Твой истинный дар.

Заснуть не получалось. На самом деле, Бруно уже и не помнил, когда в последний раз спал хорошо. Он уже, кажется, несколько часов ворочался, пытаясь найти удобную позу, но тело отчаянно сопротивлялось, ясно давая понять, что не только спать, но и лежать сейчас — плохая идея. События последних дней, и, особенно, вечерний разговор с Джульеттой, никак не шли из головы. Наконец, Бруно сдался и аккуратно (насколько смог) вылез из гамака, споткнувшись в темноте о собственные шлёпки и уронив столик с подсвечником. Он по привычке замер, прислушиваясь, не заметил ли кто-то его присутствия. Хотя сейчас Бруно уже вместе с вещами вернулся в свою комнату, страх быть обнаруженным, сопровождавший его годами, контролировал действия на уровне рефлексов. Наваждение исчезло так же быстро, как появилось. Он зажёг в комнате свет, чтобы больше ничего ненароком не разрушить, оделся и бесшумно спустился в сад. Тихая прохладная ночь встретила Бруно приятной свежестью. Ветра почти не было, а ясное небо было усыпано сотнями звёзд. Он поёжился, кутаясь в пончо, прикрыл глаза и глубоко вдохнул ночной воздух. Ну как можно спать, когда на улице такая чудесная погода? Даже слабые намёки на сонливость сейчас окончательно растворились. Он огляделся, размышляя, куда можно пойти. Весь город спал, и было так волшебно тихо. Можно было спуститься к реке и насладиться мерным шумом воды. Или отойти подальше от жилых улиц и прогуляться по буйно цветущим лесам, вдыхая непривычный нежный аромат. Ночь манила своей вседозволенностью, и в то же время пугала. Как долго, сколько лет Бруно не чувствовал себя таким свободным, полноправным членом общины. Частью семьи Мадригаль. На лужайке за домом накануне вечером Луиза с Мирабель установили шесты, а между ними на верёвке повесили старые простыни на манер занавеса. Там планировалось проводить репетиции. Бруно решил отправиться именно туда, чтобы подумать о вечном. Импровизированная сцена смотрелась довольно комично, будто кто-то просто вывесил сушиться бельё. Кто-то даже уже принёс лавку и поставил её у стены дома, хотя для зрителей определённо было рановато. Почему-то, Мирабель было очень важно, чтобы её дядя проявил себя на сцене. Бруно подумал, что даже если бы больше никто не согласился участвовать, она бы всё равно сочинила что-то для него одного. Может, таким образом она хотела скомпенсировать годы одиночества и негативного внимания? Или… Тогда Бруно был так взволнован и возбуждён, что не запомнил всего, что сказал в тот вечер. А ведь он прямым текстом сообщил племяннице, что своим настоящим даром считает актёрство. Как говорится? Будь осторожнее со своими желаниями, иногда они сбываются. Бруно улыбнулся собственным мыслям. Мирабель оказалась очень внимательной, и это было невероятно трогательно. Было очень страшно принимать предложение и, соглашаясь на участие, на главную роль, он ещё долго жалел и корил себя за поспешные решения. Сейчас же всё как будто встало на свои места. Это действительно был его шанс попробовать себя в любимом деле. В том, к которому всегда лежала душа. И Мирабель увидела этот шанс, а он нет. Джульетта верно заметила, что ей доступно видеть больше, чем другим. Бруно сделал небольшой вдох и дрогнувшей рукой коснулся столба. Было жутковато пытаться представить себя на сцене перед толпой зрителей. Он дотронулся до простыни и медленно двинулся вдоль натянутой верёвки, легко вырисовывая пальцем на ткани узоры. Казалось, недавно вернувшееся принятие было таким хрупким, одна ошибка — и весь город снова будет его избегать. Дойдя до второго столба, он накинул капюшон. Эрнандо осуждающе покачал головой: — Выкинь из головы глупости. Будь смелее, Бруно Мадригаль! Они увидят, какой ты на самом деле и больше никогда не скажут о тебе плохого. Бруно снял капюшон и посмотрел в пустоту, привычно потирая локоть. — Ни ты, ни я не знаем, как будет на самом деле. Я просто… Я просто хочу хоть раз не сделать хуже. И не подвести Мирабель… Уж ты-то должен меня понять. Бруно устало опустился на лавку и посмотрел на слабо колышущуюся простыню. Из щели в стене внезапно вылезла крыса, заползла к нему на плечо и с интересом принялась изучать волосы. Сразу как будто стало теплее и спокойнее. Наигравшись с прядями, крыса юркнула за воротник и пригрелась на груди. Бруно ничего не оставалось, кроме как подложить что-нибудь под голову и принять горизонтальное положение, потому что животное норовило скатиться под действием силы тяжести. Всё ещё было довольно прохладно, но шерстяное пончо и сопящий комок на груди сейчас ощущались уютнее любого одеяла. Бруно прикрыл глаза от удовольствия. Спать совершенно не хотелось. *** — Дядя Бруно... Кто-то нерешительно дотронулся до его плеча. Бруно с трудом продрал глаза и тут же зажмурился от яркого солнца. Мирабель звонко хихикнула. — Уже утро? — Неловко спросил он, садясь на лавку и устало потирая виски. Всё тело ныло после сна на таком неудобном ложе.