Любимые цветы миссис Малфой

Шербурские зонтики в третий раз за неделю крутят на крошечном телевизоре, пока она методично стучит до тонкой карамельной шапочке, нависшей над крем-брюлле. На ней мятое, мятное, цветочной платье с мягким, узким подолом, усеянным крошечными пионами. Локтем она прижимает нижний угол потрепанной книги, пока верхний остается придавлен краем полупустой кофейной чашки. Она пьет кофе редко и только здесь. Он должен быть хороший, полный густого, горьковатого аромата. Больше всего она любит пить его из большой темно-зеленой чашки и - на банановом молоке. Ученые где-то давно доказали, что вкус напитка напрямую зависит от тары, из которой он употребляется. Еда - это мультисенсорный опыт. Чаще всего она заказывает лимонный или фруктовый чай - в зависимости от настроения. Кофе - реже, один раз в неделю - строго по пятницам. Она роется в сумке, отложив книгу и ложечку для мороженого. Выуживает темный, расшитый цветами блокнот - ручная работа. Быстро и увлеченно что-то записывает. У нее темные, рыжеватые волосы, аккуратный нос, пухлые, чуть вздернутые губы, медовые глаза. Он сразу замечает то, как она сидит. Слегка покосившись влево, будто бы на секунду отвлеклась, повернувшись, и забыла вернуть тело в исходное положение. -Грейнджер, не скучаешь? Миона поднимает на него сосредоточенный, напряженный взгляд, а потом выпаливает: -Так. Сядь. Минуту. Потом для убедительности сует под нос Малфою указательный палец и добавляет: -Не отвлекай. Тот насмешливо приподнимает брови, показательно кивая. Затем опускается на плетенный стул напротив Грейнджер. Минута медленно и печаль перерастает в пять, а потом в десять совершенно бестактных минут. Малфой жестом подзывает официантку, заказывает кофе и просит вазу для цветов. В кофе Малфой никогда себе не отказывает. Было бы чего бояться - это не у него нервы на пределе, готовые распуститься по шву и тоненькими стайками распущенных стежков расползтись по местам отдаленным от одной чашки бодрящего варева. Нет, Малфой ведет жизнь размеренную - в министерство не суется, книжек не сочиняет, в Хогвартсе лекций не дает. Сидит себе спокойно в Малфой-Меноре, делает граммотные вложения в актуальную движимость и недвижимость и в метафизический ус не дует. А самое главное, непонятно, чего Грейнджер так кипишует - денег у нее завалом: хватит и на приданное правнучке и на три Малфой-Менора (ну, или хотя бы два), славу она снискала, равно как и уважение, да и вообще к своим двадцати четырем сделала побольше, чем девяносто процентов магического и немагического мира в придачу. Миона с завидной настойчивостью твердит, что делает это "ради интереса и на благо общества". Ага, а отдохнуть впервые за последние тринадцать лет значит - это не интересно и не на благо. Понятно. Малфой хмыкает, отпивая свое американо. -Грейнджер, а я правильно помню, что свидания ты мне назначаешь исключительно, как вариант пыток? -Мгм, - бурчит Гермиона, яростно дописывая последние слова, - погоди, что? Наконец оторвавшись от письма, Грейнджер поднимает на Драко покрасневшие, распахнутые глаза. -Мерлин, прости, пожалуйста, я что-то начала писать, а потом за одной хорошей мыслью пришла другая... Ну, ты знаешь. -Ага, знаю, - фыркает Малфой, - а что насчет хорошей мыслью немножко проветриться? А-то, мне так кажется, ты скоро уже в свой блокнот начнешь маниакально переписывать диалоги Шербурских Зонтиков. Грейнджер смеется и, просочившись сквозь пространственную прореху между столом и стулом, подходит к Драко. -Спасибо, что подождал. Я знаю, я ужасная девушка. -Жена, - попровляет Малфой, аккуратно поддевая безымянный палец Грейнджер. -Мерлин, никак не могу привыкнуть. Это все потому, что ты вечно называешь меня Грейнджер. -О, прошу прощения, миссис Малфой, не желаете ли прогуляться? - усмехается Драко, подавая Мионе пальто. -Очень даже желаю, - соглашается миссис Малфой. -Ну и отлично, - резюмирует Драко, - погоди, только цветы не забудь. -Цветы? - расплывает в улыбке Гермиона, - мне? -Нет, местному кофевару, я уточнил, пионы - его любимые. Грейнджер смеется, легко ударяя Малфоя по плечу. -Спасибо. Шербурские зонтики в третий раз за неделю крутят на крошечном телевизоре, пока они, оставив бесстыдно крупные чаевые, гуляют по набережной Темзы. Воздух пахнет ранней осенью и пионами.