Не родственные души

Брат ушел на работу, и Е Цзунь, обнаружив на полке пару поваренных книг, решил приготовить обед. В холодильнике было достаточно свежих продуктов, хотя некоторые, такие как, например, свежее мясо и пару видов соусов, пришлось докупить. Е Цзунь всегда умел быть убедительным, рынок же он нашел легко. Он порезал и замариновал мясо, покрошил овощи в салатник и решил, что готовка — это просто. Для салата нужны были вареные яйца. Поставив кастрюльку на газ, Е Цзунь принялся читать, как отварить пасту до нужного состояния. В какой момент все пошло не так, он не понял. Вода в кастрюле с яйцами отчего-то быстро выкипела, он схватился за крышку, обжегся, выругался, на соседней конфорке часть спагетти отчего-то полезли прочь из кипятка, попав прямо в огонь, кипящая вода вместе с пеной выбралась из кастрюли, заливая огонь, который сердито зашипел. Е Цзунь, кинувшийся к раковине, чтобы открыть холодную воду и остудить обожженные пальцы, как-то ухитрился открыть горячую и взвыл от боли. Завывания пожарной сигнализации были ему прекрасным аккомпанементом. *** Чжао Юньлань помогал разгребать завалы в городе, готовил проект по интеграции дисинцев в Хайсин. Было бы здорово, если бы можно было обсудить это с Шэнь Вэем, но с того самого дня они не разговаривали. Чжао Юньлань запрещал себе думать о нём. Всё слишком... просто слишком. Надо радоваться, что Шэнь Вэй наладил отношения с братом? Надо поговорить? Его душила иррациональная обида. Он думал, что Шэнь Вэй умер, готов был пожертвовать жизнью, чтобы Лампа зажглась, тогда бы они снова встретились. Но почему-то выжил. Шэнь Вэй был рядом, всего на расстоянии нескольких метров, но никогда не ощущался настолько далёким. Чжао Юньлань несколько раз почти набрал номер Шэнь Вэя, но убирал телефон. Всё закончилось, Е Цзунь больше не представлял опасности. А Чжао Юньлань как будто потерял смысл жизни. *** Шэнь Вэй не думал, что всё будет так трудно. Во время того самого разговора брат несколько раз спросил про Чжао Юньланя, наверное, Шэнь Вэй подсознательно надеялся, что всё как-нибудь образуется само. Сперва он не надеялся, что они выживут, потом боялся, что Чжао Юньлань погиб, а когда узнал, что жив, кажется, упустил свой шанс. Е Цзунь смотрел на Чжао Юньланя с такой ненавистью, что Шэнь Вэю стало страшно. Второй раз ему пришлось выбирать между братом и возлюбленным. И он надеялся, что возлюбленный поймёт. Но никак не мог найти в себе силы поговорить. И боялся реакции брата, если всё-таки попытается. Он надеялся, что со временем брат успокоится, не будет так ревниво относиться ко всем, с кем он общается. Два разговора по телефону с Ли Цянь — исключительно по научным поводам — закончились грандиозной ссорой, Е Цзунь заявил, что брат его игнорирует и что не следовало его возвращать, если он ему мешает. Шэнь Вэй оправдывался, что ему нужно работать, чтобы их содержать. Е Цзунь просматривал ежедневник, знал расписание Шэнь Вэя и, если тот задерживался, обижался и не разговаривал, пока Шэнь Вэй не задабривал его чем-то вкусненьким. Прошло уже два месяца, за это время он видел Чжао Юньланя всего несколько раз, тот при встрече холодно кивал и уходил. Как будто они не знакомы. Даже пожилой соседке Чжао Юньлань оказывал больше внимания, чем ему. Даже на обсуждение договора между Хайсином и Дисином отправил своего отца, хотя лично сидел над бумагами, Шэнь Вэй точно знал. С этим пора было заканчивать. Он специально ушел пораньше с работы, чтобы наконец поговорить с Чжао Юньланем, уже почти постучал в дверь, даже поднял руку, но тут в его квартире сработала пожарная сигнализация. Шэнь Вэй круто развернулся на пятках, открыл дверь и закашлялся. — Что здесь происходит?! — Я хотел приготовить обед! — рыкнул Е Цзунь, разыскивая одной рукой аптечку, пытаясь не шевелить лишний раз обожженными пальцами. — Где, чёрт возьми, в этом доме аптечка?! — Обед приготовить? Скорее дом спалить! — Шэнь Вэй метнулся к плите и выключил газ. Спагетти прилипли к дну намертво, яйца треснули и почернели, мясо, как оказалось, Е Цзунь положил не в соус, а в яблочный уксус, и оно стало непригодно к готовке. В салат высыпал соды вместо соли. Из всего задуманного получился только соус к спагетти, так как руководство по его приготовлению было