Поход в Цирк Ревности.

Слышались шаги по коридору, за которыми была тень. Дверь за дверью кабинетов разных букв. Те, что пришли из-за командировки или стажировки и те, что жили тут долгими десятилетиями, а то и столетиями. В руках была стопка бумаг с причиной своего создания и правильного чтения, а так же утверждения своего существования от высшей власти. Впереди, в конце коридора, стояла приоткрытая, мощная дверь, а из под неё виделся яркий свет. Дойдя, рука слегка толкнула дверь, открывая проход, а за ней был громадный стол, у которого, с каждой стороны был стульчик. Почти все стулья были свободны, кроме четырёх. Что было не удивительно, ведь до мероприятия было ещё полчаса. На занятых, скорчившись от шума и боли в ушах, и, кажется, испугавшись, сидели три буквы, а четвёртая, рыжая, стояла над всеми, что-то крича и активно жестикулируя руками. Когда новенький зашёл, рыжий ударил кулаком по столу. Он ничего не сказал, просто сбрасывал накопившийся стресс и злость. Новенький неуверенно постучал по двери, давая знак, что он пришёл, от чего все повернулись к нему, с интересом и удивлением наблюдая и оценивая. Это был первый день в свет, он подготовился, одно официальный костюм: рубашка, пиджак, галстук, брюки и туфли. Всё в чёрном, даже кожа, единственное что выселялось из этого - красный галстук и белые глаза. У остальных же не одежда, а маскарад, будто не официальное собрание, а отдых с друзьями какой-то. Особенно выделялся нервный: чёрная косуха; под ней белая майка; обтягивающие, синие джинсы; чёрные сапоги. Он встал и начал приближаться, высокомерно закинув голову и смотря сверху вниз. И в этот момент новенький почувствовал себя плохо, в глазах начало двоится, а приближающийся начал из человека меняться в букву и обратно. Мир закружился, став чёрно-белым. Его резко схватили за шкирку, подняли и с силой кинули вниз, от чего парка вылетела из рук. На него начали кричать как ненормальные, от чего из ушей словно пошла кровь, а барабанные перепонки разорвало. Его пнули, и из сидячего положения тот пал в лежачее. Последнее что тот видел - чёрно-белый силуэт, с длинными волосами, кричащий на него, а бумаги, что тот так тщательно и с любовью собирал в дорогу валялась на полу рядом. А потом, блаженная тишина и мрак. Спустя, по ощущениям, кажется, минут 15, глаза с тяжёлым трудом открылись, перед глазами стояла комната одиннадцатого. Без сомнений, это была она. Рядом чувствовалось чужое, холодное тело, а перед глазами была спина. Малиновый повернулся к партнеру, его глазницы были совершенно пусты. В них не было ничего живого, лишь тьма, прохожая на бездну. А как говорится, если долго смотреть в бездну, в конце концов, бездна начнёт смотреть на тебя. Проверять этого не хотелось, и последний, с испугу упал назад, с кровати. Послышался неприятный скрип и в комнату вошли шестёрки Аза. В горле застрял тяжёлый ком, не в состоянии кричать во всю глотку, пока голос не сядет. Кто-то начал трясти плечи, и… И… Перед лицом оказался Краткий. Самый нормальный, обыкновенный Краткий, в самом обычном, малиновом костюме с беретом. Он тряс Яори за плечи, равнодушно смотря на него. А когда же тот проснулся, тот сразу спросил букву, давая конец тишине:       —Ты почему кричишь? — По глазам Чернушного полились слёзы и тот обнял хоста. Было невероятным облегчением видеть своего спасителя, после дня без него. Стало легче дышать, даже появилось ощущение, будто беззащитный зверёк, прямо перед своей неминуемой смертью, когда враг, хищник, был совсем рядом, приобрёл защиту, спасение, в виде стены. — Плохой сон? Хост не ответил на объятия, но по-дружески провёл рукой по спине, успокаивая товарища, чьи слёзы уже оставляли мокрый след на одежде. Казалось, Й чем-то раздражён или омрачён, хотя старался не показывать это.       —У меня много новостей, —Яори отстранился, вытирая мокрые щёки, —Но ты, наверное, устал и хочешь просто вместе провести время… Хочешь вместе позанимаемся магией или?… В голове не выходил образ того Краткого, что был будто не живым. Прошло уже какое-то время с пробуждения и от страха казалось, что у той буквы ещё кровавые слёзы лились и он пытался что-то сказать.       —Нет, спасибо. Я просто пришёл проведать тебя. Вдруг, тот, больной, напал на тебя со своей шайкой и тебе нужна помощь. Сегодня мне надо разбираться с бумагами, потому что Аз завалил работой. —Краткий завёл руки за спину, —Но если хочешь, я могу побыть с тобой около часа и выслушать. Яо молча смотрел на него слушая, но взгляд плавно перешёл за спину, где было окно, а за ним силуэт. Последний вздрогнул, прижавшись к собеседнику.       —Д-да, знаешь, я бы хотел провести время с тобой… Садись на кровать, я хочу тебе кое о чём рассказать…

***

…И они ушли. А ещё, у меня был сон, где ты будто мёртв! Мы были в твоей спальне, и… Яори прижали к себе, пытаясь успокоить, шёпотом повторяя, что всё хорошо. Буквы сидели на кровати в обнимку, пока последний рассказывал про вчерашний день.       —Не выходи без меня на улицу, пока первый не успокоится. Я решу это вопрос, в свободное время. —Й цмокнул в лоб Яори, достал палочку и взмахнул ей —Мне надо идти, я пока запру твой дом изнутри, чтобы никто кроме меня не смог зайти или выйти. Если Садовник закончит дела раньше - пойдёт, проведает тебя. Он последний раз провёл по волосам чернушного и испарился. Сейчас, даже не смотря на то, что тридцать третья буква осталась одна, дом стал более комфортным, ведь никто не сможет войти насильно и навредить хозяину. Безусловно, это успокаивало, давая мнимую безопасность. Вспомнив, что в окнах кто-то следил за ним, последний закрыл шторы, оставшись в полной темноте. В животе заурчало от голода, но можно было и потерпеть. Яори включил свет в доме, посмотрев на календарь. Сегодняшнее число было помечено в круге красного фломастера, так же, как и несколько других чисел перед ним. Значит, днём было собрание. В голове закралась мысль, а стоило ли одно свидание такого положения?