Когда умирает звезда

Тема обнимал её. Каждый раз при встрече. Он не хотел видеть, как Тоня теряется. Он всё понимал. Понимал, что его не любят, понимал, что он лишь затмевает пустоту, но ничего с этим сделать не мог, да и не хотел. Если его не полюбят, то почему бы не получить что-то иное, такое же важное? Глупо, конечно, наивно, но почему бы и нет. Кто-то скажет, что это неуважение к себе, но ему хотелось получить хоть что-то. Создать приятные воспоминания, если так можно выразиться. Даже если потом будет невыносимо больно… Ему нравились её накрашенные губы, её тонкие руки, её глаза, кукольные ноги… Нравилось, как она обнимает его, как говорит с ним, как лежит на его груди и слушает, как бьется его сердце… Тоня старалась подарить ему тепло, которое он желал, она хотела окружить его любовью. Тема это видел. Ему было приятно, что она старается ради него… Но это было все равно не то… Не то…. — Тоня, — он смотрел в её глаза. Лицо белое, тусклое, словно из неё выпили весь цвет. Всю жизнь. Она была как черно-белая картинка. Её глаза больше не сияли, а в душе было пусто. Он это особенно четко ощущал, когда находился с ней. Её пустота давила на него, как гул давит на уши. Тема боялся думать об этом... О том, что когда ей станет проще, она выкинет его. Тема знал, что она не такая. Знал. И всё-таки, он так не правильно ей завладел. У неё не было решимости, чтобы оттолкнуть его. Так он думал. Ему не приходила мысль о том, что она тоже может его любить. Впрочем и сама Тоня не думала об этом в таком ключе. Она запуталась в себе. Распутаться сама она была не в силах. — Да, — она нежно смотрела на него, отчасти с любовью. Ноги у неё были белые-белые, словно из фарфора. Её холодные руки касались его лица, губ, волос. Она закрывала глаза, когда они лежали вмсете. тема видел умиротворение на её лице. Это грело ему душу. Приятный трепет. Люблю тебя. Люблю... — Можно тебя поцеловать? — Можно, — она покраснела. Так мило. Так очаровательно. И все равно не то. Тема чувствовал эту наигранность. Имитация икры. На первый взгляд любовь, но если попробовать на вкус, то выходит, что это совсем не то. Тема нежно обнял её… Её накрашенные губы. Её тонкие руки. Её запах. Само очарование. Так медленно, так не спеша, так аккуратно, словно она боялась ранить его… Будто он самое ценное, что есть в её жизни. Он чуть-чуть отдалился. Убрал прядку её волос за ухо. Нежно посмотрел на неё. Она отвела взгляд. — Выходи за меня. Не сейчас. Потом. После универа. Выходи за меня. Тоня покраснела. Ей было приятно. Безумно приятно. Рядом с ним она ощущала, что она дома. Когда его рука касалась её, то внутри все сжималось. сердце бешено билось. однако никакого волнения Тоня не испытывала. Скорее наоборот. Рядом с ним ей было спокойно. Рядом с ним ей было тепло. Его широкие плечи. Его красивые руки. Мягкие на ощупь волосы. то, как он с ней говорил. Тоне было хорошо с ним. Интересно поговорить, приятно помолчать. Когда Тоня сказала об этом Теме, то тот ответил, что молчание одна из форм коммуникации. Она посмеялась. Это в его манере. — Я подумаю, — и обняла его. Крепко. Её сердце бешено билось. Она хотела сказать да. Но испугалась. Она боялась, что он тоже её бросит. Тема знал, что она откажет. Но никогда не думал, что она изменит ему… Они не встречались, и все же, когда у вас такие отношения, то это сложно воспринимать как измену, ведь так? Вроде как да. Вроде как разрешается. Тема не вдавался в подробности. — Я тебе изменила. — Тоня смотрела в его глаза. Все та же нежность, смущение и стыд. — Я не хотела делать тебе