Разорвать оковы прошлого

Выслушав рассказ молодого культиста, старший покачал головой.        — Довериться им всё равно, что самому закрыть дверь перед они и балансом во вселенной. Но если всё, что ты говоришь, правда, то выбора у нас нет. Кровавый Владыка простит нас, если мы в последствии загладим вину. Только вот скажи мне, откуда мы возьмём всё необходимое и сколько времени уйдёт на подготовку?        — Многое можно сделать из наших собственных вещей. Сейчас это куда важнее прочего. Ну а что до остального, то я смогу достать всё в соседнем городе.        — Своровать…        — У нас нет выбора.        — Ты смелый юноша, и я готов доверить тебе нашу судьбу. Но есть ещё кое-что — время. Счёт идёт не на дни, а на часы.        — Мы сможем заставить скелетов плутать по лесу. Вы и сами знаете тех, кто хорошо знает местность.        Старший культист кивнул и, благословляя, дотронулся головы молодого человека. Однако, когда тот вышел и отошёл подальше от шатра, старик добавил:        — Слова Мистаке затуманили его разум. Если уж смерть пришла за нами, сделаем то, что должны…       

***

Вернулись культисты через четыре часа, когда дело уже шло полным ходом. Сначала Кайл и Джей предпочли не обмениваться с культистами ни единым словом, но со временем они разговорились с одним юношей, потом с его приятелем и завели немало знакомых. Среди культистов были люди самых разных профессий и взглядов. Нашлось из них и немало мечтателей, таких как Джей, и их энтузиазм, увеличивающийся в геометрической прогрессии, вёл их к цели семимильными шагами.        Но это были не летательные аппараты, скорее планеры. На этом настоял Кайл. Ресурсы были ограничены, время тоже — от группы, отправившейся отвлекать скелетов, давно не слышно было вестей.        Взошло солнце, пронеслось по небосводу и тут же упало за горизонт. Ночью, уже ближе к восходу, под слабый свет от костра Джей закончил пятые по счёту «крылья».        — Ты отлично потрудился, — похвалила его Мистаке.        — Да, мальчишка подарил нам надежду! Спасибо тебе большое!        — Мы все выберемся! Кровавый Владыка, как же сложно было в это поверить после всего, что рассказал Курт!        Так звали культиста, похитившего Джея и Кайла, а его подругу и соучастницу — Бертиной. Молодой культист, тем временем, выходил из палатки, содрогаясь от чувства отвращения к самому себе и к окружению, которое всегда казалось ему родным и… Искренним. Воодушевлённый и верящий в чудо, которое помог претворить в жизнь, он невольно стал свидетелем обыкновенной для культистов сцены: кровавый ритуал и призывы они… Сначала он подумал, что всё это делается без ведома главы, который прекрасно знал о договоре с Джеем и Кайлом, однако от приятелей он узнал, что им поступил чёткий приказ. Культисты избавились от пленных, пускай не по правилам, не подготовив место… Узнал молодой культист и о том, что мальчишек ожидает та же участь.        Глава был слишком жаден до похвалы Кровавого Владыки. Да, культисты похищали и убивали, но делали это ради «спасения», а во всём остальном должны были оставаться людьми слова и долга. Так думал Курт… Казалось бы, в нём ничего не могло сломаться, тем более с такой скоростью — мгновенно, ведь он вырос в этом «мире», полагался на слова своего наставника, затем отдал всего себя служению культу. В нём не было сомнений до сих пор… Но пока одна половина лагеря готовилась к смерти, вторая обсуждала крылья и дальнейшую жизнь. Должно быть, глава отправил в помощь мальчишкам тех, кому доверял меньше всего, тех, кто не смог бы «героически» броситься в лапы смерти. Он оставил их в неведении, чтобы никто не смог сбежать.        