All Cards On The Table (Все карты на столе)

Остаток вечера прошел примерно так же. Ну, в основном так же. Ник не мог не заметить, что Эллис, казалось, все время избегал его взгляда. Он знал это, потому что каждый раз, когда он пытался поймать взгляд молодого человека после того, как тот присоединился к ним за ужином (в этот раз это оказалась прекрасная еда из спагетти в вакуумной упаковке и мясного соуса), парень поспешно отводил взгляд. Возможно, то, что он сказал, в самом деле расстроило южанина, учитывая, что Ник очень часто говорил не те слова и не в то время. Его бывшие девушки определенно это подтвердят. Хотя, если бы это было так, то ему следовало бы набраться хоть немного смелости и просто напрямую сказать об этом аферисту, а не просто наматывать круги, как будто это сам Николас ходил все это время по тонкому льду. Через небольшой промежуток настало время выключения света. К счастью, с добавлением ламп в их небольшую обитель, которые им любезно согласились выдать, группе больше не приходилось беспокоиться о том, что они не смогут видеть, когда основное освещение будет выключено. Ник определенно был рад дополнительному свету, тем более, что большую часть ночей ему все равно было трудно заснуть. Было приятно иметь возможность просто читать в постели, а не ворочаться все это время в надежде на плавное погружение в сон. И самое лучшее в этом - Эллис спал довольно крепко. Во время сна казалось, что теперь ничто не беспокоило этого деревенщину; ни свет, ни сторонние звуки или движение. Пока что северянин обнаружил, что единственное, что могло бы его быстро разбудить, - это запах еды или прямой контакт. Второе он обнаружил уже на собственном горьком опыте однажды утром, когда решил просто протянуть руку, чтобы разбудить засранца. Тогда-то Эллис и проснулся... и случайно вмазал шулеру в живот. Хотя Ник был очень зол, он также не винил в этом парня. Он, вероятно, в конечном итоге ударил бы кого-нибудь таким же образом, если бы они попытались разбудить его такими методами. На данный момент упомянутый молодой человек спал в своей постели, а сам Ник продолжал засиживаться за своим новым чтивом, которое ему порекомендовала Рошель, но только после того, как сама закончила ее прочтение. И он с легкостью принял ее предложение. Пока что книга не казалась ему чем-то плохим, пусть жанр, в котором там велось повествование - не являлся его повседневным или излюбленным. К тому времени, когда он решил попытать свое счастье и постараться уснуть, он уже заканчивал шестую главу, на которой он и решил остановиться, выключив небольшую прикроватную лампу (которую они поставили на довольно высокий комод между кроватями), и отметив свое место закладкой. Затем мошенник откинулся на спинку кровати, закинул одну руку за голову и прикрыл глаза, чтобы позволить себе погрузиться в легкую полудрему. Однако, как только Ник едва почувствовал, что начинает терять связь с реальностью, до его ушей донесся чуждо странный скулеж. Нахмурив брови, он еще немного прислушался, пытаясь в повторной точности уловить звук. — Ннх… нет… Серые глаза распахнулись. Нерешительно-медленно он согнулся на кровати и оглядел небольшое зазор между своей койкой и койкой механика. Одни лишь неразборчивые очертания в темноте, и, судя по тому, что он видел, парень, похоже, был в каком-то бедствии. Голова Эллиса непрерывно колебалась из стороны в сторону, а его конечности совершали небольшие, но резкие подергивания. — Ах, черт возьми. Этому ребенку что? Снятся кошмары? — Ник внутренне застонал от этой мысли. Именно то, что ему было нужно; еще один повод получить удар поддых. — Эй, комбинезоновый — попытался он окликнуть его — Проснись, ты ворочаешься. Когда попытка вывести причину его беспокойного сна не увенчалась успехом, он вздохнул и встал, чтобы подойти к изножью другой кровати. Он собирался протянуть руку, чтобы разбудить молодого человека, когда внезапно расфокусированные голубые глаза распахнулись. Эллис резко выпрямился, тяжело дыша, оглядел комнату, прежде чем его взгляд наконец остановился на аферисте, стоящем подле его кровати. Ник мог точно сказать, что он потрясен, поэтому медленно поднял руки, пытаясь его успокоить. — Полегче-полегче, фаербол. Здесь