Кровь и плоть

*** Долго ждать действительно не пришлось. В таком месте ощущение времени довольно быстро притупляется и сводится к нехитрому тюремному распорядку. Однако можно было сказать, что, - хотя часов прошло порядком, - до нового дня было еще далеко. В подвал снова спустился один из тюремщиков в сопровождении человека в темерской форме, и направились они прямиком к камерам с «белками». - Ну? – закончив что-то бормотать себе под нос, содержательно поинтересовался охранник, позвякивая ключами. Темерец оглядел подобравшихся эльфов, подошел ближе к камере с женщинами, внимательно их разглядывая, и в конце концов определился: - Вроде эта, - он ткнул пальцем в Верноссиэль. – Ты, на выход и не рыпайся. Вот так, сразу, - усмехнулась бригадирша, послушно поднимаясь, - и без глупых прелюдий. Эльфы, кто мог, подошли ближе к решеткам, кто-то из «белок» монотонно и апатично ругался за их спинами. - Bod yn gryf, sor'ca, - пожелал Аэгар. Верноссиэль кивнула, и позволила темерскому солдату увести себя навстречу предстоящему испытанию. Идти, как и ожидалось, далеко не пришлось, хотя несколько удивляло, что Роше ожидал «белку» не в известным образом оборудованной допросной. Нет, это был вполне себе приличный кабинет, вмещавший в себя два стола, один из которых сейчас был занят бумагами и писчими принадлежностями, лавку у входа, несколько стульев и даже массивный, грубый напольный подсвечник, на котором ввиду ранних осенних сумерек уже чадили дешевые толстые свечи. На звук открывающейся двери Роше отвернулся от единственного узкого окна, для верности забранного решеткой, и коротким взмахом отпустил своего человека. Только тогда тот наконец отпустил руку эльфки, и Верноссиэль едва удержалась от того, чтобы, морщась, не растереть плечо. Но проявлять слабость под этим бесстрастным темным взглядом даже в такой мелочи было бы опрометчиво. Между тем Роше не торопился, подробно рассматривая пленную эльфку пару изматывающе долгих минут. Когда он все-таки заговорил, невольно захотелось вздохнуть с облегчением, однако внешне это желание никак не проявилось. Верноссиель равнодушно смотрела перед собой, как будто происходящее вокруг вообще никоим образом ее не касалось. - Какая очаровательная «белочка» вдруг попалась в клетку, надо же… И с секретом, - спецагент дернул краешком губ, чуть обозначив усмешку, и вдруг без перехода резко бросил. – Группой командовала ты, так? Верноссиэль заколебалась: конечно же, она не собиралась что-либо отвечать, вот только… - Да, - хладнокровно признала эльфка. - Хорошее начало, - одобрительно кивнул Роше без издевки. – Всегда приятно общаться с умным собеседником. Он чуть прошел вперед, остановившись напротив женщины и, небрежно оперевшись бедром на свободный стол, благожелательным тоном пояснил, будто действительно всего лишь вел легкую непринужденную беседу с давним знакомым: - И сильно экономит время, когда не приходится долго объяснять, что спрашивать можно по-разному, - спецагент сам вслух озвучил овладевшие эльфкой сомнения. – Даже если смолчишь ты, - вас в клетке достаточно, и рано или поздно кто-нибудь все равно мне расскажет то, что я хочу знать. Так зачем доводить до всяких крайностей? Что бы обо мне не говорили, я вовсе не получаю удовольствия от пыток… Тем более от пыток красивых женщин. - Ну да, - презрительно выплюнула Верноссиэль, - обычно подобные вам dh*oine, прежде чем убить, находят им другое применение! - Это что, предложение? – Роше скучающе выгнул брови, а Верноссиэль спохватилась, поспешно прикусывая язык. Идиотка! Ты ему еще советы начни давать, как правильно на дыбу вздергивать и пятки прижигать! А Роше кажется от души забавлялся над вспыхнувшей от гнева и ненависти после его предположения эльфки. - Неужто в надежде, что