They've got all the right moves and all the right faces

***

Получив доступ к данным, Габи сдала ему всё: счета с активами, учет переданных клиентом денежных средств и имущества, специальные коды для купли-продажи активов, ходы торгов и состояние балансов NI по использующимся счетам, заявки на покупку/продажу ценных бумаг, расчеты по последним сделкам, отчеты по движению капитала внутри компании и цены на приобретенные активы. Информации было столько, что Август с самого утра не мог скрыть своего злорадствующего ликования. Теперь-то японцы получат от него мощнейший удар в том месте, в котором ожидают меньше всего. — Август, мне нужно позвонить родителям. Она просит об этом уже после утренних разбирательств, растянувшихся до самой середины дня. Пока они выкачивали все файлы, прошло приличное количество времени. — Они у тебя тоже из Бостона? — Хольт стоял по правое плечо от неё. Словно дьявол, наблюдающий за её действиями. Ассоциация непрошеная, но возникшая сама по себе. Габи устало потерла виски и глаза. Утро у них началось еще, к тому же, с жуткого похмелья и её попытки накормить Хольта хлопьями с молоком. На этом кулинарные изыски Габриэлы, увы, заканчивались. Она давно уже привыкла покупать еду на вынос, Август, как она узнала, тоже. «Да ты кулинар», — она до сих пор помнила его слова, когда в молоко и прямо в хлопья для опохмела был добавлен виски. — Нет, из Кливленда. Перед началом всего этого дурдома я обещала позвонить маме, а потом пропала. Она наверняка с ума там сходит от незнания. — Габи в очередной раз оттерла ладонями лицо, пытаясь проснуться. Николь, с которой ей довелось познакомиться при входе, принесла ей ещё чашечку кофе на миндальном молоке. Такая обходительность. — Я тебе дам один из своих незарегистрированных номеров. Чтобы точно не отследили. Но много матери не рассказывай, иначе можешь подставить и её, и себя. — Я и не собиралась. Боюсь, объяснить ей, что я теперь вроде «Ядовитого Плюща» из «Бэтмена» будет тяжеловато. Она сыпала на него чисто гиковскими терминами, и Август невольно ловил себя на том, что нужно было больше слушать Мико. Чтобы хоть немного в них разбираться. — По крайней мере, мы точно теперь знаем, что ты управляешь не камнями. Земля и растения — это уже нечто более масштабное и сильное. Ах да, открытие номер два случилось тоже утром. При пробуждении Габи обнаружила себя в окружении огромного количества цветов, которые даже при желании Август бы за пятнадцать минут своего исчезновения не смог навезти в дом. Да и Габи не тешила себя надеждами, что он бы подобное решил для неё сделать, однако… Сам Хольт так высказался. Неужели все-таки, будь повод, привёз? Габи не без смущения думала об этом сейчас. Пока шла загрузка, она откинулась назад и запрокинула голову. Август мог здесь сейчас не находиться, но всё же он предпочёл доделать работу с ней и только потом уйти. Потом он обещал её отправить обратно домой к Мико, пока сам будет занят делами компании. — Знаешь, когда я была подростком, мы совершали маршрут «Одноэтажной Америки» с отцом и матерью, только без Кливленда, естественно. Отец каждое лето брал отпуск на 3 месяца, и мы уезжали. — Ого, насыщеннаяя, должно быть, выдавалась поездочка. А саму книгу читала? — Август побарабанил пальцами по спинке кресла, в котором она сидела. — Да. У русских любопытный взгляд на нас и то, как устроена наша жизнь. Особенно интересны были письма Ильи Ильфа к его жене Марусе. Знаешь, он такой… Деликатный, нежный человек. Он очень близок мне самой. Наверно, поэтому ещё книга мне так понравилась. Пачки фотографий, открытки, описания того, что он видел. Его поражала, как и меня саму, Аризонская пустыня. — Голос Габриэлы преисполнился некой отстраненной мечтательностью, словно она снова оказалась там, лишь прикрыв глаза. Август внимательно наблюдал за ней. И с жадностью её слушал. — Разноцветный мир пустыни, которого и лучше быть не может… И фотография через лобовое стекло машины. — Я читал версию, подвергшейся сильной цензуре. Ты всё это читала в переиздании? — В нем проснулось непреодолимое