You're The Reason

      Юля повела пятилетнюю Вику на тренировку по гимнастике, а потом они поехали в специализированный магазин, чтобы купить ей новые купальники, шортики и снаряжение. С тех пор, как девочка увлеклась этим всерьез, она стала меньше времени уделять энциклопедиям и больше — общению с девочками из гимнастического клуба. Юлю с Леной не могло это не радовать. И хотя Юля знала, как одиноко себя будет чувствовать Вика, когда повзрослеет, сейчас она не могла насмотреться на счастливую дочь. Они бродили по огромному магазину, советовались с продавцом-консультантом, какой фирмы бревно лучше взять, какую батутную дорожку удобнее накачивать, сколько купить матов. Вика хотела, чтобы они были фиолетовыми, поэтому даже слушать ничего не хотела, и Юля была просто вынуждена купить ей те, на которые она указывала пальчиком.       В это время Лена вернулась домой с Сашиной тренировки по лакроссу. Пока сын возился наверху, Лена заварила себе молочный улун, за которым Юля специально ездила в азиатский квартал. Лена не была большой поклонницей этого чая, но остальной у них закончился, так что, добавив немного меда, она с удовольствием потягивала его, поглядывая на экран телевизора. Она настолько была увлечена передачей, которая там шла, что даже не заметила, как в дом вошла Кира и встала возле нее. - Теть Лен… - грустно прошептала девочка. Лена вздрогнула и облегченно выдохнула. Она отставила чашку в сторону и повернулась к девочке с улыбкой на лице. Однако, заметив, что Кира совсем недавно плакала, Лена напряглась. - Что случилось, Кирюш? - обеспокоено спросила Лена, взяв девочку за руку - Сделать тебе чаю? - девочка хлюпнула носиком и кивнула - Садись за стол, я сейчас! - Лена вскочила со стула, пересекла кухню, словно фигурист лед, налила девочке чай и, поставив перед ней Викину чашку с подсолнухами, уселась напротив. Кира взяла со стола бутылку с медом, выдавила себе в кружку столько, что хватило бы на целый медовый пирог, а потом стала мешать чай ложкой. - Теть Лен, - снова прошептала девочка - А что такое «развод»? - Лену словно током ударило. Она быстро заморгала и шумно вздохнула. - Развод — это когда люди расходятся, потому что больше не любят друг друга и не хотят жить вместе… - попыталась объяснить Лена. - Значит… - девочка громко заплакала - Значит мои мамы больше не любят друг друга? - С чего ты взяла, малышка? - Лена взяла девочку за подмышки, пересадила ее себе на коленки, прижала к себе и стала качать. - Мама с мамой все время ругаются и говорят про развод этот глупый… - сдавленно промычала Кира и разразилась новым потоком слез. Лену внезапно одолела ярость за то, что Аня с Настей ругались при дочери. Они с Юлей никогда не ссорились при детях. Потому что так ведь и положено поступать с теми, кого любишь, разве нет? Их нужно защищать от тех новостей, которые им бы не понравились… - Кирюш, никто не будет разводиться… - Лена погладила девочку по голове и стерла ладошкой слезу с ее щек. У семилетней Киры не было двух передних зубов, от чего она выглядела еще очаровательней, когда улыбалась - Аня с Настей очень сильно друг друга любят… И, главное, они очень любят тебя… - Тогда почему они ссорятся? - всхлипнула девочка. - Потому что они очень глупые… - игриво процедила Лена сквозь зубы, словно рассказывала Кире какой-то важный секрет, а потом подмигнула ей. Девочка наконец хихикнула - Так что не плачь, вытри слезки и пей чай, хорошо? - Хорошо… - Кира кивнула и обняла Лену за шею. Лена не стала ее торопить. Какое-то время она продолжала раскачивать девочку в объятиях, пока она не успокоилась. Допив свой чай, она облизала губы и посмотрела на Лену из под плотной белой полосы ресниц - Мы с Сашкой договорились снова идти искать акульи зубы… - сообщила она. - Много уже нашли? - спросила Лена. - Много… - Кира поджала губки и пожала плечами, а потом встала и пошла в сторону лестницы. У поворота она обернулась, повисла на столешнице и посмотрела на Лену серьезными глазами - Спасибо, теть Лен… - Не за что, малышка… - Лена махнула ей рукой, и девочка скрылась наверху. Через пару минут они с Сашей спустились вниз и, выскочив из стеклянных дверей на задний двор, скрылись за поворотом.

