Осталось (Left Over)

Инстинкты Айзавы Шоты были почти на 100% точны, как и его внимание к мелким деталям. Это были навыки, отточенные за годы работы в подполье, и только расширились, когда дело дошло до общения с 20 невероятно сильными подростками из года в год. В первый раз он заметил Мидорию без обеда в понедельник, когда Урарака дала ему яблоко из своего бенто. На следующий день Мидория заявил, что он был так занят домашним заданием, что забыл его сделать. В третий раз Айзава почти не заметил, за исключением того, что большинство учеников демонстрировали наклейки на своих бенто, и позвали Мидорию, чтобы тот показал свои, когда парень тихо попытался выскользнуть за дверь. Итак, когда он заметил, что Мидория не принес обед в четвертый раз на этой неделе, он понял, что что-то не так. Когда класс 1-А начал собирать свои вещи, готовясь к обеду, Айзава посмотрел на зеленоволосого проблемного ребенка, который даже не пошевелился, чтобы пойти в столовую со своими друзьями. Мидория, казалось, был глубоко сосредоточен на блокноте, который он повсюду носил с собой. Айзава отметил, что этот блокнот казался более новым и отличался стилем от его обычных записных книжек. Класс начал быстро расходиться, возбужденно болтая друг с другом. — Деку! Ты опять забыл свой обед? — Урарака подскочила к его столу, ее глаза искрились смехом и некоторой долей беспокойства. Мидория слегка подпрыгнул при ее приближении, широко раскрытые зеленые глаза уставились на подругу так, будто он забыл, где находится. — Что...? О! — Он тут же смущенно опустил глаза на свой стол. — Я д-должно быть, оставил его на кухне этим у-утром. — Он усмехнулся. "Нервно," — как заметил Айзава из своего желтого спального мешка. Урарака прикусила нижнюю губу, глядя вниз на свою небольшую порцию бенто, а затем снова на своего друга. — А ты…ты хочешь разделить мое? Мидория сразу же отчаянно замахал руками и чуть ли не закричал: — О нет! Пожалуйста, не беспокойся об этом. Иди наслаждайся своим обедом! Хех... — Он лучезарно улыбнулся девушке, сказав, что присоединится к ней и Ииде за их столиком, когда закончит со своими заметками. Все еще неуверенная, но, по-видимому, испытывающая облегчение от того, что ей не придется делиться своей скудной порцией, Урарака слегка улыбнулась в ответ и кивнула: — Хорошо, Деку! Но тебе лучше посидеть с нами! Я не уверена, что выдержу еще один день, если Иида будет читать мне лекции о правильном питании. Она со смехом подмигнула Мидории, когда Иида начал своим лекторским голосом: — Герой всегда должен получать надлежащие питательные вещества, чтобы быть в лучшей форме на поле боя! Потому, когда мой брат... — Друзья Мидории вышли за дверь, Иида продолжал говорить, а Урарака закатила глаза и помахала Деку, выходя из класса. Мидория продолжал улыбаться им и весело махать, пока они не скрылись из виду, затем улыбка исчезла, и он снова склонился над своим столом, опустив руку и схватившись за живот. В пустой комнате раздалось громкое урчание. Айзава мысленно вздохнул. Проблемный Ребенок явно скрывал свой голод от своих друзей по какой-то причине. Может быть, у его родителей были проблемы с деньгами? Он не был уверен. Сев и расстегнув молнию на ярко-желтом спальном мешке, он позвал: — Мидория. — Веснушчатый подросток, вернувшийся к тому, что было в его записной книжке, подпрыгнул так высоко, что ударился коленом о нижнюю часть своего стола. Ярко-зеленые глаза широко раскрылись и уставились на Айзаву. Он явно забыл, что не один. — Э-э... да, сэр? Подпольный герой поманил рукой, чтобы ребенок подошел к передней части класса. Как только Мидория встал перед ним, Айзава вытащил маленький блокнот и ручку из одного из многочисленных карманов своего костюма героя. Начиная писать, он сказал: — С такой причудой, как у тебя, ты не можешь позволить себе не есть, малыш. Мы тренируем твое тело, чтобы оно было сильнее и выносливее, а для этого тебе нужны калории. — Он закончил писать в блокноте и вырвал лист бумаги, чтобы передать мальчику. — Отдай это Быстроланчу. Он принесет тебе что-нибудь поесть. Мидория посмотрел на записку широко раскрытыми глазами, а его руки слегка задрожали. — Все в порядке, Айзава-сенсей. Мне не нужно э-это. — Он попытался вернуть записку, но про-герой уже засунул руки глубоко в карманы, — Я п-просто забыл свой обед, вот и все. Все н-нормально, правда. Айзава уставился на него, не впечатленный, но ничего не сказал, просто кивнул в сторону двери. Мидория сглотнул, отдернул руку и уставился на свои красные ботинки. После минутного молчания он пробормотал: — О, э-э... спасибо, Айзава-сенсей. — Не благодари за это, малыш. — Айзава наблюдал, как зеленоволосый проблемный ребенок собирает свои вещи, отмечая, что все было беспорядочно брошено в его желтый рюкзак со Всемогущим, кроме блокнота, который был аккуратно засунут в отдельный карман. Когда Мидория проковылял мимо своего учителя к двери, Айзава крикнул: — И Мидория, — Мидория повернул свою кудрявую голову, чтобы нервно оглянуться на него, руки вцепились в лямки рюкзака, а плечи напряглись. Профессиональному герою не понравилась эта перемена, поэтому он слегка смягчил свой взгляд, — Если ты снова забудешь свой обед, — он слегка подчеркнул слово "забудешь", увидев, как Мидория сглотнул и слегка расширил глаза, — Скажешь мне, и я дам тебе еще одну записку. Рот подростка сложился в букву "о", прежде чем он пришел в себя, слегка поклонился своему классному руководителю и, спотыкаясь, вышел за дверь в направлении кафетерия. Айзава смотрел ему вслед, слегка прищурив глаза, почувствовав на уровне инстинктов, что что-то было не совсем правильно. Однако без каких-либо доказательств он ничего не мог с этим поделать. Профессиональный герой скользнул обратно в спальный мешок и вытащил упаковку с желе из потайного кармана для закусок внутри теплого кокона, сделав мысленную заметку, что надо следить за проблемным ребенком номер один класса 1-А.

