Сборник драбблов по BSD

Ты почувствовала сильный аромат кофе рядом с собой, обхватив чашку руками и глядя на город снаружи. Испорченные стекла показывали только отражение неба снаружи, и ты знала, что в этой комнате ты в безопасности, так как там не было ни камеры, ни электронного устройства, которое кто-нибудь мог бы взломать и найти тебя. Взглянув на мужчину, сидевшего рядом с тобой, ты увидела, как Николай положил еще один сахар в свой чай, его обычная улыбка не скрывала бледности его лица. В конце концов, вы путешествовали целых три дня, и твой сопровождающий должен был бодрствовать все время, даже во время последнего рейса из Тайбэя в город, который был твоей конечной точкой. Сколько часов вам пришлось ехать по сельской местности и сколько самолетов вы взяли, чтобы наконец оказаться здесь? Ты засыпала на плече Николая слишком много раз, чтобы вспомнить. Теперь все твое тело болело, и ты могла только представить себе то же самое для шута. Однако ты почувствовала облегчение; в вашем путешествии не было никаких помех, и звук преследующих вас полицейских машин оставался просто кошмаром. Теперь ты чувствовала себя в безопасности, в большей безопасности, чем когда-либо за последние годы. Несомненно, вдохновитель, стоявший за тем, что ты год скрывалась, сможет даровать тебе этот покой, которого ты так жаждала. В конце концов, это было все, чего ты хотела. Дом без опасности, место, где никто не попытается поработить тебя ради собственной выгоды. Окно, которое не было тюремным, и разговоры велись без оскорблений и угроз твоей жизни. Сможешь ли ты когда-нибудь стать свободной? Ты потягивала кислый напиток, глубже съежившись в кресле. Сейчас тебе больше всего хотелось спать, но ты все равно должна была встретиться со всеми членами этой организации, частью которой ты теперь была; Смерть Небожителей, группа могущественных пользователей способностей, которые обратились к тебе год назад. В то время ты была в отчаянии, убегая от правительств, которые хотели использовать тебя или запереть обратно в эту тюрьму, из которой ты только что сбежала, прежде чем однажды утром получила письмо. Это было несколько слов, инструкция о том, как пережить нападение, которое планировалось на тебя в этот самый день. Ты все еще не знала, почему последовала этим словам в тот день, но твое здание взорвалось, и ты смогла добраться до безопасного места. С тех пор ты получала инструкции, и не успела ты опомниться, как заперлась в своем последнем доме, на пустом норвежском поле. Это будет твой первый раз, когда ты наконец-то встретишь человека, стоящего за всем этим. Федор Достоевский. За прошедший год можно было только представить, каким он будет. Ты предположила, что он русский человек, учитывая его имя, кто-то достаточно умный, чтобы спрятать тебя от Интерпола, и достаточно опасный, чтобы захотеть это сделать. План, который ты получила несколько месяцев назад, был потрясающим. Это был орден из шестисот человек, все из разных стран и разных слоев общества, единственным общим местом которых был тот особый идеал, который, казалось, разделял твой таинственный благодетель. В этот день тебе наконец-то была дана конечная цель тех людей, которые поддерживали тебя и оберегали. Это был ужасный конец света, но он также оказался твоей единственной надеждой. Шанс освободиться. Но был ли конец всех способностей решением проблемы? Что будет со всеми людьми, которых ты создала? Для них было бы трагедией исчезнуть так внезапно. Было ли это тем, что чувствовал Бог? Чувство творца к своему детскому концу? Однако сейчас было не время думать о таких вещах. Вся эта сделка была твоим единственным шансом выжить. Эта воля к жизни, которая заставляла тебя двигаться навстречу самым мрачным годам, все еще была достаточно сильна, чтобы пожертвовать всеми теми историями, которые ты породила. Ты опустошила свою чашку, поставила ее обратно на стол и посмотрела на шута рядом с собой. Его голова медленно начала наклоняться в сторону, полуприкрытые глаза почти не присутствовали. Приглушив смешок, ты устало поднялась со своего места, заботливым жестом поправляя накидку на своем новом коллеге. Однако новое движение разбудило его, и ты смущенно отвернулась, когда он заметил, что ты сделала. Легкая озорная ухмылка заиграла на его губах, но прежде чем он успел что-то сказать, дверь открылась, и человек в черном жестом пригласил вас обоих следовать за ним. Взгляд Гоголя нашел твой, и он поднялся со своего места, двигаясь плавно, как будто последних трех дней никогда и не было. — Ты можешь уложить меня в постель позже, но сейчас нам пора идти. — Я просто старалась быть милой. После всего, что ты сделал. Он усмехнулся и сделал несколько шагов навстречу мужчине, который вскоре исчез в тускло освещенном коридоре. Ты последовала за шутом, заметив, как даже в этот момент он держался рядом с тобой. Ты еще не знала, каковы его способности, но то, как он себя вел, все еще показывало, что его миссия не совсем выполнена. Впрочем, ты не очень возражала. На данный момент тебе действительно казалось, что кто-то был на твоей стороне. Это было все еще очень чуждое чувство. — Знаешь, я здесь через многое прошла, но никто никогда так на мне не спал. — Я начинаю понимать, почему. Шут разразился смехом над твоим заявлением и пустым выражением лица, когда ты подошла к другой открытой двери. Внутри было несколько человек, и Николаю потребовалось несколько секунд, чтобы снова обратить на них все свое внимание. Ты осталась немного позади, наблюдая за комнатой, в которую собиралась войти. Длинный стол, пустые стены и трое мужчин. В углу лежало что-то похожее на гроб. Оторвав взгляд