Путь на Восток

      Анклав встретил меня горячо, с огоньком так сказать. Акара, одна из старших жриц Монастыря и довольно сильный маг, в ответ на мои попытки ощутить её намеренья зажгла в руках огнешар уровня наших наставников. Впрочем, напряжённая ситуацию разрешила прибежавшая с патрулём Кассия, старшина Сестёр Битвы, ордена охраняющего Монастырь и проход через горы. Да простит меня Закарум, ни к демонам первое впечатление! Когда я вышел из шатра, по глазам Кассии было видно, что не долго я здесь задержусь. Н-да, неудобно получилось, хотя Акара-то меня, кажется, поняла — в магической битве нет ни грана лишнего внимания, чтобы отвлечься на слова или даже мысли.       С Чарси, забавной и общительной девушкой-кузнецом, адептом Кузни Закарума, я уже познакомился сам. За символическую плату в виде истории о моём путешествии она помогла мне починить одежду, поправила щит и даже накрыла небогатый стол. Хорошо пообщались, тем более, что в процессе к посиделкам присоединился Варрив, купец из Лут-Голлейна, Цитадели и Жемчужины Востока. Оказывается учёные Востока уже долгие годы систематизируют знания о тварях, говорят даже, что они приблизились к Знанию о том, как решить эту проблему раз и навсегда!       От новых приятелей узнал и о местных монстрах, их четыре вида в округе обитает: Бледная напасть — те твари, которые чуть не закусили мной ночью; Болотный огонёк — любитель завести путника в бездонную топь и долгие недели обгладывать его гниющий труп; Шипастая крыса — злобный зверёк с длинным хвостом и спиной покрытыми шипами, которыми он очень любит привечать всех мимопроходящих; в тёмных пещерах востоку встречаются и Уроды — жуткие химеры, рогатые с большущей пастью и длинными передними лапами. Но не в монстрах сейчас проблема, даже Бледные меркнут по сравнению с демоническим прорывом.       Уже две недели как Монастырь пал. Сгнил с головы! Старший настоятель, предала Закарум, осквернившись, стала Аватарой Андариэль, Девы мучений, до этого успев совратить множество сестёр. Именно из-за её влияния поднялся погибший Талий и сейчас рядом с лагерем шастают Падли, дикие малорослые жители лесов, собираемые в группы одержимыми собратьями. К востоку встречаются охотничьи группы одержимых сестёр и разбойников, а единственная дорога через горы заблокирована толпами мертвецов, одержимых и скелетной нежити. Да, подкинул Закарум работёнки! Надеюсь, выживу…       Так или иначе, Чарси рассказала, что, как она слышала от патрульных, в местных пещерах на Кровавом болоте обосновалась крупная группа Падли во главе с парой одержимых шаманов. Патруль с ними разобраться не смог: темнота, узкие щели и закутки, затопленные штольни — с луками там делать нечего. В принципе, это мой шанс помочь людям, потренироваться и, главное, улучшить отношения с руководством лагеря. Благо тьма милости Закарума не помеха, а подкрасться ко мне незаметно не получится — я почувствую.       Как-то между делом и договорились, товарищи меня порекомендовали и вот задание у меня в кармане. Более того, за эту помощь Акара обещала научить меня паре трюков, о которые мне бы предстояло изучить во время паломничества, что приятно, всё же моё понимание всё ещё ограничено моим же опытом. А теперь за дело!       Быстрое прощание, дорога через болото, на развилке влево… Всё это промелькнуло, как-то мимо — нужно было подготовить тело и органы чувств к предстоящим приключениям. Уже у самой пещеры из камыша на обочине вывалился мертвяк. Вспышка пламени, лопнувшая шея и пережжённый позвоночник, занявшийся камыш. Смотрю на это, а в голове пусто, подрагивают руки… Что не так?       Закрум! Воля Твоя пусть станет моей решимостью, Желание Твоё пусть направит меня к Свету! От сердца следуя обетам в царствие иду Твоё! Слова молитвы на пересохших губах, руки аквилой у сердца. Спокойствие в глазах, уверенность в делах. Последний раз вспыхивает пламенем камыш, впереди пещера. Закарум! Ты — Свет изгоняющий тьму! Веди же меня Своей рукой!        Уже не такой тёмный зев пещеры, оглушающим эхом звенит капающая с потолка вода, откуда-то из глубины тянет смолистым дымом и доносятся неразборчивые голоса Падли. Опа, вот и первая тварь — за валуном притаился свежий мертвяк — подранная крестьянская рубаха, бледная кожа с кровоподтёками, выеденные через левый бок внутренности. Не останавливаясь бью щитом по рукам и добиваю булавой в шею. Дальше грот, в центре костёр вокруг которого над трупом сестры-охотницы танцуют с оружием и факелами в руках Падли. Некоторые из этих маленьких коренастых человечков с ярко красной кожей, её кровью что-то рисовали на полу под руководством шамана.        