желание коснуться её. Просто заправить выбившуюся прядь волос за ухо. Или прижаться носом к её шее, от которой приятно тянуло цветочным ароматом. Интересно, из-за способности ли? Он был лёгким, приятным, весенним. — Да, которое 2008 года. Читать книгу со всеми дополнениями куда занимательнее, чем обрезанную версию. Это ведь… Как пытаться добиться чего-то от кастрированного животного. — Она всплеснула руками, прыснув. — Жутко утомительно и безрезультатно. — Колоритное сравнение. — Хольт по-акульи улыбнулся, демонстрируя белые зубы, и убрал пальцы из-под каштановой шапки волос. Не стоит. Он не знал, почему, но не мог позволить себе её коснуться без её… Разрешения? Глупость какая-то. Он уж точно не мог назвать себя робким человеком. — А вы с Мико часто путешествуете? — Нет, к сожалению. Однако мы с ней как-то ездили на рыбалку. Эта засранка меня всего вымочила тогда, рыбу я не поймал, но было… Хорошо. Спокойно в этой поездке. — Август обхватил уже плотнее пальцами спинку её кресла, отклоняя чуть к себе. Габи вновь смотрела на него, откинув голову. Габи заметила, Август выглядел так, будто удерживал себя от чего-то. — Загрузилось. — Она отвлеклась на экран. — Слушай, последнюю сделку провести я не смогла. Как и счет зарегистрировать тоже, однако… Некая странная организация… «Чёрная Луна», кажется, пыталась инвестировать в эксперименты NI. Эта информация может оказаться полезной. Взгляд Августа загорелся. Он резко развернул её кресло к себе, да так, что их лица были теперь на одном уровне. — Ты понимаешь, что только что дала мне доказательства взаимодействия моего конкурента с неонацистской организацией? — Он выглядел… Очень ободренным этой новостью. Габи ошарашенно медленно кивнула. — Говоришь, с ними ничего не успели зарегистрировать? — Нет, у меня сохранился приказ об этом. Но в онлайн-базе его нет. Прислали факсом. Август задумчиво постучал пальцем по губам. Начал расхаживать из стороны в сторону. Остановился и вновь с грацией хищника оперся ладонями по обе стороны от женских плеч. — Придется послать к тебе на работу моих людей. — Ладно, только не разворотите наш офис. Штат не виноват в том, что японцы тебе в очередной раз подгадили. — Габи чувствовала, что ей не хватало дыхания, когда Август был близко. Она выдерживала его взгляд, не опуская глаза в чашку с кофе. Сердце в груди стучало, как сумасшедшее. — Ты мне очень помогла. Спасибо. Дальше я сам. — Он выдернул флешку из компьютера, прокрутив ту на цепочке вокруг указательного пальца. — Им придётся расплатиться со мной всеми своими последними сделками и партнёрами, которых я уведу. NI дорого заплатит за совершенную ошибку. Ты рада? Август прямо посмотрел на неё. Габи больше не выглядела так, будто проглотила прут. Она чуть сгорбила расслабленно плечи, когда он отошёл от неё. Выдохнула облегченно. — Мстительность — это часть людской натуры. И стесняться её глупо. Так что да. — Она подняла на него вновь глаза. — Рада. Закатай их в асфальт, Август. Он ухмыльнулся, заметив, как её глаза загорелись. Ей шёл боевой огонёк, как ни крути. — Отправляйся на первый этаж, Николь вызовет тебе моего личного шофёра и охрану, чтобы довезти домой. И да, Габи. — Когда Габриэла покинула место и отправилась к выходу из его компьютерного центра, Август перехватил её вновь за руку. — Учись контролировать свою силу. Мы же не хотим, чтобы они тебя нашли? И он, и она тогда заметили — слишком много непозволительного тактильного контакта. Но ничего друг другу не сказали. Только оба опустили на свои ладони глаза. — Надо учиться прятаться? — Хотя бы не превращать мой дом по утрам в оранжерею, да. — Он выпустил её ладонь из своей. — И присмотри за Мико, если тебе это… Не будет в тягость. Ей очень сейчас нужен друг. — Мне не будет. Я буду рада составить ей компанию, Август. — Габи неловко потерла запястье, размяв после пальцы, и отправилась за Николь, стоило ей появиться. Оставшись один, Хольт ещё раз с победоносной улыбкой сжал пальцы на флешке. Она определённо была выгодной инвестицией и справедливо рискованно сделанной ставкой.

