They've got all the right moves and all the right faces

***

Утро начиналось как обычно. Ничто, казалось бы, не предвещало беды: Габи, как делала уже на протяжении трёх лет, пришла к 10, приготовила себе кофе (латте с большим количеством пены, молока и корицы сверху), проскользнув незаметной тенью на кухню, и стала вслушиваться в разговоры других коллег. Фондовая биржа всегда просыпалась рано. У них не было того безумия, которое стояло у знаменитых «Stratton-Oakmont» — ни тебе запуска карликов в цель, ни кокса, ни проституток, ни секса прямо на рабочем месте. Набранный штат сотрудников изобиловал достаточно спокойными меланхоличными людьми. Здесь всё было будто отмерено по часам: каждое действие, слово, — всё повторялось по одному и тому же кругу каждый чертов день. Габи казалось, что она увязла в вязком сиропе без дальнейших перспектив. Когда она получила должность брокера несколько лет назад, она радовалась. У неё был надёжный багаж сделок — не выдающихся, но стабильно успешных, что сразу же помогло ей плотно утвердиться на месте и заключить контракт с Nakamoto Industries. С адекватным тарифом и лицом надежного посредника она смогла со временем работать без строгой указки начальства сверху — многие сделки, совершаемые Габи, были срочными, поэтому вскоре ей предоставили свободу действий и отказались получать предупреждения о дополнительных расходах, чтобы она немедленно выполняла поручения компании. Зная, что это подводит NI к риску отсутствия достаточной информации для предъявления претензии посреднику из-за убытков, она в какой-то степени собой гордилась. Первое время. В её обязанности входило совершать сделки через специальную программу, продажа акций и их покупка, а также совершение валютных сделок на соответствующих рынках. Информационное и аналитическое сопровождение было включено, естественно, тоже. Но через несколько лет нахождения на одном и том же месте она поняла, что стагнация ни к чему хорошему не приводит — какой бы области жизни это ни касалось, даже трудоустройства. Многие бы позавидовали ей, ведь она имела стабильный доход с каждой сделки, вывода средств, использования терминала и приложения для торговли. Но Габи чувствовала, что она во всём этом задыхалась. Она устала, и ей хотелось ощутить вкус перемен на самом кончике языка. Быть может, это был знак? — О, Габи, привет. А мы тут обсуждали недавние события… Слышала, что в Сибири творилось? Настоящая чертовщина. — Да, там такие слухи просочились в прессу… Говорят, было настоящее побоище. Людей похищали, даже взрыв был! И снова во всём замешаны ирландские террористы! — Вы побольше слушайте и читайте про это, тогда ещё подобие икс-менов начнете видеть. — Габи со смешком опустила глаза в перемешиваемый ложкой кофе. Она довольно скептично была настроена ко всей этой истории с самого начала. Сверхлюди и Боги-птицы? Да бред же! Про ирландских террористов и то звучало более правдоподобно. — На Востоке России и не такое твориться может… Я вот читал, что там медведи людей едят… — Да у них же там Чернобыльская АЭС взорвалась когда-то! Неудивительно, что там медведи-людоеды и люди со сверхспособностями! — Слушайте, АЭС была в 85 км от Киева, это раз, два — это северо-восточное направление центральной Украины. Причем тут теракт в Сибири? — Габи вскинула брови и, забрав с собой чашку, покинула кухню под ощутимо возникшее и повисшее в воздухе молчание. Иногда простота коллег и их доверчивость ко всему, что вбрасывало СМИ, её удивляли. Как будто рациональное критическое мышление выключалось по щелчку пальцев. Пройдя за рабочее место, по привычке Габи прикрепила стикер с напоминанием, что вечером нужно было не забыть перед уходом позвонить матери (иначе опять же всю душу из неё вытрясет, что там да как, куда пропала и не объявлялся ли опять Брэндон). И обнаружила странные бумаги на своём столе. Стоило ей пробежаться по ним глазами, на спине осел холодок. Что за чёрт? Поступила заявка об открытии нового счёта, предоставлены новые реквизиты, по которым нужно было его пополнить, и приказ приступать незамедлительно к торгам. Капитал для инвестирования обещали выслать сразу же после уведомления об открытии счёта. Габи помнила, что по всем проводящимся сейчас под её руководством торгам счета уже были открыты. К чему такая срочность? И зачем нужен был этот счёт? Сделка должна была проводиться с некой организацией, именовавшейся «Черная Луна». Одно название вызывало к себе много вопросов, как и приписка, для чего совершалась сделка. — Что за… В этот самый момент свет перед глазами померк. Габи свалилась без чувств на пол, ощущая сильнейшую боль, словно от ожога, отозвавшуюся у неё в спине.