***

Мидория Изуку никогда в жизни не чувствовал себя таким ошеломленным. Даже когда Всемогущий велел ему съесть прядь его волос посреди недавно очищенного от мусора пляжа. Был ли Айзава-сенсей просто... добр ко мне? Изуку, спотыкаясь, пробирался по оживленным коридорам, сжимая записку, как спасательный круг. На самом деле там не было написано ничего особенного: "Сделай Мидории особенный геройский обед. Ему нужны калории. - Стерка." Вот и все, что там было сказано. — Особенный герой? Это что, какой-то секретный пункт в меню? Или, может быть, это учительский обед? О нет. Разве я имею право получать его, даже по записке учителя? Но зачем Айзаве-сенсею давать мне эту записку, если она только для учителей, а я студент, и, конечно, я не должен давать это Быстроланчу, он посмотрит на меня как на сумасшедшего или подумает, что я написал это сам в шутку и… Изуку продолжил этот ход мыслей, не подозревая, что он бормотал вслух и каким-то образом добрался до начала очереди за обедом, ни с кем не столкнувшись. — Не должен давать мне что? Изуку слегка дернулся, издав неловкий звук и вздрогнув от внезапного вопроса самого Быстроланча. — Ах! Извините, мистер Быстроланч, сэр! Я... я просто... — Мидория сделал паузу, глядя на белую перчатку, протянутую за запиской в его руке. Он перевел взгляд с перчатки на свою записку, прежде чем его осенило, — Ой! Э-э, Айзава-сенсей сказал мне передать вам это, — тихо пробормотал он, передавая записку шеф-повару UA и надеясь, что он только что не выставил себя полным дураком. Быстроланч пробежал глазами по записке, быстро прочитал ее и, похоже, понял, чего хотел Стерка. Он быстро показал большой палец Мидории, прежде чем собрать тарелку с большим количеством риса, свинины и овощей, все в восхитительно пахнущем соусе. Рот Изуку наполнился слюной, а в животе громко заурчало при виде первой полноценной еды, которую он мог съесть впервые за три дня. Тарелка была поставлена перед Изуку на поднос, а рядом с ней стояла маленькая бутылочка яблочного сока с приклеенной квитанцией. — Заказ готов! Еще раз поблагодарив профессионального шеф-повара-героя, Изуку поспешно взял поднос и направился к столу, где Урарака и Иида сидели напротив Джиро и Яойрозу. — Деку! Ты пришел! — Урарака с удивлением взглянула на его поднос. — У тебя есть обед? Но ты никогда не покупаешь его. Изуку нервно хихикнул, поспешно снял квитанцию со своего напитка и сунул ее в карман, игнорируя строку с надписью "Итого: за 0,00". — Я э-э-э…нашел п-пару сотен иен в моем р-рюкзаке, о которых я забыл, — Он лучезарно улыбнулся своей подруге, мысленно моля: "Не сомневайся в этом, не сомневайся в этом, не..." — Что ж, тебе повезло! Я рад, что тебе не пришлось голодать. — Урарака отодвинулась в сторону, чтобы освободить место для Изуку, и тот поставил свой поднос, — Яоймомо просто пыталась объяснить задание Ямады-сенсея по английскому языку. Я совсем запуталась! Изуку медленно расслабился, когда разговор ушел от его текущей Проблемы №1, как он обозначил ее в своем блокноте. Он легко погрузился в разговор со своими друзьями и наслаждался обедом, хотя чувствовал себя виноватым и нервничал, думая о том, зачем он вообще обедал. Он позаботился о том, чтобы записать примерную стоимость, чтобы оплатить обед, когда сможет. "Если я вообще смогу оплатить его". — Зеленоволосый подросток выбросил эту мысль из головы, повернулся к рису, все еще лежащему на его тарелке, и быстро отправил его в рот, а вскоре прозвенел звонок, возвещающий об окончании обеда.

