Люби меня

Я прекрасно чувствую себя сегодня, да, но не тогда, когда нахожусь под прожигающим взором загадочных глаз любимой девушки. Эти идеальные для меня омуты оценивающе разглядывали надетое сегодня белое кружевное бельё. Абсолютно в любой момент я могла смутиться, покорно сдаться, немедленно подскочить с кровати и с такой же спешкой нацепить на себя самую большую толстовку гардероба. Что-нибудь мешковатое... Что-нибудь, что могло бы скрыть моё тело, не позволив скользить по нему дальше, но всё это выглядело бы абсурдно. Ужасно. Однако никак отрицать такого исхода событий я не могла. Но не совершу этого даже хотя-бы потому что пытаюсь перебороть мерзкую проблему с принятием себя. Нет. Сегодня я такая красивая, до невозможности сексуальная и... Такая желанная. Когда она, стуча тяжёлыми чёрными шпильками каблуков, подошла ближе, я потеряла разум. Я потеряла банальную способность внятно размышлять среди этого бесконечного хаоса непотребства в своей голове. И всё потому что чувствовала себя на седьмом небе от счастья. С тягучим скрипом прохладная до этого момента постель жалобно прогнулась под весом моей девушки. Передать простыми словами испытываемые мной сейчас чувства, которые с каждым мгновениеи пытались вырваться из груди всё сильнее, стало до крайнего безумия невозможно. — Милая... — мягко изрекла она, нерешительно заправив мою рыжую прядь влажных после недавнего принятия душа волос за ухо. По телу моментально пробежалась мелкая дрожь в результате затрагивания эрогенной зоны. Будь это кто-то другой... Не уверена, что смогла бы так остро среагировать на чужие касания, как сделала это и сейчас. Костлявая ладонь прошлась по моему телу совсем ненавязчиво, но так интригующе, и я просто не могла контролировать себя следующие несколько секунд. Я резко прикоснулась к её запястью, перехватив с призывающим к дальнейшим действиям взглядом. Её исказившееся лицо в гримасе удивления можно было объяснить логически, так что... Я не ожидала, что на мои странные намёки девушка отреагирует крайне терпеливо. Однако она лишь хитро усмехнулась, оставив вслед за недавней эмоцией беззаботную ухмылочку. — Позволь поинтересоваться, — касания нежно спустились прямо на мою грудь, заставляя невольно подчиниться. — По-какому поводу? Я тяжело сглотнула, одарив свои губы естественной влажностью, пока мой язык облизал пересохших их от нервозности. Казалось, это переживание не должно быть таким остро ощутимым, однако... Видимо, таковым оно и являлось с самого начала, потому что этот сроднившийся за определённый промежуток времени голос попросил меня расслабиться. Несмотря ни на что, я отчётливо дала себе отчёт о том, что как бы я не выглядела, что бы я ни делала... Она примет меня абсолютно любой. — Просто я подумала, что могу сделать тебе приятно. Именно после неуверенно произнесённой мной фразой, я твёрдо для себя решила, что буду увереннее. Вот прямо сейчас возьму себя в руки и смогу выдавить из себя не таким жалким писком, исходящим из верхнего регистра голоса. Осаму медленно кивнула, позволив мне продолжить ход своих мыслей уже более спокойно. И это даже становилось чем-то унизительным. Я снова почувствовала себя безумно неловко. — Но если ты не хочешь или не в подходящем настроении, я могу сейчас переодеться и лечь спать, так что... Я не расстроюсь, правда. Врёшь — упрекающе твердит мне голос где-то на задворках сознания, пытаясь уберечь от всяких эмоций, похожих на эту. Но я в очередной раз пытаюсь изменить его мнение. Своё мнение. ... Давно всё ясно. Расстроюсь. Очень. Мозг уже рефлекторно подкидывает разные ужасные картинки вариантов дальнейших исходов, но непокорность бьёт им под дых, перекрывая всякую лишнюю возможность поведать о чём-то ещё. — Расстроишься. — девушка напротив