***

Nakamoto Industries сделали заявление — они будут оказывать гуманитарную помощь пострадавшим после «Сибирского конфликта» людям, пытаясь отыскать лекарство. Прекрасно, он уже начал проигрывать в информационной войне. Европейское общество просто было в восторге. Они же все любят решать проблемы демократическим путём. Август готов был начать плеваться. Положительный вброс в медиа-пространство поднял стоимость акций этих говнюков. Блеск. В то время как он со своими попытками понять, что это за дерьмо и как от него избавиться, будет выглядеть при любых действиях насильственного характера теперь в глазах других чудовищем. Не в первый и последний раз, конечно, но Август понимал, как это отразится на лице компании. И оттого злился ещё больше. Потому что правду-то он знал. Эксперименты были начаты заблаговременно до выступления. Результатов — ноль, предположений, как получить лекарство — сто и больше, а трупов оперенных, пойманных ими (даже не им), накопилось на солидную круглую цифру. Поднять бы это и вылить на них, да черт с два без конкретных доказательств получится. Августа от его мрачных размышлений отвлек поступивший на телефон звонок. Он выключил телевизор и ответил. — Мистер Ван Дер Хольт… В трубке заискивающе и испуганно звучал голос одного из его техников. Август считал про себя до десяти, чтобы успокоить забежавшие вдоль тела искры тока. — Да? — Всё равно рявкнул. По ту сторону телефона задрожали. — Последние разработки по «Echo26» были… украдены сегодня!.. — Хольт буквально стал свидетелем чужой истерики. — Я знаю, меня предупреждали, что вас нельзя сейчас расстраивать, но, Боже правый, мы ничего не могли сделать! И не можем продолжить работу без наших схем! — Есть информация, кто это сделал? — Август уже выискивал глазами стену, в которую можно было бы запустить снаряд. Только бы в комнату случайно не вошла Мико. — Наёмники NI, босс. — Всё ещё на грани шёпота звучало в трубке. Август, с силой сжав телефон и отшвырнув тот в стену, почувствовал, что воздух вокруг заискрил. Как же задолбало, всё это дерьмо у него уже в печенках сидит! — Да я их в порошок сотру. — Август в который раз вознес похвалу своей предусмотрительности, потому что при ином раскладе его дом с таким вспыльчивым характером превратился бы вскоре в подобие швейцарского сыра. Один из зарядов, брошенных в стену, оставил всего-навсего чёрный след. Словно от огня или взрыва. При помощи наручных часов Хольт вызвал нового главу безопасности к себе. Без Джесс оно уже было не то, но и обратно в ближайшее время блудную дочь ожидать не стоило. Если не тупая и понимает, что он с ней сделает, посмей она приползти после нападения на Мико, скроется куда-нибудь в глубинку, где он даже не догадается её искать. По крайней мере, пока. Сегодня он, похоже, на выезд поедет вместе с ними. Нельзя было дать в очередной раз японцам выйти чистыми из этой истории. Он вложил кучу денег в разработку последних боевых роботов и кормиться со своего стола другим не позволит. Пришла пора показать, что бывает, когда крадешь у Августа Ван Дер Хольта.

***

Габи открыла глаза от сильной тряски. Голова кружилась и болела, пространство перед взглядом плыло. Когда она проморгалась, то, к своей неожиданности и абсолютному непониманию, наткнулась взглядом на практически вставшего на дыбы мужчину, глядящего на неё прямым мерцающим взглядом зелено-желтых глаз. Он был похож на филина, только недавно покинувшего своё дупло и встретившегося сразу же с попавшейся ему на глаза мышью. Одежда помятая, местами грязная и порванная. Где-то Габи даже показалось, что она смогла углядеть следы бурого, похожие на запекшуюся кровь. Какого чёрта… — Кто ты такая? Она поднимает вновь на него взгляд. И не знает, что сказать. Открывает рот, шокированно пучит глаза, а потом собирается с духом — она находится в каком-то странном грузовике с неизвестным ей человеком (не в офисе), голова у неё жутко плывёт, внутри — паника и полное отсутствие понимания, что происходит. Кажется, грузовик, собирающий каждую, блять, кочку на дороге, учитывая, как их трясло и как они часто подпрыгивали, едва не слетая с двух плоских, ничем не оборудованных для безопасности в дороге сидений, вознамерился здесь же их и прикончить. Их куда-то везут. Понять бы только, куда именно, кто и главное — зачем. — Могу задать тот же вопрос. — Габриэла надеется, что голос не выдает её напряжения, но тот скрипит так натужно после длительного молчания, что она поначалу его и не узнает. Август давно не чувствовал себя более потерянным, чем сейчас. Чертовы японцы схватили его и везли хрен знает куда. Понимал же, что ничем хорошим выезд не закончится! И всё равно поехал на него лично. Лучше бы послал только наёмников разбираться, однако когда задевалось мужское самолюбие, гордость Хольту застилала глаза. Они пристально смотрели с девчонкой друг на друга. Если он поймал их буквально накануне привоза нового подопытного, значит… — Ты их новая подопытная крыса. Знакомство началось просто сказочно. — Слушайте, я вас не знаю, но с первого же взгляда называть кого-то крысой — не очень удачное решение. — Оглядевшись, Габи чувствовала, что паника мешала ей здраво мыслить. Причём тут крыса? И кто такие «они»??? — Говорю лишь то, что есть. — Август грубо усмехнулся, повторяя её действия, и провёл ладонью по внутренней обшивке