15
29 мая 2022 г., 09:26
С каждым ударом небо трещало, словно стекло под молотом. Духовная сила Старейшины Илина ощущалась повсюду — волнами, которые гнали пыль, заставляли стены гудеть, а богов — невольно отступать. Они смотрели на него с благоговением и страхом. Такой мощи в Небесной столице ещё не было.
Тем временем Цзюнь У, стиснув зубы, удерживал саму столицу, не давая ей рухнуть в смертный мир. Его духовная сила окутывала города, храмы, даже облака — как купол из воли.
— Хватит! Сдавайся! — закричал Вэй Усянь. Его голос был как раскат грома. — Тебе не победить!
— Ты прав. — Демон ночей усмехнулся, облизывая губы. — Мне не победить... Но у тебя есть слабость. Та, из-за которой ты проиграл в прошлый раз.
Он исчез. Просто растворился в воздухе — и мгновенно оказался за спиной Императора.
— Цзюнь У! — крикнуть Вэй не успел.
Но кто-то другой успел — меч прорезал воздух, ударив всего в сантиметре от демона. Он отшатнулся, не веря своим глазам.
— Что?!
— Эмин! — выдохнул Вэй.
— Уж прости. Задержался. — Хуа Чен шагал по разрушенным улицам столицы, кровавые отблески пожара отражались в его серьёзных глазах.
— Где Хэ Сюань? — Вэй нахмурился.
— Рыба скоро приплывёт, — отмахнулся тот.
— Вас ничего не смущает?! — заорал Демон. — Я, между прочим, всё ещё здесь!
— И правда. — Хуа Чен даже не обернулся. Демон взревел, но его игнорировали. Он рванулся вперёд, и снова Цзюнь У среагировал первым — ударил сбоку.
— С меня хватит! — выкрикнул Демон. — Техника: Печать Феникса!
Из его спины вырвалась духовная форма — феникс, весь из огня и чёрного пепла, с изогнутыми крыльями. Воздух вокруг зашипел от жара.
— Не может быть… — прошептали в толпе. Даже древние боги узнали эту технику.
— Диди… — Вэй выдохнул. — Это знаю. Печать Солнца и Луны.
— Нет! Остановись! — закричал Цзюнь У. Его голос дрожал. — Ты умрёшь, если используешь её один!
Это был второй раз, когда Небесный Император плакал. Первый — когда Вэй умирал у него на руках.
Вэй посмотрел на него спокойно. Его духовная энергия вибрировала, расходилась кольцами — давлением, которое гнуло колонны.
— В этот раз всё иначе. Знаешь, почему она называется Печатью Солнца и Луны?
— Солнце сияет только потому, что рядом Луна… — прошептал Цзюнь У, с трудом удерживая голос.
— А Луна светит, потому что её отражает Солнце. Первая печать была неполной. Тогда я был один. А теперь… у меня есть ты.
Цзюнь У закрыл глаза. Его духовная сила резко изменилась. Она стала чище, яснее — словно кристалл, наполненный решимостью.
— Давай сделаем это вместе.
Он протянул руку. Вэй — принял её.
И тогда… вокруг них появился круг. Не иллюзия — духовный символ. Полумесяц и сияющее солнце закружились вокруг их тел, вытесняя воздух, как вихрь. Это не была магия. Это была техника, которую могли исполнить лишь два человека, духовно связанные на уровне сердца.
Их тела вспыхнули аурой — одна золотая, другая серебристая. Они одновременно прошептали:
— Печать Солнца и Луны.
Из их спин вырвались две цепи: одна — из света, другая — из тени. Они переплелись в воздухе и вонзились в тело Демона.
— НЕЕЕЕЕЕТ! — завопил он. Его тело начало разрываться духовной энергией. — Так не должно быть!
Он рухнул на колени. Вэй подошёл к нему. Не с ненавистью — с сожалением.
— Ты мог быть великим. Но ты выбрал путь эгоизма, гордыни и страха.
Люди для тебя — ничто. Ты ставил себя выше всех.
В следующей жизни… не повторяй этой ошибки.
А сейчас… засыпай, мой ученик.
Вэй Чан.
Демон дрожал. И вдруг — улыбнулся. Тихо. Без злобы.
— Да… мастер…
И растворился в свете. Его духовная сущность исчезла навсегда.
-
"Много лет назад. До столицы. До славы. До всего.
Пустынная вершина.
Камни. Песок. Ветер.
И он — Вэй Ин. Один.
Он стоял, босой, в выжженной долине. Ветер рвал одежду, духи земли шептали о гибели. Здесь недавно был бой. Здесь он проиграл.
На его коленях лежал молодой парень — с разорванной грудью, с чёрной кровью, капающей на ладонь Вэя.
— Почему? — прошептал он. — Почему ты предал меня, Вэй Чан?
Парень не ответил. Только усмехнулся сквозь кровь.
«Ты был слишком добр. Слишком чист. Слишком глуп.»
Он умер.
И Вэй остался один.
Он поднялся. Его духовная сила была нестабильной, словно сорвавшаяся река. Он чувствовал, как тени пытаются взять верх. Он не хотел стать монстром… но и не мог больше быть прежним.
— Мне нужно что-то иное. То, что удержит чудовище внутри.
То, что сможет удержать таких, как он.
Он опустился на колени. Прямо там, где впиталась кровь.
Он вытянул руки. И начал тянуть из своей души два потока.
Первый — белый, как утро: всё то, что он когда-либо защищал — улыбка матери, смех учеников, первые слова Цзюня У: «Шифу, я хочу быть сильным…»
Второй — тёмный, как бездна: крики, боль, предательство, одиночество, и имя, которое больше нельзя произносить.
Он попытался соединить их. Но они отторгали друг друга. Раз за разом. Он падал. Пытался снова. И снова.
На седьмой день… он не встал.
Он лежал в пыли. Духовная энергия медленно вытекала, как кровь.
«Если я умру — пусть так. Но если выживу… я завершу это.»
Тогда луна поднялась над горизонтом.
И солнце — встало напротив, на рассвете.
Два света сошлись на его теле.
Он поднялся. На этот раз — с покоем в сердце.
— Солнце и Луна. Свет и Тьма.
Они не противостоят.
Они дополняют.
Он встал между ними и поднял руки. Не силой — пониманием. Не яростью — равновесием.
И тогда из его ладоней вышли две духовные цепи — серебряная и золотая. Они обвились, как дыхание и выдох, как взгляд и слеза, как он и тот, кого он больше всего любил.
— Я назову её Печатью Солнца и Луны, — прошептал он. — И пусть она станет ключом.
Не к победе. А к… прощению.
Он упал. Заснул на вершине. И в ту ночь впервые не было ни зла, ни света. Только тишина.ды, он взял руку Вэй Усяня и сказал:
— Пора перестать бояться будущего. Пора жить."