***

      Саша вырос в воде. Он рыбачил, плавал, катался на своей надувной лодке. Не смотря на то, что рожден он все же был на земле, вода была его домом. Территория, прилегающая к заливу Бискейн была покрыта живыми раскидистыми дубами и магнолиями, которые создавали природный балдахин и постоянно заставляли Сашу думать о волосах Медузы Горгоны. С заливом на западе и миром ручьев и притоков на востоке, мальчик был окружен водой и приключениями. И это не говоря уже о ракушечных насыпях. В школе им рассказывали, что основную частью рациона когда-то обитавших тут индейцев составляли устрицы, что объясняло появление на полуострове курганов, сделанных из ракушек, что приравнивалось к золотой жиле для такого любопытного ребенка, как сын Юли и Лены. Когда они с Кирой достигли определенного возраста, они нашли абсолютно неповреждённый наконечник стрелы и стали копать пляжи. Они болтали о ракушках, наконечниках копий и стрел и о том, как могли жить индейцы много лет назад.       По россказням старых рыбаков, которые обитали у магазина с наживкой для рыбы, они узнали, что на побережье можно найти огромные акульи и китовые зубы, если искать достаточно тщательно. Особенно после шторма. Огражденный рекой с одной стороны и заливом с другой, их район был самым подходящим местом для зубов. Иногда Кира с Сашей действительно находили зубы и уже насобирали несколько банок, которые стояли на задних дворах их домов, но ничего длиннее пяти сантиметров им так и не попалось. Но они так и не находили зубов мегалодона. Находили куски, но целый, такой, чтобы был размером с ладонь — никогда.       В тот вечер, после разговора с Леной, Саша с Кирой схватили лопатки и побежали на скрытый от людских глаз пляж, на котором уже разрыли приличную яму. Они запустили лопаты в песок и наткнулись на что-то, что никак не хотело двигаться, поэтому они опустились на коленки и стали копать руками, а потом Кира вытянула из песка огромный — около десяти сантиметров в длину — неповреждённый зуб. Саше он показался идеальным. И гигантским. Они ошарашено уставились на свою находку, не веря своим глазам, пока Кира держала зуб в ладонях, словно вазу из очень хрупкого хрусталя. Она боялась пошевелиться. Боялась дотронуться до него и сломать. Затем они стали танцевать танец индейцев из Питера Пэна и петь песню «Что делает индейца индейцем». Ни Саша, ни Кира не могли поверить своей удаче.       Жадно хватая ртом воздух, они выбрались из ямы и сели у кромки воды, улыбаясь от уха до уха. Они болтали о том, сколько этот зуб может стоить. - Ты думаешь, мы действительно сможем его продать? - спросила Кира. - А то! Реклама на последней странице моих комиксов говорит, что они стоят по десять тысяч долларов! - Сашин голос звучал так, будто он имел представление, о чем говорил - Спорим, за этот нам дадут двадцать или даже двадцать пять тысяч?! - мальчик кивнул - Все просто! Надо только вырезать рекламу из «Тора» или «Супермена» и получить наши деньги! - Давай продадим его, заберем деньги и убежим вдвоем… Только ты и я… - Кира пялилась на зуб у себя на ладонях дольше, чем требовалось, а затем положила его Саше на коленки. Мальчик удивленно посмотрел на нее, впервые увидев дыру у нее в груди. Та взрослая боль в голосе семилетней девочки убедила Сашу, что ему следует потратить всю свою оставшуюся жизнь на то, чтобы заставить эту боль испариться. К концу лета они отрыли еще шесть таких зубов, сопровождая каждую находку глупыми танцами и песнями. - Хочешь, я тебе кое-что покажу? - спросил у нее Саша в предпоследний день каникул. - Конечно! - кивнула Кира. Пару недель назад, пока Кира была на работе у Ани, Саша нашел кое-что, что держал в секрете. Он не знал, кому принадлежало это место, а значит, в тот момент, как их ноги переступят ограждение, они станут нарушителями. Они проехали на велосипедах в дальнюю пустынную часть их района, поросшую пальмами, и спрятали велосипеды в зарослях бамбука. Они пробирались через джунгли, в которых деревья уходили высоко в небо, а испанский мох свисал с веток на два метра вниз. Для Саши северная часть их райского района была территорией без людей и всегда казалась ему «темной» стороной полуострова, на которую он старался не заглядывать. Девственные леса, густая трава, полное отсутствие инфраструктуры, словно никто не видел этот клочок земли с тех пор, как индейцы были изгнаны из Флориды. По крайней мере Саша думал именно так. Они пробирались через подлесок и дикие виноградные лозы и выскочили там, где текущий ручей соединял материковую часть Флориды с островной. Ручей был около десяти метров в ширину с песчаным дном, а вода в нем доходила примерно чуть выше щиколоток - Я даже не знала, что тут есть