за таким приятным занятием я забуду про вопросы? - он подошел почти вплотную, заглядывая в пылающие, зеленоватые, как у большинства чистокровок глаза. И правда забавно, - он еще ничего не сделал, даже не приступил к допросу, а от мнимого безразличия у «белочки» не осталось и следа. Что ж, чтобы поколебать чужую выдержку и стойкость, действительно совсем не обязательно прибегать к пыткам и насилию. Роше с иронией поинтересовался: - Или ты рассчитываешь на что-то иное? Тогда… Жаль разочаровывать такую решительную даму, но оружия, чтобы тебе им завладеть, - при мне сейчас нет, а голыми руками ты со мной не справишься. Бежать? Так, я тебя даже удерживать не буду, для этого за дверью стража стоит. Зато, возвращаясь к началу нашего разговора, - за неосмотрительное безрассудство командира придется расплачиваться какой-нибудь другой «белочке»… Так я все-таки поторопился с комплиментами насчет ума, или? - Не-ет, dh*oine, - выдавила сквозь зубы Верноссиэль, стараясь пересилить сковавшее ее ледяное бешенство, - ты просто, как и все вы, слишком многое о себе вообразил, если хоть на мгновение допустил, что истинная aen seidhe способна предлагать себя полосатой свинье даже ради спасения жизни! - О! – на прямое оскорбление Роше лишь задумчиво склонил голову к плечу, качнув мягкими складками шаперона цвета жженого хлеба. Он сдвинулся с места, медленно и плавно обходя неподвижную эльфку со спины, но Верноссиэль буквально всем существом по-прежнему чувствовала его не отпускающий, цепкий взгляд. - Любопытно, - низкий хрипловатый голос вдруг раздался над самым ухом, обдав ее к тому же запахом крепкого табака, - а «белочка» осознает, что ее пафосное заявление, на самом деле уже сильно смахивает на торг? Верноссиэль вначале едва не подпрыгнула от неожиданности, задохнулась, не в силах подобрать достойных слов, а проклятый темерец отошел и невозмутимо устроился за столом, сцепив перед собой руки. - Осторожнее, а то, кто знает… я ведь могу отнестись к нему всерьез, - фривольному содержанию противоречил тон мужчины, вновь ставший сухим и жестким. Эльфка воззрилась на него, и внезапно нервное напряжение вылилось в смех: - Хорошая шутка для карателя, для которого развешивать моих братьев и сестер по сукам такое же естественное дело, как помочиться! - Мне тоже понравилась, - без тени недовольства согласился Роше. – Особенно тем, что я не шутил. Возможно, тем или иным образом нам удастся прийти к взаимопониманию, и тогда я захочу кого-нибудь из «белочек» отпустить на волю... Верноссиэль хотела рассмеяться ему в лицо и снова бросить что-нибудь едкое, но теперь почему-то не вышло. Роше же бесстрастно ждал, позволяя лишь малой толике заинтересованности отразиться во взгляде. Конечно, ведь сейчас даже без цепей, плетей и каленого железа он был абсолютным хозяином положения, и они оба это знали. - Ты лжешь, dh*oine, - тяжело сглотнув, эльфка первая нарушила молчание. Жестоко. Жестоко создавать иллюзию, что у смертника есть какая-то свобода выбора и надежда на спасение. - Не той ты начал рассказывать о том, как люди умеют держать слово и исполнять обещания, – Верноссиэль презрительно скривила губы, гордо вскидывая голову. - Как там у вас говорят: хороший эльф – мертвый эльф? Мы помним, мы хорошо это выучили! Я ни за что не поверю, что даже если я впрямь исполню все твои пожелания, Темерский Пес, ты отпустишь кого-нибудь из нас. Разве что в том смысле, что смерть - это тоже свобода. По мере того, как она говорила, слова скоя*таэля наполняло все больше страсти, тогда как Роше по виду несколько заскучал. Он утомленно откинулся к стене и рассеянным жестом растер переносицу. - То есть все-таки торг, - со вздохом подвел итог спецагент. От его спокойной улыбки захотелось удавиться самой.