ох уж этот, сука, бывший

Половник с тестом выпал из рук и утонул в миске. Омар стал медленно поворачиваться к Эдвину лицом. Как только Рудберг развернулся всем телом, он уставился на парня и смотрел на него не моргая полминуты. Рюдингу не удалось прочитать на родном лице ни одной конкретной эмоции, и он начал немного паниковать, переминаясь с ноги на ногу. Внезапно кухню заполнил громкий хохот Омара. Он прикрыл глаза и схватился за живот. Запах подгоревшего блинчика привел поваренка в чувства, он быстро его перевернул и вновь взглянул на Эдвина. В глазах Рудберга на мгновение промелькнула искорка. — Ладно, — сказал Омар и отвернулся, будто ему предложили поиграть в приставку. Эдвин ожидал какой угодно реакции, но явно не такой. Омар-скромность-всей-Скандинавии-Рудберг только что ответил простое: «Ладно» ?! Что-то здесь было нечисто. Рюдинг раскрыл рот, но не находил подходящих слов. Он наивно полагал, что Рудберг тут же откажет, выдумав на ходу сотню причин. Но в тихом омуте Омара оказалось больше чертей, чем Эдвин мог себе представить. — Ну, ты и сучка, Омар! — воскликнул Эдвин, когда все понял. — Ты уже думал об этом, да? — он подошел к Омару вплотную и скользнул рукой под его футболку. — Признавайся, ты себе это уже представлял, да, — шепнул Эдвин на ушко, — то, как трахнешь меня. Омар мотнул головой, но румянец на щеках выдал его со всеми потрохами. Рудберг пытался сохранить спокойствие и не реагировать на ласку Эдвина, но тот знал все его слабые места. Эдвин прижал Омара к столешнице и начал покрывать его шею поцелуями, постепенно опускаясь к обнаженному плечу. — Эди, — выдохнул Омар, — я, вообще-то, пеку блинчики. — Я сейчас тоже кое-что испеку — одну сладкую булочку, — Эдвин выключил плиту. — Расскажи мне, что ты представлял себе? Давай, Омар, ну же, — обе руки Эдвина оказались под футболкой Омара. Теплые ладони нежно гладили живот и бока, уделяя внимание каждому выпирающему ребру. — Я хочу знать, — горячее дыхание обожгло ушко. Рудберг прикусил нижнюю губу, сдерживая стон. Рюдинг схватился за волосы на макушке любимого, все же заставив того хныкнуть. — А,Омар, я не слышу, — Эдвин усилил хватку, вынудив Омара упереть руки в столешницу. Рюдинг прошелся пальцами свободной руки вдоль позвоночника Омара, от чего тот прогнулся. — Может, ты представлял себе это? — Эдвин выпустил кудрявые пряди, попутно стягивая с бедер Омара штаны. Нижнего белья, как выяснилось, на парне не оказалось. — Нравится, — в ответ Рюдинг услышал протяжный стон, — хочешь большего? — Рудберг толкнулся навстречу. — Какая же ты сучка, Омар, — Эдвин тяжело дышал любимому в шею, даря поцелуй каждому позвонку. — Хочешь так же со мной поиграть? Да? — Да! — воскликнул Омар. — Хочу! Эдвин продолжил ласкать любимого. Готовые блинчики остывали один за другим на тарелке, а двое парней наоборот с каждой секундой все сильнее горели желанием. Эдвин нехотя отвлекся от Омара и, резко подхватив парня, перенес и усадил его на кухонный стол. Через секунду Рудберга лишили штанов. Рюдинг подошёл к нему вплотную и продолжил играться с Омаром. — Будешь так же делать? — спросил Эдвин, смотря на своего раскрасневшегося мальчика. — Да! — Будешь со мной грубым? — Эдвин наклонился и выдохнул каждое слово Омару в губы, после чего начал сминать их своими, так и не дав Рудбергу возможности ответить. Усмехнувшись в поцелуй, Эдвин решил немного