только я. — Ник...? Что… — Эллис провел рукой по собственному лицу, пребывая в тотальном непонимании — Прости, чувак. Я ведь разбудил тебя, не так ли? — Нет, я и не спал, — Ник отмахнулся и помолчал с минуту, прежде чем задать встречный вопрос: — Ты как? В порядке? Эллис не ответил, а просто покачал головой. — Хочешь поговорить об этом? — Не совсем. Но, быть может, ты не против посидеть и поговорить со мной... немного? — молодой человек медленно посмотрел на северянина — Например, как бы мы все жили в тех убежищах дальше? Ник на мгновение поколебался, прежде чем ответить: — Конечно. Как только Эллис немного подвинулся, мужчина уселся на кровати рядом с ним и прислонился спиной к бетонной стене, находящейся позади них. Оба мужчины сидели молча, просто наслаждаясь обществом друг друга. Ник не мог не вспомнить те бессонные ночи в убежищах, о которых упомянул Эллис: двое из них, дежурившие по очереди парами, чтобы иметь наготове как минимум два ствола на случай, если что-нибудь случится, провоцировали на несколько интересных разговоров. По сути, только Эллис мог вечно болтать о Ките и его диких махинациях, которые должны были (но почему-то не смогли) рано или поздно свести болтливого парнишу в могилу. Мошенник никогда бы в этом не признался, но он был благодарен за то, что в некоторые из этих ночей с ним был этот самый механик. Простое наличие еще одного живого, незараженного существа в те тревожные ночи было для него очень обнадеживающим. Конечно, поначалу ему, возможно, не нравилась компания этого простака, но со временем он обнаружил для себя, что по мере того, как их путешествие продолжалось, менялось и его отношение к другим выжившим, включая Эллиса. В конце концов, когда они готовились бежать по кишащему зомби мосту в Новом Орлеане, он понял, что обрел не только товарищей по команде, но и друзей. Это определенно было то, к чему он не привык, поскольку вся его жизнь состояла из людей, которых он знал, но которым никогда не мог полностью доверять. — Я очень рад, что вы все здесь со мной. Глаза Ника снова открылись, и он посмотрел на парня, задаваясь вопросом, узнал ли он каким-то образом мысли, проносившиеся в голове мошенника. — Да — тихо вторил он на согласование со своими мыслями — Я тоже, парень. — Нет, я серьезно, Ник — Теперь Эллис смотрел на него своими расширившимися глазами, которые даже показались слегка влажными, словно он сдерживал слезы — Если бы я не встретил вас троих, я… возможно, меня бы здесь даже не было. Ник не знал, что на это ответить. Все в его груди внезапно сжалось при одной лишь мысли о том, что бы было, не будь простофили сейчас здесь... живого, и в безопасности с ними, как и должно быть. Он слегка нахмурился, не совсем понимая это чувство, но списал его на то, что оно начинает приходить вместе с наличием друзей. — Да, я знаю, что ты подразумеваешь — Ник снова прислонился головой к стене — Честно говоря, не ожидал, что мы зайдем так далеко. Даже вместе. Хотя, наверное, я всегда был пессимистом. — Думаешь? — Эллис слегка усмехнулся — Скорее, с каждой чертовой секундой дня ты становился таким. Ник закатил глаза — Извини, но в отличие от тебя, я не смотрю смерти в лицо с ухмылкой, держа в одной руке бензопилу, а в другой - дробовик. Оба мужчины тихо посмеивались, прежде чем снова погрузиться в молчание. Они просидели так еще несколько минут, прежде чем Эллис снова заговорил. — Мне приснилось, что я потерял тебя, всех вас... своих ребят… Ник посмотрел на молодого человека и понял, что он все еще расстроен. Вздохнув, он осторожно положил руку на голову Эллиса, нежно проведя пальцами по его волосам. Он не знал, что сказать, поэтому просто молчал. Эллис слегка напрягся, и Ник подумал, что он собирается отстраниться. Вместо этого, он, казалось, сделал противоположное и расслабился в прикосновениях. Северянин не догонял почему, но его устраивало именно такое положение дел. Сидеть рядом с молодым механиком в тишине было для него более чем расслабляющим. И прежде чем мошенник успел в этом разобраться, тело Эллиса прижалось к его собственному, и он начал слышать его тихое дыхание. Парень снова заснул. Не желая беспокоить его, он так и остался лежать на одном месте. Вскоре и он погрузился в сон.