такое… - глаза Киры округлились. - Я тоже… - Саша взял ее за руку и перевел через ручей. Они перебрались на противоположную сторону и попали в мир, который сильно отличался от того, в котором они жили. Островок был маленьким, некоторые дубы были даже шире, чем автомобили, принадлежавшие их родителям, а магнолии в высоту достигали более пятнадцати метров. Испанский мох свисал с крючковатых дубовых веток и болтался, словно волосы. Травы практически не было, потому что солнце сюда практически не проникало, а значит, они могли видеть на много метров вперед, и запинаться тут было практически не обо что. А также, тут было прохладнее и темнее, но не зловеще-мрачно, а просто свет был мягче. - Ты уже был тут раньше? - Кира потянула Сашу за футболку, когда они углубились внутрь острова на какие-то сто метров. - Пару недель назад. - оборачиваясь ответил мальчик. - Похоже на… - она уставилась куда-то наверх - …Святилище… - «Святилище» было хорошим описанием. - Просто подожди! - Саша дернул ее за руку. Они пробрались через ракушечную насыпь, заросли папоротника и что-то, что можно назвать не иначе, как дикие цитрусовые деревья. Они были огромными и раскачивались под тяжестью спелых плодов. Дети вышли из рощицы, миновали заботливо высаженные вдоль дороги дубы, ветви которых разрослись настолько, что переплетались над дорогой из спрессованной грязи, образуя своеобразный тоннель. Дорога петляла вглубь острова примерно метров на триста и вывела Сашу с Кирой к остаткам ракушечных домиков. Они проходили это в школе: измельченные куски ракушек смешивались с песком и соком лайма, чтобы производить материал, похожий на цемент, который использовался пару сотен лет назад. Он был настолько прочным, что стены домиков выдержали многочисленные ураганы, что ежегодно обрушиваются на побережье Флориды. Однако, крыши домиков либо давно уже сгнили, либо были снесены ураганами. Кира оглядывалась в тишине. Она отпустила Сашину руку и осторожно бродила по останкам былого поселения на носочках, словно боялась потревожить оставшиеся тут воспоминания. Стены домиков выцвели на солнце и сделались гладкими с помощью людей и природных ветров. Десять домиков были построены группой, что наводило на мысль о том, что это был жилой сектор каких-то двести лет назад. Прямо напротив маленького дворика — между двух огромных дубов — были расположены останки четырехугольного здания. Стены в нем были толще и выше, а внутри валялись куски того, что, возможно, было раньше скамейками, вырезанными вручную из кипариса или кедра — ни тот, ни другой вид древесины не гниет и не становится домом для жуков. Саша узнал об этом от сестры, когда она стала читать ему очередную научную лекцию. - А что это? - Кира вышла в центр дворика и покрутилась вокруг себя. Солнце заплясало в ее белых волосах, а потом отразилось в глазах. - Думаю, церковь… - Саша пожал плечами. - А кто ее построил? - Думаю, те, кто тут жил… - Саша указал на остатки домиков у нее за спиной. - Давно? - Саша отвел ее к одной из стен и позволил ее глазам привыкнуть к отсутствию солнца. Когда она сфокусировала взгляд на стене, ее рот открылся от удивления: на ней были вырезаны имена и даты, начиная с тысяча семисотых годов и заканчивая серединой тысяча девятисотых. Долгое время они стояли в тишине и пялились на надписи на стене, не желая тревожить тишину, которая там покоилась. Когда солнце опустилось ниже, а жара сменилась легким бризом, оставляя детей в тусклом послеобеденном свете, Саша уселся на одну из скамеек и провел рукой по гладкому дереву потемневшему от дождей, пота и, возможно, слез. Когда Кира заговорила, она стояла посередине того, что по их мнению было церковью, и смотрела наверх. Там, где когда-то была крыша, теперь свешивался испанских мох на фоне медленно плывущих облаков - Я никогда не видела ничего подобного… - Я тоже… - тихо ответил Саша. Кира села рядом с ним, плечом к плечу и бедром к бедру. - Что ты чувствуешь..? - прошептала она ему прямо в ухо. - Безопасность… - произнес он слово, которое лучше всего описывало его чувства. Кира кивнула, разглядывая стены вокруг них. Они были словно отбеленные могильные камни, стоящие с вызовом времени и волнам, которые так и норовили стереть их с лица земли. Однако, несмотря на ураганы, которые господствовали на Флоридском побережье в конце лета, это место все еще находило силы противостоять им. В тени послышалось песнь кукушки, на которую ответила сова где-то вдалеке. Саша с Кирой подошли к стене и замерли, наслаждаясь тишиной. Кира провела пальцем по вырезанным именам, обводя буквы. Поверх имен была выбита одна единственная фраза: «даже камни умеют плакать». Наконец она положила ладонь на шершавый цемент так, словно