Потому что я не умею делиться…

      Солнце уже давно поднялось над горизонтом, а птицы напевали мелодичные сонаты. Прекрасное утро, когда в человеке бурлит уйма энергии и буря желаний идти вперёд и покорять ступеньку за ступенькой в своей жизни.       Для Т/И утро началось с ярких лучей солнца, которые так беспощадно пробуждали после долгого и долгожданного сна. Слегка прищуривая глаза от света, что так беспроигрышно заполнял всю комнату, девушка начала медленно и сонно тереть глаза, а после слегка опухшее лицо пока не почувствовала чьё-то дыхание, пробегающее по обнажённой спине.       Сделав попытку подняться, стремление отдалось болью в мышцах и голове, но большее удивление почувствовалось гораздо позже. Медленно поворачивая тяжёлую голову, удивление охватывало лицо всё больше и больше. Проснуться обнажённой под одним одеялом рядом с лучшим другом, на котором не было абсолютно ничего, вот это действительное необычное утро.       Гию крепко спал, подобно милейшему созданию с багровыми отметинами, которые украшали не только шею, но и грудь парня. Воспоминания прогремели в голове подобно грозе в период ясного неба, а стыд со смущением накрыл её с головой. Девушка попыталась медленно и не разбудив Томиоку вылезти из объятий одеяла, но сильная мужская рука крепко обвила талию и быстрым движением притянула к себе.       — И куда ты собралась? — сонно протянул истребитель, прижимаясь ещё ближе и зарываясь лицом в растрёпанные волосы девушки. — Ты думаешь, я так быстро отпущу тебя?       Смятение и стыд вновь нахлынули с головой, не позволяя сказать ни единого слова. Да и что она может сказать, как может объясниться, она ведь не понимает, что на неё нашло. В голове всё хранилось в мутных обрывках, но главные моменты криков и стонов она прекрасно помнила.       Как можно адекватно рассуждать о своём поступке, принять своё непристойное поведение. Так просто отдаться своему лучшему другу целиком и полностью. Парень увидел обеспокоенную растерянность девушки, слегка привстал и осторожно положил её на спину, нависая сверху и рассматривая свою красную, как спелый помидор подругу.       Томиоку данное явление очень забавило, а пробуждение в объятиях любимого человека радовало каждую секунду. В своих желаниях он всегда представлял всё немного иначе, первый поцелуй и близость должны были пройти более осознанно, романтично и особенно тепло, точно не на пьяную голову одного из них.       Жаловаться на случившееся Гию точно не хотел, жизнь истребителя всегда висит на волоске и зависит от выпавшей удачи, поэтому эту ночь он точно запомнит, как одну из самых лучших в своей жизни. Но Томиока знал, если бы ему выпал шанс повторить, он бы не раздумывал ни секунды.       — Вчера ты хотела поговорить со мной о Шинобу, верно? Если твой порыв чувств открывается только во время ревности, может мне стоит почаще проводить время с женщинами? Что думаешь? — слегка улыбнувшись проговорил парень, убирая волосы с лица девушки.       Пазл сложился в голове моментально, и количество выпитого алкоголя тоже напомнило о себе ещё больше. Громкие крики, надоедливая ругань, а после крики уже совершенно по другому поводу, от которого кожа до сих пор покрывалась мурашками, стоило вспомнить возбуждённое лицо Гию.       Неужели всё время она не понимала самого важного и простого в своей голове и сердце. Не понимала, что на самом деле любит совершенно другого человека и не готова делить именно его? Возможно ли, что вновь чувство собственности и эгоизма сыграло с ней злую шутку и именно оно сподвигло совершить необдуманный и глупый поступок.       Но если это была минутная слабость, тогда почему она вновь хочет его поцеловать и не вылезать из его объятий. Остаться с ним и никогда не покидать Гию Томиоку.       Томиока сразу же заметил глубокую задумчивость девушки. Она хлопала глазами подобно ребёнку, продолжала покрываться румянцем и слегка покусывать вдоволь искусанные губы. Гию аккуратно и медленно приблизился к её пухлым губам, которые на удивление приближались к нему и отвечали полной взаимностью.       Считанные миллиметры — и он снова прикоснётся к ней, вновь поцелует её сладкие губы и будет самым счастливым человеком этим утром. Секунда. Их губы встречаются, но на этот раз очень осторожно, нежно и невинно. Томиока аккуратно поглаживает талию мечницы, боясь сделать больно и неприятно. Сейчас он хочет лишь осознанного поцелуя, даже если ни о каком продолжение и не стоит мечтать.       — Я…Мне… Томиока… — пытаясь собраться со спутанными мыслями и что-то сказать смущалась девушка, гладя в тёмно-синие глаза парня и слегка отстраняясь от поцелуя. Что же с ней такое, что происходит, почему она мямлит, как маленький ребёнок. Он так близко к ней, так желанно, но алкоголя в крови ни грамма, значит — это чувства? Она любит его? А любит ли её он? Он всегда ухаживал, проявлял заботу, но никогда не говорил, что любит. Ни разу не произнёс этого слова…       — Мне кажется, то что произошло между нами… — не успев договорить, девушка заметила приближающего ворона и краснея натянула одеяло ещё выше. — Собрание! Собрание в штабе охотников на демонов! Срочно! Срочно! — громко прокричал ворон Уз, не понимая какой момент он испортил своим присутствием.       — Нам нужно собираться, иначе глава будет очень расстроен, что столп воды опоздал на важное собрание — проговорила девушка, слегка улыбаясь и выглядывая из уютного домика.       — Обещай, что мы закончим наш разговор, можешь прийти ко мне сегодня вечером, если кого-то из нас не отправят на новое задание — спокойно, но слегка усмехнувшись проговорил мечник, падая рядом с подругой.       — Хорошо, только можно я схожу в душ перед тем как мы отправимся в путь? — мечница осторожно встала с футона забирая одеяло и заворачиваясь в смешное подобие гусеницы.       — Если хочешь, я могу… — начал говорить столп воды, но был резко перебит своей возлюбленной.       — Нет, в душе я справлюсь сама. Спасибо.       — Я хотел лишь сказать, что могу заварить тебе чай, — с хохотом протянул мужчина, умиляясь красному лицу Т/И.

