Забрать своё

      Девушка недовольно зажмурилась от утренних лучей, которые пробрались в спальню, полностью осветив её. Тихо выругавшись насчёт незадёрнутых штор, Рина открыла сонные глаза и уставилась в потолок. Медленно выдохнула. Этой ночью она спала плохо. Ворочалась в постели, пока навязчивые мысли не изнурили её и, наконец, не уступили сну.       Спать без Чимина оказалось пыткой. Не то чтобы она не спала раньше одна, пока он был в отъезде, но уснуть без него, когда он находится в другой спальне, казалось сумасшествием. Такого никогда не было. Как только мужчина переступал порог дома, Рина запрыгивала на него с объятиями и крепкими поцелуями, выбивая весь воздух из лёгких. Однажды они так и не дошли до спальни: Чимин усадил её на комод, опрокинув корзинку с ключами, и нагло залез под одежду. Ему не терпелось дотронуться до её кожи, почувствовать подушечками пальцев нежный бархат и табун мурашек, которые сопровождали каждое движение парня.       А сейчас они находились в разных комнатах как чужие люди. Каждый жалел о сказанных раннее словах. Было глупо держать обиду друг на друга, но и гордость не позволяла так просто уступить. Каждый хотел продержаться до последнего, пока кто-нибудь первый не сорвётся. Своего рода челлендж.       Рина облизала пересохшие губы, закрывая глаза. Всё это было неправильно. Вместо солнечных лучей, она должна была проснутся от жаркого дыхания в области бёдер. Чимин бы очнулся заранее, чтобы наблюдать как она спит, вытянув шею на подушке. Потом он бы бережно откинул одеяло в сторону, бесшумно уместился бы между её ног, раздвинув их в сторону, чтобы тут же припасть пухлыми губами к нежной коже внутренней части бедра. Девушка не сразу бы отреагировала. Сквозь крепкий сон она неосознанно бы попыталась сдвинуть ноги, но крепкие ладони схватили бы её под бёдра раскрывая для себя полностью. Она всегда спала без нижнего белья, но сверху непременно была бы кружевная ночнушка. У неё бы участилось дыхание, стоило ему коснуться горячим языком между её ног и обвести им чувствительный клитор. Он бы сделал всё именно так, но из-за ссоры они лишали друг друга этого удовольствия.       Девушка распахнула глаза, тяжело дыша. Внизу живота растянулся жар, запуская мучительное желание между ног. Всё тело требовало, чтобы она коснулась себя и Рина не смогла побороть искушение. Она выбралась из-под одеяла, кинув его на пол, и пальцами руки медленно прошлась по отвердевшим соскам, по атласной ткани, направляя их вдоль тела. На секунду она остановилась возле бёдер, чтобы перевести дыхание. Образ Чимина, умостившегося между её ног, упрямо цеплялся за её сознание, вызывая нестерпимый зуд в области промежности. Она представила, что это пальцы мужчины зацепили край ночнушки и потянули его вверх, оголяя бёдра и живот. Что это он дотронулся до клитора дрожащей рукой и принялся выводить осторожные круги, возбуждая каждый нерв. Несколько прядей прилипли ко лбу, горло пересохло от хлынувшего воздуха сквозь приоткрытые губы, а бретелька сползла с плеча и левая грудь высвободилась наружу. Свободная рука тут же накрыла её, мучительно игралась с соском, оттягивая его и снова давила на полушарие. С губ сорвался короткий стон. Пальцы начали двигаться резвее и сдерживать себя было тяжелее. Спина выгнулась до хруста, ещё несколько движений пальцами и крик чуть не сорвался с её губ: девушка вовремя закрыла рот рукой, издавая протяжный стон. Оргазм накрыл тело мощной волной, проник в каждый сантиметр под кожу. Рина прикусила губу и зажмурилась, ощущая, как импульсы медленно покидали её дрожащее тело.       Грудь тяжело поднималась и опускалась. Рина сдвинула ноги и попыталась перевести бешеное дыхание. Перед глазами всё плыло. Это было хорошо. Очень хорошо, но неправильно. Не когда они в одном доме по другие стороны.       С этими мыслями Рина встала и пошла в сторону ванной. Утренний душ был правильным решением.       Чимин сидел на барном стуле в кухне и ждал, пока заварится кофе. Ночь выдалась не из лучших. Парень включил себе какой-то фильм на ноутбуке, но так и не смог проникнутся сюжетом: он отчаянно хотел вернутся на второй этаж и выбить дверь с петель. Потом набросится на девушку, схватить за волосы, запрокинуть голову назад и посмотреть в её глаза, показывая, что никакой кусок металла не остановит его, если он захочет чего-то. А он хотел свою девушку. Хотел не только её тело, но и её любовь. Чимин желал снова увидеть каждый дюйм её тела, снова запомнить то, что знал наизусть.       