слушала историю, которую он мог ей рассказать. Саша почувствовал какую-то священную тишину, которую не знал ранее. Тихое, молчаливое почтение. Это был не просто остров в джунглях, не какая-то забытая точка на карте. Это был кол, вбитый в земную поверхность. Это был одинокий голос, который превратился в два, а потом в десять тысяч, и эти голоса кричали во все горло. - Если бы эти стены могли говорить, как думаешь, что бы они нам пожелали? - спросила Кира, когда последний луч солнца коснулся полуразрушенного здания. Саша уставился на имена, на скамейки, на изношенный пол. Перед тем, как заговорить, он поднял голову и увидел, как ветер заколыхал мох над его головой. - Свободы… - прошептал мальчик. Они покинули остров в тишине, словно покидали кладбище. Стоя в ручье, вода в котором поднялась примерно до колен из-за прилива, Саша повернулся к Кире и заговорил очень смело для семилетнего мальчика - Однажды я куплю этот остров для тебя! - Кира стояла напротив него, но смотрела вверх, на первые звезды. Звезды, которые проткнули серебристый рай и освещали им путь - Тогда, если ты вдруг почувствуешь опасность, мы сможем сюда придти! - Кира встала плечом к плечу к другу и положила голову ему на плечо. - Было бы здорово… - вздохнула она. Они смыли с себя грязь в ручье, достали велосипеды и направились в сторону дома. Прошмыгнув мимо родителей, они поднялись к Саше в комнату, тщательно вымыли ноги, руки и лица, а потом уселись на Сашину кровать и разговаривали обо всем на свете до того момента, как уснули. Когда Лена с Юлей начали беспокоиться, они уже спали поверх одеяла. Лена не стала их будить, просто накрыла их теплым пледом и спустилась вниз к жене. - Спят, как суслики! - усмехнулась она, усаживаясь жене на коленки. Юля глянула на часы, которые показывали только начало девятого вечера и нахмурилась. - Где они были? - удивленно спросила она. - На пляже опять, наверно… - Лена пожала плечами, запуская пальцы в Юлины волосы - Они же одержимы поиском этих акульих зубов… - Я видела эту махину, которую они нашли… - Юля усмехнулась, опустила губы Лене на шею и стала осторожно целовать нежную кожу. - Юляш, я тебя люблю… - прошептала Лена, поднимая голову и открывая Юле больший доступ к шее. Однако, ответить Юля не успела, потому что раздвижная дверь резко и громко распахнулась, и в дом вбежали перепуганные Аня с Настей. - Кира пропала! - закричала Настя, тяжело дыша - Я… Я не видела ее с обеда… - Спокойно! - Юля поднялась с Лениных колен и выставила вперед руки с растопыренными ладонями. - Куда же она могла… - задыхалась взволнованная Аня - А если с ней… - Наверху ваша Кира! - быстро сказала Лена, вставая - Спят они! - она заметила, как Настя с Аней облегченно выдохнули направились в сторону лестницы - Стойте! - крикнула им Лена вслед, и Юля недовольно шикнула на нее - Пусть спят, а вы двое садитесь и рассказывайте, что происходит! - А что происходит..? - Аня глянула на Настю, делая вид, что все в порядке, и та стала ей подыгрывать. - Гимнастка из тебя лучше, чем актриса! - Юля закатила глаза, складывая руки на груди. - Кира недавно вся в слезах пришла и рассказала, как у вас все в порядке! - Лена укоризненно посмотрела на подруг. Настя с Аней вздохнули и опустились на стулья перед подругами. Юля встала за Леной, положив ладони ей на плечи, и они слушали, как подруги рассказывали о проблемах, которы возникли у них в отношениях. Оказалось, все губил быт. Настиранные носки, раскиданные штаны и прочая незначительная мелочевка, которая, соединяясь, превращалась в огромную разрушительную лавину. - Зачем ты тогда вообще со мной поехала?! - крикнула Аня, когда они снова начали ругаться у Юли с Леной на глазах. - Да потому что ты тут была! - отчаянно вздохнула Настя - Потому что я не понимала, каким все могло стать. Какой я могла стать. Потому что если где-то и есть сад из одних «может быть», то ты в этом саду сорняк, от которого мне никогда не удасться избавиться!!! - Настя уставилась на жену потемневшими от усталости глазами и снова вздохнула, глядя на Анино растерянное лицо - Потому что я люблю тебя!!! - Я тоже тебя люблю… - виновато прошептала Аня, осознавая, что уже не в силах вернуть назад то, что сделано. Люди сами стелят себе постель, и им на ней спать. Но исправить все еще можно было. Она подошла к жене, сжала ее в объятиях и уткнулась носом ей в плечо - Прости… - сдавленно промычала она. - И ты прости… - пробормотала Настя, обнимая Аню в ответ. - Первое, - Юля подняла руку с улыбкой - Нам уже можно открывать свой кабинет семейной психотерапии!!! - она рассмеялась, опуская взгляд на Лену - Второе! - она дождалась, пока Аня с Настей на нее посмотрят - Наймите клининг! Пусть они приходят