ох уж этот, сука, бывший

Глава 9 Нормально поспать Омару не удалось, а виноват в этом был не кто иной, как Эдвин Рюдинг. Всю ночь Рудберга одолевали сотни мыслей. Одни твердили о том, что Эдвин прав, и долго бегать от самого себя нельзя, другие же слали Рюдинга куда подальше. Омар чувствовал, что рядом с этим кареглазым говнюком в груди вновь разливается тепло, и что хочется снова прижаться к нему всем телом. Когда наступило время съемок, вся команда собралась на месте. Эрика подозвала ребят и сказала следующее: — Омар, Эдвин, вы же помните про импровизацию? Парни одновременно кивнули, а Кальмейер засияла ярче лампочки. — Предлагаю поимпровизировать на съёмках сцены, где Вильгельм помогает Симону играть на пианино, — Эрика поиграла бровями, — а начать вот с чего: Вильгельм засматривается на Симона, пока тот играет красивую мелодию, и понимает, что в нём есть что то необычное, что то, что его зацепило в нем. Он хочет его поцеловать. Ну как? Справитесь? — Без проблем, — пожал плечами Эдвин и ухмыльнулся Омару. Вот бы ему по роже зарядить! - подумал Омар — У вас полная свобода действий и реплик! Дерзайте. Насчет всего остального не беспокойтесь, просто развлекайтесь! СВЕТ! КАМЕРА! МОТОР! «Забрав вещи из шкафчика, Вильгельм, проходя мимо комнаты отдыха, увидел Симона, играющего на пианино. Он заинтересовался и решил присоединиться к нему. Также присутствовали ещё двое парней, они были заняты своими делами, но когда в комнату зашёл принц они ушли. Вильгельм сел рядом с Симоном и начал расспрашивать его о разном. Эрикссон не владел хорошими навыками игры на этом инструменте, поэтому, тот решил показать ему несколько приёмов. Пока кудрявый парень пробовал играть по новым техникам, Вильгельм, незаметно для себя засмотрелся на него. Он думал о многом, но его не покидало желание, вновь поцеловать Симона. Эрикссон резко поднял голову и посмотрел на принца. По его взгляду было понятно, он желал того же, чего и Вильгельм. В следующее мгновение губы двух юношей соприкоснулись. В тот момент они забыли обо всём. Их не беспокоило то, что в любое время кто то может зайти в комнату. Они просто отдались ощущениям. Каждый из них вкладывал в поцелуй все свои чувства. Отчаяние. Боль. Надежду. Любовь». С каждой следующей секундой Рудберг и Рюдинг становились самими собой, переставая играть своих персонажей. Руки Рудберга не постеснялись и забрались под кофту Эдвина. Омар сдался и позволил себе дотронуться до такого родного и желанного тела, создавая резкий контраст между его холодными ладонями и горячей кожей Рюдинга. Рудберг сорвался с цепи и сделал поцелуй более глубоким, добавив язык. Рюдинг не сдержался и выпустил пошлый стон на волю, прижимая Омара к себе еще ближе, хотя между парнями и без того не было свободного пространства. Эдвин запустил пальцы в волосы Омара, чуть оттягивая их назад на затылке. Рюдинг заставил Рудберга оторваться от его мягких пухлых губ и выдохнуть от удовольствия. — Этот приемчик до сих пор работает, да, Омар? - прошептал ему Эдвин прямо на ушко . Перед Омаром, помимо члена Рюдинга, встала еще одна проблема — оставаться при всем при этом Симоном. Собственное возбуждение тоже не заставило себя долго ждать и доставляло неудобство. Рудберг окончательно потерялся в своих ощущениях. Сердце было готово выломать ребра изнутри. Он дышал тяжело и часто, позволяя Эдвину делать с ним все, что тому вздумается. Когда Рюдинг добрался до бедер Омара и стал нагло лапать его за задницу, Рудберг очнулся и отстранился. СТОП! СНЯТО! *** Пока Рудберг и Рюдинг импровизировали, прижимаясь друг к другу, Эрика билась в конвульсиях, сидя в режиссерском кресле, при этом зажав рот двумя руками, чтобы не завизжать, как школьница. Тем временем Камилла и остальные прятались неподалеку, наблюдая за парнями. Нет, они не дрочили. Хотя, при виде того, что вытворяли парни, встало бы у кого угодно, причем даже то, чего нет. «Кальмейер была права, — подумала Камилла. — Код Зеленый».