче, но это было ещё не всё. Пеппа. Его старшая сестра, что, казалось, пропиталась едким ядом ненависти к брату, до сих пор, как на троне, глыбой давила на сердце мужчины. Послышался глубокий вздох. Он сделает это. Попросит прощения, получит жгучую пощёчину, весь искупается в дожде и молнии, что шоком разойдётся по его телу. Не в первый раз же ему чувствовать боль. Грязно-зеленая руана отблескивала остатками крысиной шерсти на ткани на лучиках солнца, что приятно грели. Бруно поправил одежду на плечах и выдохнул, набираясь смелости. Послышался стук в дверь.