***

Айзава сидел в тихой учительской и оценивал последнее эссе по этике героя своего класса: четыре страницы о том, почему существуют протоколы спасения, и анализ того, почему ваш выбор протокола должен быть изменен или должен остаться прежним. Он ущипнул себя за переносицу, когда увидел эссе Минеты. “Целовать девушек, которых ты спасаешь, - это не то, что приносит тебе удовольствие! Это как утешение для них или что-то в этом роде” и, написав большой ноль вверху страницы, он глубоко вздохнул и откинулся на спинку дивана, удивляясь, почему у него все еще был Минета в классе. Протирая сухие глаза и готовясь к чтению следующего эссе, он прервался на зашедшего директора, уткнувшегося носом в планшет. — Ах, — вздохнуло существо с белым мехом, заметив про-героя, — Айзава. Ты как раз тот, кого я искал. Айзава искренне сомневался, что крысе вообще нужно было его искать, поскольку он, вероятно, всегда точно знал, где он находится, но все равно поздоровался с директором. — Директор Незу. Для чего я вам был нужен? Крыс снова посмотрел на экран, светящейся на фоне его нетронутого меха. — Я слышал, что юный Мидория из 1-А отведал наш "особый геройский" обед, это верно? Налитые кровью глаза Айзавы чуть не закатились на затылок. Конечно, директор знал все о Мидории, не говоря уже о том, что он написал записку меньше часа назад. — Это верно, — протянул он своим обычным скучающим голосом, хотя директора, казалось, совсем не беспокоила грубость. — Есть что-нибудь, о чем я должен беспокоиться? Герой Сотриголова сделал паузу, обдумывая свое взаимодействие с проблемным ребенком ранее в тот день и снова чувствуя странное скручивание в животе. Директор поднял глаза от своего планшета, а свет странно отражался в его черных глазах. — Я не уверен. Что-то кажется не так, но это может быть что-то совершенно невинное. Сейчас это всего лишь гипотеза, и у нее мало оснований для каких либо выводов. — Ах, хорошо. Пожалуйста, сообщи мне, если все начнет становиться менее гипотетичным и более реальным, — Директор спрыгнул с края кожаного дивана и вальсирующе вошел в дверь. — Я бы не хотел, чтобы один из наших студентов остался ”ни с чем", как говорится. Айзава громко вздохнул: — Я дам тебе знать, если что-нибудь выяснится. — Но дверь уже захлопнулась, когда он закончил свое предложение. Он сделал большой глоток кофе, наслаждаясь темным вкусом и легким жжением горячей жидкости в горле. Протерев глаза и снова взяв красный маркер, он перешел к следующему эссе, которое было значительно толще остальных. "Мидория Изуку – Анализ Протоколов спасения и предлагаемые улучшения в службах питания спасательных станций для долгосрочных спасательных операций". Герой Сотриголова слегка нахмурился, прочитав название, и начал читать. Он почувствовал, как у него в животе образовалась пустота, когда он углубился в почти десятистраничное эссе. Последние несколько абзацев заставили его сделать паузу во время чтения. "Ничто так не успокаивает человека, пережившего травматический опыт, как горячая еда. Знание того, что еда, которую они едят, поможет им продержаться еще один день, потенциально может превратить жертву из безнадежной в готовую бороться за себя. Вот почему я считаю, что следует приложить больше усилий для обеспечения горячим питанием жертв крупномасштабных катастроф и нападений." Чернила размазались по бумаге, и пятна, подозрительно похожие на засохшие слезы, забрызгали последнюю страницу эссе. Кажется, что-то явно не так…