Вот с чем молодой культист не мог смириться.        Первым, кого Курт увидел в толпе, был Джей, и ему не сразу удалось подавить отвращение. Он долго ждал, когда будущий ниндзя наконец умрёт и избавит его от кошмарных воспоминаний, но так и не дождался. Рядом с Джеем стояла Мистаке, смотреть на которую Курт тоже не мог. Она как будто знала абсолютно всё: что происходит снаружи и чем терзается человек внутри. Взгляд его тут же переметнулся к Кайлу, к которому он не питал симпатии, но и ненависти тоже. Подойдя ближе как раз в тот момент, когда в разговоре всплыло его имя, культист произнёс:        — Спасибо вам за всё. Дальше мы справимся сами, вы уже можете лететь. Кайл изумлённо уставился на него. Первой мыслью, что пришла ему в голову, стала такая: «он хочет испытать крылья на нас?!» Конечно, Кайл почти не сомневался в конструкции, но к такому риску просто невозможно быть готовым. Под ними не просто скала — самые высокие деревья не могли дотянуться и до половины вышины утёса! Однако Джей был воодушевлён, а значит — не так много думал. В этот раз это пошло на пользу, ведь у культиста и правда не было злого умысла.        Остальные решили, что Курт прав, и закивали в такт его словам, будто куклы, не иначе. Осознание этого заставляло сердце молодого культиста обливаться кровью.        — Верно, вам уже пора идти. Нам придётся бежать ещё долго, а вы уже доберётесь до дома!        — Вот вам наша благодарность!        — Уверен, ваши старания увидит Кровавый Владыка!        Повисло неловкое молчание, но продлилось оно не долго, ведь Кайл спросил серьёзным тоном:        — А как мы убедимся, что отпустили не только нас, но и всех остальных?        На всякий случай он не смотрел на Мистаке, но подразумевал в большей степени именно её и малышку.        — Ничего, я прослежу за этим. Поверьте, я смогу за себя постоять в случае чего, — старушка улыбнулась, и всех, кто стоял рядом, пробил озноб. Не то чтобы выражение еë лица было ужасно страшным, скорее во взгляде было нечто такое, что ясно давало понять — Мистаке не врёт и сделает так, как сказала, чего бы это культистам ни стоило.        Проверив все крепления, Кайл и Джей подошли к краю утёса. Небо загоралось зарёй тёплого весеннего солнца, но ветер был ледяной и легко пробирался под одежду. Впрочем, проникнув в лёгкие, он вытеснил накопившиеся сомнения и страх. Джей заметил птичку, пролетевшую прямо над его головой. Голубая сойка… Именно она вдохновила его на создание крыльев, и легко можно было принять её появление за судьбоносный знак. Кайл же постоянно смотрел вниз, где его могла ждать гибель. Ноги не хотели делать ни шагу вперёд, даже когда Джей уже ступил в пустоту, отдаваясь чувству безграничной свободы…        — Иди.        Единственное слово и сильный толчок в спину — тело Кайла потеряло опору и зависло в воздухе, после чего и он восхищённо ахнул… Действительно красиво, легко и свободно было в этом полёте, пусть и не долгом.        Джей не чувствовал того, как постепенно снижается, ему казалось, что он, наоборот, воспаряет всё выше. Оковы на его ногах рассыпались в пыль, и восторг от полёта заполнил душу надеждой, что когда-нибудь ему удастся создать величайшее в истории изобретение, над которым когда-то работали его приёмный отец и отец Кайла. Он смотрел на небо, пока его не скрыла листва, но даже тогда вид казался ему волшебным и слишком далёким, если смотреть с земли. Не удержавшись на ногах, он упал на колени, а рядом с ним приземлился Кайл, лицо которого наконец озарилось счастливой улыбкой.