***

В Мико, кажется, проснулся исследовательский интерес. Она была не меньше самой Габи заинтересована в полном раскрытии её способностей и поисках её пределов. Младшая Ван Дер Хольт сама предложила Габи начать посещать специально отведенную комнату, сделанную полностью из дерева, в которой Август иногда пропадал, чтобы привести нервы в порядок. Мико неиронично подозревала, каким образом брат снимал здесь напряжение, но Габи предполагала, что Август просто хотел побыть иногда один. Катастрофически. В ней ничего толком не было, одни лишь стены, тёплый пол, узкое квадратное окно и заметная пыльность. Рискованно с особенностью Хольта было заводить подобное помещение, но что-то было здесь расслабляющее… В отсутствии металла со всех сторон, отсутствии самих вещей, которые можно было повредить. Аромат дерева успокаивал, даже лёгкая запыленность не казалась раздражающей. Всё было сделано идеально, чтобы просто побыть наедине с самим собой. — Август давно её не посещает. Так что она теперь твоя. Давай пробовать разные способы контроля и активации! Предлагаю начать с музыки и медитаций. Если при мне не получится, я тебя оставлю одну. Мико была в домашнем костюме: спортивных тёмных бриджах и розовой футболке, босая. Она села позади Габи, когда та заняла позу раскрытых ножниц, словно делала растяжку перед танцами, и стала осторожно давить на её спину. Мико настояла на том, что освобождение тела помогает освободить дух — по крайней мере, так говорит интернет, а он иногда не такая уж и помойка, как Август привык отмечать. Занимать позу плуга, правда, Габи всё равно отказалась. — Я же в крендель так скручусь. Ты сама хоть раз пробовала это делать? — Склонив головы к плечам, Габи с Мико смотрели с сомнением в глазах на представленную позу, где у девушки были перекинуты ноги через себя назад. — Не-а. — Мико глазами повторила позицию, закрыв открытую вкладку. Её плечи передёрнуло после представления результатов неудачи и того, как она обратно будет пытаться Габи распрямить. — Нафиг, давай что-нибудь другое. Попробуй лучше вырастить что-нибудь! И она пробовала. Пыталась произносить вслух, дёргала руками, вскидывала ладони. Мико сидела читала в интернете и комиксах, как это делали обычно супергерои. Иногда они обе занимали супергеройские позы, эпичным голосом кидая что-то вроде «flowerpower activated», после чего Мико начинала смеяться. — Херня какая-то. Ничего не получается. — Очередная неудачная попытка заставила младшую Ван Дер Хольт с недовольным фырчанием отбросить телефон и отпнуть от себя томик «секретных войн» в сторону. — Что ты делала, что у тебя утром целый сад вырос? Габи было неловко отвечать на этот вопрос, потому что ответ звучал не очень. — Спала с твоим братом? — неуверенно ответила она. — О… То есть вы с Августом… — Мико вскинула брови. — Нет! То есть не в этом смысле. Мы просто оба отрубились на диване, потому что напились. — Вот это я понимаю, романтика в стиле Августа. — Мико усмехнулась сама себе, после чего задумчиво поковыряла ногтем одну из вылезших щепок. — Ты испытала, наверно, много эмоций тогда. Давай отталкиваться от этого. Вдруг поможет. Ты ж сама рассказывала, что валуны призвала, когда вы с Августом были в опасности. — Да, и когда твой брат расписал мне все подробности житья «подопытной крысы», — добавила Габи с недовольным бормотанием. Мико засмеялась. — Август бестактный до жути. Но зато это спасло вам жизни. Короче, пойдём что-нибудь слезовыжимательное посмотрим. — Мико резко встала с пола. — Может, тогда твоя сила опять и проснётся?

