Благодаря нечестивому разуму

— Долгожданный момент настал. Поприветствуем наших гениальных актеров. Себастьян Стэн, исполнивший роль — Люцифера, и просто невероятную Лилиан Росс сыгравшую роль — Лилит, — голос ведущего, раскатился громом по всему залу, фанаты загудели в ожидании своих кумиров. — Вау, — только и смогла выдавить из себя Лилиан, улыбаясь тысячной толпе фанатов. Себастьян уже раздавал автографы и вовсю фотографировался. Пожимал руки фанатам, целовался с симпатичными девушками, которые звали его «Себастиком», и очаровывал каждого, кто стоял в километре от него. Стэн никогда не сдавал позиций. Со сколькими бы людьми он ни пообщался, он всегда был готов поговорить с желающими. Казалось, Себастьян всегда знал, чего люди хотели от него — когда играть роль смеявшегося мальчишки, когда серьёзного актёра, а когда и бывалого плейбоя. Лилиан предполагала, что подобному учили всех актёров большой сцены, но наблюдать за ним все равно было странно. Росс была совсем другой, она меняла маски как перчатки. Лилиан достойно играла роль, любезно улыбалась и делала фотографии, обнимаясь с фанатами. Подростки плакали говоря о том, что она их герой. Некоторые лезли в ее личное пространство утверждая что Лилиан икона, от чего ее передёргивало. В такие моменты она чувствовала себя настоящей мошенницей, о чем и сообщила Себастьяну, когда оба сели на удобный диван, находящийся на сцене. — В смысле мошенницей? — искреннее недоумевал он, — Люди тебя любят. — Или они любят главную любимицу папарацци, — проворчала Лилиан, когда ведущий объявил о том что Комик кон можно начать. После того как Себастьян узнал о том что у Лилиан рецидив, они не разговаривали. Жили они раздельно, кто в квартире, а кто в доме. Да и в целом за последний месяц Лилиан здоровалась с Себастьяном, только два раза. Вчера, когда летели в одном самолете в Лондон. И сегодня перед Комик коном. Но все же, они отпустили обиду и вышли на сцену держась за руки. Очередь фанатов двинулась к микрофону и наконец прозвучал первый вопрос: — Привет, ребята, — застенчиво произнесла девушка, — Себастьян, у меня вопрос к тебе: какая была твоя реакция, когда стало известно имя твоего партнера по фильму «Сердце ангела тоже чёрное»? — Привет, — начал он, проводя языком по нижней губе, — Э ну, я был рад. Потому что Лилиан уже тогда, мне очень нравилась. Поэтому да, я был просто в восторге. Заметив как Лилиан закатывает глаза, Себастьян подмигнул, прикрыл микрофон рукой и сказал: — Притворись хотя бы. Ты же отлично умеешь это делать. К микрофону подошла следующая фанатка, и на этот раз вопрос был для Лилиан. — Лилиан, вам двадцать восемь, да? — Угу, — улыбаясь кивнула и заметила как Себастьян тоже кивнул. — И есть слух, что ты встречаешься только с ребятами постарше. Это правда или… Никогда не отрицай — Да, это правда. Ну как бы, посмотрите на Себастьяна, он просто прекрасное доказательство этому слуху. Мужчина взметнул бровь так, что она была готова пробить потолок. — У меня получается притворяться, малыш? — Себ лишь покачал головой, слушая следующий вопрос. К микрофону подошла девушка, наматывая на пальчики свои белокурые локоны. Лилиан уставилась на своего все ещё парня, а тот видимо, был слишком задуман словом «малыш», из уст Лили. — Себастьян, — он поднял голову и устремил взгляд к толпе фанатов, — Она, — блондинка брезгливо указала своим пальчиком на Лилиан, — Она прям твоя девушка девушка или вы просто тусуетесь? — А если я задушу тебя, ты будешь прям мертвая мертвая, или просто не будешь дышать? Лилиан давай как учил психотерапевт. Вдох и выдох. Не давай эмоциям завладеть тобой. Коллективное «воу» разошлось волной по залу. — Извините, Лилиан не хотела так грубо отвечать, — произнёс Стэн, — Ответ на ваш вопрос: