luminous

Есть в этих редких непродолжительных встречах что-то особенное: всегда людное место, например, бар, клуб, что-то такое, где их обоих не смогла бы спалить даже горстка фанатов, поскольку большинство из этих самых фанатов будет пьяна в стельку; никаких обсуждений, ни до, ни после, ни во время; никакого общения, за исключением рабочих вопросов, кроме этого времени. Три простых правила, позволяющие сохранить свою и чужую жизнь в тайне и при этом не отказываться от развлечений. Ну, вряд ли Шаст мог просто позвать его в ресторан на ужин при свечах, или о чём там ещё фантазируют безумные тринадцатилетки. Сегодня именно такой вечер. Сегодня это дурацкий клуб на окраине, где полчаса целоваться за дальним краем изогнутой в полуовал барной стойки не только чертовски приятно, но и абсолютно безопасно. И безумно горячо. Он правда ждал. С кем-то другим, не с Арсением, такие вещи выглядели бы дешёвой дурацкой фальшивкой, но с ним всё превращается в кино. Настоящее, то, которое обладает подлинной магией. Жаль только, любая встреча рано или поздно заканчивается. От дешёвого алкоголя начинает мутить, или бар закрывается, или их обоих требуют в немедленном доступе какие угодно люди -- причин много. Сегодня причина проще некуда, и от этого ещё паршивее: с утра придётся вставать так рано, что даже пара часов сна показались бы великой наградой, поэтому обоим стоит попытаться их урвать. И это значит, что сейчас придётся вставать, расплачиваться, говорить какие-то глупости на прощание. И идти. Конечно, такси увеличило бы для Антона время сна, но сегодня ему хочется пройтись. Наверное, чтобы подумать. Например, о том, что Арс остался -- как он сказал, посидеть ещё полчасика, для конспирации. Или о том, как потрясающе от этого человека сегодня пахло. Или... Майскую ночь и туман в голове на мгновение разбивает звук смски. Это не может быть от него. Арс никогда не нарушает правила, которые установил сам и для собственного же удобства, было бы, конечно, здорово продолжить, пусть и в таком формате, как подростки году эдак в две тысячи пятом, но... но. Впрочем, Антона почему-то совсем не удивляет, что на экране высвечивается то самое имя. Если уж это кино, стоит помнить, что в любом кино есть наскучившие клише, против части которых он никогда не имел ничего против. "Напиши мне, как дойдёшь до дома", гласит смска. И, едва Шаст успевает её прочитать, приходит следующая, и вот она уже могла бы заставить его остановиться. Или развернуться и пойти обратно. "Иначе я буду думать о тебе всю ночь".