Так причём тут твоя сестра?

— Я тебе яйца оторву, Чон, — кричал в лицо парня разъярённый Юнги, припечатывая того к стене со школьными шкафчиками, — Будешь знать, как подкатывать их к моей сестре. Хосок смотрел в полное злости лицо одноклассника и ухмылялся. — Смешно тебе, Чон? — Юнги закипал. — С чего ты взял, что я подкатываю к твоей сестре, Юнги? — ухмылка не слезала с его лица. В глазах ни капли страха, лишь уверенность. А Юнги это до безумия злило. — Я слышал, как ты говорил Чимину, что не знаешь, как к ней подступиться. — Я говорил не о ней, — все еще слишком уверено ответил Хосок. — Да что ты мне тут заливаешь, а? Я слышал, как ты сказал «Мин». А у нас в классе из Минов только я и она. — Ну да, — убирая руки одноклассника от своей шеи хмыкнул Чон, — Так причём тут твоя сестра? Юнги сначала не понял, что происходит, смотрел на Хосока, недоумевая. А когда до него дошёл смысл сказанных слов, резко развернулся и ушёл в неизвестном направлении. Быть такого не может, что Хосок — капитан футбольной команды, активист, отличник, социальная бабочка, да и просто охуеть какой красавчик, пытается подкатить к нему, самому обычному парню — Юнги. Уму непостижимо. В голове такое не укладывается. Юнги даже не был уверен, знает ли его одноклассник по имени. Они никогда до этого не общались. Да и не было поводов. Просто одноклассники, которые через год выпустятся и забудут имена друг друга. Какая к черту симпатия? Мин никогда не выделялся из толпы. Ходил тенью, не высовываясь. Единственная причина, по которой он мог хоть как-то где-то засветиться — сестра, за которую приходилось периодически начищать похабные морды за школой. Уж слишком много похотливых взглядов бросали в сторону миловидной девушки. А Юнги их терпеть не мог, потому что знал все мысли этих самцов. Глотки бы всем повыгрызать. И поэтому, услышав вчера разговор Хосока с Чимином, он закипел как чайник. Хосок нравится всем в школе (и Юнги не исключение), под него любая девочка ляжет, даже его холодная ко всем сестра. Поэтому нужно пресечь все его попытки подкатить к ней на корню. Но сейчас, умываясь в мужском туалете холодной водой и пытаясь привести свои мысли в порядок, Юнги не знал, что делать. Щеки предательски горели алым цветом. Сердце бешено стучало. Что вообще значили слова одноклассника. Если строить логические цепочки и делать выводы, опираясь на слова Хосока, что сестра Юнги его совсем не интересует, то его интересует... сам Юнги?! Бред. Быть такого не может. Хосок даже не гей. Хотя ещё ни разу не был замечен ни с одной из девушек, которые липли к нему, словно банные листья. — Соберись, Мин Юнги, — сказал сам себе парень, — Этот пень просто пытался спасти свою симпатичную мордашку от избиения. — Считаешь мою мордашку симпатичной? — неожиданно раздался вопрос от этой самой мордашки. Юнги был настолько сосредоточен на своих мыслях, что даже не заметил, как Хосок вошёл в туалет. Он осторожно поднял свою голову и столкнулся в зеркале со взглядом Чона. Тот, как обычно, ухмылялся всей этой ситуации. Он вообще когда-нибудь бывает серьёзным? — Считаю, что твою мордашку пора подправить моим кулаком, — собравшись, выплюнул из себя долю желчи Мин. Он хотел было выйти из уборной, но его остановила рука, крепко удерживающая за предплечье, — Чего тебе нужно от меня? — К чему вся эта агрессия, Мин? — уже без улыбки спросил Хосок. Он действительно не знал, как подступиться к Юнги. Уже давно и тайно смотрит на него, и никак не может подойти. Вчера он спрашивал совета у Чимина, но тот лишь пожал плечами. Юнги никого к себе не подпускал, кроме сестры. — Отпусти меня, — не просил, требовал Юнги. — А что, если я не хочу отпускать тебя. — А что если я хочу плюнуть тебе в лицо? — пытаясь вырвать руку, бросил Юнги, приблизившись к лицу одноклассника. — Ты точно именно этого хочешь? — с долей надежды во взгляде спросил Хосок. Это был последний шанс, который он себе дал. Если Юнги сейчас уйдёт, значит пора уже сдвинуться с этого пацана, перестать пытаться привлечь его внимание. А Юнги ведь не хотел плеваться. Единственное чего сейчас хотелось, прижаться к этим губам, которые маячили перед самым носом, и целовать целовать целовать до посинения. А кто Юнги такой, чтобы противостоять своим желаниям. Второго шанса стать так близко к предмету обожания может и не быть. Поэтому собрав всю свою волю в кулак, он целует. Целует сначала осторожно, боязно, но потом, почувствовав, что ему отвечают, углубляет поцелуй. Сердце Хосока заходится бешеным ритмом. Он грезил об этом полгода, и вот, наконец получил. Чон аккуратно кладёт руку на затылок одноклассника, надавливая, чтобы углубить, и без того развязный, поцелуй. Но все заканчивается также неожиданно, как и началось. Юнги резко отстраняется и быстро выходит из туалета, оставив удивленного одноклассника наедине со своими мыслями. Хосок так и стоит, пялясь в стену и не понимая, что только что произошло. Но спустя минуту на его телефон приходит сообщение. Мин Юнги: — После школы в парке, не опаздывай. Чон Хосок: — Это свидание? Мин Юнги: — Нет, организую твои похороны. Хосок лишь улыбается на такое сообщение, знает же, что это свидание, понял, что нравится Мину. Через секунду тишину вновь сокрушает звук уведомления. Мин Юнги: — Да, это свидание.