Да, Лили моя девушка. — Правда, а когда водил девушек в нашу квартиру, ты тоже говорил, что я твоя девушка? — прошептала Росс, открывая бутылку воды. — Ты че озверина выпила? Что за бред? — шикнул мужчина. — Не наезжай на меня, понял? — Итак, давайте продолжим. Кого следующего нам бы послушать? Тут столько обворожительных леди! — ведущий попытался разрядить обстановку. — Здравствуйте! Я, я начинающий актёр и как вы считаете у молодых актеров сейчас есть шансы в этой индустрии? — режиссёр фильма все это время сидевший рядом, рьяно начал отвечать на вопрос, приводя всякие доводы. Лилиан занимала место рядом со Стэном, поэтому мужчина прекрасным образом наблюдал как нога Лилиан без остановки, беспокойно дёргалась. По мнению терапевта Черила Хассана, тряска ногой помогает человеку успокоить самого себя, так мозг переключает внимание с тревожных мыслей на какую-то деятельность. Энергия высвобождается и вы немного успокаиваетесь. Лилиан полностью поддерживала это мнение, и каждый раз когда чаша тревоги в ее голове переполнялась, она начинала трясти ногой. — Не волнуйся Лили, все хорошо, — с этими словами Себастьян положил свою руку на на ее ногу, нежно поглаживая оголенную плоть. — Ты потрясающий актёр, — сухо пробурчала Лили, пытаясь как можно дольше игнорировать мужчину. — Ты так считаешь? — Стэн наклонился и прошептал: — Сейчас я изображаю скоромного соскучившегося парня, который вместо этого всего, хотел бы трахаться со своей любимой в гримерке. Лилиан покачала головой, но обрадовалась такому дешёвому флирту Себастьяна и даже почувствовала признательность, когда ее тревога улетучилась.

***

Жизнь потекла своим чередом, Лилиан часто зависала дома, ширяясь по три-четыре раза в день. С Себастьяном связь не поддерживала, только пару раз в неделю. Шесть дней назад он улетел на пробы съёмок в Торонто, или нет…? По крайней мере так услышала Лилиан, будучи обдолбанная крэком. — Да, привет, — раздраженно отозвался голос по ту сторону телефона. — Привет, малыш. Что делаешь? Просто от одного слова «малыш», и с какой интонацией это было произнесено; Себастьян догадался, что Лилиан звонит ему лёжа в своей блевотине. А он не хотел слышать ее голос таким — жалким. Месяц назад оба решили взять паузу в отношениях, с условием того что, Лилиан снова пройдёт курс лечения. Но этого не случилось, ни через день после паузы, ни через неделю, ни через месяц. Лилиан все также продолжала колоть героин в нечеловеческих количествах, а Себастьяна это не устраивало. — Малыш, а когда ты вернёшься обратно ко мне? — заныла в трубку Лилиан. — Лили, ты что плесени наелась? — Нет, викодина, — совсем не скрывая сообщила девушка. — Ты говорил что я часто вру, так вот теперь говорю правду. — Зачем так стремиться к смерти? — его голос прозвучал холодно, очень холодно. Но это не имело никакого значения, ведь наркоманы под кайфом, не обладают способностью различать эмоции. — Стремиться к смерти? Ты неправильно понимаешь. Мы уже живые мертвецы Себ. — Давай, Лилиан. Береги себя, пожалуйста, — разговор на этом был окончен. После этого звонка Себастьян свяжется с родителями Лилиан, и сообщит о своих подозрениях насчет ее зависимости. Также, он учтиво попросит сообщать любые новости касательно Росс. А Лилиан, после этого звонка два раза за ночь ширнется героином. И уснёт прямо на кафеле, в ванной комнате. Утро воскресенья встретило Лили головной болью и першением в горле. Потрясающе. Лениво потирая глаза, девушка отправилась в душ. Стоя под струями тёплой воды, она вспоминала все планы на этот день: забежать в агентство, встреча с Мелоди, домашние дела. Ну раз болит горло, надо заглянуть в аптеку. И что-то ещё… Лилиан судорожно вспоминала. В голове настойчиво мигала красная лампочка, оповещая о