и все убирают, а вы занимайтесь своими делами!!! - И дочерью! - добавила Лена. - Мы ее заберем? - спросила Настя, указывая пальцем наверх. Юля отрицательно покачала головой. - Пускай спят… - вздохнула Лена. - А вы идите домой, выпейте вина… - Юля подмигнула подругам - Займитесь сексом, в конце концов… Обсудите все и просто отдохните. - Мы за Кирой присмотрим… - Лена встала со стула и поспешила обнять подруг. - Спасибо… - пробормотали Аня с Настей. Они вернулись домой и последовали Юлиному совету. На утро они вернулись за дочерью, отвезли ее в парк аттракционов, где целый день катались с ней на горках, покупали ей сахарную вату и хот-доги и просто наслаждались ее звонким смехом. - А вы точно не будете разводиться? - спросила Кира, когда они вернулись домой. - Нет, Кириешка, не будем… - Аня села напротив девочки, взяла ее за руку и прижала ее к своим губам - Мы иногда ссоримся, но все равно любим друг друга… - А самое главное, - Настя спустилась на корточки рядом с Аней, обняла ее за плечи и потянула дочь в объятия - Мы тебя любим больше жизни…

***

      Всякий раз, когда наступали выходные, Лена старалась занять Сашу с Викой, чтобы Юля могла подольше понежиться в кровати. Это было легко, потому что Флоридский климат способствовал тому, чтобы проводить как можно больше времени на улице, особенно когда заканчивалось лето, и типичная духота сменялась океанскими бризами, а тропические проливные дожди сходили на нет. С самого утра в субботу Саша сбежал в соседний дом к Кире, потому что Аня с Настей подарили ей приставку, в которую сами играли в детстве. Выросшие на трехмерных играх с четкой графикой, они оценили всю прелесть шестнадцатибитных человечков на экране. Вика, проснувшись, позавтракала приготовленной Леной овсянкой со свежими ягодами и йогуртом и заперлась в своей спальне, погружаясь в разнообразный мир формул и теорем. Школа Вике не понравилась. «Она спрашивает меня, сколько будет три плюс четыре!!! — возмутилась девочка, которая с легкостью справлялась с программой старшей школы по математике — Серьезно, она что, сама не знает?!» — Лене в ответ оставалось только смеяться. Депутат улегся у Вики в ногах. Будучи пятнадцатилетним старичком, он перестал быть таким активным и разговорчивым, но был не прочь подставить свое пузо детским ножкам. В прошлом месяце Юле даже пришлось отвезти его к ветеринару, где кота посадили на специальную диету с пониженным содержанием соли, чтобы снизить нагрузку на почки. Вика сидела у себя на кровати, читала книгу и почесывала шумно мурлыкавшему коту пузо, когда мимо ее комнаты прошла Лена. Она задержалась в дверях, глянула на довольную морду кота и прошла дальше по коридору в их с Юлей спальню. Брюнетка спала на животе, подогнув одну ногу и раскинув руки на кровати. Одеяло скомкалось у нее в ногах, футболка перекрутилась, а луч солнца, пробивающийся сквозь щель на шторах, играл у нее на пояснице. Лена скучала по тем временам, когда они спали совсем без одежды, и первое, что касалось ее кожи с утра, была Юлина грудь, предплечье или ладонь. Часы показывали начало двенадцатого дня, но Юля, судя по всему, не собиралась просыпаться, а Лена не хотела ее будить, зная, как она уставала на работе. Ей безумно хотелось ее коснуться, но она сдержалась из страха, что это может нарушить Юлин сон. Она сидела у кровати, разглядывала ее расслабленное лицо и мечтала остановить время. Заморозить Сашу в возрасте семи лет, а Вику в возрасте пяти. Заморозить тридцатиоднолетнюю Юлю и старичка Депутата. На глаза навернулись слезы от грустных воспоминаний. Лена вспомнила, как Юля рассказала ей о сестре, как кричала и била фотографии в клубном домике. Лена сожалела, что тогда не вбежала внутрь и не сжала ее в крепких объятиях, разделяя ее боль. Сожалела, что однажды сдуру сказала ей, что больше ее не любит, потеряв два месяца, которые они могли бы провести в нежных объятиях. Сожалела, что растерялась и позволила ей сбежать, когда Маша Каютина так подло открыла ей Юлины чувства. В голове у нее вертелось еще много сожалений, пока она не задумалась о том, что, возможно, смысл жизни заключался не в аккумулировании знаний и любви, а в коллекционировании сожалений. - Привет… - сонно промычала Юля, ворочаясь на кровати. Она вытянулась в струнку, поднимая руки к изголовью, и потянулась, шумно вздыхая. Она перевернулась на спину, и перекрученная футболка оголила ее живот. Лена поспешила положить на него ладошку, потом запрыгнула на кровать и крепко прижала жену к себе. - Моя девочка… - тихо прошептала Лена Юле в самое ухо. Брюнетка хрипло засмеялась, обняла ее одной рукой за талию, а второй перекинула пушистые волосы ей на другую сторону. - Ну, вообще-то, я уже не