решительно пожала плечами, прикрыв карие глаза, ранее прожигающие помутнённым желанием. Глаза начало обжигать резким порывом пустить несколько горьких слёз, не понимающих, как ещё можно удержать рядом возлюбленную. Горло старательно сжало, запрещая произнести даже малейший протест. И всё это казалось неправильным, чуждым... Изменяющим себе же. На вопросы — Куда делась та самая темпераментная девушка, набивающая наглые морды очередным глупцам? Куда исчезла душа огня страсти и упорства? — я не отвечу... Я не помню, что и кто сотворил это со мной, но я знаю точно, что с появлением этой девушки в моей жизни у меня получится стать прежней. Стать даже лучше прежней версии себя. Стану совершенством, к которому будут тянуться все до единого. Из-за чего эмоции могли взять верх?.. Из-за не убиваемого желания превратить себя в идеал. Сначала, хотя-бы, своё тело. Неопределённые промежутки достаточного количества времени были успешно потрачены на спортзал. Потребность в еде также ограничена. Но кто же знал... — Чуя, — сожалеюще выдала она, поджав губы с пугающей горестью — Посмотри на меня. И даже если бы мне было стыдно, показывать этого совсем не хочется. Когда я подняла голову прямо на неё, сердце начало пропускать решительные удары уже намного быстрее. — Моя превосходная девочка в замешательстве? — умеренное тёплое дыхание вмиг обожгло мою и без того разгорячённую кожу плеча, а губы бережно прильнули к коже на шее. — У тебя какие-то проблемы? — Совсем нет— — О, крошка, — её пережившая ещё не такое ладонь резко сжалась вокруг горла так, что у меня на пару секунд перехватило дыхание, однако болезненным оно не являлось. — Не нужно врать. Хватка тут же ослабла, стараясь не переборщить с тем, что в каком-то смысле точно ровнялось на мягкую часть пыток Портовой Мафии. — Я же сказала, что всё в порядке. В чём проблема? — Но я же вижу, как ты стараешься. — её ладонь продолжила слепо исследовать моё тело, изредка сжимая вызывающие выпуклости, такие как грудь, бёдра, в основном оттягивая за самые края кожи. — Не нужно. Завидев стеклянность голубых глаз, она тут же придвинулась ближе, будучи уже не в силах скрывать эмоции беспокойства. — Но разве ты бы полюбила, набравшую вес меня? — голос предательски сорвался лишь к завершению моего вопроса. И, кажется, это только раззадоривает Осаму сильнее. — Я полюбила Чую. — голос её резал словно сталь, глася правду-матку. — Девушку с чудесными рыжими прядями волос... — второй рукой она нежно прошлась по моей голове, — С ярко-голубыми глазами, освещающими мне даже самые тёмные места души. — а дальше я заглянула ей прямо в глаза, наслаждаясь следующими медленными движениями. ... Кто же знал, что для неё я всегда идеальна. — Я полюбила не тело. — робко произнесли её уста, прежде чем накрыть мои и слиться в мягком поцелуе. Что я чувствовала в это мгновение, закончившееся слишком рано?.. Я чувствовала влажность её губ... Я чувствовала нужду в этом человеке. Я чувствую зависимость. Она отстранилась от меня первой, но так нехотя, что даже мне удалось почувствовать то не ярко выраженное недовольство. — Моя милая девочка... Я ничего не могла из себя выдавить. Мне тоже хотелось чем-то удивить, но чем?.. Не лежать же бревном... Нужно... Но, попытавшись привстать на локтях, меня тут же решительно остановили, не позволив шевелиться дальше. — Ты устала. — она мягко усмехнулась, перевернув меня на спину. — Но на работе сегодня была ты— — Сейчас это так важно? — саркастично подняла брови Осаму, посмотрев на меня исподлобья. С моих губ сорвался непрошенный выдох сразу после того, как она скользнула по моему телу уже обеими руками с осторожно постриженными ногтями. Её лицо склонилось прямо под моим животом, любовно проехавшись по коже влажным поцелуем. Сейчас я только