от странного предмета, ты снова обратила внимание на мужчин, которые молчали, наблюдая за тобой любопытными глазами. Старик, черноволосый, в ушанке, и мужчина с двухцветными волосами, в элегантном наряде. На мгновение твой взгляд задержался на каждом из них, прежде чем темноволосый заговорил шелковым голосом с акцентом, в котором ты сразу же узнала русский: — Похоже, вы уже поладили. — Привет, Дос! Мы вернулись! Был ли это печально известный Достоевский? К твоему замешательству, русский загадочно улыбнулся, наблюдательно сверкнув фиолетовыми глазами. Ты почувствовала, как по спине пробежала дрожь, и сделала несколько шагов по комнате к нему. Он оказался намного моложе, чем ты ожидала. Бледный, хрупкий на вид мужчина с обломанными ногтями и манящим взглядом. Вокруг него была аура власти, заставляющая забыть о двух его коллегах, когда ты останавливаешься всего в метре от него. Твой усталый голос повысился, комната молча ждала твоих слов. — Рада наконец познакомиться с вами, Федор Достоевский. — Взаимно. Я полагаю, Ваше путешествие из Норвегии было безопасным? — Так оно и было, благодаря Вам. Ты слегка кивнула, взглянув на фигуру Николая, сидевшего между твоим благодетелем и элегантным мужчиной. Ты заметила, что выражение его лица было нервным и раздраженным, когда он посмотрел на шута. Однако, когда его взгляд встретился с твоим, он быстро сменился любопытством. Кто он такой? — Так это ты, Легенда Веков? — Да, именно так люди обычно называют мои способности. Ты повернулась к старейшине, который только что говорил, и его сильное присутствие внезапно поразило тебя. Если тебя в первую очередь привлекала к нему спокойная, но всезнающая манера Достоевского, то не было никаких сомнений, что этот старик был их предводителем. Сильное присутствие, пронзительный взгляд. Сумасшедший или герой. Ты знала эти взгляды. — Может быть, мы могли бы объяснить нашим здешним друзьям, чем Вы занимаетесь? Я думаю, что некоторые из нас до сих пор не осознают Вашей роли. Присаживайтесь, пожалуйста. Теперь он Ваш. Ты удивленно посмотрела на Николая, потом на насмешливый взгляд, который едва скрывал его сосед. Неужели Гоголь действительно летел за тобой через весь мир, не зная, кто ты такая? Взглянув на русского человека, ты бессознательно ждала одобрения его фиолетовых глаз, прежде чем подойти к нему, и вновь обретенная тишина давила на тебя. Сидя между стариком и Достоевским, ты смотрела на его черты, когда он говорил, переплетая пальцы и опершись на них подбородком. — В течение последних месяцев мы охраняли стратегические точки в разных местах и организациях по всему миру. Когда им придет время бунтовать, пройдет несколько дней, прежде чем наши агенты возьмутся за дело. Будут ли это аэропорты или посольства, ничего не останется вне нашего контроля. И все это благодаря Вам, Т/Ф, которая создала идеальных агентов для достижения этой цели. Ты молчала, наблюдая за Федором, пока он говорил, его тон заманивал тебя все глубже в свои слова. Был ли это голос настоящего лидера? Ты чувствовала себя непобедимой, просто слушая его. Как будто ты могла бы чего-то достичь, если бы это было продиктовано его словами. — Они совершенны, потому что не знают, что они с нами. Они нормальные, ничем не примечательные человеческие существа, не подозревающие, что являются продуктом чьего-то воображения. Одноразовые агенты, которых можно заменить за считанные часы. Ты стряхнула с себя транс, когда снова наступила тишина, заметив, как взгляд Николая впился в твой, его взгляд был насмешливым. В его глазах было очарование, то, что ты уже привыкла видеть, когда вызываешь свои способности. Это странное проклятие, которое было даровано тебе, иногда казалось чем-то слишком тяжелым, чтобы нести его. В другие дни это было похоже на божество. К такому странному равновесию постоянно приходилось приспосабливаться. Ты почувствовала на себе чей-то взгляд, и твой взгляд быстро нашел взгляд этого тихого человека. Он молчал, длинные, необычные волосы падали по бокам, когда он смотрел прямо на тебя. Ты вспомнила что-то, что вызвал Николай, когда вы еще путешествовали, два дня назад. Что-то о его коллеге, рожденном из способностей, о человеке из книги. Тебе было очень любопытно узнать об этом. Это был он? Заметив, как прошли секунды с тех пор, как Федор заговорил в последний раз, ты откашлялась, все еще глядя на странного человека, когда ты объяснила: — Мои способности позволяют мне создавать жизнь из слов. Как только я пишу чью-то историю, они становятся реальными в этом мире. Люди с целым прошлым, надеждами и мечтами, которые прекрасно вписываются в общество, потому что по-прежнему не осознают своего состояния. Они не знают, что все-их мечты, их мораль, если я захочу, — принадлежит мне. Они не знают, что рождены сражаться на нашей стороне. Но они придут. Ты вздохнула, наконец-то оторвав свой взгляд от чьего-то взгляда. Бросив быстрый взгляд на своего русского благодетеля, ты пропустила взгляд Гоголя, когда произносила свои следующие слова, его опасно мерцающий довольством взгляд, когда он смотрел на твою фигуру. — С этим нельзя бороться, как нельзя бороться с Богом. Что это было за напряжение, которое только что возникло? Ты не могла чувствовать себя так, или, по крайней мере, твоя усталость была слишком велика, чтобы заметить небольшую перемену в комнате. Глаза смотрят прямо на тебя, некоторые зачарованно, другие почти опасно. Что это было — враждебность или удивление? Были ли твои слова вызваны отчаянием или преданностью? Ты слишком привыкла ко всему этому? Тем не менее ты продолжала говорить, закончив со вздохом: — Это то, что делает Легенды Веков.