Парфюм двух Тони Старков

      — Следующее дело! — женский голос звучал строго и буднично, отражаясь от стен большого, но отчего-то совершенно пустого зала суда, куда конвой завел Локи Лафейсона буквально под белы рученьки, чтобы исключить любые возможности как побега, так и простого неповиновения, что не могло не раздражать асгардца.       В голове у Локи и так роилось слишком много мыслей, которые своим жужжанием умудрялись перебивать даже друг друга, что уж говорить о посторонних звуках вокруг. Происходящее все еще казалось ему какой-то неудавшейся шуткой, либо шедевром воображения, сном, чем-то далеким от реальности настолько, насколько это только могло быть возможно. Но ни легкие щипки самого себя, ни попытки воззвать к магии не увенчались совершенно никаким успехом, заставляя асгардца все больше убеждаться в реальности и неизбежности происходящего. Ошейник, плотно прилегающий к коже молочной шеи, мало того, что ощущался особенно унизительно, приравнивая царевича к низшей касте существ, так еще и полностью блокировал любые магические способности трикстера, приравнивая его к обычному смертному существу. На удивление, Локи еще удавалось каким-то образом сохранять человеческий облик, — по всей видимости, не в магии было дело, а в том, что он был не полноценным йотуном, лишь полукровкой. Он едва заметно вздрогнул, когда захлопнулась дверь позади, а взор скользнул по искусным мозаикам на стенах зала, все из которых объединяла общая идея. Трое верховных, что стояли у истоков самой истории и решали, как именно та будет вершиться, — все ровно как в том коротком промо-ролике, который Локи был вынужден посмотреть незадолго до импровизированного суда.       — Лафейсон, Вариант L1130. Он же, Локи Лафейсон, обвиняется в нарушении последовательности 72089. — Локи вскинул брови, вынужденно становясь к пьедесталу и поднимая взгляд на ту, у кого хватило смелости и наглости пытаться его судить. Перед ним за огромным столом, выполненным под мрамор и заваленном кипами папок и бумаг, сидела чернокожая женщина, которой на вид было не более тридцати лет. На ней был коричневый пиджак, а поперек груди, с левого плеча, спускалась цветастая лента. За её спиной красовались три вырезанные из дерева фигуры голов тех же существ, мозаики с которыми испещряли стены здания суда.       Он поднял голову и в тот же миг встретился взглядом с карими глазами напротив, что не выражали ничего, кроме усталости, — очевидно, у этой дамочки таких дел в день было немало, особенно учитывая количество документов на ее столе. Выступавшая в роли судьи девушка же сложила руки перед собой, сцепляя пальцы в замок, после чего продолжила заготовленную и отскакивающую от зубов обвинительную речь, изредка заглядывая в папку перед собой. Очевидно, это то дело, которое и было заведено на Локи.       — Что вы ответите? — она повела плечами, на пару мгновений замолкая и предоставляя слово обвиняемому. Губы Лафейсона тронула нервная усмешка, которая обнажила ровные ряды зубов и заставила появиться морщинки в уголках глаз трикстера.       — Мадам. Бог ни перед кем не отвечает. — Локи откровенно издевался, совершенно не воспринимая всерьез происходящее и, наоборот, радуясь тому, что ему выпал шанс избежать как лишней нервотрепки в борьбе со Мстителями, так и дешевых оправданий перед Таносом касательно своего провала в Мидгардской битве. — Слушайте, это было увлекательное представление, но мне правда уже пора домой.       — Так вы виновны или нет, сэр? — на какое-то мгновение Равонна Лексус Рейнслейер, выступавщая в роли судьи по данному делу, вскинула брови, не до конца осознавая позицию Лафейсона и ожидая от него более конкретизированного ответа. И, недолго думая, асгардец все же решил ей немного подыграть.       — Виновен ли я в том, что я — бог обмана? Да. В том, что считаю все это скукой смертной? Да. Но виновен ли я в нарушении вашей священной линии времени? — он намеренно интонационно выделил последние три слова, чтобы еще раз подчеркнуть всю абсурдность происходящего, после чего добавил, — Простите, но вы взяли не того. — и вновь на его губах расцвела самодовольная улыбка. Он в упор, не отводя взгляда, смотрел на девушку, дерзко взявшуюся судить богов.       — О, неужели? А кого должны были? — пока судья задавала вопросы, Локи успел осмотреть помещение детальнее и даже заметить пару людей, на которых была такая же форма, что и на судившей его девушке, подмечая про себя, что это наверняка были работники этой же конторы, но уже выступавшие в роли присяжных. Ситуация переставала казаться до абсурда остроумной, как и мало смахивала на неудачный розыгрыш.       — Мстителей, я полагаю. — заметив некоторое недоумение на лице девушки, Лафейсон поспешил продолжить. — Тессеракт оказался у меня исключительно потому, что они путешествовали во времени. Несомненно, в тщетных попытках помешать моему восхождению на престол.       Локи оказался так увлечен попыткой на полную использовать свой дар убеждения, что не заметил, как успела распахнуть дверь позади него, и как взгляд Равонны переместился ему за спину. В помещение зала суда зашел еще один конвой работников УВИ, сопровождающий уже нового обвиняемого, который, очевидно, также как и Локи, не до конца понимал, что здесь происходит. Обвиняемым этим оказался никто иной, как Энтони Эдвард Старк, который был также одет в нечто, больше напоминавшее тюремную робу, также, как и асгардец, распинавшийся в попытках оправдать себя у трибуны. На смуглой шее также красовался ошейник, несмотря на то, что едва ли у него могли быть какие-то сверхъестественные способности, которые следовало бы контролировать. Очевидно, это была стандартная процедура, выполняемая в отношении всех попаданцев в УВИ.       — Это серьезные обвинения. — Равонна вернулась взглядом к трикстеру, хмурясь и еще раз бросая взгляд в папку, лежащую перед ней на столе.       — Поверьте, дело пахнет парфюмом сразу двух Тони Старков. Если ищете преступников против времени, то вам нужны они. Вы могли бы предоставить мне рабочую группу и ресурсы, чтобы я смог вернуться и устранить их для вас. — Лафейсон активно жестикулировал, разводя руки в стороны и с улыбкой глядя на девушку, которая отчего-то совершенно не разделяла его энтузиазма.       Тони Старк не был бы Тони Старком, если бы не захотел вставить свои пять копеек при такой удачно подвернувшейся ему возможности.       — На удивление тонкое обоняние для того, кем пробили бетонный пол, по меньшей мере, трижды. — мужчина улыбнулся обернувшемуся на него трикстеру, но улыбка быстро пропала после одергивания его конвоем за и без того ноющее от боли плечо. Но необходимый эффект был достигнут, и теперь внимание всех присутствующих оказалось прикованным к нему.       — Тишина. Мы тут не для того, чтобы говорить о Мстителях. — девушка не скрывала легкой утомленности, вызванной происходящим. Она быстрым отрепетированным движением руки указа конвою, чтобы вывели следующего обвиняемого, пока не закончилось рассмотрение дела Лафейсона. — Их действия должны были произойти. А вот ваш побег — нет.       Равонна подалась корпусом вперед, отчеканив последнюю фразу, и благородно замолкла на пару мгновений, чтобы у Локи, который явно не меньше нее был удивлен появлению здесь одного из вышеупомянутых Мстителей, было хоть какое-то время на переваривание услышанного и осознание происходящего.       Локи же сперва обернулся на слишком знакомый и до боли раздражающий голос, прозвучавший позади него, а затем повернулся к Равонне, указав ей рукой на Старка. Они со Старком успели коротко пересечься взглядами, а затем трикстер заливисто рассмеялся, произнося после этого короткое и язвительное «ясно».       — Не должен произойти, значит? А решает это кто? И почему тогда Железный Человек, с таким же модным аксессуаром на шее, стоит в очереди сюда же? — Локи усмехнулся, выжидающе глядя на девушку напротив в надежде услышать хоть какое-то мало-мальски логичное объяснение всего ныне происходившего в стенах здания, что теперь больше напоминало ему цирк нежели суд.       — Хранители Времени. — ответ не заставил себя ждать, но вот только лишь подлил масла в огонь, поскольку судья говорила об этом серьезно, как о чем-то само-собой разумеющемся и очевидном, и Локи от этого чувствовал себя как его сводный брат, пытавшийся в свое время понять некоторые советуемые Лафейсоном книги, — идиотом. Но и падать в грязь лицом он не собирался, а потому решил, что если уж и плеваться ядом, то до победного.       — А, Хранители, точно. Ну, тогда, видимо, мне с ними и стоит поговорить. — асгардец решил придерживаться стратегии, гласившей, что проще договариваться сразу с теми, кто стоит на вершине пищевой цепочки, а не с мелкими сошками по типу той, что сейчас готова была с важным видом зачитать ему приговор. — С глазу на глаз. — Локи подмигнул, подняв выжидающий взгляд.       — Мне жаль, но они слишком заняты.       — Заняты? А что они делают?       — Регулируют временной поток. — хоть его невольная собеседница и отвечала слишком слаженно и уверенно, Локи сразу заподозрил, что что-то во всех этих россказнях о священном временном потоке было абcурдным. Да что там, все с каждым мгновением пребывания в УВИ все больше казалось ему какой-то дикостью и откровенной издевкой.       — Понятно. А вы что делаете? — Локи указал пальцем на судью, напрочь отбросив манеры в сторону и решив пойти в наступление.       И провокация сработала: в глазах судьи промелькнуло недоумение, а ответила она несвязно:       — Регулируем временной поток, действуя согласно их регуляциями, — стоило Локи открыть рот, дабы возразить, как девушка, даже не тратя время на то, чтобы перевести дух, уже более агрессивно и громко продолжила, отрезая на корню возможности дальнейших пререканий. — Вину признаете?       И трикстера такой поворот событий, разумеется, не устроил. Ему надоело ломать комедию и тратить свое время на всю эту шайку клоунов.       — Виновен… Вот в этом. — он плавно поднял руки, расставляя пальцы в стороны и сосредотачиваясь, чтобы атаковать. Резко сжав кулаки и дернувшись, словно импульс энергии пронзил его тело, Лафейсон резко нахмурился, чувствуя, что совершенно ничего из задуманного им не произошло. Это раздражало еще сильнее, заставив его хмуриться. Более того, судя по тому, что никто из конвоиров даже не шелохнулся в попытке его остановить, всем было известно заранее, что ничего у мага не выйдет. Но асгардец не стал сдаваться и, не без легкой улыбки, попробовал снова, а затем снова. Никакого результата не последовало.       — Что он делает? — судья с толикой недоумения взглянула сперва на него, затем на облаченных в броню конвоиров, надеясь найти ответ на озвученный вопрос.       — Пытается воспользоваться суперспособностями. — с самодовольной улыбкой отвечает одна из агентов УВИ, что вела его под суд минутами ранее.       — Гадство! Почему не работает?! — теперь уже он действительно злился, ведь спектакль зашел весьма далеко, но ему не было ни конца, ни края. Смилостивившись над недоумевающим подсудимым, Равонна решила внести ясность.       — Суперспособности? Они не работают в УВИ, мистер Лафейсон. — произнесла она вкрадчиво, после чего повысила тон. — Суд признает вас виновным, и я приговариваю вас к сбросу. — деревянный молоток со звонким звуком опустился на подставку, тем самым финализируя приговор и отрезая возможность дальнейших обсуждений.       — К сбросу? Что это значит?! Это плохо? — сейчас Локи уже откровенно паниковал, ведь к нему тут же подошли сотрудники, чтобы вывести из зала. — Что это такое? Не вам, смехотворным бюрократам, диктовать финал моей истории!       — Это не ваша история, мистер Лафейсон. — сухо отчеканила судья, даже не глядя более на трикстера, безуспешно пытавшегося вырваться из цепкого захвата агентов УВИ. — И никогда не была.       — Да вы понятия не имеете, на что я способен. — с каждым мгновением голос его звучал все отчаяннее и злее.       — Следующий, пожалуйста! Старк, Вариант S3172. Он же, Энтони Эдвард Старк, обвиняется в нарушении последовательности 72089. — девушка отвернулась от Локи, но асгардец успел подметить, что Старка судить собираются за ту же временную линию, что и его самого.       И, судя по всему, это успел заметить не только Локи.       — Кажется, я имею понятие. — один из тех, кто выступал присяжным, поднялся с места, пока Старка заводили в судебный зал уже во второй раз. — Имею понятие, на что он способен.       Теперь взгляды всех в зале были прикованы к седовласому мужчине с усами, что только что, кажется, почти высказался в защиту Лафейсона.       — Подойди-ка сюда. — Равонна кивнула на пьедестал, где мгновениями ранее стоял Локи, и мужчина безропотно подошел ближе, чувствуя на себе недоумевающий взгляд осужденного царевича. — Если ты думаешь о том, чтобы попытаться оправдать его, то это плохая идея.       — Просто у меня есть предчувствие, что нужно подождать, пока мы опросим всех. Слишком много тех, кто числится обвиняемым по одной временной линии, возможен сбой. — мужчина звучал спокойно, и по взгляду Рейнслейер было ясно, что у него с ней весьма доверительные отношения. — Нужно поговорить со всеми.       — Если хоть что-то пойдет не так, то расхлебывать будешь сам.       — Идет. — он кивнул, а затем добавил чуть тише. — Всегда смотрю на тебя снизу вверх, и мне это нравится. Надеюсь, это уместно. — попытка разбавить атмосферу сработала, и взгляд девушки смягчился. Мужчина повернулся сперва к Старку, которому только предстоял суд, а затем к Локи.       — А ты кто такой? — асгардец, не прекращая попыток вырваться, смотрел на мужчину, который, кажется, только что спас ему жизнь, либо отсрочил приговор.       Мобиус коротко улыбнулся, подходя к нему и выводя из зала суда в один из многочисленных коридоров УВИ.