грузовика. Воларум, чтоб его (и его спиздили, гады). Изнутри никак не пробить. NI не поскупились на защиту доставляемых им «зверушек». — Есть идеи, где мы? Куда мы едем и кто нас с вами схватил? Приятно, что попалась ему не дура. Будь дура под боком, от такой проще было бы избавиться — эта боялась, но страх мотивировал её действовать, а не сидеть безропотно на месте. Неплохо. — Знаешь компанию Nakamoto Industries? — Он устало выдохнул. — Конечно. Я на них работаю. Август стал до неприличного весёлым. — О, так тебе повезло. Твои же работодатели, мышка, решили пустить тебя в качестве расходного материала для своих безумных экспериментов. — О чем вы? — Даже в плохо освещаемом пространстве было видно, что девчонка побледнела. — Слышала про оперенных и эксперименты, проводимые над ними? Габи, покачнувшись, тут же рухнула обратно на сидение. Её лицо преисполнилось ужасом. — Так вот о чем шла речь в бумагах… — пробормотала она. — Но причём здесь я? — Полагаю, раз нас везут в исследовательский центр, то ты одна из них, — спокойно оповестил её Август, словно каждый второй раз на дню встречает оперенных и говорит им, кем они являются. Габи давно не испытывала экзистенциальный ужас, смешанный со ступором, как сейчас. Последний, кажется, самый большой страх в её жизни был ещё во время сдачи экзаменов и принятия на работу. А сейчас было это. И этого было слишком много. Она просто не понимала, как с этим справиться, и потому замолчала, вперив взгляд Августу под ноги. — Это какая-то ошибка… — забормотала она. Первой ступенью, конечно же, стало отрицание. — Не думаю, мышка. Другой вопрос, какая у тебя способность. И может ли она как-то помочь нам выбраться отсюда. — Хольт многозначительно обвел глазами пространство, пытаясь, кажется, хоть как-то вернуть Габи обратно сюда. К насущным проблемам, где не фигурировали маячившие в отдалении (не таком уж, если быть честными) эксперименты над ней. Габи не успела ответить. Открылось заднее окно переднего сидения. К ним заглянули две пары узких глаз. С Хольтом заговорили на японском. — Босс хочет видеть Вас лично. Мы везем вас к нему. Не советую пытаться пробить контейнер, если не хотите сами себя поджарить, мистер Хольт, и нашу испытуемую. Габи растерянно заводила глазами по узкой щелке окна, которое тут же с громким стуком закрылось. Она быстро перевела прояснившийся взгляд на Августа. Нужно было что-то делать, пока их не довезли. — Что вы здесь делаете? Вы тоже оперенный? — Скажем так, неудачные переговоры… — процедил Август сквозь зубы, пиля глазами закрывшееся окно. — Так что по поводу твоей способности? — Вы не ответили на мой вопрос. — Габи вскинула брови. — Мышка, ты на мой тоже. Так что давай будем последовательными. Ты — на мой, я — на твой. Габи недоверчиво на него смотрела. Они были в одной лодке, и врать сейчас не имело смысла. Сокрытие необходимой информации лишь потратит и без того драгоценное время. — Я не знаю. — Не знаешь??? — Теперь брови подлетели у него. — Черт, это всё случилось очень спонтанно! Я была на работе, всё начиналось как всегда, — Габи нервно всплеснула руками, — кофе, болтовня с ребятами из нашего отдела, я села за компьютер, а потом мне попались на глаза странные бумаги… И эта новость по поводу поднятия стоимости наших акций из-за демократического решения конфликта «перьевой агрессии»… Август вымученно провёл ладонями по лицу. Спокойно, девчонка тут была ни при чем, она попала, как и он, в задницу, и неудивительно, что до конца не понимала, что вообще происходит. Появилась идея вырубить электричеством через окошко водителей, да вот только этих вырубят, а дальше? Опять их положат наёмники? План неидеальный, но это будут хоть какие-то действия, направленные на освобождение. Оставаться ждать? Может, он и сможет договориться, но, скорее всего, если везут лично к боссам, то только за одним — чтобы избавиться от проблемы соперничества раз и навсегда. Девчонка будто прочитала его мысли. — Не знаю, что вы задумали, но нам надо отсюда выбираться. Когда приедем, там бежать у нас уже не получится. Значит, надо действовать в дороге. — И как ты это представляешь? Изнутри выбраться отсюда невозможно, даже с моими способностями. — Август раздражённо фыркнул и дёрнул бровью. — А ты и вовсе здесь бесполезна, раз не знаешь, как использовать свою силу. — Вы не ответили на мой вопрос. Как эти… Перья, или что это, блин, вообще работают??? Может что-то заставить силу пробудиться? Катализаторы какие-то есть? Правильно задаваемые вопросы говорят о степени ума человека. Август давно уже успел вынести для себя эту мысль. Взглянув внимательно и более пристально на Габриэлу, он ответил на её вопрос. — Получил в Сибири, был избавлен, но остались свои последствия. После перьев никто до конца не вылечивается. Катализаторы могут быть разные, но первый и самый очевидный из них — яркая эмоция. Отрицательного или положительного характера, у кого как. Габриэла посмотрела неуверенно вновь на закрытое окно. Очередная встряска заставила её подпрыгнуть и ухватиться за стенку. — Так помогите её активировать. Всяко будет лучше, чем сидеть вообще без дела и смиренно ожидать своей гибели. Как пить дать, Августу вызывать яркие ужасающие образы в чужом мозгу было уже не в первый раз. — Представь, что эти твари с тобой там сделают. Из-за незнания твоей способности тебя