том, что девушка что-то забыла. Но вот только что? Ох, Росс, не забудь купить в аптеке таблетки для памяти. Таблетки! Точно, она забыла про свои «таблетки». Лилиан вышла из душа, обернувшись одним полотенцем, второе она повязала на голове и посмотрела на своё отражение. Щеки впали, губы обветренны, под глазами темные круги. А вот нехрен было колоться до посинения вен на правой руке, может быть и выспалась бы. Хм, а почему не звонил Себастьян? Обычно он делает это по утрам, когда уезжает в командировки. Может я что-то сделала? Да ну нет, бред какой-то. Рыжеволосая сморщила нос своему отражению и пошла собираться. Лилиан решила надеть спортивные легинсы и сверху открытый топ, полностью забывая о синюшной руке. Волосы высушила феном и уложила расческой. Накрасила ресницы. Ну вот другое дело. Спустилась в паркинг, села за руль новенького Мерседеса. Пока машина прогревалась, Лилиан достала из сумки пузырьки с лекарствами. Бензодиазепин — нет, не хочу вырубиться за рулём. Икс-ти-си (экстази) — слабовато, особенно после героиновой ночи. Амфетамин — идеально. Лилиан закинула таблетку в рот и быстро ее сглотнула. Открою секрет, наркоманы не запивают психотропные препараты водой и слюной, так как считают что эффект будет слабее из-за разбавления состава. Шурша шинами, белый Мерс двинулся в сторону ворот. Лили просигналила, но ворота не открылись, зато открылась дверь домика охраны. Банни двинулся на машину, а за ним вышел Итан, держа в руках кружку кофе. — Здравствуйте, мисс… — Привет Банни. Будь другом, открой ворота. Мне срочно надо выехать, — Лилиан качнула головой в сторону ворот. — Мистер Стэн просил ограничить ваши движения до тех пор пока не приедет сам. Ваши родители застряли в аэропорту Мельбурна, в скором времени они тоже прибудут сюда. — Зачем? — встревожено сглотнула Лилиан. — Я думаю ваши посиневшие вены ответят на этот вопрос, — Банни безмятежно вывел Лилиан из машины. — Дома продуктов нет! Да и у меня съёмка вообще-то! — начала Лили, шагая к воротам, надеясь пройти через калитку. — Лилиан давайте без лишних движений. В любом случае, два здоровяка сильнее чем вы. А продукты мы вам привезём сами. — Пиздец блять, не могу из своего же дома выйти, — девушка развернулась и направилась в сторону дома, — Дожили! — выкрикнув, Лилиан закрыла за собой дверь. Особенность ее зависимости состоял в том, что она сделала Лилиан рекордсменкой в области «самой что ни на есть правдоподобной лжи», а также научила «быстрее всего соображать в момент стресса». У этой лжи не было границ, потому что моральный компас сломался сто лет назад. Поэтому Лили могла нести самую дикую чушь, не испытывая из-за этого угрызений совести. Она должна была делать все необходимое, чтобы скрывать свою темную сторону, — и этот случай ничем не отличался от других. — Алло, мам, привет. — Привет, лисёнок. Ты в порядке? — на заднем плане слышались объявления рейсов, шум и жужжание. — Да, у меня все отлично. Как у вас? — ее голос был спокоен и звучал очень живо, — Как отдых в Мельбурне? — Доча, у тебя все в порядке? — звуки аэропорта утихли, видимо мама зашла куда-то. — Э, ну да. Я вот звоню чтобы узнать как у вас дела. Сейчас поеду по делам, надо собрать чемодан, завтра улетаю в Англию. Вот решила позвонить, пока свободна, — выдала она, и ни одно слово не оказалось правдой. — Звонил Себастьян, сказал что у тебя рецидив. Это правда? — Почему я не знаю что у меня рецидив? И почему Себастьян который в тысячах километрах от меня знает, что у меня рецидив? — отшутилась Лили. — Мы вчера с Мелоди и Хейли ходили в клуб, подвыпили, да. Но, вроде пару бокальчиков игристого вина это не наркота. Лги. Давай, я посмотрю как далеко ты зайдёшь. — Лилиан ты мне врешь? Сердце ушло в пятки. — Нет! Нет, мам. Я