Баллада об испытаниях на прочность

      Одинсон вернулся из очередного путешествия по воспоминаниям – миловидная официантка с поседевшими прядями дежурной улыбкой спрашивала заказ. Тор остановился на говяжьем медальоне с кровью, картофеле Айдахо и самом крепком виски. По ещё одной просьбе ему принесли второй бокал, наполненный красным вином.       - Ну что ж, братец, седьмой год как ты не объявился живым. Держишь марку.       Чокнувшись в воздухе, ас залпом осушил стакан с терпким напитком и принялся за стейк. Крови было немного, но вполне достаточно, чтобы напоминать о лопнувших капиллярах в зелёных глазах и носу.       Отчасти, Тор словил себя на мысли, что ему нравится изводить себя: незначительно, ненавязчиво напоминать об внезапной утрате семьи и дружного под конец брата. С ноющей болью в груди он сладко смаковал мясо, будто отрезал кусок от брата или титана – зависело от роя мыслей, носившихся в голове. Поначалу давясь от вязкого привкуса йотунской крови, разум сменял картинку на сердце Таноса, и аппетит его увеличился в разы. Сладость не покидала языка, а виски придавал пикантную остринку воображению. Живот сытым котом удовлетворённо урчал, переваривая фиолетовые куски мяса. Пожалуй, после убийства сиреневого ублюдка, и правда стоит вырезать его органы и зажарить, сожрать, как дикарь, насытиться местью за все невзгоды, обрушившиеся на царя Асгарда.       Почив вторую бутылку, он кинул свёрток зелёных бумажек на стол и спустился вдоль 3-й авеню мимо Таргета и католической церкви имени Святого Винсента. Бесчисленного количество свечей и фотографий превратились в новый забор церкви, молитвы и плачь живых эхом выходил из узких каменных проёмов вместо окон. Дойдя до очередной заколоченной двери забегаловки, он свернул в сторону 2-й авеню и взглядом выцарапал выцветшую вывеску бара «The Jeffrey Craft Beer & Bites».       Зайдя внутрь, он осмотрел помещение на наличие людей. Как ни странно, бар был забит под завязку. Люди толпились у барной стойки, наперебой рассказывая о пропавших нудных жёнах и их чокнутых мамашах; кто-то рыдал, уткнувшись в подставленное плечо соседа и заливал слёзы и внутренности очередным бокалом пива. По телевизору показывали запись старого матча, некоторые увлечённо обсуждали его, зная итоги и всё ещё делая ставки по игре.       Уткнуться в угол и слиться со стеной не предстояло возможным. Тор решил просто заказать две пинты тёмного эля и встал к дальней стене, где было хоть немного пространства для крупногабаритного Тора. Через пару минут столик рядом с ним освободился, и он со спокойной душой плюхнулся на скрипучий стул. Шум людских разговоров отвлекал, позволяя забыть хоть на секунду, насколько патовой была ситуация. Таноса не могут найти до сих пор, время существования камней также сокращается, а без корабля и армии он не сможет ничего сделать... - Вы не против, если я побеспокою вас своей персоной? – Миловидная брюнетка пьяным взглядом из-под томных ресниц или же томным взглядом пьяных ресниц пыталась преткнуться к потревоженному блондину. Здесь это была нормальная практика: люди знакомились, выпивали вместе, уходили на ночь в мотель или квартиру, а на утро расходились, как самые чужие и незнакомые друг другу люди. Никаких обязательств – только потребность заполнить пустоту. Она была симпатичной, не особо высокая, с приятными пышными формами. Груди её тяжело выглядывали из широкого декольте, где пара прядей застряла в ложбине, словно призывая вытащить их.       Для Тора подобный способ разрядки был приемлем. Убежать от скопившихся проблем и хорошо провести ночь – почему бы и нет? Он вежливо кивнул на стул и стал выслушивать глупые несвязные слова. Добив последнюю пинту, пригласил брюнетку в ближайший мотель, на что та так же легкомысленно согласилась, как и ранее решилась на знакомство. Возможно, для неё это было впервые, возможно, для неё это был прыжок в бездну. Но не для Тора. За последние два года через его постель прошло достаточно человек, и женщин, и мужчин.       Один из них запомнился ярче всех: высокий, приятный на лицо мужчина с рыжими вьющимися волосами чуть задорно потревожил блондина когда-то. Пьяный румянец расползался на щёки и бледную шею, демонстрируя смешные морщинки в уголках глаз. Козлиная бородка, несколько напоминавшая стиль Старка, перестала раздражать после третьего бокала. Он был весь тонкий, изящный, словно аристократ в кормушке дворовых псов. Тор любовался высокими скулами и блестящими опьянёнными глазами собеседника. Невольно черты напоминали ему почившего брата. Воспоминания резко кольнули еле зажившее сердце. Он чертовски напоминал манерами Локи, но Тор усиленно отгонял нелепые мысли прочь.       Они провели прекрасную ночь, оба отдавались друг другу, как любовники после долгой разлуки. Тонкий стан бледного мужчины блондин с удовольствием сжимал грубыми руками, оставляя красные метки на бёдрах и рёбрах. Незнакомец в предвкушении насаживался сверху на член громовержца, бормоча непонятные слова. Стоны наполняли комнату и любовников, вибрацией отдавались в паху, подстёгивая желание Тора обладать прекрасным телом ещё и ещё. Они провели не один заход, сладко целуя шеи и грудь друг друга, но до поцелуев в губы так и не дошло. На утро остывшая постель не задержала на себе даже запаха красивого мужчины, за что Одинсон мысленно обиделся, но трезвая голова твердила о правильности поступка. Неловкости им было бы не избежать.       Сейчас, вспоминая сладкую ночь с рыжим красавцем, Тор вбивался в сочащееся лоно девушки, следил, как мясистые груди скачут в такт сильным толчкам, маяча перед глазами твёрдыми сосками. Он подбирает брюнетку под поясницу и финальными размашистыми толчками изливается в презерватив. Девушка разваливается на кровати, пытаясь привести себя в чувство, и видимо пытается выказать восхищение выдержкой и умелостью мускулистого блондина, но Тор уже по привычке целует вспотевшее худое запястье и идёт одеваться. Это было волшебно, как и любое соитие для бога, но оно не насытит зудящий голод внутри.