крайне подробно поэтапно расписано. Шэнь Вэй прошел в ванную, достал аптечку и кинул на диван. Он не был уверен, что сейчас готов разговаривать с братом, не хотел наговорить лишнего. Е Цзунь достал спрей от ожогов и наконец нанес его на горящие пальцы. Сразу стало легче. Брат молчал, но его молчание было куда выразительнее слов. Шэнь Вэй открыл окно — необходимо было проветрить квартиру, придирчиво осмотрел кастрюли: имеет ли смысл пытаться их отмыть или проще купить новые? Или заставить Е Цзуня устранять последствия? Или это приведёт к ещё большим разрушениям в квартире? Одно он понял точно: нужно найти брату дело, дальше так продолжаться не может. Весь вечер брат молчал. Он молча проветривал квартиру, молча выбрасывал посуду и испорченные продукты, молча сделал заказ в ближайшем ресторане, молча ел, убирал контейнеры, выкидывал мусор. Е Цзунь, чувствуя себя неуютно, старался по минимуму контактировать с братом. С трудом дождавшись ночи, он закрыл глаза и позвал: — Вэнь Кэсин! *** Вэнь Кэсин боролся со сном. За это время они смогли вполне уютно устроиться в оружейной, больше всего он любил спальню. Чжоу Цзышу теперь засыпал только в обнимку с Вэнь Кэсином, как будто опасался, что тот куда-то денется ночью. И Вэнь Кэсин наслаждался этими моментами, слушал, как дыхание Чжоу Цзышу выравнивалось, пальцы в последний раз гладили его плечо, и Чжоу Цзышу засыпал, а Вэнь Кэсин наслаждался этой спокойной близостью, стараясь урвать ещё несколько минут у сна. "Вэнь Кэсин!" — неожиданно прозвучало в голове, он даже дернулся и открыл глаза. Чжоу Цзышу сонно завозился, снова погладил его. Вэнь Кэсин прислушался: оружейная была пуста, кто мог его звать? "Да где ты, мне надо поговорить!" Ах вот оно что, он как-то даже успел подзабыть о своем странном знакомом. Вэнь Кэсин закрыл глаза и попытался представить тебе то странное место. Е Цзунь выглядел нервным, дул на покрасневшие пальцы и шипел, как разъяренный кот. — Ну и что с тобой случилось? — Вэнь Кэсин вальяжно устроился на полу. — Я хотел сделать гэгэ сюрприз — приготовить ужин, потому что обычно это делает брат, а он и так устает на работе, да и после нее мы часто наводим порядок в Дисине. Но в этой дурацкой поваренной книге не было сказано, как долго варить яйца, и что лапшу нужно отмерять. А бутылки уксуса и соевого соуса похожи, обе из темного стекла, мне что, надо было пробовать их, прежде чем мясо заливать? А солонка не подписана, а соль и сода белые! И на крышке кастрюли не было изоляции, я обжегся — Е Цзунь снова подул на пальцы, распухшие от ожогов. — И кастрюлю, и сотейник пришлось выбросить, а Шэнь Вэй, он… — Что Шэнь Вэй? — Вэнь Кэсин весь обратился в слух. — Право, кастрюли — это такая мелочь. Если бы мой А-Сюй попытался что-то приготовить, я был бы счастлив. Увы, у него совершенно нет таланта к кулинарии, и если раньше это можно было объяснить отсутствием обоняния, то теперь мне в голову приходит только лень! Хотя перепутать соду и соль — это надо умудриться. Ты уверен, что не хотел отравить брата? — Он просто молчал! Когда наводил порядок, когда выбрасывал мусор, когда еду заказывал, когда ел, но молчал так выразительно, что у меня волосы дыбом пытались встать. Отравить гэгэ? Ты что? Он самый дорогой для меня человек, я скорей сам яд выпью! — горячо воскликнул Е Цзунь и неожиданно понял, что это правда. — Вэнь Кэсин, ты же мой друг, что мне делать? — Ну, я даже не знаю, может быть, поговорить? — он даже не пытался скрыть сарказм в голосе. Е Цзунь выглядел совсем юным и потерянным, этим он ужасно напоминал Чэнлина. И куда делся тот, кто хотел разрушить мир, чтобы отомстить брату? — Знаешь, как бывает, человек очень долго терпит, недовольство копится, как снег в горах, а потом раз — какая-то мелочь, неосторожное слово, поступок, и начинается лавина. Однажды мы крепко поссорились с А-Сюем... Некоторые мои действия привели к... Непредвиденным последствиям, я не ожидал, что всё закончится так. Мы оба не святые, оба убивали людей, но в тот раз погибли невинные. Он на меня здорово разозлился. Не за их гибель, а за то, что я не рассказал ему о своих планах. В последний раз он обвинил меня в том, что я ему не доверяю. Ну, я и поплатился за это. Дай руку, — Вэнь Кэсин направил поток ци на ожог. — Неужели