***

Утром, когда она была одна, Габи училась концентрироваться на своей силе. Чувствовать её, взывать к ней, искать её пределы и способы контроля со своей стороны. Пока Нортон была наедине с собой, ей это достаточно неплохо удавалось. Со временем начали проявляться первые всходы трудолюбия и удачливости. Днём она была с Мико. Проводила с ней свои свободные часы, делилась успехами, выходила с ней на прогулки и сопровождала в кино и магазины, чтобы младшей Ван Дер Хольт не было одиноко и скучно. От клубов отказывалась. Их Габи не особо жаловала, да и Мико, к её неожиданности, решила, что пока Габи у них, она лучше предпочтет размеренный отдых с ней, чем шумную тусовку с компанией «заказных подружек». — Мне нравится проводить с тобой время, Габс, — сконфуженно как-то отметила Мико, когда они сидели в центре и пили холодный кофе. — Ты возвращаешь мне забытое чувство нужности и дружеской принадлежности кому-то. Последний раз так легко я себя чувствовала… — Мико закусила губу. Не хотела заканчивать сразу. — С? — Габи мягко её подтолкнула. — С Никой. А по вечерам, естественно, Габи была с Августом. Когда он возвращался домой, они разговаривали, пили. И тогда она начала узнавать, кто же такая эта загадочная «Ника Чайкина», принесшая массу страданий и противоречий в и без того не самое крепкое семейство Ван Дер Хольтов. — О… Чайкина… Это апофеоз и концентрация всего пиздеца в моей жизни. — Рассказ о всех событиях, связанных с Никой, занял не один вечер. Но что одно важное из всей показательной неприязни Габи смогла вынести, Август был одержим ею и её поимкой. И Габи подозревала, что подоплёка была не только в предательстве и сорванных не единожды планах. Одержимость Никой, желание доказать своё превосходство и правоту над ней, а потом заполучить её себе — вот что Габи видела в Августе. Страшное желание сломить её, чтобы утвердиться. Мелочность? Жестокость? Или уязвленная отвергнутая любовь? В Августе столько умещалось, что Габи не понимала иногда, как ей к нему относиться. Амбициозный, харизматичный, хваткий, но в то же время ужасно жестокий. Холодный и расчётливый. Однако по отношению к ней ничего из этого пока не проявлялось. — В моей жизни были одни лишь суки. Мико не подарок, правда, это семейное, Джесс… Про неё я и вовсе молчу. Про Чайкину ты уже и так всё поняла. — Могу понять. Страшно после такого количества предательств учиться заново кому-то доверять. — Что, паршивый опыт? — И по перехваченному взгляду, полному боли, Август получает ответ самостоятельно. Габи закрывается. Август, не желая обрубать связавшую их нить в разговоре, обхватывает её бёдра, прижимаясь щекой к одному из них. Габи застывает. Её ладонь зависает над его чёрной макушкой, липкой из-за лака, а потом начинает поглаживать. С опаской, как если бы к ней подошёл койот на открытой равнине. — Я нравилась обычно одним лишь подонкам. Мой последний парень повесил на меня долг в банке, который я выплачивала несколько лет. А ещё он в хлам убил мою самооценку. Так что я могу понять, о чем ты говоришь и что ты чувствуешь. Но себя я за проявленную слабость корю, потому что нужно было давать отпор и рвать эти отношения самостоятельно. В твоём же случае… Возможно… Если Ника тебе не ненавистна, как ты это представляешь мне, тебе стоит сбавить обороты грубости и быть к ней снисходительнее. Дать ей шанс, дать себе шанс, Август. — В плохое чаще верится, чем в хорошее. Заметила? — Он невесело усмехается. — Ебаная Чайкина своими выходками доводит меня порой до эмоционального исступления. И всё же… Иногда я подумываю над тем, что мне жаль, какой её жизнь стала из-за меня. И моя из-за неё. Лучше бы мы с ней никогда и вовсе не встречались. Он эту мысль раньше ни при ком не озвучивал. Хватка вокруг бёдер Габриэлы стала сильнее. Зрителей собственной слабости Хольт привык устранять. Но тронуть Габи или причинить ей боль у него даже в мыслях не проскальзывало. — Заметила. Глаза у Габи проницательные. Вечером те кажутся практически чёрными. Он хорошо запомнил этот разговор, прежде чем она ушла спать. После него он поднял все свои связи и нашёл по последним выплатам от её имени Брендона (ну и слащавое убогое имя), весь возможный компромат на него и позвонил капитану, чтобы тот отправил парочку людей к нему. Габс об этом знать не стоило. Но этот придурок точно больше не постучится в её дверь.