никогда тебе не солгу. — Господи! Я так волновалась, доча, — Лилиан почувствовала как слёзы стекали по ее лицу прямо на топ, оставляя мокрые следы, — Мы вчера так испугались. Хотели вылететь первым рейсом к тебе, но тут в Австралии наводнения, паводки, ливни… и мы господи, я так за тебя испугалась, лисёнок! — проговорила она расстроенно. Голова болит всё сильнее от мыслей и приближающейся простуды. Глаза наливаются свинцом. — Наводнения! Какой ужас! — Лилиан уткнулась лицом в ладоши, — У меня все хорошо, мам. Вы не рискуйте, ливни в Австралии это… это опасно. — Если все хорошо мы с твоим отцом вернёмся в отель. Все точно нормально? — как в детстве спросила мама. — Конечно мамуль, все чики-пуки. Мама успокоилась и начала рассказывать о путешествии. Лилиан была страшно горда собой. Это была ложь, которую мама не смогла бы разоблачить, потому что у неё не было никакого способа доказать, случилось это на самом деле или нет. Все, что нужно было сделать Лилиан, — это послать Хейли и Мелоди СМС, как только она закончит разговор, подруги будут в курсе всего и смогут подыграть. Вот кем надо быть, чтобы так делать? Зависимым, вот кем. Остаток дня Лилиан провела в кровати, дрожа от холода, на улице было +27. Лекарства не помогают. Её состояние ухудшается. Но упрямая Лилиан Росс не вызывает врачей, хуже того она начинает заниматься самолечением. Лилиан добивает себя мыслями, вопросами на которые не может найти ответы. Её состояние резко ухудшается.

***

Через два дня чёрная машина Себастьяна остановилась у дома 1456. Стэн вышел и направился к дому. Сначала постучал для приличия, потом отзвонил несколько раз — тишина. Поддаваясь странному порыву он покрутил дверную ручку, и к его большому удивлению дверь открылась. Всё чуднее и чуднее.  — Лилиан? — позвал он, — Это Себ. Тишина. Только где то в глубине дома бормочет телевизор. — Лили? — снова позвал он. Нет ответа. Он медленно вошёл в дом и прикрыл за собой дверь. Осматривая прихожую Себастьян замечает ключи лежавшие на комоде, кроссовки и пустую сумку на полу. И какое-то чувство пустоты окутывает мужчину. Их дом выглядел так, как будто хозяева в отпуске. — Лили, милая, — зовёт он ещё громче. Да где же ты? Стэн поднимается на второй этаж, и толкает первую попавшуюся дверь. И удача на его стороне. То что он видит в следующую секунду, заставляет его нервно сглотнуть. Лилиан лежит на большой кровати, рыжие волосы спутались, бледные губы, алые щёки, на лбу капельки пота. Одеяло скинуто на пол, сама девушка извивается как змея, что-то тихо шепча. — Лили? Ты меня слышишь? — спрашивает Себ, приближаясь к ней. — Я… — еле слышно бормочет она не открывая глаз. Он касается её лба и он чертовски горячий. Себастьян переводит взгляд на тумбу рядом с кроватью: уже давно остывшая чашка с чаем, леденцы от горла, куча бумажных салфеток, шприцы, ампулы, пузырьки с опиоидами и градусник. Замерший на отметке 38,8.  — Лили, ты слышишь меня? Где твоя мама? — произносит мужчина, нежно гладя её по голове, — Эй, посмотри на меня. Она с трудом открывает глаза, пытается сфокусировать взгляд. — Себа? Что… — всё так же тихо шепчет она. — Лили, где твои родители? — повторяет он свой вопрос. На секунду её глаза становятся ясными и в них что то мелькает. Что-то до ужаса колючее. — Я не знаю, — отвечает девушка и закрывает глаза. — Что это значит? — сам у себя спрашивает Стэн. Себастьян всегда отличался способностью хладнокровно мыслить, даже в самых сложных ситуациях. Вот и сейчас, он адекватно оценивает все происходящее, спускается вниз и направляется к телефону. Нужно вызвать специалиста. Он набирает номер своего личного лечащего врача, называет адрес и описывает симптомы: — Дэвид, у неё агония, или что-то типа того, она с трудом отвечает на вопросы