поиздеваться над парнем. — Эди, пожалуйста! — умолял Рудберг. — Я не могу больше, трахни меня! — Не так быстро, Омар. Ты меня вчера мучил? Мучил! Я тоже над тобой немного поиздеваюсь! — футболка Омара полетела на пол. Рудберг недовольно всхлипывал и жалобно смотрел на своего мучителя, который даже не думал сдаваться. В штанах Эдвина хоть и было до боли тесно, но Омар заслужил все же более суровое наказание, в отличие от вчерашнего. Эдвин жадно целовал парня, а в его голове крутились мысли о том, что Омар будет вытворять с ним то же самое. Мягкие губы Эдвина переключились на шею, руки блуждали по телу парня, пальцы царапали смуглую кожу короткими ногтями, оставляя следы. Омар хотел оттолкнуть Эдвина, но замахнулся рукой так, что нечаянно опрокинул пакет с мукой, которая рассыпалась около его головы. Чаша с вареньем, стоявшая рядом, осталась невредимой. Идея, неожиданно пришедшая в голову возбужденного Эдвина, заставила того быстро стянуть с себя всю одежду. Рудберг, приподнявшийся на локтях, опомниться не успел, как Эдвин схватил чашу и вылил содержимое ему на грудь. — Ты что творишь? — Хочу, чтобы моя булочка стала еще слаще. В темно-карем омуте глаз Омара резвились чертики. Варенье медленно растекалось по коже. Вид Омара сводил Эдвина с ума. Растрепанный, возбужденный. Такой желанный засранец. Ладони Рюдинга потянулись к торсу и стали размазывать варенье по плечам и шее. По телу Омара проходились мурашки от каждого прикосновения горячего языка Эдвина, которым он слизывал варенье. Омар буквально таял от удовольствия и ласки, словно леденец под палящим солнцем. Эдвин провел пальцем по губам парня, а после тут же утянул его в самый сладкий их поцелуй. Поцелуй со вкусом вишни. — Пожалуйста, Эди, — прошептал Омар, когда Эдвин переключился с губ на ключицы, в ямочках которых спрятались целые ягодки, — я не могу больше! — Омар обхватил ногами Эдвина за талию и прижал к себе. Рюдинг довольно облизнулся и, не в силах больше мучить Рудберга, выполнил его просьбу. Как только Омар почувствовал член Эдвина полностью внутри себя, он потянулся к собственному. Парни двигались синхронно, как одно целое, и впервые за несколько дней кончили одновременно. — Хватит ржать! — возмутился Омар, пытаясь восстановить дыхание. — Ты такой милый, — выдавил сквозь смех Эдвин, любуясь своим мальчиком. — На тебе сейчас шедевр абстракционизма! — Отнеси меня в ванну, художник хренов! Рюдинг, все еще смеясь, взял парня на руки и отнес в ванну, которую Омар принял в одиночестве, дабы избежать очередного наказания. Эдвину пришлось идти в душ на второй этаж. Рудберг все-таки допек блины, но ели их ребята уже без добавок. — Нам нужно это прекращать! — выдал Омар, как только дожевал последний кусочек. — Что именно? — Эдвин вскинул бровь и обернулся на парня. — Трахаться по три раза в сутки! — Еще скажи, что тебе не понравилось, — ухмыльнулся Эдвин, подсаживаясь поближе к Омару. — Так ты правда уже думал обо мне снизу? — вновь спросил Эдвин, пытаясь обуздать нахлынувшее желание. — Было дело, — сдержанно ответил Омар, складывая руки на груди и стараясь не смотреть в медово-карие глаза Эдвина. — Расскажешь при каких обстоятельствах, — не унимался Эдвин. Любопытство пожирало его изнутри. — В другой раз, — Омар встал из-за стола и удалился, оставляя уборку кухни Эдвину. — Ладно-ладно! — бросил ему Рюдинг и принялся мыть посуду.