Часть 17
24 мая 2022 г., 22:53
14 марта, пятница
Назойливый будильник с небольшими перерывами трезвонил уже пару десятков минут в сонном доме. Ещё более сонная женщина, еле раздирая глаза, пробирается на ощупь к источнику неприятного звука. Она грязно ругается, сопровождая каждый шаг прикосновением рук к стене. Растрёпанная и помятая, словно ведьма или кикимора, женщина изо всех сил барабанит в дверь, что в конце длинного коридора. На её лице застыла свирепая маска. Хриплым, отвратительным голосом она выкрикивает имя юноши. Не получив в ответ ни слов, ни действий, женщина шаркает на кухню, всё так же бурча проклятия себе под нос. Открыв ящик стола, она торопливо шарит там рукой, перемешивая столовые приборы с ржавыми инструментами и неопознанными предметами. Найдя, наконец, небольшой ключик, женщина зажала его в кулаке и уже более резво вернулась к двери, тут же отворив ту. Растрёпанная и помятая, словно ведьма или кикимора, женщина изо всех сил заревела нечеловеческим голосом, лицо её мраморно-белое.***
Девушка, потягиваясь, бодро встаёт с постели. В милой розовой пижамке она топает на кухню, ведомая сладким ароматом завтрака. — Доброе утро. – Машет с порога женщине в фартуке, которая колдует над плитой. — Доброе утро, солнышко. – Нежно улыбается в ответ. — Завтрак готов. — Папа уже уехал? – Наён уселась за накрытый душистый стол. — Да, милая, минут десять уже как. — Я что, проспала? — Разве что чуть-чуть. – Женщина поставила перед дочерью тарелку с парой блинчиков. — Не переживай, сегодня я отвезу тебя. — Ммм… – Блаженно прикрыв глаза, девушка вдохнула чудесный запах завтрака. — Спасибо. На раз-два слопав изыски, приготовленные матерью, Наён вылезла из-за стола, и на полном ходу понеслась по комнатам: в ванную – провести все необходимые утренние процедуры, в спальню – облачиться в выглаженную униформу. Двадцать минут – и готово. Будучи привыкшей ежедневно проверять почтовый ящик на предмет газет, писем или мелких посылок, Наён сунула руку в металлическую коробку и подцепила пару конвертов. «Открой потом» – Гласила надпись на зелёном стикере. «Передай Чану. Пусть тоже пока не открывает» – На другом. — Это что, Чонин? – Девушка повертела конверты в обеих руках, оглядывая те на предмет других опознавательных знаков. — И когда только успел? — Наён, ты идёшь? – Послышался голос мамы из машины, и девушка тут же поспешила к ней. — Чонин оставил эти конверты. – Протянула оба матери, усаживаясь в машину. — Что там? – женщина разглядывала надписи, — признание? — Мааааам, сколько раз говорить, Чонин – мой лучший друг! – Надулась девушка, выхватив бумажки из маминых рук. — Шучу, милая, не обижайся. – Женщина хитро улыбнулась. — А кто такой Чан? — Это…один парень из школы… – А кем он приходился Чонину, Наён понятия не имела. — Ма, хватит меня пытать, поехали. Итак уже опаздываю.***
8:30 Йен-ааааа, ты где??? 8:57 Ян Чонин, ты спишь?9:15
Исходящий: Йен~ааа♡♡♡ (2)
10:01 Чонин, просыпайся, пожалуйста :((( Без тебя скучно в школе
***
Просунув голову в чужой кабинет, девушка нашла взглядом светлую макушку. Неуверенно шагнув внутрь, Наён направилась к последней парте среднего ряда, что удерживала на себе вес нескольких парней, увлечённо беседующих о чём-то. — Чан! – Тихо позвала. Улыбчивый парень развернулся и тут же посерьёзнел. — Можно тебя на минуту? Юноша слез с парты и, слабо коснувшись локтя Наён, направился с той в конец класса. — Что это? – Чан опустил взгляд на конверт. — Не знаю. – Призналась девушка, пожав плечами. — Чонин положил в мой почтовый ящик. Просил пока не открывать. — С-спасибо. – Юноша неуверенно взял предмет. — Наён, подожди. – Проговорил Чан уже уходящей. — А где он сам? — Его нет сегодня в школе, а на мои звонки не отвечает. Наверно, проспал.***
От количества втиснутой информации пухли головы. Выжатые ученики держались из последних сил, ожидая заветного звонка. — Ребята, – как-то странно и нерешительно произнёс учитель Хон, — не расходитесь, пожалуйста, после звонка. Класс возмущённо загудел, ожидая новости о каких-нибудь дополнительных занятиях, дурацких интеллектуальных конкурсах, в которых нужно принимать участие в добровольно-принудительном порядке или, не дай бог, разговора о выпускных экзаменах. — Сейчас по громкоговорителю должно быть сообщение. – Мужчина опустил взгляд. — Так что, потерпите немного и можете быть свободны. Спустя десятки секунд, динамик на стене зашипел и из крохотных отверстий послышался голос директора Юна: — Здравствуйте, уважаемые ученики. – Глубокий и тяжелый вдох не ускользнул от чувствительного микрофона. — К сожалению, я вынужден сообщить вам трагическую новость. Возможно, некоторые уже знают, что ученик выпускного класса Ян Чонин был найден мёртвым сегодня ранним утром. Церемония прощания, к сожалению, не может состояться по семейным причинам. Но те из вас, кто знал Чонина, кто пожелает выказать своё уважение, будут освобождены от уроков и могут прийти на Городское кладбище Пусана завтра в четырнадцать часов. Уважаемые ученики, если вам необходимо будет поговорить с кем-либо, то, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться к школьным психологам. Повторяю: все, кто пожелает выказать своё уважение Чонину, могут прийти на Городское кладбище Пусана завтра в четырнадцать часов. Оглушающий скрип динамика, что закончил своё вещание, больно врезался в уши.
