Детективное агентство "Анна и её духи". Снежный цикл. В снегах Румынии. Яссы.

Штольман пообещал дочери, что колечко обязательно найдётся. Соня немного повеселела и отправилась вместе с успокоившейся Марией Тимофеевной наверх. Сам Яков, который был сегодня и без того взвинчен по многим причинам, решил сначала разобраться с администратором, который всё это время парил уши за своей стойкой. Кинув взгляд в обеденный зал, Штольман понял, что скандал там только набирает обороты, поэтому у него вполне было время прижать Траяна Брэтиану. Он посмотрел на жену и обнаружил, что она глазами по обыкновению транслирует ему множество вещей: от одобрения его поддержки Марии Тимофеевны до явного понимания его состояния и восхищения им. Сердце вновь гулко стукнуло. Она никогда не умела скрывать своих чувств, не умела и не хотела этого. Её взгляд всегда был честен, открыт и умел проникнуть в самое сердце. По крайней мере в его. Штольман сомневался, что хотел бы, чтобы кто-то еще заслужил от Ани такой взор. Это была его, Якова, привилегия, дарованная свыше неизвестно за какие заслуги. Делиться ей с кем бы то ни было он не собирался. Штольман обвел глазами холл, быстро и обжигающе горячо поцеловал жену, а после повернулся к стойке и пошел к администратору, проклиная того, кто мешает ему выяснить, где у Ани логово и что она собиралась с ним там делать, а вместо этого вынужден расследовать сразу несколько преступлений на заснеженном краю мира. Анна пошла за ним, борясь с желанием облизать губы. Поцелуй горел на них и мешал мыслить здраво. Нет, нужно поскорее добраться до номера. Должна же на свете быть справедливость! Отдать в её руки Штольмана, чтобы потом всеми силами мешать им оставаться наедине — это ведь явно тянуло на вселенскую неправоту! Штольман подошел к конторке и увидел, что Траян пакует в деревянную коробочку тонкие сигареты. «Бонд», — определил Яков. Только что вышли в продажу. Новая марка завоевывала популярность, но еще не получила широкого распространения. — Господин Брэтиану, — сходу начал Штольман, не дав администратору собраться с мыслями. — Как долго вы сотрудничали с покойным Йоаном Щербаном? Вчера у вас должна была состояться встреча? Мужчина выронил сигареты, вытаращил глаза и по-крысиному посмотрел по сторонам, то ли пытаясь определить, слышал ли их кто-нибудь, то ли выискивая пути побега. — Отвечайте! — Штольман был зол и миндальничать с Брэтиану не собирался. — С… С чего вы это взяли? — попытался увильнуть Траян, но это лишь вызвало больший всплеск раздражения у Якова. — Сигареты, которые вы сейчас готовите для господина Дэнеску, пару месяцев назад стали выпускать в Лондоне, — отчеканил он. — До Парижа они дошли совсем недавно и в крайне ограниченном количестве, поэтому в далеко не центральном городе Румынии они так просто не оказались бы. Это явно личная поставка. Алкоголь, лекарства, духи, продукты, что еще? У нас есть свидетель, который видел, что из отеля и в отель приезжали телеги, на которые явно грузили товары. Это гостиница, а не склад. Без участия кого-то из руководства проворачивать такие дела было бы невозможно. Я исключил мелких служащих, потому что без вашего ведома сделать подобное они не смогли бы, а господина Гицэ — потому что он живет в своем мире и не видит, что творится у него под носом. Кроме того, именно вы странно отреагировали на ром, который я упомянул ранее. Поэтому я делаю вывод: вы сотрудничали с Йоаном Щербаном и сбывали то, что он вам привозил, по своим каналам. Аня, которая слушала мужа с еще большим восторгом, чем до этого, подавила смешок. Администратор смотрел на Якова, открыв рот и выпучив глаза. Всё, вплоть до того, что сигареты он паковал для Дэнеску, было истинным. Но как он мог об этом узнать? Ведь они приехали только вчера! За такой короткий срок невозможно докопаться до истины! — Отвечайте же! — окончательно потерял терпение Штольман. — Иначе у меня будут все основания полагать, что вы вводите нас в заблуждение! Я поставлю в известность управляющего, и вы будете помещены под предварительный арест, пока дорога не будет расчищена и не приедет полноправная полиция! Вы сотрудничали с покойным, вели с ним дела, знали о его предстоящем визите, поэтому имели возможность его убить! Мотивов тоже может быть множество: деньги, ссора, шантаж с его стороны в конце концов. И поскольку убит Щербан был не на улице, а в подвале, то заколоть его могли только вы! — Хорошо! Хорошо! — замахал руками испуганный насмерть Траян. Говорил Штольман напористо, не делая перерыва и совершенно серьезно. Брэтиану не хотел проблем. А дело пахло керосином и выходило за пределы подворовывания на работе и спекуляции. — Я действительно ждал его визита! Я и в самом деле нашел его вчера внизу в подвале! Испугался! Но я его не убивал! Не убивал!