***

— Не хочешь поработать на меня? Габи прячет улыбку и глаза в полу. — Нет. — Почему? Дело в заработной плате? Так я любого переплюнуть могу, дай только цену. — Нет, Август, дело не в этом. — Она выглядит смущенной. — В чем же? — Я просто не хочу на тебя работать. Ещё до тебя я хотела уйти со своей старой работы и у тебя устраиваться на ту же должность я не хочу. Плюс… Мне не хочется омрачать наши отношения формальностями. Рабочие отношения часто всё портят, а мне бы хотелось сохранить нашу с тобой… Дружбу. — Пф, дружба между мужчиной и женщиной — это бред. — Август фыркает, но улыбается. Рассуждения Габи его нередко веселят. — Её не существует. Она вскинула брови. — А что же тогда у нас с тобой? Он смотрит на неё прямо. Не знает, что ответить. Её вопрос застал его врасплох. Габи, чувствуя, что градус неловкости начал расползаться по гостиной комнате, попыталась перевести тему. Но, как назло, нужных слов не подбиралось. — В «Когда Гарри встретил Салли» было также. — Она говорит первое, что приходит в голову. — И они были друзьями. Август щелкнул пальцами и указал одним из них на неё. Габи, поморгав, удивилась такому веселью. Словно он её на чем-то подловил. — Вот этот фильм я как раз смотрел.— Хольт выглядел так, словно только что выиграл в лотерее. — И даже там в конце развинчивался миф о возможности дружбы между мужчиной и женщиной. Потому что по итогу что Гарри любил Салли всё время их дружбы, что она его тоже. Только поняли оба это слишком поздно. — Можешь называть это как хочешь. — Она отмахнулась от него, словно он её утомил. — Как прошли сегодня переговоры? Август, расслабив плечи и растекшись по дивану, вымученно простонал. — Долго. Тяжело. Не без угроз объявления списка инвесторов и деловых партнёров на экспорт, когда вскроется вся эта требуха про отношения японцев с неонацистами, которая и их всех утянет тогда на дно. Одна задолжавшая мне редакция уже активно собирает и вынюхивает материал. Так что к началу следующей недели я лишу их партнёров, инвестирования и нивелирую их заявление в масс-медиа. — Говоря об этом, Август не мог перестать наслаждаться собой. Габи тихо усмехнулась. — Должно быть, это тяжело… Всё это на себе одном тянуть. Август смотрел мутным взглядом поверх своего наполненного виски стакана. — Меня никто не спрашивал, хотел я этого всего или нет. Просто свалили в один момент, и всё. Слышала про теорию «организаций», Габс? Габи, неловко застыв в дверном проёме, покачала головой. — Нет. Расскажешь, что это такое? Август поманил её ближе. Вручил второй бокал (для неё заранее приготовленный) и утянул к себе. Алкоголь их сближал. Разговоры — не хуже и не меньше. Август заметил, что сегодня Габриэла наконец была не в одежде сестры, потому что пришла новая — та, которую купил для неё он, и та, которую для неё подобрала Мико. Хольта даже кольнуло грустью. Грудь у неё в футболках Мико отчего-то смотрелась даже более соблазнительно. Наверно, потому что размер не подходил. —  Есть такое философское учение, согласно которому основной задачей любой организации вне зависимости от ее изначальных идей рано или поздно становится собственное выживание. Поэтому она начинает занимать агрессивную, экспансионистскую позицию, и это в итоге изменяет ее саму. — Как твоя компания? — Габи тихо усмехнулась. — Да, если угодно, или та же Россия. Как любая корпорация и любое национальное государство, которое считает, что оно в кольце врагов. — При озвучивании мыслей про русских Август поморщился. — Вести оружейный бизнес с чистыми руками и чистыми способами