«Летний Сбор», или как довести Принца

Селена       На удивление я сегодня выспалась. Сразу открыв глаза, потянулась к планшету на тумбочке. Жанна отправила мне новости.       “ Сегодня (а точнее вчера) состоялось открытие «Летнего Сбора». Мероприятие сугубо закрытое для папарацци, но мы смогли сделать для вас парочку фотографий.       На первом фото Её Светлость Герцогиня Линнеа Габриел Лундквист. Женщина средних лет, при Дворе не появлялась уже более 15 лет. Что показыает насколько именно этот «Летний Сбор» значимое событие.       На втором фото юная особа и мистер Франссон, ранее нам известный дворецкий Королевской Семьи. Сначала наши корреспонденты решили, что она дочь графа Штеренберга. Но, просмотрев семейное древо, стало понятно, что у графа нет ни одной дочери. И, как выяснилось позже, эта девушка является организатором всех событий этих двух недель.       Хотим обратить ваше внимание на то, что заметили разницу в украшении сада и рассадки гостей. Мисс хорошо постаралась, рассадив знатных маркизов подальше друг от друга. Это должно пойти им на пользу.       Теперь же мы получили доступ к съёмке, и уже через два дня (то есть завтра) возьмём интервью у самих Короля и Королевы.       Следите за принцем Стефаном и принцем Тео вместе с нами,

Глаз Одина»

      Отложив девайс, резко встала с кровати. В глазах потемнело, и возмущение пришлось отложить на пару минут.       На какую радость мне удалось засветится в прессе, конечно, не понятно. Давайте опустим то, что на снимках я получаюсь не очень. Но после того как неделю пчелкой контролировала проведение концерта у одной рок группы в Канаде, отношение к фотографам у меня резко негативное.       Дело в том, что музыканты, ну и впрочем все творческие люди, по своей натуре весьма специфичные личности. Папарацци ходили за ними по пятам, не упуская ни одной пьянки-гулянки. И, конечно, в объективы попадала и я. Так что, лишнего внимания мне теперь надо избегать, раз с сегодняшнего дня вход во дворец открыт для журналистов.       Наскоро позавтракав и натянув спортивки, я снова направилась в резеденцию. Пусть интервью проводится лишь завтра, а начинать готовиться нужно уже сегодня. Жанна попросила сегодня выходной, чтобы погулять по Стокгольму, зато вечером её будет ждать огромный список дел.       Мистер Франссон был мужчиной уже преклонных лет, но старым его назвать нельзя. Передвигался он на удивление быстро и проработал много лет на семью Берг, судя по тому, как ловко исполнял обязанности. До меня организаторство лежало скорее на его плечах, и теперь мистер Франссон выполнял лишь бытовые поручения, а все остальное скинул на мои хрупкие плечи. Знаете, так обычно бывает, когда появляется ответственная личность, и можно передать ей половину, а лучше все дела без угрызений совести.       Номер дворецкого мелькал в моей книжке все чаще. Он знал каждого сотрудника поименно, а я нет. Вот и приходилось спрашивать. Мистер Франссон отнёсся ко мне лояльно, это радовало. Когда люди шли на встречу, работать получалось быстрее.       На часах было 10:03, и горничные с прачками суетливо бегали по коридорам. Я стояла на пороге, желая поговорить с миссис Маргарет, придворным дизайнером.       Мимо промчалась девушка в белом фартуке, и я схватила ее за руку. — Скажи, где находится комната дизайнера, — и поспешно добавила, — пожалуйста. — На втором этаже, последняя дверь справа. — Спасибо.       Поднявшись по лестнице, которая стояла посредине холла, свернула направо и встала. Потому что коридор ветвился ещё раз. Прислушавшись к внутреннему чутью, свернула ещё раз направо. Тут уже был конец коридора. Постучав в последнюю дверь, открыла, как только донеслось «Да-да, войдите».       Тут не то чтобы комната, тут был целый зал. Куча одежды, столы с тканями, коробки, из которых торчали какие-то перья, и очень много цветов: зелёный, лиловый, жёлтый, неоновый, розовый. От многообразия деталей слегка закружилась голова. — Бо-же мой!       Из-за ширмы выплыла женщина лет тридцати пяти в приталенном платье до колен и стоячим воротником. На голове у нее была высокая прическа. Я бы сказала, чересчур высокая. — Девочка-зима! — Миссис Маргарет нараспев произносила каждое слово. Она взяла меня за руку и покрутила. А я до сих пор привыкала к пестрым узорам на ее платье.       Наверняка ей тут очень скучно, ведь королевский дресс-код не позволяет ярких оттенков и экстравагантных образов. — Вы миссис Маргарет? — я наконец обрела дар речи. — Зови меня просто Маргарет.       По привычке глянув на время, 10:16, я выпрямилась и представилась. — Мое имя Селена О'Конелл. Завтра будет первое интервью в честь «Летнего Сбора». Нужно, чтобы образы членов Королевской семьи органично смотрелись в кадре с подобранным мной декором.       Маргарет обрадовалась ещё сильнее, подошла к столику и начала разливать заварку в фарфоровые чашечки. — Присядь, девочка-зима, — пропела женщина, ставя на столик чашечку с зефиром, — разговор будет долгим.