и делаю, что тяжело дышу, на подсознательном уровне надавив с силой пальцами на ткань под телом. — Милая, — на пробу сорвалось уже с моих обкусанных губ. — Я не могу лежать без дела всю ночь... Но эта хитрая мумия лишь довольно улыбнулась, спустившись поцелуем на сантиметр ниже. И всё бы ничего, если бы она не начала спускаться с каждым поцелуем всё ниже... Сердце в груди уже стучало с большей настойчивостью. Кровь не спешно, но верно разогревалась. — У тебя обязательно будет роль этой ночью, — ехидно пропела Осаму, оттянув ткань кружевного белья в сторону. Её тонкие пальцы заинтересованно провели по оголённой коже в дразнящем темпе сверху-вниз, а я делала глубокие вдохи и выдохи полной грудью, пытаясь не потерять над собой контроль, затем она снова поднялась ко мне, начав мягко посасывать нижнюю губу, изредка оттягивая зубами. Мне становилось всё волнительнее от того, как медленно двигалась она по успевшей покрыться естественной смазкой коже. Потому что с каждым движением она оказывалась ближе. Коснувшись чувствительного бугорка кончиками пальцев, она добилась от меня сдавленного стона неожиданности, а также резкого напряжения ног. Моё тело пробила дрожь, а рука, бегло изучив моё тело вновь, начала поглаживающими движениями создавать определённое трение прямо на том же местечке. Вторая рука вновь коснулась моей груди с раздражением отпрянув. — М..? Я сделала что-то не так? — обеспокоенно вырвалось у меня, пока она начала обходить меня сзади. — Привстань, крошка. Я послушно села на мягкую поверхность, мысленно догадываясь, что со мной собираются сотворить. Осаму села сзади, заботливо убрав волосы набок, а затем запечатлела поцелуй на верхнем позвонке. Это вызвало у меня невольное желание улыбаться. Её руки медленно огладили мои бока, начав охотно возиться с застёжками, высовывая те из петелек с предельной осторожностью. Чтобы сгладить ситуацию, не придавая к этому серых красок, девушка припала губами к моей шее, размашисто проведя языком. В ответ я лишь покорно улыбнулась, выходя из сжимающего заточения резиновых лямок. Теперь я была почти обнажена. Её ладони массирующе сжали мою грудь, ловко справляясь со вставшими от возбуждения сосками. Голова ослабленно откинулась на худощавое плечо, прижавшись спиной к телу как можно ближе, а желание прикоснуться к себе было на только сильным, что я... Просто не удержалась. За это и получила предупреждающий шлепок по ладони. Противиться было бессмысленно, поэтому ладонь невольно выскользнула обратно, а в следующую секунду перехвачена одной из рук Осаму. — Просто потерпи немного, я хочу чувствовать твоё желание. — томно подметила она, впиваясь островатыми зубами в мягкую мочку уха. — Но разве сейчас я— — Недостаточно. — перебила Дазай, и в следующую секунду я почувствовала, как эти превосходные руки скользят ниже, параллельно покрывая шею ленивыми поцелуями. Реакция тела зачастую говорит намного больше, чем устные слова. И снова она отстранилась. Нечестно. Однако о своих несправедливых мыслях я сразу пожалела после того, как она изящным жестом раздвинула мои ноги, поместевшись прямо между ними, потому что я, чёрт возьми, поняла, чего она хочет. — Расслабься, — на границе со средней слышимостью прошептала она мне, прежде чем начать двигать пальцами через ткань. Я тяжело сглотнула, посмотрев на неё с некой просьбой и она поняла. Удивительно, но не впервые. Она трепетно пробежалась кончиками пальцев по моей тазобедренной кости, заставив кожу покрыться мурашками, а я в свою очередь хитро воспользовалась случаем, опрокинув спиной девушку на кровать. Сдавленное охание, наверное, должно было хотя-бы немного смутить, но всё равно. Сейчас я буду доминировать. — Крошка, ты чего? — она оценивающе прошлась по мне взглядом, наблюдая следующую