Детективное агентство "Анна и её духи". Снежный цикл. В снегах Румынии. Яссы.

В карманах покойного обнаружились еще старинные исцарапанные часы, мешочек с деньгами и, к удивлению Штольмана, резко пахнущий духами носовой платок, в который была завернута щедрая горсть чайной заварки. Виктор Иванович всё тщательно запротоколировал, тоже не имея ни малейшего понятия, что это за странный набор. Штольман завернул улики в свой собственный платок и добавил их к уже спрятанным в пальто бумагам. Виктор Иванович дописывал первичный осмотр места преступления. Он за свою жизнь столько их перечитал, что полицейские города Яссы будут плакать от счастья, получив такие профессионально оформленные материалы. — Ну что там? — спросил Штольман у жены, которая всё это время внимательно осматривала труп. — Явные признаки убийства посредством испития крови жертвы обнаружены? Анна, которой было жаль несчастного покойника, прикрыла ему глаза и покачала головой. — Только если он был старый и испытывал проблемы с зубами, — объяснила она. Задумавшись, она сделала паузу. — Интересно, у вампиров такие же проблемы по стоматологической части, что и у обычных людей? Теряют ли они зубы от старости? Страдают ли они от кариеса? Штольман и Виктор Иванович, которые дантистов ненавидели пламенным неприятием любого здравомыслящего человека и посещали их исключительно по соображениям логики и принуждению любимых жён, одинаково поморщились и вздохнули. Проблемы высохших от времени вампиров, если такое вообще имелись, были им очень знакомы. — Что ты хочешь сказать? — поинтересовался Штольман у Ани. — Характер ран очень неоднозначный, — пояснила она. — Если это был вурдалак, то зуб, которым он мог пить кровь жертвы, всего один. Кроме того, вонзался в плоть он с разной силой и под разным углом. Если восстанавливать сцену убийства, то можно сказать, что этот человек умер от множественных колотых ран, нанесенных в горло хаотично и с разной степенью нажима. Кроме того, кровопотеря была, разумеется, внушительной, но посмотри — кровь запеклась на краях раны, а значит, она вытекала оттуда свободно, её не пили. — Что ж, следовательно вампиров мы исключаем! - скептически высказался Яков. - Здесь крови нет, — заметил он и осмотрелся. Нигде поблизости красных пятен не наблюдалось. Снегопад, конечно, мог всё скрыть, нужно во дворе всё изучить, но пока можно сделать вывод, что убит незнакомец был не здесь. — Да, на месте убийства крови натекло очень много, — подтвердила его мысли Анна. — И это явно произошло не здесь! — Господи, Аня, — воскликнул Виктор Иванович, качая головой. — Ты так спокойно об этом говоришь! Нет, права, права Маша, что не женское это дело! Я здесь закончил, Яков! Я пойду внутрь! Штольман кивнул, а когда его тесть скрылся за углом, повернулся к расстроенной жене и сказал: — Аня, ты же понимаешь, что он не со зла! Она расстроенно покивала, рассматривая свои пальцы. — Для него ты всегда будешь маленькой девочкой, которую следует лелеять и не допускать к подобным делам! Я сам придерживаюсь примерно таких же убеждений, ты и сама знаешь. Но я долго учился не влезать моей собственнической натурой на твою территорию. А Виктор Иванович всё же не видит тебя так часто, как я. И не расследует с тобой дела по три раза в неделю. Вот он и высказался, так сказать! Аня вздохнула и посмотрела на мужа: — Да я понимаю всё, Яша! Просто... грустно. Потом она подумала секунду и улыбнулась: — Я очень рада, что ты уже не противишься моему участию в делах! Яков вспомнил о тех неимоверных усилиях, которые он прилагал, чтобы не запереть любимую жену на три замка в доме, чтобы она не влезала ни в какие приключения, и выдавил из себя улыбку. Терпи, Штольман, терпи! Сам знаешь, что Аня зачахнет в четырёх стенах, что будет чувствовать себя скованно и неприкаянно. А так всем хорошо! — Давай его накроем, — сказала Анна, беря простыню, которую они захватили специально для этого. Они накрыли тело. Теперь его следовало перенести в подвал, где находился ледник. Аня осмотрит его потом, чтобы определить приблизительное время смерти. Хотя она уже сказала, что сделать это будет проблематично. Мороз сохранил тело, но теперь он помешает точно сказать, когда произошло убийство. Штольманы уже собирались идти внутрь, когда сверху раздался звонкий голос Алекса: — Папа! Мама! Посмотрите! Яков посмотрел наверх. Все четверо детей стояли на балконе и указывали на что-то внизу.