будут заставлять проходить различные испытания и подвергать сильнейшему стрессу, чтобы сначала проявить твою силу. Если этого не случится, они отправят тебя в утиль. А если даже и случится, то тебя пустят по второму кругу ада — исследование и попытка создания лекарства. Они уже давно этим занимаются и, поверь мне, я, по сравнению с ними, ещё милосерден. Иногда ради благой цели люди не боятся запачкать руки. Вот твоих работодателей это и касается. Хольт умолчал, что частично его это касалось в ведении дел компании тоже. Но когда последнее слово покинуло пределы его рта, резкий сильный удар извне пробил огромную дыру в грузовике и заставил тот перевернуться. В последнюю секунду девчонка налетела на него, отброшенная ударом. Чисто рефлекторно Август прижал её к себе, когда их замотало внутри грузового отсека. Сердце Габриэлы готовилось пробить грудную клетку. Она тяжело подняла голову после нескольких минут лежания на своём неожиданном соседе, тоже плохо и медленно приходившим в себя. Когда они осоловело друг на друга посмотрели, первое, о чем Габи подумала — как хорошо, что их не убило и что нужно бежать. — Идти… Можете? — Она едва смогла подняться на ноги. Август встал более быстро и бодро. Выйдя через дыру в боку грузовика, они стали осматриваться. Из земли рядом с ними торчали огромные столбы камней, похожие на долго обтесываемые водой валуны. Габи, не успев толком рассмотреть их, отвлеклась на хлопки и хриплый смех. — Ого, да ты, мать твою, снесла к чёрту их грузовик. Камнями, что ли, управляешь? Впрочем, не важно, мне нужно выбираться отсюда. Габи последовала за ним, не найдя выхода лучше. Она всё ещё была в состоянии шока и действовала больше машинально, чем обдуманно. Её словно слегка контузило. — Мне надо найти машину. Спасибо за помощь, мышка, но от вас, баб, обычно очень много проблем. Поэтому прощай. В этот самый момент Августа весьма грубо остановили за руку. — Я помогла тебе сбежать. Помоги и ты мне уехать отсюда. Мы оба с тобой не знаем, кто может пойти по нашим следам, лучше держаться вместе. Один ты навряд ли справишься. Август был бы и рад возразить, но в её словах было рациональное зерно. Хорошо, временное объединение им не повредит. — Ладно, девочка, сразу же договоримся — я за рулём. — И не собиралась спорить. И давай договоримся — я тебя, блин, даже не знаю, с чего у меня должно быть желание тебе навредить? Успокойся на этот счёт, не все женщины поголовно опасные стервы. Хольт и забыл, что она сразу же ему сказала, что она его не знает. Однако. — В моей жизни мне обычно везёт только на таких. — Я бы тебе посочувствовала, но нам пора бежать. Идём, машину ещё нужно найти. Им повезло, что их увезли не очень далеко. Удалось найти рабочую машину. Август использовал при соединении проводов свою способность — в быту очень пригождалось, как показывала практика! Не была бы ещё такой проблемной, вообще была бы красота. — Доедем до города вместе, там разойдёмся. Следи через зеркала за хвостом. — Настроив зеркало заднего вида, Август вдавил с силой педаль газа. Они быстро сорвались с места. Девчонка вжалась сильнее в сидение, догадавшись пристегнуться только сейчас. — Хорошо. — Габи долго следила за дорогой позади. Однако когда наблюдение перевалило за полчаса и дорога оставалась пустой, она позволила себе слегка расслабиться. Август был сосредоточен на дороге. Но взгляд всё равно волей-неволей возвращался за правое плечо. — Думаю, нам надо хотя бы представиться друг другу. — Она нарушила тишину первой, хотя и сама от своего предложения явно была не в восторге. По напряженной линии челюсти Август видел, что девчонка сильно нервничала в его присутствии. — Хвоста нет, я всех, кажется, задавила там. От мысли о том, что она заставила кого-то пострадать, её затошнило. Габи, глубоко вздохнув, постаралась отвлечься от игольчатого шара, раздувающегося у неё внутри живота. — Ты сказала, что не знаешь меня. Удивительная неосведомленность. — Август, прищурив глаза, издал издевательский смешок. — Совсем не читаешь масс-медиа? — Читаю, но дозированно. Если постоянно читать новости, можно тронуться головой. — Габи смотрела на него, не сильно впечатленная его словами. — Тоже верно. Ладно, мышка, меня зовут Август Ван Дер Хольт. Говорит о чем-нибудь? Габи вскинула бровь. Потом до неё резко дошло. — Ох, Боже, блять… — Она прикрыла ладонями рот. Август уже давно привык к такой реакции. Его лицо пересекла ухмылка. — Ты помогла фактически врагу своих боссов. — Он сжал сильнее руль машины. — Мои боссы пытались растащить меня на ниточки ДНК. Они заслужили. — Габи совсем не выглядела раскаивающейся и не собиралась посыпать голову пеплом. Она скрестила руки на груди, отвернув голову к окну. Её слегка укачивало от такой быстрой езды по всё тем же кочкам. — Бесспорно. Ну, а тебя? — намекнул на продолжение разговора Хольт. Габи вновь повернула голову обратно. Она подперла ладонью щеку, уперев локоть в дверцу машины. — Августина. — Что, правда? — Хольт выглядел озадаченным. Женские губы задрожали, разъехавшись в намеке на улыбку. — Ты правда поверил, что меня зовут «Августина»? На его лице отразилось, что она вела себя, как последняя засранка. — Окей, пока я приходил в себя, я слышал отдалённо, как эти парни тебя обсуждали. Фигурировало что-то на букву Г… Хм, что же это может быть… — Август стал рассуждать