Проснувшись под утро от будильника, который он забыл выключить заранее, Пак устало поплёлся в сторону чемодана, достал первые попавшиеся пары спортивных штанов и натянул на себя. Махнув рукой на верхнюю часть, он взъерошил волосы пальцами и прошёл в ванную. Из-за недосыпа мысли были похожи на полную кашу, но мужчина был твёрдо уверен, что хочет сегодня попросить прощение у Рины. Точнее, рискнуть. Может, она под утро проснулась с тем же желанием, что и Чимин.       С этим намерением он, после водных процедур, направился к выходу из спальни, завернул за угол, прошёл несколько шагов и начал подниматься по лестнице. Пак не знал, почему решил с самого утра пойти к ней и поговорить. Он надеялся, что она ночью отпёрла дверь.       Его надежды не сбылись: он максимально тихо нажал на дверную ручку, но та не поддалась. Парень мысленно выругался, устало прикрыв глаза. Зачем он только припёрся сюда? Чимин уже собирался повернутся как услышал приглушенный звук в спальне. Он осторожно приблизил ухо к дереву и напряг слух. Несколько секунд было тихо, потом опять раздался звук, чуть громче.       Блять.       Твою мать.       Чем она там занимается?       Ответом был глухой стон. Потом ещё несколько, которые она, судя по всему, пыталась заглушить рукой. Чимину показалось, что ему сорвёт крышу. Он лбом коснулся двери и шумно вдохнул. Его девушка лежит в кровати, по ту сторону двери, и мастурбирует, когда сам мужчина еле держится, чтобы не накинутся на неё со своим недотрахом. Сколько времени его не было дома? Три недели и шесть дней. Почти месяц. Чёрт, он уже давно должен был вдалбливаться в её тело, чтобы она умоляла его остановится, но он бы вошёл по основание и задержался бы на несколько секунд, чтобы взглянуть в её искажённое от удовольствия лицо. Она бы уместила свои руки на его ягодицы, чтобы ещё глубже почувствовать его. Она любила это делать.       Звук кофемашины выбил его из воспоминаний. Парень взял дымящуюся кружку и вернулся на своё прежнее место. Раздались мерные шаги со стороны лестницы. Виновница его мучительной ночи и плохого утра зашла в кухню в широкой белой футболке и велосипедках. На голове покоилось ванное полотенце, щёки были слегка красными от душевого пара.       Рина приставила чайник к раковине и стала набирать воду. Закрыв крышку, девушка вернула чайник на место и нажала на кнопку.       — Доброе утро, — Чимин отпил из чашки. Его карие глаза наблюдали за девушкой, которая достала хлеб для сэндвичей и засунула их в тостерницу.       — Могло быть и лучше, — пробубнила та.       — Могло бы, — кивнув, согласился парень, — но думаю твоё утро выдалось лучше чем моё.       Пак кинул на неё выразительный взгляд, она вскинула брови и проигнорировала его. Девушка достала авокадо из холодильника и принялась его чистить.       — Почему?

The Score — Rush

      Чимин смотрел, как она достала пиалу и вилку и начала размельчать в ней авокадо.       — Ты могла бы попросить меня о помощи, — парень допил кофе и поставил чашку на стол. Он встал и упёрся копчиком на край столешницы, напротив девушки, которая стояла к нему спиной и мазала авокадо на горячие тосты. Пак толкнулся языком в щёку, осматривая её с ног до головы. Его всё ещё злили и, одновременно, возбуждали воображаемые картины в голове, как она в их спальне дрочит. Те стоны прочно засели у него в ушах, приглушая окружающие звуки.       — Что? О чём ты? — Рина повернулась и недоуменно посмотрела на него. Кажется она только сейчас заметила, что Чимин без верхней одежды. Взгляд медленно прошёлся по рельефным мышцам живота и девушке показалось, что за месяц они стали ещё более выразительнее. Внизу живота опять заныло. Утренней разрядки хватило ровно до того момента, как она увидела полуголого мужчину и то, как он пожирал её глазами. Было видно, что он ещё злился, но в этом взгляде было что-то ещё, что Рина не могла определить. Пульс участился.       Чимин в ответ выразительно поднял брови и кинул взгляд в сторону её паха. Девушка инстинктивно прикрыла руками низ живота и, на секунду, задержала дыхание. Глаза округлились, когда Рина поняла о чём речь.       Твою мать! Как он узнал?       Пак усмехнулся уголком губ, наблюдая, как её щёки краснеют. Он был уверен, что мог расслышать бешеное сердцебиение девушки.       — Не оправдывайся, — остановил её Чимин и девушка захлопнула рот, растерянно хлопая ресницами. Он оттолкнулся от столешницы и сделал полтора шага — этого было достаточно, чтобы расстояние между ними уменьшилось до минимума.       