нельзя. С возрастом я начал это понимать. Как и видеть везде вокруг себя врагов. Мне приходится постоянно вытаскивать то, что так и тянет опуститься на дно. — У тебя не было никогда желания… Отказаться от всего этого? — Это наш семейный бизнес. Мой отец в буквальном смысле костьми лёг за него. — Август посмотрел на неё с необычным смятением во взгляде. — Я не могу его просто взять и бросить. Хотя и не могу сказать, что не думал об этом. Распилить бы его по частям и продать нахер, чтобы жить спокойно. Только что ж это будет за жизнь такая, поступившаяся с последним, что является ценным для меня? — Нормальная? — Габи была не уверена. — Может быть, Габс. Только я для нормальной жизни не создан. Она не знала, что стоило говорить в такие моменты. И именно поэтому переводила тему, когда чувствовала, что все слова со стороны Августа были сказаны. — Раз в твоей жизни не хватает нормальности, значит, её надо добавить. Ты смотрел когда-нибудь «Титаник»? — Я похож на нормального человека? — Окей, вопрос снят с рассмотрения. — Габи потянулась к пульту телевизора. Поскольку тот был подключен к сети, она уже с его помощью могла начать искать в интернете им фильм. — Хочешь почувствовать себя нормальным, попробуй начать делать то, что делают нормальные люди. Август лениво, не без интереса наблюдал за её манипуляциями. И смотрел, смотрел, смотрел на неё. Как свет играл на смуглой коже. Как тени залегали на ключицах. Даже на то, что сегодня она убрала передние пряди волос назад, закрепив их в убогое подобие хвостика. Но Габи всё это чертовски шло. И потому он выдал первое, что пришло в голову. — Ты кажешься мне подобием чего-то адекватного и нормального в моей жизни. — Потому что у меня была возможность, в отличие от тебя, жить нормальной жизнью. Лишённой всего того пиздеца, которым была наполнена твоя. Вот поэтому я тебе такой и кажусь. — Она пожала плечами. — Ты — заурядная и обычная. — На её оскорблённый взгляд он вскинул руки. — Не всем же вещам быть элегантными и утончёнными. — Пьяная улыбка расчертила его лицо. — Некоторые вещи прекрасны в своей обыденности. — Ты пытаешься криво мне сделать комплимент? Если так, то, повторюсь, ты ужасный циник. И делаешь это чертовски неумело. — Я пытаюсь сказать, что в своей заурядности ты… Очаровательна. Между ними повисла пауза осознания после сказанного. Габи чувствовала, что сердце стучало где-то в горле. Август неожиданно обнаружил, что у него под рукой появился букет бегоний. Он деловито покрутил его, ворча себе под нос, что это уже пятый на его памяти. — С самоконтролем всё ещё беда. Что в следующий раз будет? — Кактус. Она подобрала под себя ноги. Придвинулась ближе и включила им фильм. Август хлопком ладоней выключил свет, выкинув букет за спину. — Боже, Хольт, если ты всем так ужасно делаешь комплименты, я понимаю, почему Чайкина от тебя сбежала. — Габи разрядила обстановку неловким, но искренним смехом. — Какая же ты засранка, Габс. Даже моя сестра говорит мне более прямо, что я мудак, но зато не так больно. — Они друг друга подкалывали, и Август это чувствовал. Потому что было не больно, смешно. — Прости, но ты первый начал называть меня заурядной. Вот и получай тоже неприятную правду в глаза. — Она прижалась к нему теснее, положив голову на его плечо. Он неожиданно устроил свою сверху, укрыв её пледом, чтобы она не мёрзла. И, конечно же, она выбрала фильм, где в роли главной героини была рыжая. Август про себя почти ласково называл Габи сучкой, но даже такие крохотные жалкие манипуляции вызывали у него больше улыбку, чем злость.