вслух. — Галя? Хотя нет, ты же, Слава Богу, не русская. — Нет, не русская. И нет, не Галя. — Галь Гадот? — Что? — Она взорвалась фырчанием, неверяще заулыбавшись и глядя на него, как на дурака. — Нет! — Гвендолин? Гвиневра? — Боже, нет-нет-нет, стоп разгону твоего дикого воображения. — Габи руками изобразила крест. — Кого вообще в наши дни называют Гвиневрой? — Большие любители мифов о короле Артуре? Таких существует больше, чем ты думаешь. — Он наслаждался их маленькой словесной пикировкой, не переставая ухмыляться. — Безумные фанатики есть везде и всегда. — Глория? Габи не выдержала. — Я Габи!.. — Габриэла выдержала паузу. — Меня зовут Габи. — Габриэла, значит… — Август с долгим гудящим звуком протянул это, глядя на неё с заинтересованным блеском в глазах. — Красивое имя. Габриэла уперлась взглядом в свои колени. Это что ещё за прямые попытки флирта? Они ведь едва знакомы. — Значит, вы продаете оружие… — сконфуженно отметила она, вжимаясь невольно сильнее в спинку сидения и желая, кажется, с ним слиться. — А ты? — Я — биржевой брокер. В голове Августа неожиданно щёлкнуло. Похоже, их встреча не была случайностью. Его компания сейчас находилась на грани разорения, стоимость акций падала, в то время как у NI дела пошли с историей про оперенных в гору. Август задумчиво сузил глаза. В его голове завертелась одна безумная идея. Такие, как правило, оказываются самыми правильными, он давно уже успел это выявить для себя. Если ничего даже не выйдет, он получит хотя бы удовольствие от процесса и самой попытки подставить этих дельцов, торгующих дерьмом, построенным по его схемам. — Ты говорила, что работаешь на NI. Ты представляешь их интересы? — Да, несколько лет уже как. Будешь смеяться, но когда я пришла работать в штат «The Family Jewels» и получила контракт с ними, они даже не стали обращать внимание, что в реестре мы зарегистрированы как иностранная компания. Я работала с ними на удаленке. Довольно необычно, согласись, но эти японцы, несмотря на все свои крайне… Непростые отношения с американцами пошли на риск. Август согласно кивнул. Он резко вывернул руль вправо, объезжая огромную дыру, в которой они могли застрять. Господи, куда их вообще завезли? Вокруг мелькали одни лишь сухие чёрные деревья. Габи невольно вспомнила про их дерьмовые дороги, хрупкие, как ебаное стекло. Вжавшись вновь в сидение, она глубоко вздохнула. Её руки до побеления костяшек вцепились в сидушку. — Токийского дрифта, что ли, обсмотрелся? Он вопросительно на неё посмотрел. — Ладно, не важно. — Габи отмахнулась. — Так вот, про работу. — Рискованно заключать сделку с зарубежным брокером. Если что-то пойдёт не так, свои интересы им придётся отстаивать в рамках твоей страны. А в Америке ты в два счета можешь с хорошим адвокатом и вашей конституцией повернуть дело в свою сторону. — Да, я и сама так думала. — Габи начала активно жестикулировать руками. — Но, как я уже упоминала, они склонны к большому количеству рисков. — Оно и немудрено, эти гады крадут у меня мои схемы оружия, — процедил Август сквозь зубы, и его глаза нехорошо блеснули. — Они уже не один раз уводили у меня партнёров и покупателей. Габи, поджав губы, не знала, что ответить на такую неожиданную гневную тираду. Она растерянно поморгала, прежде чем вновь взяла слово: — Я слышала об этом, но никогда не думала, что это правда. Мне жаль, Август. — В бизнесе, как на минном поле. Или, скорее, как на войне. Для выживания все средства хороши. — Он посмотрел долгим взглядом на Габи. Габи тоже задержала взгляд на нём. — Это такой намёк? — Это практически прямое предложение, если ты хочешь отомстить тем, кто чуть не загнал тебя под нож для экспериментов. — Кстати, куда нас загнали? Где мы вообще? — Она напряжённо нахмурила брови. — В Амстердаме. Габи выпала в осадок. В Амстердаме?! Сколько же она была в отключке? И как они доставили её сюда из Бостона?! — Я из Бостона. — Она медленно поморгала, пытаясь с этой мыслью свыкнуться. Август захохотал. — Нехило они тебя протащили. Получается, ты здесь одна, без связей, денег и каких-либо знакомых лиц, кроме меня? — деловито поинтересовался он, словно вёл сейчас с ней переговоры. Габриэла знала этот официальный тон и не один раз его уже слышала от собственного босса. — Получается, так. Она отвлеклась от разговоров с ним, когда услышала шум моря неподалёку. Открыв окно и сначала проверив, не появился ли кто позади, Габи только после вытянула голову. Слышался разгневанный плеск волн, пахло солью, холодный ветер бил в лицо. Её волосы, как мокрую тряпку на подбрасываемом водой судне, мотало туда-сюда. — Мы в Схипхоле. Пытались наверняка увезти нас в Берлин. У главы NI там своя резиденция. — Август постарался осторожнее повернуть под мостом, в сторону электричек. Сверху послышалась знакомая аэропортная тряска. Они уже скоро покинут воздушные ворота Нидерландов. — Ого… Мы так низко… И море так близко! — Мы на три метра ниже уровня моря. Это уникальное коммерческое местечко. — Нет, ну он не хотел пялиться на её задницу, честно, она сама так повернулась, что взгляд только и натыкался на неё. Мужскую сущность деть некуда, мельком Август все же подумал, что фигура у его вынужденной попутчицы была ничего. — Тут рядом аэропорт. Слушай, можешь занять мне денег, пожалуйста? Я из дома тебе обратно всё вышлю. В этот момент Август