***

В шатёр старшего культиста занесли большой кувшин с кровью, однако он не обратил на это внимания, ведь понимал, что её одной не хватит для ритуала. Бертина исчерпала все запасы своих магических сил и не смогла бы применить заклинание телепортации даже через пару недель. Она посмотрела на свои ладони и согнула пальцы — ногти её впились в кожу. Культистка злилась на себя, но ничего не могла сделать.        — Это не твоя вина. Как минимум десяток раз ты спасла нас от гибели. Помни — Кровавый Владыка видел твои старания, он обязательно покажет тебе мир, где царствует совершенный баланс.        Мужчина гладил девушку по волосам с такой нежностью, будто ласкал собственную дочь, и всё же во второй его руке сверкнул кинжал — прекрасная работа искусного мастера. Когда-то он рассказывал Курту и Бертине, что получил его от предшественника, а тот получил его в качестве трофея в сражении с каким-то очень сильным мастером стихии. Правда, культисты совсем не знали различий между теми, кто использует стихию, и теми, кто применяет магию…        Когда-нибудь девушка должна была погибнуть. Она станет последней жертвой, и возможно, позволит они прорваться через барьер, установленный Первым Мастером Кружитцу. Из Мира ушедших культисты обязательно всё увидят, так они думали…        Однако удара не последовало, точнее, кинжал промазал и повинуясь законам физики нашёл себе иную цель — ногу главы культа. От удивления и резкой боли он не смог даже вскрикнуть, немой вопрос сверкнул в его глазах и сорвался с побледневших губ вздохом.        — Что ты делаешь?! — спросила девушка, освобождая руку из хватки Курта.        — Я…        Молодой культист не знал, что ответить. Конечно, он уже пошëл против воли главы, однако бордовое пятно на чёрных одеждах, становящееся всё больше, пугало его гораздо сильнее гневного замечания, изгнания, а может быть и смерти за содеянное.        Их вырастили по этим законам, дали кров, еду, семью, подарили саму жизнь, попросив лишь об одном — всё делать ради культа, ради единственной цели — спасения этого мира. И вот он, с детства убеждённый, что ничего не поколеблет его, практически собственными руками вонзил кинжал…        К старику, тем временем, вернулся голос:        — Ты предал нас в такой момент?! За тебя поручился твой почивший наставник, как ты мог?!        Привычная мягкость и спокойствие в голосе исчезли без следа. На его зов откликнулись все культисты, что были поблизости, в том числе те, кто ещё верил, что спасение от скелетов возможно. Курт плавился под недоумёнными взглядами, а девушка, которую он прижимал к себе, силилась вырваться и била его кулаками.        Сердце стучало как бешеное, и он никак не мог раскрыть рот, чтобы поведать всем о решении главы культистов… Возможно, тогда хоть кто-нибудь встал бы на его сторону. Но помощь подоспела оттуда, откуда он не думал — за своей спиной Курт услышал проклятый голос:        — Если ты готов, я провожу вас во внешний мир.        Этот холод, что пронёсся по его спине, страх и вместе с тем презрение, тяжёлым грузом прижавшие ко дну разума все мысли… Это была Мистаке, и всё пространство в тот же миг охватил фиолетовый туман.        — Хватайте предателей!        Курт почувствовал как в его одежду вцепляется множество рук — все они принадлежали тем, кого он так хотел спасти…        — Отпусти меня!!! — вопила Бертина, которую скрутили ничуть не менее грубо, чем Джея и Кайла когда-то. Оказавшись на руках лучшего друга, ей оставалось лишь вопить и махать руками — из носа молодого культиста уже хлынула кровь, но Курт продолжал упрямо бежать к обрыву, туда, куда вела его Мистаке.        — Ты так хочешь умереть?! — спросил он, задыхаясь.        — Почему ты спрашиваешь такое?! Разве сам не знаешь?!        — Не знаю! Потому что я хочу, чтобы ты жила!        — Но ведь… — услышав одинокий всхлип, она замерла.        — Ты ведь тоже знала, что глава обманывает! Может быть и всё, что он рассказывал нам — пустое враньё!        — Что ты такое говоришь?! Это же наш дом, Курт! Наша семья! — очнулась девушка.        — Я знаю…        Несколько капель сбежало по его щекам.        — Мне не нужен этот «мир, полный баланса», если в нём нет тебя! Давай умрём чуть позже, прошу! Вместе, когда сами увидим, насколько плох этот мир! Тогда, обещаю, мы уйдём по всем правилам! Как ты захочешь!        Мистаке ухмыльнулась, наконец остановившись возле трёх оставшихся «крыльев». Туман чуть развеялся, и оба молодых культиста увидели свои заплаканные лица. Вся их жизнь рушилась, а сзади слышались крики… Не только тех, кто стремился их схватить, но и тех, кто столкнулся с первыми рядами армии скелетов. Гармадон их нашëл и, не мешкая, отдал приказ.        — Улетайте, на вас ещё не так много следов крови! — выкрикнула Мистаке.        Курт опустил подругу на землю и нацепил ей планер на спину, затем обрядился сам и обернулся. Где-то в тумане один за другим умирали его друзья, названные братья и сёстры. Даже зная, что этим всё кончится, он представил образ Гармадона и вспомнил тот день, когда мастер молнии убила их наставника. «Чтоб вы сдохли от рук Кровавого Владыки!»        Наконец, он заставил себя поднять девушку и в буквальном смысле швырнуть её вниз. Она завизжала, но он уже прыгнул следом, напоследок поблагодарив Мистаке. На секунду показалось ему, что на месте старушки появился монстр с чёрной кожей и рогами… А на руках чудовища плакал ребёнок.       

