***
Дом родителей Иры находится за городом. Живут они не бедно, домик у них двухэтажный с двумя балкончиками в спальнях. Возле него пару клумб в цветами. Антон любит такую атмосферу, ему это напоминает детство. Он часто приезжал на лето к бабушке и тёте, ты была старше его на два года, поэтому проблем с общением у них зачастую не было. Вот только в той деревушке и произошло то, что поменяло его и его жизнь координально. За деревней, в которой жили родители Иры, была речушка. Ира будучи сорванцом сбегала сюда купаться в подругами летними ночами. Здесь прошло её беззаботное детство. Машина останавливается около террасы и молодая пара вместе с отцом Ирины выходят из авто. Владимир Николаевич помогает вытащить рюкзаки из багажника и они все вместе направляются в дом. На пороге их встречает Юлия Анатольевна. -Ой, дети мои, как давно я вас не видела, — она обнимает сначала дочь, позже Антона, не забыв напоследок потрепать того по волосам, — как ты вырос, Антошка, — парень смущённо смотрит на девушку, та лишь пожимает плечами, — что же мы стоим-то, а ну проходите в дом, я там твоих любимых пирожков напекла, Ирусь. Антон уходит первый в ванну помыть руки, пока Иру расспрашивает соскучившаяся мама. Стоя перед раковиной, он внимательно рассматривает синяки под глазами, хоть всё в серых тонах, но даже человек с минус шестью увидит их без очков. -М-да, Антон, вот до чего доводят поздние посиделки на работе и нехватка сна, — парень потирает лицо и включает воду. Помыв руки с лицом, он даёт себе мысленную пощёчину, —всё соберись, с богом. Хотя, блять, какое с богом, я агностик, -прекращая вести диалог с собой, он выходит из ванной, направляясь на кухню. Все вместе они садятся за стол. Юлия и Николай на стульях, а Антон с Ирой на диване на против родителей. Отец, как глава семьи встаёт первым из-за стола с бокалом шампанского, все, следуя его примеру, тоже встают. -Дорогая Ирочка, мы все поздравляем тебя с днём рождения и очень гордимся какой взрослой, красивой и замечательной девушкой ты выросла. Желаю чтобы в твоей жизни было счастье и только счастье, пускай вас, с Антоном ведёт корабль любви, — отец смахивает скупую, мужскую слезу. Антон сглатывает, не ожидал, что его так припишут, — Подарок с мамой мы не решили какой подарить, поэтому держи, — он протягивает конверт с деньгами, — сама потратишь эти деньги. За тебя! , — все дружно чокаются бокалами и выпивают. Садятся и начинают праздничный обед. А у Антона кусок в горло не лезет, горло водолазки душит. Хочется закурить, выпустить этот тяжёлый тревожный ком вместе с дымом. Проебался. Следующий встаёт Антон, он нервно переступает с ноги на ногу, видя это Ира берёт его за руку. Обжигает. Парень благодарно кивает и смотрит на неё, все вновь встают. -Ир, твой отец у меня кажется украл речь, — шутит он, Ира легонько бьёт его по бедру, тот лишь уворачивается, — ладно, моя дорогая Ира, я хочу поздравить тебя с этим замечательным днём. Я пожелаю тебе только одного — счастья, не важно с кем, не важно где. Люблю тебя.***
Ира лежит на груди у парня, игриво водя ладонью по торсу парня. За окном глубокая ночь и родители наверняка спят, вот только Антон не тут, мысленно он сейчас на скамье у дома сидит с Арсением и видит всё красочно. Он держит его руки в своих — греет, ведь он говорил, что его руки вечно холодные. Хочется увидеть вновь эти голубые глаза в них целый бушующий океан. Антон отходит от своих мыслей, когда девушка сопит где-то под боком. Он тихонько встаёт, чтобы не разбудить её, ищет рюкзак, валявшийся на полу, и выходит вместе с ним на террасу. Ночное небо усыпано звёздами, блеск которых видит даже такой, как Антон. Парень заваливается на одно из плетённых кресел, благо на улице май, можно спокойно выходить в одних шортах и не боятся, что завтра будешь лежать с температурой и больным горлом. Достав скетчбук, который он носит постоянно, вдруг что придёт в голову, записывает первые строчки. Его глубокие синие глаза, Заставили меня забыть печали, Но мне не жаль минувший боли Ведь, я с ним вместе — как луг и море. То море в его глазах, Бушует громко, безутешно Я наверное помешан так, Что тону в неё слишком спешно. Не чуть не жаль, что я погибну Ведь плеск волн в его глазах Не даст забыть мне погруженья, Но жаль, что это лишь в мечтах.