девочка! - хихикнула Юля, чмокнув Лену в губы - Я взрослая самодостаточная женщина! У меня есть уютный дом, красавица жена, жирный кот и двое прекрасных детей! - в голосе звучали шутливые нотки, и она несколько раз взмахнула указательным пальцем. Лена прижалась носом к ее щеке и звонко рассмеялась. - Нет, - картинно возразила она - Ты девочка… Моя… - Твоя, малышка… - Юля окинула Ленино лицо нежным взглядом, взяла ее щеки ладошками и крепко поцеловала - Твоя… - она еще немного полежала в теплых убаюкивающих объятиях, но потом все же решила вставать, потому что обещала Саше поиграть с ним в бассейне. Она умылась, привела себя в порядок и спустилась вниз, где Лена уже хлопотала над обедом для дочери и завтраком для нее. Саша вернулся из дома Стариковых как раз к обеду. Лена положила еду и Кире, а сама села рядом с женой, целуя ее в щеку. Саша с недоверием посмотрел на свою тарелку, а потом поднял глаза на мать. - Опять эта кукуруза! - недовольно буркнул мальчик, ковыряя вилкой котлету с картофельным пюре и свежими овощами - Ненавижу кукурузу! - Она тоже от тебя не в восторге! - огрызнулась Лена - Чтобы все съел! - Саша вздохнул, но промолчал. Когда дело касалось еды, спорить было бесполезно. Лена с Юлей сделали вид, что не заметили, как он скинул большую часть своей кукурузы Кире в тарелку, обменивая ее на болгарский перец. Когда он закончил с едой, то стал поторапливать Юлю. Она забросила посуду в посудомойку, поцеловала Лену в макушку и побежала наверх, чтобы надеть купальник. Намазав сына кремом от солнца, она нанесла крем и на себя, и Саша потянул ее в сторону бассейна. - А ты с ними не пойдешь? - спросила Лена у Киры. - Кира мне помогать будет! - важно произнесла Вика - Мне нужно выбрать купальник! - О, это серьезно! - кивнула Лена - Не буду вам мешать! - она достала свой телефон, позвонила Насте и спросила, почему она все еще не пришла к ним домой, чтобы выпить лимонаду и поболтать. Настя ответила, что они с Аней поехали на встречу с ее издателем, и, положив трубку, Лена не придумала ничего лучше, чем пойти наверх и помочь Вике выбирать купальник. Она медленно поднялась по лестнице и нашла Киру сидящей на кровати, скрестив ноги, и наблюдающей за Викой, которая вывалила на пол все свои гимнастические купальники и, примеряя их по очереди, крутилась перед подругой. - Нет… - Кира важно приложила указательный палец на подбородок и покачала головой - Этот слишком обычный! Нужно что-то прям вау! - она вскинула руки к потолку и пошатнулась. - Викуш, а что за повод? - мягко рассмеялось Лена, глядя на то, как дочь проталкивает ножки через дырки в следующий купальник. - Мне завтра будут делать смешной массаж! - гордо произнесла девочка - Я должна выглядеть на все сто! - Ты и так выглядишь на все сто! - Лена покачала головой, опускаясь на пуфик в виде единорога у дочери в комнате - Даже на все двести! - Фу, когда родители так говорят, это значит, что я полный отстой! - наморщилась девочка. Лена не удержалась и прыснула. - Теть Лен, ты не сечешь! - Кира махнула рукой в сторону Лены, вынуждая ту разразиться хохотом. - А этот как? - Вика натянула на себя блестящий купальник, который плавно переходил из желтого на лямках в фиолетовый на бедрах. - Вот этот супер! - Кира выбросила вперед две руки с поднятыми указательными пальцами. - А что за событие такое — смешной массаж? - спросила Лена - Это как день пижам в школе? - Нет, мамочка! - Вика снисходительно вздохнула - Это самый настоящий массаж, просто от него щекотно! - Я тоже такой делать умею! - гордо вскинула подбородок Лена - Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы… - заговорила она. - Нет, мамочка! - остановила ее дочь - Это другой смешной массаж! - А ты мне покажешь? - спросила Лена. - А у тебя не получится! - Вика сложила ручки на груди и махнула головой - Нужно лечь в лягушку! - она легла на пол так, что ее коленки были разведены в стороны, а стопы соприкасались, а потом быстро встала на ноги - Доктор Стивенсон сначала разминает поясницу, потом ноги, - она хлопнула себя по бедрам, а потом щекочет нас вот тут пальцем! И все смеются… - Вика пожала плечами, а Лена побелела, когда дочь указала себе между ног. - К-как щекочет..? - спросила Лена и услышала свой голос словно из-под толщи воды над ней. - Ну вот так! - Вика изобразила в воздухе движение указательным пальцем - Как червячок… - Лена почувствовала, как ледяная волна обрушилась на нее, руки у нее задрожали, а ноги стали ватными. Воздуха совсем не хватало, и она жадно вдохнула, вскакивая на ноги и чувствуя, как все ее лицо загорелось, а в ушах и груди закололо. - Быстро иди за мной! - она схватила дочь за запястье, выволокла ее из комнаты и потащила вниз. - Мамочка, мне