затормозил. Они остановились под мостом, в арке. Пространство над ними загромыхало, когда очередная электричка понеслась в Роттердам. Габи заметила, что в блеклом отсвете электричек глаза Августа словно сами по себе светились. — Это будет неразумно. Думаешь, они не будут тебя искать? — Хорошо, допустим, будут. И что мне тогда делать? Остаться здесь? — Эта странная обволакивающая почти интимная темнота заставляла Габриэлу ещё больше смутиться. Хольт был красивым мужчиной, чего спорить, пускай его красоту она могла сравнить с завораживающим остриём швейцарского ножа. Именно поэтому оставаться с ним наедине в темноте оказалось довольно волнительным занятием. Август закинул руку на спинку её сидения. Габи отодвинулась, насколько ей позволяло оставшееся свободное место. — Делаю тебе деловое предложение. Если я правильно понял, ты можешь по своему усмотрению разбираться с их ценными бумагами и использовать те в своих целях, если посчитаешь нужным и твои действия будут нацелены на доведение торгов до конца. Я прав? Габриэла медленно кивнула. — И информацией о их последних сделках ты располагаешь, как и о финансовых инструментах? — Тон Августа становился всё более заговорщическим. — Предлагаю сделку: ты помогаешь мне пустить их на дно или хотя бы увести у них партнёров, в то время как я даю тебе кров и защиту на время, чтобы они тебя не нашли. Когда закончим, можешь улетать, куда тебе вздумается. Но так ты хотя бы пересидишь и они навряд ли смогут подать на тебя иск меньше чем через год, пока ты не сдашь отчётность о проведённых сделках. «Если вообще её сдашь, учитывая абсурдность всей ситуации», — молчаливо добавил Август, но по лицу Габи было видно, что она его поняла. — Ты сможешь предоставить удалённый доступ к моей специальной программе для продаж, сайту и личному кабинету? — Она выглядела неуверенной. — Если ты помнишь пароли, то легко. — Август для показательности щелкнул пальцами. В воздухе завертелись маленькие синие искорки, слетевшие с самых кончиков при характерном щелчке. Габи недолго думала. Что она теряла? К NI обратно возвращаться опасно, Август прав, а он, мало того, что готов был помочь ей подготовить возмездие, так ещё и обещал позаботиться. Свои риски здесь были, но Габи слишком мало знала об Августе, чтобы о них думать. Она осторожно вложила ладонь в его руку. — Это займёт не больше недели… Я надеюсь. — Звучишь, как слюнтявая оптимистка. Но куда в твоей работе без этого. — Он мягко издевался над ней. Габи скептично на него посмотрела. — Показывать убеждённость вместо неуверенности — главное правило брокера. Иначе я бы никому ничего не продала. — Она едва заметно улыбнулась, и Август смог разглядеть, как хитрые черты проступили на её лице.

***

— Кто-кто? Бог-Ворон? Кутх? Габи выглядела не в первый раз познающей крайнюю степень недоумения. И это, как казалось Августу при дальнейших объяснениях, был ещё не предел. Она резко нырнула вниз, к его нижним винным шкафам, и, вытянув виски на стол, спросила: — Можно? Спасибо. Открутив крышку, Габи даже не стала дожидаться его разрешения, хряпнув прямо из горла. Август смотрел на неё, как на нечто вопиюще неприличное, пока Нортон продолжала стойко хлестать его Lambay, поморщившись лишь через долгие, растянутые десять секунд, когда оторвалась от початой бутылки. Впрочем, когда он выслушивал в первый раз Магистра, его реакция была примерно такой же. И напиться захотелось в хлам, потому что дела в то время шли, как и сейчас, паршиво: Мико была в больнице, акции падали под влиянием инсайдерских манипуляций и его последних промахов. Август был тогда на грани отчаяния, пускай и не показывал этого. — Будешь? — Она протянула ему, и Август, долго гипонтизирующий пузатую, наполовину опустошенную бутылку взглядом, пробормотал тихо, но решительно: «да пошло оно всё», после чего притянул ту к себе. И тоже отпил из горла. Сегодня он имел право. День выдался до крайности херовым. — Теперь я готова тебя слушать дальше. — Габи снова перехватила бутылку и сделала несколько глотков. — Суперчеловеки, Боги-птицы, что ещё я должна знать? Она с комично круглыми глазами смотрела на него. Глаза у Габриэлы были выразительные: светло-карие, большие, удивленные; взгляд — требовательный. Август понимал эту жадность, она пыталась хоть немного разобраться, что вокруг творится. Без прояснения ситуации вверять кому-то свою жизнь было страшно. Да и любой другой осведомленный человек триста раз бы сначала подумал, прежде чем согласился остановиться у Хольта. Не исключая партнеров по сделкам, Август привык, что его небезосновательно боялись. Но Габи о нём знала мало. Хотелось, чтобы этот оберегающий кокон из незнания вокруг неё и оставался. Он так ей идёт, а он уже давно отвык от взглядов, не наполненных чем-либо, кроме нервного ужаса. У неё было что-то другое. Смущенное, тоже нервное, но не похожее совсем на страх. — В конфликте был виноват я. — Но этим Август решил всё-таки поделиться. Не скажи он, узнала бы сама. Лучше в лоб, самому и сейчас, на первых порах знакомства. — Ну, частично. Она выдержала паузу, прежде чем задала логичный вопрос: — Зачем? Ради появления спроса на продажу оружия? — Не совсем. Я сделал это ради Мико. — Боже, под виски его тянуло несуразно на откровенность. А стоило быть поосторожнее, Габи-то могла на первый взгляд только казаться такой