Рина машинально отпрянула назад и сильнее вдавилась в кухонную тумбу. Его присутствие слишком сильно действовала на неё, особенно, когда тёмные глаза гипнотизировали, будто заставляли подчинится любой прихоти мужчины. А их было много.       Чимин желал затоптать её гордость, чтобы она капитулировала перед ним, чтобы она признала, что утром думала о нём, представляла его руки и горячее дыхание, ласкающее кожу. Хотя, он был уверен, что так оно и было на самом деле. Он отдал бы многое, чтобы услышать это признание из её уст.       — Знаешь, какого было услышать твои стоны и знать, что это не я их вызываю? — парень приблизился к лицу девушки, которая стояла словно статуя, боясь шевельнутся. Рина держалась стойко, выдерживала тяжёлый взгляд Чимина, который смотрел на неё с лёгким осуждением. Пак вдохнул её запах, который заменял ему воздух, будто всё это время, пока он был вдали от неё, он жил за счёт кислородной маски. Она пахла жасмином, словно купалась в целой ванне, наполненной этими нежными цветками. Этот аромат преследовал его повсюду, цеплялся за его одежду, сопровождая его везде. Иногда, ему казалось, что запах девушки прочно засел у него под кожей, от чего та начинала зудеть. И это чертовски раздражало.       — Это не твоё дело, — спокойно ответила Рина, гордо подняла подбородок и взглянула в его глаза, в которых плясали черти. Им не терпелось выбраться наружу.       — То есть, моя девушка, — он сделал акцент на последних двух словах, — дрочит у себя в комнате, когда я дома, и это меня совершенно не касается?       Мужчина упёрся руками в поверхность, по обе стороны от девушки, и бросил в неё разражённый взгляд. Рина нервно закусила нижнюю губу, но глаза не отвела. Чимин посмотрел на её снизу вверх: он возвышался над ней на ровно три сантиметра, поэтому девушка немного запрокинула голову, чтобы придать себе более величественный вид. Хотя, это становилось сложнее, когда парень смотрел на её губы, медленно облизывая свою нижнюю.       Чёрт бы побрал его и этот чёртов язык!       Девушка не собиралась показывать ему, какую власть он имеет над ней. Она не хочет давать ему повода для победной улыбки. И поднимать белый флаг тоже не собиралась.       Но, Господи, как же она хотела зарыться пальцами в его волосы и потянуть за пряди вверх, чтобы открыть себе доступ к его шее. Этот фетиш сводил с ума мужчину: когда парень работал в студии на первом этаже, а Рина жаждала внимания, она всегда добивалась своего. Стоило только сесть ему на колени, несмотря на его протесты, потянуть за пряди на затылке и прильнуть губами к его шее, провести языком по пульсирующей жилке, поцеловать выступающий кадык. И Чимин сразу сдавался, откидываясь на спинку кресла. Табун мурашек проносился каждый раз, когда её язык касался эрогенных точек, а в штанах давно становилось тесно. Любимым моментом девушки были его ладони на ягодицах и вдавливание на встречу к его паху. А кульминацией были его затуманенные глаза, которые смотрели сверху вниз, на то, как она умело расправлялась со шнурками на спортивных штанах, стоя на коленях.       — Вспомнил, что я твоя девушка, когда узнал, что я могу справляться сама? Или когда зачесалось в штанах? — девушка скрестила руки на груди и выжидающе посмотрела на него.       Чимин усмехнулся, наклонив голову вниз. Несколько прядей невесомо пощекотали её подбородок. Рина кинула взгляд на его руки, которые сжимали край тумбы. От жёсткой хватки вены выступили из-под кожи. Ещё один признак его внутренней бури.       — Любимая, поверь, — он поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза, — если бы у меня зачесалось, я бы тебя взял.       Сердце девушки пропустило несколько ударов. Он врал о том, что ему не хотелось секса, но не врал о том, что возьмёт её. Чимин всегда берёт то, что хочет. Раньше, она бы возбудилась от его слов, но сейчас ей захотелось врезать ему. Жёстче чем вчера.       — Даже не вздумай, — твёрдо сказал Пак. Наверное, прочитал по глазам о её намерении. Её всегда удивляла его способность читать людей как открытую книгу. Только сейчас это раздражало как никогда.       — Только попробуй меня тронуть и…, — девушка не успела договорить.       — Ты сама этого захочешь.       Вот так. Всё просто. Для него.       Чимин последний раз взглянул на её губы и оттолкнулся от тумбы. Осмотрев девушку с ног до головы, будто смотрел на какой-то товар, мужчина повернулся и скрылся за аркой. Рина оторопело смотрела на то место, где несколько секунд назад стоял парень. Его заявление выбесило её конкретно. Утро, которое началось с приятных нот, завершилось, оставив отвратительное чувство внутри.