***

Новость про исследовательский центр выбила у неё почву из-под ног. Стало страшно. В голову закралась разъедающая и отравляющая буквально всё проведённое время под боком Августа мысль, что он, когда она ему надоест, просто-напросто от неё избавится. Как от мусора. Она даже узнала у Николь, когда у Августа будет свободное окно. После трёх часов, ясно. Собраться удалось быстро, шофёр её довёз уже изученным множество раз маршрутом. Габи нужно было поговорить, нужно было всё выяснить, потому что мириться со своей судьбой, если она обещала закончиться не в одной клетке, так в другой, она не собиралась. Но слова сразу и не идут. Наверно, потому что Август и удивлен, и рад её видеть, когда дверь в его кабинет открывает она. Разговор нелегко начать, но Габриэла, собрав всю волю в кулак, заставляет себя. — Слушай… Не мне тебя судить… Мир не чёрно-белый, приходится часто поступать так, как не хочешь. Но мне бы хотелось знать, коснется ли меня подобная участь, когда мы с тобой со всем закончим. Габи смотрела на него прямо. Даже если бы захотел, Август не смог бы соврать под таким взглядом. Но он и не собирался. Её вопрос нанес ему глубокое личное оскорбление. Лицо его удивлённо вытянулось. Он сразу понял, о чем идёт речь. Неужели Мико рассказала? Твою ж мать, почему она не могла держать язык за зубами, когда это было так нужно? — Ты — совсем другое дело. — О, ну да. Я тоже оперенная. Меня ты тоже в центр запихнешь? — Нет, Габс. Ты — не заразна. И я сам имел честь в этом убедиться. Я… — Он завис над бумагами. Концентрация была полностью потеряна, поэтому он вернул взгляд ей. — Не стану тебя удерживать или ставить над тобой эксперименты. Ты сильно помогла мне. Я тебе долг за помощь возвращаю. Как и обещал. — Только это тебя удерживает от того, чтобы от меня избавиться? — Она презрительно сузила глаза. Август постарался успокоиться. Выпрямился. Тон его стал холодным, больше деловым. — Если тебе так угодно будет взглянуть на эту ситуацию, я ценю спасение собственной жизни. Это редко кто делает по доброй воле, как сделала ты. Поэтому я сохраняю и берегу в ответ твою. Довольна? — На последнем слове он звучал уже более раздражённо. — Неужели нет никакого другого способа… Лечить этих бедных людей? — Его ответ её успокоил, но никак не её совесть. Август начал искрить. — Был бы, я бы так не действовал! — Он взбесился, хлопнув ладонями о стол. — Габи, неужели ты думаешь, что я испытываю особое наслаждение от всего этого? Я лишь пытаюсь исправить дерьмо, которое натворил. Способами, которыми располагаю, о которых знаю. Инструментами, которыми умею пользоваться! И если для этого нужно будет замарать руки, мне не в первой. Но я верну мир в его прежнее состояние. До всей этой истории с Сибирью. Она выглядела испуганной. Нет-нет-нет, блять, только не это. Не этого он хотел. Чего угодно, только не того, чтобы Габс начала его бояться. Он устало провёл ладонью по лицу. Раздвинул пальцы. И меж ними на неё взглянул, протянув к ней вторую ладонь. — Подойди. Не бойся меня. Я тебе не наврежу. Электричество удалось приструнить. Слава Богу, в неё не запустил. Новый экзоскелет становится всё больше жизненно-необходимой разработкой. Иначе он такими темпами весь собственный персонал пережарит, и её с Мико. Он не мог этого допустить. Нельзя было терять контроль над собой. Когда её ладонь осторожно (не без опаски) скользнула в его, Август обхватил ту поперек основанию. Сильно, чтобы нельзя было освободиться, но не больно. Габи оказалась застигнута врасплох, когда Август посмотрел на неё исподлобья. Устало. Уязвимый в своей же собственной злости. — Пожалуйста, Габи, не сомневайся во мне. Я хочу, чтобы хотя бы кто-то оставался на моей стороне. — Хорошо, Август, только, пожалуйста, успокойся. — Габи сжала его ладонь сильнее, едва ли не оседая. — Извини. — Хорошо. — Он быстро коротко облегченно выдохнул. И неожиданно притянул её к себе, на короткое, но всё же объятие. Габриэла растерялась окончательно. Август, чувствуя её замешательство и неуверенность, быстро от себя отстранил. — Ты можешь идти. Увидимся ближе к вечеру. Купи для Мико по дороге что-нибудь из мака, а то она меня со своими хотелками уже успела загонять и достать.