Шаман возвышался над остальными на три головы, впрочем, едва дотягивая мне до груди, и первым поприветствовал меня огненной стрелой, когда после первого трупа мелочь прыснула по углам пещеры. Просто бойня, да шаман успел поднять пару трупов, но это ему совсем не помогло, ни ему ни остальным Падли в пещере. Каких-то проблем доставила только группа неожиданно резвых мертвецов в глубине пещеры. Они набросились всей толпой, стоило только мне войти штольню. Почти всех удалось сжечь, но один из них… Массивный, на голову выше меня, с промёрзшей и необычайно крепкой плотью. Понадобилось аж целых четыре удара раскалённой до бела булавой в шею, чтобы упокоить этого монстра.       Пока я пытался что-то с ней сделать, двумя ударами эта Тварь разбила мне щит и вырвала кусок плоти из левой руки. К счастью, Акара подкинула немного лечебных зелий на крайний случай. Кровотечение удалось остановить, мышцу нашёл, очистил, завернул в чистую ткань и забрал с собой. Из пещеры выбрался с трудом, сильно не хватало левой руки, особенно на влажном подъёме у входа, чуть назад не улетел.       Уже в лагере мне помогла Акара, милостью Закарума руку удалось полностью восстановить к вечеру. Сразу после лечения и собрались у центрального костра на ужин. Неловкое молчание недолго держалось под напором сытной похлёбки и травяной настойки. Не успело потухнуть небо на Западе, как мы уже во всю шутили, поминали истории из прошлого. А следующим утром меня отозвала в сторону Кассия.        Оказалось, что её близкая подруга и напарница, Вран, сейчас недалеко, на старом кладбище, под влиянием демонической скверны, поднимает нежить для нападения на анклав. Уже две сестры Битвы пали от её вострых стрел, а отряды нежити бродят уже по Холодным равнинам. Затем уже я подошёл к Акаре и не зря: она подсказала, как направить милость Закарума в неодолимость оружия и жар пламени. Интересно, могу ли я теперь справиться с столь же сильным монстром, как вчерашний, скажем, двумя ударами?       Что ж, возможность это проверить выдалась мне совсем скоро. Исследуя путь на Восток, я на развилке свернул я не туда. Разлившийся ручеёк притопил главную дорогу, а путь налево привёл меня на кладбище. К счастью, предупреждения Кассии не прошли даром — сразу на кладбище я не сунулся, что меня и спасло. В присевшего передохнуть в полусотне метров от кладбища меня с той стороны прилетела стрела. Еле увернулся и то, благодаря чувству пространства! Из кустов уже слышался треск веток, утробные рыки зомби и щёлканье костей. Вот это комитет по встрече!       Набегался я в тот день по упаду: только так что-то получалось сделать с прущей непрерывным потоком нежитью. А на кладбище было не попасть, даже к ограде не получалось приблизиться — стрелы летели, причём, чаще всего стрелы не обычные. В итоге, на кладбище попасть удалось укрывшись, как башенным щитом, телом обезвреженного мертвеца. Там уже между оградой и склепом Вран попасть в меня не могла, хоть и пыталась с немалым усердием. Надгробия лопались от холода, чадили густым дымом кусты и кучи прелой листвы, пробегали по мокрой траве голубоватые разряды молний. Получилось подловить её на обманку из нагрудника и кучи окровавленного тряпья с тел зомбей.       Сильный удар булавой разбил череп одержимой лучницы, концентрация воли выжгла тело изнутри. Неожиданно седьмое чувство словно взбесилось. Пинаю ворох обгорелой одежды оставшийся от Вран и рыбкой прыгаю в склеп. Уже в полёте меня оглушает раскат грома и ослепляет вспышка молнии. Кулём качусь по ступенькам вниз до встречи со старой бочкой. Сломана рука, левая в двух местах. Рассечён лоб, отбита поясница, левая стопа развёрнута в обратную сторону. Дрожит пол, чувствую как высокая двурогая фигура приближается ко мне из глубины склепа. Тяжёлый удар копытом раздробил правую руку, удар косы распорол живот, жуткая боль пробивающаяся через все блоки. Закарум! Я прожил эту жизнь не зря! Следующий удар вместе с грудной клеткой разрубил и сердце, мгновенная смерть. Резкий запах тины с железными нотками. Медленно выплываю из темноты забытия. Закарум милостивый! Что ж мы с Талием вчера делали, что так грудь-то болит?