картину : Томно нависшая над нею я крепко удерживаю запястья напротив, пытаясь создать иллюзию одержимой власти над окружающим. Но она, видимо, не оценила... С лёгкостью протиснувшись ногой между моими двумя, я получила несколько секунд трения, однако было в этом что-то дразнящее... Почувствовав еле ощутимое ослабление хватки, Осаму гаденько ухмыльнулась, подмигнув точно перед тем, как выбраться, а затем, ответно отразив мою настойчивость, мы настойчиво поменялись позициями. — Ты не будешь. — её лицо тут же вспыхнуло очередной долей азарта, когда её рука скользнула намного ниже, чтобы успешно стянуть с меня последнюю вещь. — Приказываешь? — и даже тут я умудрилась выглядеть более насмешливо, чем возбуждённо. — Приказываю. — её ладонь заботливо огладила меня по щеке, а губы сгримасничали в ответной усмешке. Скользнув большим пальцем по моей нижней губе, Осаму задержала свой взгляд на ней же. А вообще... Пускай смотрит. Пускай видит, какая я только для неё. Смотри только на меня. Чуть помедлив, она с неким извращённым удовольствием начала касаться губами моей кожи, скользив в процессе от ключиц до груди и обратно. — Начинаю скучать. — неожиданно даже для самой себя сорвалось с языка... И было бы глупо считать, что Дазай этого не слышала, потому что эта до жути гениальная особа всё слышит, всё видит, а уж особенно ощущает. Точно ощущает, как моё тело жаждет её. Жаждет большего. Жаждет возобновления работы пальцами. Просто хотя-бы чего-нибудь, только сделай что нибудь. Я понимаю, что ей нравится. Она без ума от меня. Она только моя и ничья больше. Только она может дразняще водить кончиками пальцев там, куда обычно их беззастенчиво вводила, двигаясь предельно осторожно. Только от её движений, голоса, вида... Я могла мгновенно превратиться в неконтролируюмую влажную массу, успешно пачкающую простыни, одеяла, подушки под телом. Только она может довести меня до бешеной дрожи в бёдрах, до такого уровня невменяемости, что даже ничем не примечательная ходьба окажется чем-то невозможным. Мы созданы друг для друга. И сейчас её смазанные фаланги длинных пальцев аккуратно проникают внутрь, стараясь не причинить ничего связанного с дискомфортом, а затем также осторожно покидают меня с тихим хлюпом. Сбившееся несколько минут назад дыхание начало ощущаться ещё острее, когда на этом удавалось невольное сосредотачивание. — Расслабься... — не в первый раз уловила я прямо у своего уха, пребывающего во влажности рта, вбирающего мочку с максимальной нежностью. Чрезмерная напряжённость где-то в районе грудной клетки лишь спровоцировала выявление тихих постанываний в ответ на особо не сложные старания. Я отвернула голову на подушки вбок, прикусив кончик фаланги указательного пальца, когда она продолжила игриво спускаться поцелуями вниз по шее. Именно сейчас я чувствую это. Я чувствую её изнутри, когда она нарочно останавливается, чтобы, погрузившись максимально глубоко, пошевелить замеревшими фалангами. Как же я чувствую себя... Божественно. Нет, правда, я чувствую себя настолько превосходно. И всё было бы на высшем уровне, если бы не протяжные стоны от чрезвычайно быстрого трения влажной кожи об кожу. — Как насчёт того, чтобы кончить? — ехидно поинтересовалась Осаму, понимая, что ответ получить никто не должен, точнее... Было бы неплохо добиться иллюзионных искр в глазах в знак ответа. Грубо вцепившись в губы напротив, я начала томно вводить её в обманчиво расслабленный поцелуй. И она повелась. Она всегда на такое ведётся, словно впервые. Почувствовав, что вот-вот обрету блаженство, я притянула её за шею, слабо сжимая в ладони. Её пальцы двигались настолько быстро, что терпеть уже стало невозможно. Я стала невыносимо чувствительна, но от этого не легче, её пальцы всё ещё тащат меня сквозь