Бледное пламя

      Всполохи алого пламени озаряли сцену. Ликовала возбуждённая толпа, наблюдая за изящными движениями маэстро. Он наслаждался собственным выступлением, получая невероятное удовольствия от танца. Вот бы все с таким рвением шли к своему призванию, отдаваясь ему без остатка.       Гримм парил по сцене, чувствуя себя в своей среде, чему восхищался Черв. Он ещё ни разу не пожалел о том, что принял приглашение и смог увидеть столь чарующее шоу. Доселе ему не удавалось узреть чего-то подобного. Сколько бы он не видел выступлений, но ещё ни одно не зацепило его так. Черву хотелось наблюдать за ним вечность, ловить каждое движение, каждый вздох маэстро. Но к сожалению ничто не вечно, танец закончился элегантным поклоном и напутствующими словами Гримма, после чего он растворился в огне, а сцена погрузилась во тьму.       Довольные зрители принялись вставать со своих мест и покидать трибуны. Они бурно переговаривались между собой, обсуждая шоу. Но Черв не обращал на них внимания, лишь ждал пока они уйдут, чтобы без лишних глаз покинуть шатер.       Стоило толпе рассеяться, как он поднялся и выглянул с небольшого балкончика. Для него специально выделили отдельное место, как почетному гостю. Спустившись, Черв огляделся. Шатер практически опустел, лишь парочка духов сновала туда-сюда, перенося декорации. Пройдя мимо них, он направился к выходу, но резко замер. Перед ним возник Гримм, он почтительно склонился и чуть ли не сравнялся ростом с Червом.       — Надеюсь вам понравилось небольшое представление, — его голос был хрип и протяжен, многим бы он не пришелся по душе своей надрывностью и некой сухостью, но Черву он ласкал слух.       — Оно было великолепным, мне не приходилось ранее видеть нечего подобное. Вы по праву заслужили титул маэстро, — голос короля походил на тихий шелест, что мог переросли в жуткое завывание, стоило злости овладеть им.       — О, милый Черв, вы мне льстите, — Гримм довольно сверкнул глазами и улыбнулся.       — Ничуть, ваше выступление достойно высшей похвалы.       — Что ж, в таком случае я безмерно рад и надеюсь, что вы сумеете ещё раз нас посетить.       — Всенепременно.       — Тогда до встречи, милый Черв. Буду с нетерпением вас ждать, — Гримм склонил голову в знак почтения, искренне желая вновь свидеться.       Черв кивнул и не спеша направился к выходу, чувствуя на себе пристальный взгляд Гримма.       Белый дворец встретил его тишиной и спокойствием. Слуги слонялись туда-сюда, выполняя обязанности, а чистый сосуд покорно дожидался своего создателя, стоя возле главного зала.       Он поприветствовал дитя кивков и вместе с ним вошёл внутрь. Рыцарь нависал над ним привычной тенью, готовой в любой момент уберечь создателя, стоило лишь взмахнуть гвоздем, как недоброжелатель будет повержен. За что Черв испытывал неимоверную гордость. Он смог вырастить настоящего воина, жаль лишь, что судьба ожидала его печальная. Но он готов пойти на жертвы ради королевства, чтоб его подданные вновь не стали рабами Сияния.       Черв тяжело вздохнул, зайдя в просторный кабинет. Ему все чаще казалось, что все, что он делает — бессмысленно, а королевство неминуемо падёт. Его жалкие потуги лишь отсрочат неизбежное. Невнятные сны, да прибытие труппы только сильнее его в этом убедили. Гримм никогда не появлялся там, где царит процветание, ведь собирать кошмарные грёзы гораздо проще в месте полном страха и безнадежности.       Скрипнув стулом, Черв уселся за стол, став перебирать кипу бумаг. Ему предстояло много работы перед тем, как пойти отдыхать. Взяв перо и макнув его в чернила, он уже собрался ставить росписи, как его взгляд зацепился на бордовый краешек. Он не припомнил, чтобы среди документом лежало нечто подобное. Подхватив странного вида пергамент, он раскрыл письмо, в котором лежало приглашение и небольшая записка.       «Здравствуй, милый Черв. Я не питаю больших иллюзий на счёт того, что вы сможете посетить шатер вновь, но все же высылаю приглашение и надеюсь на скорую встречу. Осмелюсь также предложить вам остаться ненадолго и провести время в моей компании. Искренне ваш Гримм.»       Прочитав, Черв аккуратно отложил записку с приглашением в сторону. Он обязательно примет его, сможет вновь выкроить время, чтобы взглянуть на представление и побыть в компании того, кого может назвать хоть сколько-то равным себе.       Дни тянулись, Черв все больше не жалел себя, работал на износ. Столько проблем навалилось разом, что он просто не мог удержаться на ногах. Он бы с радостью прилёг хоть на час, но позволить себе такую роскошь не мог, да и показывать слабость на публике тоже, отчего все тело ныло, а спину будто проткнули штыком. Держать ее ровной становилось все труднее.       Сил у него практически не осталось, поэтому в шатер он явился уставшем и в подавленном состоянии. Хоть на первый взгляд казалось, что все было как обычно, но его движения стали менее четкими, а походка тяжёлой.       