и кажется бредит, — говорит Себ, потирая переносицу, — Что мне делать до твоего приезда? — Нужно померить температуру и приложить холодное полотенце ко лбу. Я буду через 15 минут. Жди. — спокойно сообщает доктор. Зайдя на кухню, он схватил первое попавшееся полотенце и подставил его под струю холодной воды. Пока ткань впитывала в себя холодную воду, Себастьян рассматривал кухню. И пустота. Не кастрюль на плите, не записок на холодильнике, абсолютная пустота. Лилиан не ела, пару дней так точно. Он отжал полотенце и быстрым шагом направился в комнату девушки. Лилиан все так и лежала, что-то шепча и подрагивая всем телом. — Эй, лисёнок, доктор уже едет, — с этими словами, он складывает мокрую ткань и аккуратно кладёт на лоб девушки. От холода на своём лбу, девушка вздрагивает. Себастьян берёт градусник, сбивает его до отметки 36 и вставляет под руку. Он аккуратно прижимает её руку к груди, чтобы градусник не выпал. Только сейчас Себастьян замечает, что на Лили короткие домашние шорты, и кофта от пижамы синего цвета. Свободной рукой она прижимает плюшевого бегемота к себе. Себастьян с теплом улыбается, глядя на эту картину, достаёт градусник 39,5. Лилиан тянется к краю кровати, и обессилено притягивает к себе ведро, которое ранее оставалось незамеченным. Она блевала. Без обстановки. — Твою мать, Дэвид, давай быстрее. — шепчет мужчина и в этот момент в дверь настойчиво звонят. Стэн спускается вниз, открывает дверь, обменивается коротким рукопожатием с Дэвидом, и указывает на второй этаж. — У неё температура 39,5, она почти не реагирует, только что начала блевать. — слегка взволнованно говорит мужчина. Они вошли в комнату Лилиан. Дэвид ставит свой чемодан на стол и открывает его, достаёт одноразовые перчатки: — Возраст? — спрашивает он Стэна. — 28, — не мешкая отвечает он. — Как зовут? — спрашивает доктор, подходя к кровати девушки. — Лилиан, — отвечает Стэн, на очередной вопрос. — Привет, Лилиан, давай откроем глаза, — спокойно произносит Дэвид и убирает полотенце с её лба. Девушка с трудом открывает глаза. — Молодец, Лили, смотри на меня, — произносит врач и светит фонариком ей в глаза. Он снимает с шеи фонендоскоп, вставляет в уши, и начинает слушать Лилиан. Кивает каким то своим мыслям. — Реакция есть, хрипов не слышно, лёгкие чистые, простуда, поэтому такая температура. Но понять не могу, почему у организма такая реакция, на обычную простуду и что способствует тошноте. Дэвид встаёт с кровати и подходит к своему чемодану, начинает там что-то искать. — Я могу вкатить ей большую дозу жаропонижающего, но я должен быть уверен, что у неё нет аллергических реакций на препараты. Себастьян кивает и подходит к своей возлюбленной, аккуратно садится рядом, нежно гладит её по голове, что не скрывается от глаз доктора.  — Лили, Дэвид сейчас поставит тебе укол и тебе станет легче, у тебя есть аллергия? — тихо спрашивает он.  — Нет, — слетает с её губ. — Нарушения работы внутренних органов? Сердце, легкие? Не хотелось бы потом прятать тело суперзвезды, — буднично говорит Дэвид. Себастьян убивает его взглядом. — Лил, слышишь, у тебя ведь нет хронических заболеваний? — уточняет Себ. — Нет — хрипит она. — Отлично, — говорит доктор. Он достаёт из чемодана какую-то ампулу, бутылёк спирта, и набирает содержимое в шприц. Себастьян отошёл от кровати, пропуская Дэвида.  — Сейчас будет немного больно, — он наклоняется к Лилиан, берёт её левую руку и протирает спиртом. И как только Дэвид подносит шприц к вене девушки, она резко распахивает глаза и хриплым голосом говорит: — Нет, я колола… героин утром, не помогло. Потом морфин. Слова прозвучали как гром среди ясного неба, как выстрел в библиотеке. Дэвид уставился на Себастьяна, Себастьян на Лили. — Стэн, вызывай 911. Срочно!