Баллада об испытаниях на прочность

      - Стой, остановись, мать твою!       Высокий светловолосый мужчина гнался за подростком в тёмно-бордовом капюшоне, несмотря на резь в боку и тяжёлые капли дождя, заливавших лицо и затылок. Грозовая туча, извергавшаяся уже больше часа, преследовала без продыху, сливала всю накопившуюся воду на сухой гравий в карьере. Смесь песка и взрывных отходов клеилась к подошвам сапог. Ноги вязли по щиколотку, но продолжали двигаться под напором амбала. Мозолистые руки с трудом успевали утирать лицо, чтобы дать глазам видеть, хотя толку от этого было мало. Тучи сгущались, будто специально пытались остановить преследователя.       Парень в капюшоне сиганул через гору щебня – врождённая проворность позволила пересечь препятствие без проблем и скрыться из вида преследователя. Он было обрадовался, что его след потеряли, когда с поворотом головы увидел стрекочущие молнии, расходящиеся в небе. Пацан едва успел отпрыгнуть в сторону. На месте, где он почти впал в ступор, расходились чёрные ожоги земли от молний.       Сбитый, плотный блондин тряхнул головой на манер собаки и зализал длинные мокрые пряди назад: рука его напоминала дизельный молот, с которым парню когда-то пришлось работать. Гул от него расходился на добрые пять километров, а землю трясло так, будто стадо мамонтов устраивало марафон. Грудь крепкая, мышцы мощно перекатывались под промокшей насквозь рубашкой. Голубые глаза казались белыми от искрящихся в них молниях – острое желание сбежать подальше охватило беглеца, но нельзя. Иначе они доберутся до него.       Белый электрический кинжал прилетает аккурат в ухо, пока запыхавшийся амбал восстанавливал дыхание. Увернувшись в последнюю секунду, увидев краем глаза срезанную прядь волос, блондин взревел.       - Ты мне ответишь за это, сопляк.       Огромный металлический молот сверкнул мокрым блеском в правой руке. Замах – в правый трицепс врезается кинжал, больше походящий на широкую пластину из стекла. Яростный рык разнёсся в тон грому. Пока рычащий от боли громила выронил оружие, парень уселся на корточки и чётким апперкотом бьёт в «солнце». От силы удара мужчина свалился, едва не потеряв сознание от боли, но встал через минуту и кинул молот в пацана.       Свист резал уши и барабанные перепонки. Уклон вправо вниз спас на долю секунды, пока молот не потянулся обратно. Прыжком он перескакивает летящий молот, посылая вслед новую порцию искрящих кинжалов. Те рассыпались в пыль, когда достигли придерживающего раненую руку мужчины. Разъярённым взглядом он проводил хлюпающие следы невидимки, не обращая внимания на стоящую пред ним иллюзию в капюшоне. Скрипя зубами, блондин медленно побрёл в сторону показавшейся вдали бытовки на колёсах. С каждым шагом ярость и гнев взрывались новыми порциями молний в небе, грохотало так, что горы щебня мерно укатывались в ровный слой земли. Громовержец был не на шутку взбешён.       До тусклой бытовки оставалось несколько шагов, как стрёкот капель по дешёвому профнастилу нарушил болезненный крик. Знакомый, вопящий о боли и ненависти. Блондин в один прыжок добрался до крыльца, сорвал дверь с петель и впал в ступор: на полу, в луже собственной крови сидел высокий исхудавший брюнет; заляпанные свернувшейся кровью смольные волосы некрасиво слиплись на щеках и лбу, тонкая бледная ладонь давила на рваную рану с правого бока. Юноша вскинулся на незваного гостя и сверкнул ненавистью голубых холодных глаз.       Пацан кричал что-то о хвосте и попытался выгнать громовержца, но у того в горле пересохло, а язык едва ворочаясь скрёб по нёбу: «Локи...».