Подростковый возраст

Тетя нарисовалась уже на следующей большой перемене. Когда Крис увидела ее в окно, подходящую к школе, девушка сразу села на корточки под подоконником, лихорадочно соображая, куда испариться. Ди стоял рядом с ней, глубокомысленно матерясь о том, что она была не права, когда кидала стул, и смотрел на Крис сверху вниз. — Добрый день, где она? — голос тети заставил Крис вздрогнуть и попытаться стать частью батареи. — Поломка? В каб- — Крис. Где эта девчонка? — голос тети стал ещё спокойнее, от чего тело заныло фантомной болью. Ди вовремя успевает укрыться за кафедрой учителя, так, что о нем забывает даже и сама Крис, когда в кабинет входит тётя. — Что скажешь в свое оправдание? — тётя сразу подходит близко, сокращая расстояние между ними до возможного минимума. Крис пятится назад и упирается спиной в подоконник. Ей нечего сказать. — Ты в край задолбала меня, сволочь, — Ди, сидящий под столом и видящий все в щель между столешницей и перегородкой чуть не присвистнул вслух. — Сначала заводишь каких-то друзей, потом начинаешь уходить из дома! Ты не смеешь этого делать! — по пустому кабинету раздаётся звонкий удар пощечину. — Ты — никто, и звать тебя никак, ясно тебе?! — Я ещё в прошлый раз пон- — новый хлесткий удар перебил голос Крис. — Не смей мне отвечать! — срывается тётя, в третий раз ударяя девушку по щеке, в надежде, что этим сможет убить. — дома мы с тобой договорим! Тетя разворачивается и покидает кабинет так же быстро. Крис стоит у окна, тупо моргая. Обе щеки жгло огнем, саднящая боль расползалась по лицу. Колени мелко дрожали, но внутренне Крис была спокойна. Ей не привыкать. Ди вылез из-под стола никем не замеченный. Он остановился напротив девушки, гипнотизирующей пол перед собой абсолютно сухими глазами. Ди был уверен, что она начнет плакать, а он, как джельтельмен, подставит плечо, чтобы плакаться туда. Но нет. Крис была спокойна и немного в анабиозе. — Это…это нормально? Она всегда так? — аккуратно интересуется Ди, ожидая услышать: «нет, она просто волнуется сегодня», но нет: — Да, всегда, — Крис моргает, сглатывает тугой ком в горле и прижимает пальцы к щеке, натыкаясь ими на вязкую, теплую кровь. У тёти слишком много колец на пальцах. — Черт, она что, больная? — Ди странно смотрит на Крис, но та лишь пожимает плечами. — Я не знаю. — У тебя чертова кровь на щеке, — сообщает Ди, рассматривая девушку, пострадавшую мораль и его представления о взрослых. — Да посрать, — Крис опускает руки и выходит из кабинета, в конце обернувшись на зависшего парня: — Ты идёшь?