Line Without a Hook

      Бруно прожигал его взглядом насквозь. Его пристальный пугающий взгляд шел в купе с выражением, которое обычно отражается на лице увидевшего призрака человека. Матео почувствовал, как по коже пробежали мурашки.       —Эм…привет? — Выдавил из себя не то утверждение, не то вопрос Матео. Явно не самый доброжелательный вид приветствия. Если бы его отец был здесь, то, вероятнее всего, отругал бы за подобную грубость. Но что еще он мог сказать в секунду, когда на него так смотрели?       Бруно не ответил, и его длительное молчание лишь привлекло внимание других жителей Каситы, находящихся на кухне. Джульетта прекратила готовить и, обернувшись, посмотрела на брата. Её брови приподнялись, выдавая полное непонимание происходящего. Пеппа была сбита с толку ничуть не меньше. Матео перевел взгляд на Августина, который, в свою очередь, лишь пожал плечами. Его сломанная, судя по страшному положению, в котором она зафиксировалась, в нескольких местах, правая нога лежала на левой. Как только Агустин не рыдал в агонии, сидя перед ним? Более того, изначально он даже не хотел идти к Джульетте. Его влюбленность в нее приводила к молчаливой панике в лучшие времена и была практически несовместима с жизнью в худшие. Он ужасно боялся обременять её, как это делали другие жители деревни, и Матео не мог не понимать его беспокойство: многие люди приходили плакаться из-за каждого ушиба и ссадины. Солнце уже давно зашло за горизонт, и к моменту, когда Матео всё-таки смог притащить Агустина в дом к Мадригалям, у Джульетты уже не осталось еды. Теперь они ждали, пока девушка подаст какое-то жутко сложное, если судить по замысловатости приготовления, блюдо. Пеппа случайно наткнулась на них, зайдя на кухню, и мгновенно включилась в беседу.       Матео был рад наблюдать за естественно протекающим вокруг него общением, поскольку сам он не отличался развитыми социальными навыками. Агустин как-то сказал, что он “резкий, но в прикольном смысле”, что абсолютно не звучало как комплимент, но и не смущало парня. Он ненавидел внимание с самого детства, с того момента, как на его смуглой коже стали появляться белые пятнышки. От постоянных взглядов и перешептываний, Матео хотелось заползти в какую-нибудь глубокую нору и остаться там навеки вечные. Именно с тех пор мальчик потерял интерес к активному взаимодействию с обществом. У него был Агустин, и его одного парню больше чем хватало. Тройняшки Мадригаль учились на два года старше него, так что у них особо не было причин, чтобы начать общаться. Пеппу он знал лишь благодаря тому, что та часто посещала библиотеку. Матео переживал, когда давал ей книги - несколько раз она возвращала их мокрыми и испорченными. Но он попросту не мог держать обиду на девушку, когда смотрел в её полные вины за содеянное глаза.       При всём при этом Матео никогда не предпринимал попыток подружиться с рыжеволосой девушкой. Тройняшки были что-то вроде местных знаменитостей их маленькой деревушки, а парень абсолютно не хотел делить с ними перманентно окружающее их внимание. Если уж на то пошло, он не хотел никакого внимания вовсе. Вероятнее всего, Бруно просто был напуган и сбит толку незваным гостем, на которого наткнулся в своём доме, пока искал сестер, подумал Матео. Он совершенно не знал Бруно. Они никогда не встречались до этого. Более того, они даже никогда не говорили. Матео уверен, что младший из Мадригаль его даже никогда не видел. Но ходящие по деревне слухи не в состоянии был избежать даже самопровозглашенный одиночка вроде Матео. У Бруно была репутация определенного толка, хотя Матео искренне и считал всё это чушью. Его отец был преподавателем в классе Бруно и описывал Мадригаль как скромного, но приятного парня. Матео более склонен верить словам своего родного отца, нежели каким-то распускающим слухи старухам и язвительным подросткам. Но несмотря на его скептическое отношение к сплетням жителей деревни, всё же, когда на тебя так пялятся, становится как минимум некомфортно.       —Привет? — Вновь произнёс Матео. Хуже, чем когда на тебя пялятся, может быть только ситуация, когда на тебя пялятся и при этом ещё игнорируют. Тишина лишь усугубляла ситуацию.       Спрыгнув с кухонного стола, Пеппа подошла к брату и помахала рукой перед его лицом, в попытках привлечь его внимание. Бруно моргнул один раз, затем - второй. Парень посмотрел на Пеппу, но его взор моментально вновь вернулся и пригвоздился к Матео. Кулаки последнего сжались, а короткие ногти больно вонзились в потную кожу ладоней. Он продолжал панически переводить взгляд с Бруно на Августина и обратно. Августин нахмурил густые брови, выдавая свою обеспокоенность развернувшийся перед ним неловкой ситуацией. К сожалению, он мало что мог поделать, пока был физически не в состоянии встать со стула.       —Это ты, —наконец, спустя целую вечность, выдавил из себя Бруно.       —Что я? — Матео вопросительно приподнял рыжие брови.       —То есть…я…то есть мы…м-мы должны… — невнятно пробормотал парень, прежде чем замолчать вовсе.       —Должны что? — Спросил Матео.       —Пожениться, — ответил Мадригаль.       На секунду все замерли. Ворвавшийся через открытое окно порыв ветра качнул тарелку Джульетты, и та, с оглушительным звоном упав на пол, разлетелась по всей кухне. Но девушка этого будто даже не заметила. Она уставилась на Бруно, пытаясь скрыть охвативший её страх. Выражение Пеппы было ничуть не лучше. Несмотря на разбушевавшийся ветер, что поднимал рыжие локоны её волос, Матео чувствовал, как ему становилось всё жарче с каждой секундой. Отвалившаяся до самого пола челюсть Агустина всерьез волновала Матео — как бы туда ненароком на залетела мимо пролетающая муха. Матео вновь обратил свой взор на Бруно, и увидел, как виновник произошедшего застенчиво переминается с ноги на ногу под тяжелым взглядом всех присутствующих. Не дав парню возможности сконструировать вразумительный ответ, юный провидец сбежал с кухни.       Ветер начал успокаиваться. Джульетта опустилась на колени, чтобы прибрать остатки тарелки. Матео кинулся помогать девушке в то время, как его глаза всё ещё были прикованы к выходу, куда только что сбежал Бруно Мадригаль.       —Эм…мне бы очень не хотелось прозвучать грубо, но какого хрена только что произошло? — Поправляя очки, которые чуть не упали из-за внезапного порыва ветра, спросил Агустин. — Ваш брат всегда такой?       —Да...но и вроде как...нет, — ответила ему Пеппа, поглаживая свои распущенные локоны. — То есть, он такой. Но не такой такой, понимаешь?       —Ага, — сказал Агустин ровно перед тем, как отрицательно помотать головой, — вообще-то нет, не понимаю”.       Пеппа вздохнула:       —Бруно…другой. Но он не ходит по деревне и не говорит людям, что женится на них. Это странно даже по его меркам.       —Рад знать, что я особенный, — пробормотал Матео. Джульетта с усмешкой выдохнула. Вставая, девушка вручила помощнику тряпку для рук.       —Может, это было видение, — сказала она, моя руки в раковине. Матео замер с обмотанной вокруг руки тряпкой.       —Видение? — Повторил он. — Вроде того видения, что предсказывает будущее?       —Он не всегда делится с нами тем, что ему приходит, так что всё может быть, — пожала плечами Джульетта. Из её уст это прозвучало так буднично, будто девушка говорила вовсе не о том, что Бруно знает, за кого они выдут замуж.       —Матео Мадригаль, — задумчиво протянул Августин. — А мне нравится — эффектно звучит.