больно! - завопила Вика, перебирая ножками, но Лена не реагировала. Она протащила кричащую дочь через столовую и вышла на задний двор. - Юля, быстро иди сюда! - крикнула она. - Что такое? - смеясь откликнулась Юля, уворачиваясь от Саши, который стрелял в нее из водяного пистолета. - Мам, ну мы же играем! - весело крикнул Саша. - Саша, вон из бассейна!!! - взревела Лена - Юля, быстро!!! - Юля растерянно посмотрела на сына, на Лену и на стоящую рядом с ней дочь, которую она крепко держала за руку - Саша, я кому сказала?! Живо!!! - Малыш, давай узнаем, что стряслось и продолжим, хорошо? - Юля погладила сына по мокрой голове и вылезла из бассейна - Что с тобой? Ты зачем на ребенка кричишь? - Юля накинула на плечи полотенце, развела руки в стороны и покачала головой. Уже подойдя ближе, Юля заметила, что Вика плачет - Что стряслось?! - она подтолкнула сына внутрь дома. Костяшки пальцев у Лены побелели, а кисть девочки приобрела синий оттенок - Ты с ума сошла?! - вскрикнула Юля, хватая Лену за руку и выдергивая из нее руку дочери. Она подняла ревущую белугой Вику на руки, прижала ее к себе и занесла в дом. Лена прошла за ними, упала на стул и уронила голову на ладони. Саша с Кирой замерли у стены в другом конце комнаты - Кто-нибудь объяснит мне, что тут происходит?! - Мы примеряли леотарды... - испуганно пролепетала Кира, - а потом тетя Лена схватила ее за руку и потащила вниз… - Вика продолжала выть то ли от страха, то ли от боли. Юля осмотрела ее запястье, осознавая, что будет синяк, встала с дочерью на руках и дошла до ящика с медикаментами. Она вытащила оттуда крем от ушибов и растяжений, опустилась на стул и открутила крышку. - Сейчас, малышка… - прошептала Юля, целуя Вику в мокрую от слез щеку - Сейчас пройдет… - она повернулась к Лене, по щекам которой тоже струились слезы, а дышала она прерывисто - Кто-нибудь мне объяснит, что произошло?! - рявкнула она. - Юль, доктор Стивенсон… Он.. - пробормотала Лена, глядя на Вику, и снова разрыдалась. Юле не обязательно было слышать продолжение. Она перевела испуганный взгляд на дочь, потом снова на Лену, и почувствовала, как земля уходит у нее из под ног. Сердце заколотилось у нее в висках, и она поспешила глубоко вдохнуть. Заставив себя успокоиться, она посадила дочь на стол и нанесла прозрачную мазь ей на запястье. - Саша, вы можете поиграть с Кирой у тебя в комнате? - она старалась делать все от нее зависящее, чтобы заставить голос не дрожать, но он все же дрогнул. Кира с Сашей синхронно кивнули и быстро побежал наверх - А теперь вы мне все расскажете… - встав на ноги, Юля прижала вздрагивающую от слез Вику к себе и протянула руку, касаясь Лениного плеча - Викуль, не больно? - она наклонилась к дочери, убирая волосы ей за уши. Девочка перестала рыдать, но все еще выглядела растерянной. Вика медленно покачала головой, продолжая сжимать Юлину талию - Ленок, что произошло? - Лена набрала побольше воздуха и рассказала Юле про спортивного детского врача Ллойда Стивенсона, который делал детям в Викиной гимнастической школе эротический массаж, засовывая пальцы девочкам между ног - Викуш, тебе уже делали такой… Массаж..? - Юля сглотнула, нежно поглаживая дочку по плечикам, на которых все еще сидел гимнастический купальник. Она отрицательно покачала головой, но легче от этого не стало. - Завтра только моя очередь… - всхлипнула девочка. - Солнышко, а ты можешь рассказать, как он это делает? - Юля опустилась на стул, чтобы смотреть на Вику как бы снизу вверх. - Просто щекочет… - ответила Вика - Вот тут… - она положила крошечную ладошку себе на область паха, что заставило Юлю выпустить болезненный вздох - Тебе лучше у Макейлы спросить… Ей делали позавчера… - А ты можешь дать мне ее номер телефона..? - попросила Юля. Вика кивнула. - Сейчас принесу… - девочка спрыгнула со стола и быстро побежала наверх. - Малыш, ты в порядке? - Юля села на корточки перед растерянной Леной, взяла ее руку в свои ладони и поднесла ее к губам. - Я в ужасе, Юль… - всхлипнула она - А если б я не пошла к ней сегодня, завтра этот урод бы трогал нашу девочку… - она снова заплакала - Или еще что хуже… Ей же всего пять лет!!! Ну как так можно?! - она звонко всхлипнула и поспешила стереть слезы, когда в столовой появилась Вика с телефоном в руке. - Кей-Кей, привет, это Вика! - она поприветствовала подругу, которая отозвалась веселым голосом - А ты можешь рассказать мне про смешной массаж? - Это секрет! - ответил звонкий девичий голос - Ты же знаешь, что мистер Ди не разрешает нам никому говорить!!! - Ну пожалуйста! - взмолилась девочка - Мне завтра будут делать, я никому не скажу! - Вика читала то, что Юля писала ей на своем телефоне. - Ну хорошо! - Макейла