больно, но все равно сделала… Она еще что-то говорила, но Тема её не слышал. Не смотрел в её глаза. Чуть позже он узнает, что она соврала. Что просто не хотела быть с ним. Но почему-то не сказала об этом прямо. Словно хотела сделать по больнее. Уколоть как можно сильнее. Или это он приковал её к себе? Зачем? Для чего? Ради чего? Он не знал. Не хотел знать. Хотел лишь держать её руку. Хотел её любить. Зачем делать больно? Ответа не было. Они с Тоней больше не здоровались. Коля закурил. Не в первый раз, но и не в последний. Время шло и шло. С Тоней они так не поговорили. Оставили все как есть, в том числе и токсичную атмосферу. Слов или действий не было. Даже жгучих взглядов. Просто находиться рядом было не приятно. Каждый ожидал подлянки. Тоня уволилась с работы. Коля написал статью. Тоня рассталась с Темой. Коли написала бывшая. Света… Света… Света… Её имя было как молитва и проклятие одновременно. Иконка в вк. Пишет. В сети. Пишет. Пишет. Пишет… Сообщение за сообщением. Письмо за письмом. Света. Имя как мед с ядом. Вроде приятное, а вроде внутри не по себе. Коля давно понял, что чувств нет. Нет ни любви, ни сожаления. Но сейчас только её имя его пугало. Он боялся читать, что она писала. Не мог набраться смелости открыть с ней диалог. Но стоило это сделать, стоило сказать привет, как все внутри перевернулось. Исчезли те или иные имена. Исчезли фразы… Все перестало иметь смысл. Лишь её имя на кончике языка, словно молитва и проклятие одновременно. Коля был ошеломлен. Не знал, что сказать, что написать. О чем жалеть. Что ненавидеть. Однако согласился с ней встретиться. Теперь на его шеи были следы от другой девушки. Но он это не скрывал. Он хотел, чтобы Тоня ревновала. Тешит самолюбие, что-то вроде этого. Однако она сломана настолько, насколько возможно. Даже не обратила внимание. Или обратила, но никак не отреагировала. А вот он обратит… Заметит боль и разочарование. Заметит пустые глаза. Ничего не скрыть. Тоня ходила как приведение. Чем дальше в лес, тем больше дров. она сама себя винила в том, что чувствовала. Сама виновата, в том что произошло. И она об этом жалела. Зато он обратил внимание на порезы. Тонкие белые руки. Он не знал с чем сравнить. Разве что с ненавистью к себе. Разве что с отвращением к себе. В разброс. Глубокие и не очень Хаотичные. Ярко красные. Болели сильно…. Должны болеть сильно. Выглядит ужасно. Отвратительно. Белые руки в красных полосах. Только вот это не его проблема. И никогда его проблемой не была. Не будет. Не станет. Звезда сгорела. Впрочем, не суть важно… Или важно? Он ещё не решил, но ничего говорить по этому поводу не собирался. Зачем? Смысла нет… Или есть? Он посмотрел на Тоню. На тонкие руки… На пустые глаза. Еще чуть-чуть и она убьет себя. Уверенность в этом… — Тоня, подойди пожалуйста, — уже после занятий. Как в прошлый раз. Как тогда, когда он отшил её. Как в тот раз, когда она смотрела в его глаза… Она подошла. Она посмотрела на него, так одиноко, так печально, что в его сердце защемило. — Откуда порезы? — опять в аудитории они одни. История повторяется? Возможно. Сложно судить. Сложно сказать точно. Коля чуть-чуть запутался. Молитва по имени Света. Проклятие по имени Тоня. — Откуда засосы? — она посмотрела в его карие глаза. Мило улыбнулась. Вопрос на вопрос. Она не отводила взгляд. На любой его ответ у неё был готов свой ответ. Коля это знал. Видел по её пустым глазам. Лучше сказать, правду. Правда это лучшая политика. — Бывшая. — Ничего удивительного. — Так откуда порезы? — Тоня села на стол. Как пафосно. Она смотрела своими глазами