***

      Когда девушка вышла из ванны, охотник стоял у двери как ни в чем не бывало и внимательно разглядывал свою катану. Несколько багровых пятен не были скрыты под одеждой и Т/И мысленно корила себя за свои действия, из-за которых у них могут быть очень неудобные вопросы.       Нынешняя форма мечницы, скрывала все отметины на женском теле за исключением одного единственного засоса, что красовался около уха, выдавая бурную ночь. Медные, распущенные волосы скрыли последнюю улику и вернувшись к своему другу они отправились в путь, не проронив ни слова.       Обычно собрания шли не слишком долго, и Т/И не успевала заскучать, как минимум всегда можно было потренироваться, но сейчас тело не хотело абсолютно ничего. Душа и тело желали спокойствия и принятия, что сегодняшняя ночь навсегда изменила дружеские (а были ли они вообще дружеские?) отношения молодых людей.       Погода ухудшалась каждую минуту, грозовые, серые тучи набежали вместе с прохладным ветром, что было в самый раз в вялом состоянии охотницы. Единственной проблемой могло стать появление нового задания в жизни и внутренний голос твердил, что сегодня она обязательно отправиться в путь, отбрасывая мечты о беззаботной ночи.       С одной стороны, на какое-то время она освободится от разговора с Томиокой, так как ответа на вопрос у неё нет и что она может поведать своему другу неизвестно. С другой стороны, она абсолютно уверена, что не желает расставаться с Гию и не решённая тема будет мучить её из раза в раз.       Ответы про Шинобу мечница так и не получила, что случилось между столпами, до сих пор оставалось большой тайной. Каждая новая мысль отдавалась болезненным укусом на внутренних сторонах щёк. Какая же дерьмовая привычка!       Собрание подходило к концу и краем уха, Т/И услышала нужную информацию. Томиоку отправляли куда-то на запад, название пункта она не расслышала и недовольно цокнув увидела летящего с бешенной скоростью собственного ворона. Видимо разговор сегодня точно не состоится. Девушка хотела попрощаться с Томиокой, но резко вздрогнула от громкого мужского голоса сзади.       — Т/И Т/Ф, блестяще выглядишь сегодня, тебе очень идут распущенные волосы, но на твоём месте я бы их украсил, — улыбаясь проговорил столп звука. — Господин Тенген? Здравствуйте, спасибо за комплимент, но не думаю, что моя «блестящая» персона заслуживает вашего внимания, до свидания! — повернувшись с безразличным лицом проговорила мечница скрестив руки на груди.       Обида на Узуя не так сильно трогала (после такой ночи думать о чём-то другом бесполезно), но простить ему такое хамское поведение вчера, охотница не могла и не хотела. Чувство гордости брало своё и не позволяло появляться какой-либо эмоции на её лице.       — Т/И…послушай, прости за вчерашнюю грубость, я был очень резок с тобой… Ты мне правда нравишься, и я не смогу успокоиться, пока не получу твоё прощение. Ты можешь дуться на меня, сколько душе влезет, но позволь сделать тебе небольшой подарок — улыбаясь и достав из кармана непонятную маленькую вещицу Узуй осторожно поправил прядь и зацепил на волосах аккуратную серебряную заколку в форме цветов Глицинии, осторожно убирая волосы за ухо, — Ох, Т/И, что это у тебя на мочке уха…       Щёки покрылись красочным румянцем, во рту пересохло, а сердце казалось вот-вот выпрыгнет из груди. Быстро поправив волосы вперёд, она глупо улыбалась и засмеялась, хлопая глазами:       — Ох, не поверите, мой ворон вчера со всей силы укусил меня за мочку уха клювом. Было так больно и теперь некрасиво…спасибо большое, за заколку, она прекрасна. Мне очень приятно получить подарок, буду носить её вспоминая о вас, Господин Тенген! Узуй громко рассмеялся и коснувшись плеча девушки улыбнулся:       — Ничего страшного, просто кому-то нужно лучше воспитывать своего ворона. Твоего лучшего друга видимо покусал ворон куда больше. Думаю, что не просто так Томиока не пришёл на праздник, а Шинобу пришла после…вон сама посмотри.       Девушка словно в замедленной съёмке повернула голову и увидела того, чьё имя кричала всю ночь, рядом с довольным столпом насекомого. Шинобу мило улыбалась в лицо без эмоционального и холодного Гию, секунда и зрачки расширяются, а брови идут наверх. Кочо быстро целует Томиоко в щёку и покидает его, сказав что-то на прощание. Удивление смешивается с шоком, гневом, смехом и (обидой?). Она смотрит в сторону и ловит четкий взгляд тёмно-синих глаз на себе. Мечница поворачивается к столпу звука, улыбается и поблагодарив ещё раз целует в щёку, направляясь к своему лучшему другу, который абсолютно не доволен увиденной картиной.       — И что это было? — чуть слышно спрашивает мечник, вопросительно поднимая бровь.