сдалась - Но если ты меня сдашь, я буду все отрицать! - Договорились!!! - ответила Вика. - Ну, на самом деле это обычный массаж… - начала девочка, и Юля могла слышать, как под ней скрипнула кровать - Только в конце надо леотард снять, чтобы мистер Ди мог тебе мышцы на писе размять… - Лена снова расплакалась, а Юля перестала слышать все, что происходит вокруг - Я и правда фляк стала лучше прыгать… - Юля чувствовала себя так, словно очутилась в вакууме, а потом у нее случилась паническая атака, и уже Лене пришлось ее успокаивать. Она набрала номер Ани, попросила их срочно придти к ним домой. - Мы уже подъезжаем! - сказала Аня - Будем через три минуты! - Юля сидела на стуле и тихо плакала, прижимая к себе дочь, которая поглаживала ее по волосам, а Лена ходила из угла в угол. Аня с Настей влетели в раздвижные двери и встали, как вкопанные. - Что произошло?! - вскрикнула Настя, глядя на трясущихся подруг - Где Саша с Кирой?! - сначала они испугались, что что-то случилось со старшими детьми. - Наверху… - выдавила Лена - Они в порядке! - Тогда что не так?! - Аня подбежала к Юле, взяла на руки Вику и бегло осмотрела ее на предмет повреждений. На вид девочка была невредима, за исключением легкого покраснения на правом запястье. Юля повернулась к подругам и рассказала им все, что они узнали от дочери и ее подруги. - Что нам делать теперь?! - взвыла Лена. - Ну вы даете! - вскинула руки Настя - А что нам еще остается?! - она выудила из кармана телефон и щелкнула пальцем по экрану несколько раз. Когда из трубки донесся приглушенный женский голос, Настя заговорила - Алло, здравствуйте, нам нужна полиция. Я хочу сообщить о растлении малолетних! - она назвала сотруднице службы спасения адрес и положила трубку - Все будет хорошо! - Настя обняла сначала Лену, а потом Юлю, стараясь их успокоить и убедить, что ничего страшного не случилось, хотя понимала, что только родители, пережившие какой-то кризис с ребенком — болезнь, проблемы с учебой, эмоциональные стрессы или боязнь за его безопасность — могли в полной мере понять состояние Юли и Лены. Когда что-то нарушает равновесие, этот дисбаланс становится черной дырой. На что действительно надеятся родители, так это на то, что они окажутся рядом до того, как произойдет непоправимое. Когда приехала полиция, Настя уже напоила подруг травяным чаем, и они более менее успокоились. Два офицера — мужчина и женщина — долго беседовали с ними, опрашивали Вику и просили ее дать контакты всех девочек, с которыми это уже случилось… - Не переживайте! - офицер-мужчина кивнул Юле с Леной - Мы его обязательно арестуем! - Спасибо большое! - поблагодарила их Настя, закрывая за ними дверь. Они просидели вместе до самой ночи, пока дочка не уснула у Лены на руках. Когда Аня с Настей забрали уже спящую Киру и ушли, Лена с Юлей еще долго не могли покинуть комнату дочери. - Юляш, пойдем… - Лена обняла Юлю за плечи и слегка потянула - Она в полной безопасности! - Юля сопротивлялась всего секунду, не отводя взгляда от дочери, а потом пошла за женой. Они проверили сына и заметили, как Депутат покинул его комнату и нырнул в спальню к Вике - Теперь она еще и под защитой Депутата! - усмехнулась Лена в попытке разрядить обстановку. Юля наскоро приняла душ и вышла к Лене, которая раскрыла руки, сидя на кровати. Она погасила свет, обвила любимую руками и стала покрывать ее лицо поцелуями. - Я… - Юля прочистила горло - Я не знаю, как бы я с этим справилась без тебя… - она прижалась к Лене всем телом. Осознание того, что ничего не успело случиться, наконец дошло до Юли, и она шумно выдохнула. - Какое счастье, что все обошлось… Я не знаю, что бы я делала, если б он… Этот… - Лена вздохнула и поймала себя на мысли, что не может произнести имя спортивного врача. Она не хотела даже думать о том, что оно у него было. Потому что имя делало его человеком, а он — не человек. Он — чудовище… - Зло в природе — человек… - прошептала Юля, борясь со сном, в который ее вгонял травяной чай - Мы представляем себе насильников и убийц безликими существами, но они такие же обычные люди, как мы с тобой… - она вздохнула, а потом они обе резко сели, когда дверь в их спальню распахнулась. - Можно я с вами посплю..? - сонно прошептала Вика, потирая глаза и прижимая к себе плюшевого медведя по имени Эйнштейн. - Конечно, кроха! - Лена подняла одеяло и подождала, пока дочь добежит до кровати и уляжется между ними - Вот так, давай, иди к нам! - она прижала малышку к себе и подождала, пока Юля подвинется к ним поближе. Брюнетка поцеловала Вику в лобик, потом оставила точно такой же поцелуй у Лены на лбу, обняла их рукой и почувствовала, как в ноги ей прыгнул Депутат перед тем, как погрузиться в беспокойный сон.