сверху вниз. Она хотела выглядеть так. Хотела оттолкнуть его. Потому что боялась, что сломает и его. Проклятие Тони - делать всем больно. Тоня подняла рукав. — Эти от жалости к себе. — на плече было еще печальнее, чем на предплечье. — Недостойно хороша, не достаточно умна. Всего недостаточно… Не заслуживаю любви. А те что ниже… — она помолчала. Минута молчания, тишины. — Чтобы быть сильнее. Никто не сделает больнее, чем ты сам. Никто… — Врешь. — Вру. Не буду скрывать. Но как поступить иначе я не знаю. — Коля взял её за руки Он смотрел на неё так нежно, так осторожно. Пусть у них не задалось, но Тоня хороший человек. Она глупа и невинна, но и он такой же, однако это никого не делает плохим человеком. Ни её, ни его… Она заслуживает спасения. Ей нужна помощь. — Поехали ко мне выпьем чай. Ты расскажешь, что не так. — Не думаю, что идея хорошая. Тем более вашей девушке это не понравится. — Мы не встречаемся. Просто спим. Два взрослых человека спасаются от одиночества. Не более того. — И все же. Не хочу еще кому-то делать больно. — По этому поводу не переживай. — он все так же держал её за руку. Нежно, стараясь не сделать больно. — Я хочу помочь тебе, правда. — Ладно. — она слезла со стола и взяла сумку и пальто. — идем? — подождешь около выхода, я пока возьму вещи. — окей. — тоня так поступила. Она оделась и вышла, в ожидании его. Некое смущении и неловкость парили в воздухе. Но Тоня не то чтобы нервничала. Скорее она была рада. Да она была рада. — Пойдем. — Да. — и она улыбнулась. Она села в его машину. Пристегнула ремень. Он посмотрел на неё. Ремень пристёгивать не стал. Слабоумие или отвага? Ответа не было. Или был? Сложно сказать. Пробки не было. Удивительно. За всю дорогу Тоня ничего не сказала. Молчание - одна из форм коммуникации. Переживание разъедало душу. Ненависть поглощала изнутри, травила, едкая эта ненависть, слово кислота. Ожог 3-степени. Ожог души. Приятного мало. Но Коля не мог этого понять. Почувствовать не мог. Её ненависть к себе была совсем иной, не такой ненавистью, как у него. Его отвращение и печаль сжигала его изнутри, словно огонь, словно сверхновая звезда вместо сердца. Разочарование и не более того. Они доехали… Зашли к нему. Все так же в тишине. Каждый в себе. В своей печали. В своей ненависти к себе. Коля включил чайник Шурик ластился к Тони. — Впервые вижу, чтобы он на кого-то так реагировал. Даже к Саше, в честь которого его назвали, он так не лез. А к тебе вон как — Меня животные любят. Умею я находить с ними общий язык. — она нежно улыбнулась. - Моя особенность. — Завидую я тебе. — И в чем же? — Тоня продолжала гладить кота. — Во многом, если честно. Очень во многом. Но больше всего в том, что ты свободна. — И в чем же моя свобода? — она гладила кота. Почему-то у Коли сжималось сердце от этой картины. От того, как короткие волосы обнажали шею. От того, как нежно она гладила кота своими руками. Тоня знала, что свободы у неё не было, не было и власти. Вообще она не понимала значения таких простых слов. Что они значат для неё самой? Что такое эта ваша свобода? — В возможности поступать так, как считаешь нужным. Что нельзя, а что можно, где грань допустимого, дозволенного… ты сама решаешь подобное. И не боишься брать отвесность за себя и свои действия. Это ведь замечательно. — он смотрел на неё. Коля решил, что поможет Тони. - Во мне нет, того, что вы сказали. Я пустая. И еще причиняю всем боль. Я своего рода разрушитель миров. Конечно, громко сказано, но если рассматривать каждого человека как мир, то выходит, что все так. Я всем делаю больно.