***

Мистаке не святая, но не желала людям вреда. Не единожды она пыталась убедить культистов прекратить, но эти фанатики никого не слушали. Впрочем, большинство из них Гармадон нашëл бы в любом случае — глаза его давно окрасились в алый, он многих потерял и уже не мог простить. Истребление было неизбежно, но по крайней мере двое смогли уцелеть… Остальные же попали в ад, а в преисподней пока правил никто иной, как Тёмный Лорд.        Здесь была лишь тень Гармадона, стоявшая под деревьями в отдалении от лагеря, и всё же мастер разрушения чувствовал, как эмоции разгоняют его кровь по артериям и венам, а сердце стучит в едином ритме с разносящимися криками. Он был монстром, это известно каждому в Ниндзяго, но, наверное, никто из людей не знал, до какого уровня может дойти его жестокость.        — Ты добился своего?        Мистаке появилась в тот момент, когда шум битвы начал стихать, а мысли в голове Гармадона стали значительно яснее. Если бы она поторопилась и появилась чуть раньше, наверняка нарвалась бы на схватку, а Мистаке была не самым сильным Они, это факт.        — Семья Натана, Либбер… Скольких людей они погубили? Даже теперь я не успел спасти их пленных! Они испугались и прикончили всех! Жалкие твари!        — И всё же никто не вернулся к жизни, Натан больше не придёт, а у Гордона нет жены. Остался лишь ты, продолжающий нести ненависть… Гармадон, ты чувствуешь себя счастливым сейчас?        Тень его дрогнула, но нельзя было понять отчего — то ли от нахлынувшего чувства грусти, то ли оттого, что солнце, поднимаясь всё выше, делало тени под деревьями всё меньше и тоньше. Да и время, которое Гармадон мог находится в этой форме, было строго ограничено.        — Я понимаю, что ты хочешь сказать, Мистаке. Однако, я чувствую себя чуть лучше. Больше никого не убьют. Когда я захвачу этот мир, никто не познает похожего ужаса. Мисако и Ллойд будут со мной…        Больше всего он думал о жене и сыне, но вспоминал и Либбер, отчаянно бросившуюся в темноту, своего друга, Натана, убитого во время жестокой войны, и его дом, который они долго искали на пару с Ву. Гармадон не забыл, как проклинал себя за опоздание — от жены лучшего друга и его маленького ребëнка не осталось даже тел, чтобы захоронить. Только ритуальный круг, который каждый раз при упоминании заставлял глаза Гармадона становится багровыми, а его самого — терять рассудок. Его собственную семью теперь точно не достанут, в этом Тёмный Лорд был абсолютно прав.        Плач ребёнка заставил Гармадона вернуться в реальность. Первая пришедшая в его голову мысль заставила его гневно крикнуть:        — Это ребёнок кого-то из культистов?!        Сама вероятность, что кто-то мог остаться в живых, сводила его с ума.        — Нет, эту девочку я принесла с собой.        — Ради чего? Кто она такая?        — У неё нет имени и нет родителей. Она одна в чужом мире, как и ты совершенно одинок в преисподней. Она — то, что может тебе помочь.        — О чём ты говоришь?        — Через некоторое время ты поймёшь.        С этими словами она опустила малышку на траву и скрылась в фиолетовом тумане. Гармадон остался под кронами деревьев один, слегка ошарашенный и оттого неспособный уйти, хотя детские крики неимоверно раздражали. Возможно, он думал о своём маленьком сыне, а возможно, вспоминал как Натан дал ему подержать своего новорождённого ребëнка. Очнулся он, когда к нему подошёл Самукай и в подробностях доложил обстановку.        — Как вы и приказывали, мой Лорд, никого не осталось, а тела и вещи мы сожгли. Там было какое-то странное устройство, вроде птичьих крыльев, — он помахал руками, — но мы его тоже сожгли. Ой…        Заметив малышку, он тоже подумал, что скелеты оставили в живых ребёнка кого-то из культистов, и поспешил исправиться. Самукай собирался пнуть еë, однако на ткани, в которую девочка была завёрнута, ярко вспыхнули иероглифы заклинания, и скелета отбросило назад. Он грохнулся на траву, но быстро поднялся и выхватил свои костяные кинжалы.        — Стой. Ты ничего не сможешь ей сделать. Лучше принеси её в преисподнюю. Я сам разберусь.        Самукай не решился перечить своему господину и аккуратно поднял ребёнка. Заклинание померкло, и тень Гармадона исчезла, напоследок отдав приказ:        — Возвращайтесь в преисподнюю.        Девочка эта стала жить со скелетами и только в семь лет увидела солнечный свет. Звали её Рин… Рин Гармадон. Приёмная дочь Тёмного Лорда и сводная сестра будущего Зелёного ниндзя.