простой, а на деле такой же лживой сучкой, как и все остальные бабы в его жизни. Но что-то подсказывало Августу (профессиональное чутье, может), что с ней всё обстояло иначе. Она в дороге ему ни разу не соврала, хотя имела право не рассказывать правду человеку вроде него. Но ведь рассказала же. А Август…он просто устал. Ему всего-навсего кому-то хотелось выговориться, и Габи удобно оказалась рядом. Вот и всё объяснение, приоткрывающее завесу тайны его проснувшейся откровенности. — Кто такая Мико? — Её голос заметно смягчился. Почему-то именно в такие неудобные моменты на кухню обычно приходила Мико. С опаской поглядывая на рядом стоящую девушку, она перевела вопросительный взгляд на брата. — Вот она. — Август указал на сестру взглядом. — Это моя сестра. Ты, блин, почему не спишь? — А я должна? У нас правило закреплено — отбой после 12??? — Мико саркатистично округлила глаза, а потом насупилась. Август, как обычно, по её мнению вел себя как последний мудак. Она посмотрела пристально на Габи. — Кто это? — Привет. — Габи неуверенно помахала ей рукой. — Меня зовут Габриэла Нортон. Я тут у вас…вроде временного перебежчика. — От кого сбежала? — Мико удивленно вскинула брови и не менее удивленно покосилась на брата. Чтобы Август и кого-то у себя приютил? Воистину должно было произойти что-то из ряда вон выходящее, чтобы подобное случилось. — От Nakamoto Industries. — Ого, так ты на этих проклятых японцев работаешь??? — В Мико открылся живой интерес. — Класс! А как ты…тут-то оказалась? — Слишком много будешь знать, слишком херово будешь спать. Вали уже к себе в комнату. — Август с раздраженным ворчанием пихнул Мико в спину, и та с грубым «сама дойду, не трогай меня» отправилась обратно, захватив банку газировки и чипсы. — Она только после реабилитации. — Хольт устало вздохнул. — Ведет себя, как мелкая заноза в заднице. Габи невольно заулыбалась, пока за ними наблюдала. — Выходит, не такой уж ты и плохой человек, раз делал это ради сестры. — Думаешь? — Август издал неверящий смешок. Будто девчонка не знала, о чем говорила. — Да. Мне кажется, человек, спасший меня и рискующий всем ради близкого члена семьи, не настолько ужасен, насколько его все пытаются представлять. — Она неловко заправила пряди волос за уши. Мико, не ушедшая восвояси, невольно их подслушала. Выглянув, она блеснула темными глазами. — Эй, Габи. Я ведь могу звать тебя Габи? — Твою мать! — Август схватился за рубашку в районе левой стороны груди. — Ты почему всё еще здесь??? — Пытаюсь нормально окончить знакомство с новым членом дома. Ты ведь у нас останешься, да? — Можешь спокойно меня звать «Габи» или «Габс». Я могу обращаться к тебе «Мико»? Полагаю, что на какое-то время мне придётся вас потеснить. — Габи неопределенно поиграла бровями. — Без проблем, конечно. — Мико махнула рукой. — Заходи завтра ко мне, когда Август будет на работе. Пообщаемся. — Мисс Нортон мне будет нужна завтра на работе, Мико. В другой раз. — Будете строить против японцев коварные планы? — Мико вскинула бровь. — Иди уже спать! — Да ухожу-ухожу, не нервничай так! Вечно ты всех девушек в доме себе сразу же приватизируешь. С этой сучкой Джессикой так было, потом с Никой, теперь ты и Габи себе вознамерился забрать в полное услужение? Ну уж нет — в свободное время она будет со мной! Мико весьма твердо выразила своё желание, настояв на нем и своим грозным видом, и тем, как она притянула Габи за локоть к себе. Габриэла аккуратно коснулась её пальцев своими. — Я буду рада с тобой пообщаться поближе. Но для начала нам нужно будет разобраться с конкурентами твоего брата. Мы сделаем благое дело — посадим плохих Робин Гудов за решетку и, возможно, оставим их без денег. Справедливо, как мне кажется, после всех проблем, что они принесли Августу, как думаешь? Мико удивленно похлопала глазами. Её обычно в такие подробности не посвящали. Но раз Габи было интересно её мнение по этому вопросу, она его выскажет. — С этих мудаков давно уже нужно было сбить спесь. Если ты можешь помочь Августу, это будет круто. Хольт молча наблюдал за этой милой сценой, провожая безмолвно сестру взглядом вплоть до поворота, ведущего на второй этаж. Когда она точно покинула их, он заговорил вновь. — Охренеть, ты успела приручить её всего за одну минуту знакомства. — Твоя сестра не зверек, чтобы ее приручать. — Габи прыснула. — К ней просто надо относиться нормально. На её месте я бы тоже этого хотела. А ты ведешь себя слишком грубо с ней. — Меня и в моем доме критиковать? Габи, ты мне, конечно, симпатична, но не настолько. — Впрочем, слова Августа расходились с его действиями. Неаккуратно схватив Габриэлу за запястье и подхватив недопитую бутылку, он осел с ней на пол. Август вздохнул. — Я устал. — Она ведь в этом не виновата. — Тяжело всё это выдерживать, ни на кого не срываясь. Мне вообще нервничать запрещено, после Сибири особенно. Видела, как я искрил в машине? — Август криво усмехнулся. — Это одни лишь цветочки. — Как раз хотела спросить… Ты после пера таким стал? — Нет, ещё задолго до него. Но после него мое состояние ухудшилось. — Откинув голову на подушку дивана, Август вытянул ноги. Закрыл глаза. И устроил удобнее затылок. Габи неловко пристроилась рядом. Он уже за запястье её не держал. — Это многое объясняет. — Выпятив нижнюю губу, она покивала сама себе. — У меня в твоем присутствии