помутневшее сознание. — Осаму! — единственное, что произнесла я перед тем, как она любовно коснулась своими губами моих, наслаждаясь чувством превосходства. Я знаю, она чувствует, как я хочу её. Она чувствует то, чего она в конце концов добилась. Её внутренне эго удовлетворённо укрепилось. — Чш-ш... — успокаивающе прошептала она, бережно поглаживая меня по голове чистой рукой. — Ты такая умница. Эта ласка... Эта нежность, которой мне всегда не хватало. Она и правда заботится обо мне. И я буду чувствовать это из раза в раз. Каждый раз, когда она снова захочет этого. Когда мы захотим. Смутное размышление невольно прервал тихий смешок, наполненный каким-то странным... Умилением? И тогда я устремила на неё вопросительный взгляд, на что она лишь попыталась угомонить бушующие эмоции. — Ты очень милая после оргазма, — хитро ухмыльнулась Осаму, бережно огладив меня по животу. — О чём думаешь? — Да так... — невинно начала я слегка хриплым голосом, тут же осев предвкушённой девушке на бёдра. — Думаю, как бы отблагодарить одну прекрасную девушку за то, что меня полюбила. Но когда её ладонь ненавязчиво коснулась моей щеки, я повернула голову вбок, одарив тёплую кожу слабым поцелуем, начав спускаться влажными поцелуями ниже по запястью. Этот пристальный взгляд раньше заставил бы неуютно поёжиться, но сейчас никак нет. Он только подталкивает на дальнейшие действия. Заставляет овладеть спокойствием. Под своими губами я чувствовала лишь то, что хотелось целовать вечно. И пока мои уста покрывали поцелуями каждый сантиметр кожи напротив, пропитанной запахом пороха, вторая рука начала мягко сжимать упругую грудь, на которую я несомненно обратила внимание чуть позже, касаясь языком чувствительных горошин сосков. До ушей доносились только удовлетворительные постанывания, пропитанные крепким возбуждением, как и тёплый воздух в этой комнате. Сжав подтянутую грудь девушки между собой, я хищно заглянула в полу-прикрытые карие глаза, довольствуясь своим началом старательной работы. — Дазай Осаму такая умница. — я тут же засмеялась, скользнув языком между грудью, спустившись ближе к низу живота. — Думаю, — ответно фыркнула Осаму, впустив руку в мои волосы. — Твоему языку нужно найти применение получше. — Обязательно. Мои руки вновь соблазнительно прошлись по телу, стянув тёмное бельё с горячей кожи. Она полностью обнажена, её до невозможности идеальное тело грациозно выгинается дугой подо мной, когда язык скользит вдоль, слизывая, растирая влажную смазку. Из приоткрытого рта вырываются слабые постанывания. И — о боже, — как я обожаю её голос. Готова посвятить, что душе угодно, лишь бы этот голос сопровождал меня до самого конца... Когда она сжимала мои волосы крепче, мне приходилось лишь послушно двигать головой в указанном направлении. Я согласна абсолютно на всё, мне безумно нравится, поддаваться ей во всём. Ну, почти. Кажется, на самом деле нравится доминантность мне только в отношениях и сексе. Так-то главная я. Но особенно превосходно слышать её голос, хрипло зовущий по имени. Моему имени. Это беспощадно заставляет меня стимулировать набухший комочек языком интенсивнее, старательнее. И когда я собираюсь оборвать её на грани оргазма, она смотрит на меня мутным взглядом, я... Я просто не могу. Поэтому продолжаю придерживать её бёдра, дразняще всасывая кожу губами. — Ч-Чуя! — резко выстанывает Дазай, на этот раз уже до боли сжав в руках взлохмаченные волосы. Я принимаю, отчётливо слышу это, однако не перестаю работу, состраивая томный взгляд, устремлённый прямо на неё. Только я могу заставить её изнемождённо кричать, крепко вцепиться в простыни и зажмуривать глаза до появления мелким слезинок. И когда мы в очередной раз ложимся спать под чувством удовлетворения, я осознаю вновь. Я люблю её.