Устроившись на привычном месте, Черв с нетерпением ждал начала шоу. Он надеялся, что оно сможет хоть немного взбодрить или поднять настроение. Поэтому, когда заиграла музыка, он, с замиранием сердца, устремил взгляд на сцену. Гримм поприветствовал зрителей и ему показалось или его взгляд задержался на нем, а на устах появилась еле заметная улыбка? Кажется, Черву пора окунуться в мир грез, а то мерещится всякое, так и не мудрено с ума сойти.       В этот раз представление было ещё более грандиозным и напоминало собой битву. Множество жуков плясали, пересекаясь друг с другом. Их резкие движения походили на выпады во время боя, а вспыхивающее алое пламя добавляло еще больше остроты.       Гримм среди всего этого безумия выделялся статной фигурой и изящными движениями. Он спокойно маневрировал среди остальных, уходя от ударов. Казалось, его это забавляло и он все шире улыбался, упиваясь своей ролью. Глаза его страстно полыхали, то и дело устремляя взор на пораженного Черва.       Стоило представлению закончится, как громкие овации затопили весь зал. Многие кричали, восхваляя маэстро. Зрители расходились медленно, восторженно обсуждая шоу. Черв дождался, когда они уйдут и только после спустился. Его уже ждал Гримм. Он улыбался с чуть приподнятым подбородком.       — Восхитительно, выше всяких похвал, — как бы Черв не старался сдерживать эмоции, но они все равно проступали наружу, показывая истинные чувства. Но в данной ситуации это его не волновало.       — Приятно это слышать. Рад, что нам удалось вас удивить. А теперь, если вы не против, я бы хотел предложить вам танец, о, милый Черв, — Гримм явно наслаждался, когда называл так короля, протягивая каждую букву и словно мурлыкая.       — Не могу отказаться, — он сделал шаг навстречу и вложил свою небольшую ладонь в его длинную и утонченную.       — Закройте глаза и доверьтесь мне. Поверьте, вы так почувствуйте гораздо больше.       Черв нисколько не сомневаясь в Гримме, повиновался. Он не спеша вел его, попадая в такт незамысловатой мелодии, что окутывала их и погружала в своеобразный транс. От Гримма исходило столь приятное тепло, и аромат благовоний. Он не сомневаясь ступал за маэстро, что кружил его в неспешном вальсе.       Свет и пламя, столь необычное сочетание казалось чем-то удивительным, очень подходящим друг другу. Они будто две половинки одного целого, сплетённые танцем.       В это мгновение Черв смог отодвинуть заботы на дальний план. Его плечи расслабились, а спина чуть ссутулилась. В компании Гримма было так хорошо, горящий в нем огонь успокаивал и даровал столь необходимое умиротворение. Пламя окутывающее их, не обжигало, лишь согревало. Как бы ему хотелось на вечность погрузиться в танец. Не знать забот и не нести огромную ответственность. Когда в последний раз он позволял себе насладиться жизнью, ни о ком не заботясь? Давно это было, очень давно.       — Вы столь прекрасны, милый Черв, но груз взвалили на себя не посильный, — Гримм сощурил глаза и неодобряюще покачал головой.       — А что мне ещё остаётся, когда все рушится на глазах?       — Смириться. Единственное, что вам сейчас остаётся, как бы печально это не было.       — Не могу, не могу все просто бросить. Я смогу, у меня все получится, — последние слова он еле слышно прошептал и склонил голову к груди.       Он в это больше не верил. Последние надежды не столь давно разбились о суровую реальность. Но смирится с этим он никак не мог, как бы не пытался.       — Не стоит так самоуничтожатся, это вам ни к лицу, — Гримм остановился, нависая над сгорбленной фигурой. Он осторожно подцепил коготками бледный подбородок и приподнял его голову. Глаза Гримма ярко полыхали и были полной противоположностью потухших глаз Черва. — Лучше подумайте о чем-нибудь другом, отвлекитесь.       Он провел ладонью по маске, поглаживая ее большим пальцем.       — О чем же? — Черв вздохнул и прикрыл глаза.       В другой ситуации и компании, он бы не показал своих истинных чувств, но таить их от Гримма крайне бессмысленно. Он видит всех насквозь и не поощряет неискренность. Да и кроме них на сцене никого нет. Никто не желает тревожить маэстро.       — О чем угодно. Вот к примеру: вы знали, что жуки из другого королевства создавали огромные механизмы и были помешаны на колоколах? Они делали их невероятных размеров, а как же они грохотали, стоило потянуть за канат. Вы только представьте!       Черв представил и по его скромному мнению выглядело это весьма нелепо. Ведь зачем возводить нечто подобное? Он непроизвольно усмехнулся, а Гримм глядя на него, довольно встрепенулся.       — У меня даже с собой есть один из колоколов. Размера, конечно, поменьше, но все же, — вынув руку из-под плаща, он протянул металлический колокол.       Черв с интересом его подцепил коготками и покачал, высекая нежную мелодию.       — Занятно, — он повнимательнее осмотрел тонкие узоры, работал над ними явно мастер своего дела.       — Можете оставить его себе, думаю вам он больше придется по душе. И все же звуки органа я люблю гораздо больше. Не желаете послушать, как я играю?       Черв без промедления согласился. Желания возвращаться в холодный безликий дворец не было. Хотелось подольше насладиться теплом алого пламени.