волосы, как от подушки намагничиваются. Август протянул к её волосам руку. Проверил. Реально начали вставать. — Ты типа положительно заряженная. — А ты отрицательно. А к тебе случайно ничего не примагничивается, как к Магнето? — Кому? — Август, кажется, перестал понимать английскую речь. Слишком много сложных терминов для одного задолбавшегося капиталиста. — Ты не смотрел «Людей-Икс»? — Она неверяще нахмурилась. Смешно так, как ребенок, надвинув брови. — Не-а. — И даже про них не слышал? — Ты говоришь с человеком, занимающимся самостоятельно управлением циркуляции финансов внутри компании. — О, это многое объясняет. Тебе срочно нужен нормальный управляющий и свободное время, чтобы снимать стресс. Август положил на глаза ладонь и вновь отпил из бутылки. Габи слышала, он приглушенно смеется. — Сколько тебе? — 26. Тот самый возраст, когда перестаешь окончательно мечтать и надеяться совершить что-то великое в этом мире. — Она отпила следующей. Солод, жареный кофе и бисквит обожгли ей горло. — Как пессимистично. Ты мне казалась оптимисткой. — Я — реалистка, Август. И считаю, что моя жизнь, если не брать нашу встречу с тобой, не была наполнена чем-то выдающимся. — Габи устало прикрыла глаза. Её наконец-то начало отпускать. В теле прослеживалась нетрезвая нега и легкость. Пусть лучше уж так. Завтра будет плохо, зато сегодня — хорошо. — Всё плохо, ты — сама заурядность. — А ты — тактичность. Они посмотрели друг другу в глаза. И оба начали неконтролируемо ржать. — Нет, ну, сама подумай, из всего перечня сверхспособностей тебе достались…камни. — Хольт активно размахивал пятерней, словно пытался ей что-то доказать. Габи с пьяным прищуром и неподдельным участием кивала, хотя на самом деле она чувствовала себя, как Гомер Симпсон, у которого после рассказа про Кутха и Сибирь в голове трещала тарелками игрушечная мартышка. — Зауряднее способность не придумаешь. — Ха-ха, очень смешно. — Скривишись, Габи пропустила шпильку мимо себя. — Зато эти камни спасли мне и тебе жизнь. Кстати… Ты так и не дорассказал, что тебя привело к этим японцам. — Ах да. — Август потер глаза. Бутылка оказалась между ними. Она была практически пустой. — Говорил про переговоры. Ну так чушь всё это была. Эти скоты сперли у меня в очередной раз схемы перспективного проекта, который должен был мне помочь вытащить компанию и возобновить спрос на наш товар. Но, как видишь, поймал-то я их на горячем, а схватить так и не удалось. Весь отряд мой положили, а меня к тебе отправили. Вырубили, суки. — Август до сих пор помнил, как его отправили в отключку сильным ударом тока (не смешно ли?) в шею. Машинально он потер пострадавшую кожу, где были видны следы. — Показательная кара не вышла, сам чуть не сдох. Надо думать в следующий раз головой, а не жопой. На эмоциях много всякой херни можно сотворить. Габи молчала. Но он видел — слушала. Без того тошнотворного отвратительного сочувствия, которое он не переносил от женщин на дух. Хотя и видел его он не так уж и часто. Типов вроде него редко жалеют. Но её внимание… Оно было приятным. Не раздражающим. Каким-то образом Габриэла чувствовалась и казалась рядом уместной, и Август это сразу же заметил. Потому что говорить было легко, не приходилось клещами вытаскивать из себя слова. Он невольно скосил на неё взгляд. Чуть острый носик, лёгкая смуглость, каштановые волосы по плечи, волнистые. Грудь… Есть, и причём красивая, полная, под помятым хлопком даже кажущаяся манящей. Линии тела плавные, пальцы тонкие. На запястье он рассмотрел лёгкий цепочный браслет. — После случая в Сибири ваши акции упали? — Да, поэтому этот проект был так важен. Впрочем, ты угрохала грузовик, так что ничегошеньки они не получат. — Хольт злобно довольно улыбнулся, и Габи, невольно подхватив его улыбку, наткнулась на то, что бутылка была пуста. А сама она жутко хотела спать. — Какие у тебя корни? — неожиданно спросил он. — Кубино-американские, — сонливо пробормотала она, бухнувшись лицом ему в плечо. Август застыл. Он привык держать тактильный барьер с окружающими, и такое неожиданное прикосновение вогнало его в ступор. Он осторожно положил ладонь на её волосы. Можно же было? Они у Габи красивые. — А у тебя… Дай угадаю… Японские? — Как поняла? — Он расслабленно прищурил глаза. — Ты понимал речь тех наёмников. И у тебя есть что-то… От японца. — Ммм, ты наблюдательная. Рассматривала меня, значит? — Пальцы сами по себе заскользили по локонам. Мягкие. Легко накручиваются на пальцы и распадаются между ними. — В машине больше не на что было смотреть. — Август почувствовал, что Габи тихо прыснула, после чего начала сопеть. Класс. Она отрубилась. — Ну что, родственница Фиделя Кастро, пошли спать? Он предпринял попытку поднять её, взяв на руки, но потом понял, что тело его было в таком же расслабленном состоянии, что и её. Нет уж, до гостевой комнаты они так не дойдут. Придётся спать здесь. — Заранее прости, что потревожил твой сон, Габи. Август рухнул вместе с ней на диван, вытягиваясь рядом. Девчонка настолько вымоталась, что даже не возмутилась чьему-то близкому присутствию. Хотя нет, какая девчонка… Молодая женщина. Но взгляд у Габи был, порой, такой наивный, что всё равно её хотелось называть за глаза девчонкой. — Девчонка… — пьяно прогудел он, кинув на её спящее лицо последний взгляд слипающихся глаз, прежде чем его отключило.