ты не умеешь себя лечить? Среди твоих способностей нет такой? Очень полезная! — Умею, но тут у меня нет способностей, не знаю почему, — Е Цзунь шмыгнул носом. — Я поэтому и хотел приготовить ужин, что в последнее время вел себя не не очень хорошо и хотел извиниться, — ещё больше посмурнев, буркнул он. — О, и что же ты натворил? Прости моё любопытство, но на горе ничего не происходит, и хоть мне никогда не надоест общество А-Сюя, но книги по земледелию навевают тоску, а разговоры с тобой вносят приятное разнообразие в нашу повседневную жизнь. — Мы же были порознь десять тысяч лет, а сейчас он позвал меня с собой, к себе домой, и я требовал, чтобы он проводил всё время только со мной. Даже расписание его выучил и хотел всё его внимание безраздельно, — Е Цзунь теребил плохо заплетенную "ночную" косу, не зная, куда деть руки. — Не лучшее начало. Но он хотя бы тебя не отталкивает. Я тоже пытался безраздельно завладеть вниманием А-Сюя, а он раз за разом пытался сбежать. Но от судьбы не уйдешь, — Вэнь Кэсин гордо выпятил подбородок. — Может, тебе найти занятие? Научись готовить? Хотя нет, думаю, твои таланты лежат в другой области. Каллиграфия? История? Ты бы мог стать рассказчиком. — У меня хорошо получается помогать брату. Он Посланник в чёрном, один из представителей высшей власти в Дисине, там, где он не успевает, я прихожу на помощь. Сейчас мы переписываем договор между мирами, и вместо Чжао Юньланя пришел его папаша! К каждому пункту и подпункту цепляется! А брат страдает. — Опять Чжао Юньлань? Прости, напомни, кто это? Ты каждый раз с такой экспрессией говоришь о нём. — Чжао Юньлань. Бородатый, лохматый, неряшливый, ленивый сосед моего брата. Который как-то ухитрился стать главой Специального Отдела Расследований — эта служба следит за порядком в Хайсине, и если дисинец нарушает законы, Чжао Юньлань обязан его поймать. Шэнь Вэй его любит! Чжао с него глаз не сводит. А как же я? Если они будут вместе, я снова останусь совсем один. Как можно любить разных людей, у Шэнь Вэя ведь есть я! — Бородатый и неряшливый? Напоминает А-Сюя в нашу первую встречу. Звучит интригующе, я бы хотел познакомиться с ним, — глаза Е Цзуня вспыхнули, губы обиженно скривились, и Вэнь Кэсин рассмеялся. — Я просто тебя дразню, мне не нужен никто, кроме моего А-Сюя. К тому же я не нашел никаких упоминаний о Дисине и Хайсине, так что понятия не имею, где это. А когда ты встретишь того, кого сам полюбишь? Изящную деву с тонкой талией, или красавца с длинными ногами и изящными лопатками... Ты забудешь брата ради новой любви? Е Цзунь вспыхнул. Он, оказывается, как и брат, умел очень быстро краснеть. — Деву? Что с ними делать? Они же все время говорят странные вещи, обижаются непонятно на что и хихикают! Красавца? Я не встречал никого красивее брата, ну или тебя, но ты занят, а брат страдает по Чжао Юньланю. — Я видел много красавцев, но когда встретил А-Сюя, понял, что остальные для меня просто перестали существовать. С девами может быть тоже интересно, приятные округлости, кожа такая нежная... А что делать — сам поймёшь, там нет ничего сложного. Да и лицо, в принципе, не главное... Брат страдает? А ты не хочешь облегчить его страдания? — Как именно облегчить? Я обещал не убивать Чжао Юньланя. — Ну и не сжигать ужин и кастрюли. Не знаю, устрой им свидание? — Свидание? А как? — Ну не знаю, пригласи его куда-нибудь от имени брата, скажи брату, что будешь ждать его в назначенном месте. Я бы приготовил роскошный ужин и пригласил его домой, но это не твой вариант. — Ну нет, не будет у них свидания! — категорично заявил Е Цзунь, представив последствия. Вэнь Кэсину очень хотелось потрепать Е Цзуня по щеке, как ребенка. — Ну не будет так не будет, твой брат взрослый человек, он сам справится со своими проблемами. Но ты лучше поговори с ним, если чувствуешь, что что-то натворил. А то последствия твоих извинений могут стать ещё одним поводом для ссоры, — Вэнь Кэсин зевнул, прикрывшись веером. — Мне пора, хочу ещё немного поспать. А-Сюй хочет завтра опробовать новую технику, не хочу, чтобы у него было преимущество, потому что он выспался, а я нет! — Вэнь Кэсин, — окликнул его Е Цзунь, — спасибо, что пришел. — Благодетель Вэнь с радостью даст совет подрастающему поколению. Обращайся.