***

      - Не уж-то нас удостоил встречи славный царь Асгарда? – Тор хмыкнул, закатив глаза и уселся в кресло за широким белым столом. Ракета прилетел при первой возможности на родину Мстителей. Долгие поиски и помощь осиротевшим жителям Вселенной выматывали не хуже разборки и монтажа изрядно поношенного Милано. Просящих было слишком много, а силы и терпение доходили до кромки чаши. Отдых единогласно решили проводить на Земле, раз здесь находится мозговой центр по поиску камней. Енот потёр саднившие дырки для штекеров на загривке и развалился в мягком кресле. Спина болела жутко.       - Что у нас имеется?       - Глухо. Ни намёка на сильное гамма-излучение. Мы со Старком уже максимально расширили радиус, но толку мало. – Денвер скакала с планеты на другую, попутно выуживая информацию о местонахождении монстра. Как бы ей не хотелось признавать, но её результаты были ничуть не лучше группы на Земле.       - Как бы то ни было, одно хорошо: камни пока при нём.       - Да, осталось только найти его и дело с концом.       - Да... – Стив задумчиво скрёб костяшками по столешнице, прикидывая, как долго затянется их миссия, и ни одна хорошая мысль не пришла в его голову.       - Что насчёт Стренджа? Он ведь может его найти?       - Он распылился. Даже если бы и остался жив, без камня колдун не найдёт его и за тысячу лет. – Тор бросил неаккуратную фразу в затухающий костёр агрессии.       - Да, если бы этот придурок не отдал камень, все были бы живы, и нам бы не пришлось тухнуть здесь день за днём.       Стив, зажмурившись, сжал кулаки, готовясь к очередной потасовке. Оставшиеся в живых герои начали перепалку, распаляли друг друга до вскрытия старых ран. Тони кричал, что если бы не чёртов Квилл, они бы давно отобрали перчатку, и ничего бы не произошло. Ракета, невзирая на оплошность друга, защищал честь Звёздного Лорда. Скотт не знал ничего из того, что произошло тогда в Ваканде, и потому не имел ни крупицы права высказывать недовольство.       Тор грузно поднялся и потопал к бару, за что и поплатился:       - А ты что молчишь, хвалённый Бог Грома? Батарейка села? Чихнул не вовремя? – Тони взбесился. – Что ж ты его своим молотом не прикончил?!       Свет угрожающе мигнул в здании. Пятница сообщила о резком скачке напряжения. Тор медленно повернул голову в сторону Старка: глаза побелели от злости, мелкие волоски вздыбились от статики. Стекло сосудов мерно завибрировало, а холодный рычащий голос вещал:       - Не села. Я бы убил его раньше, не будь он на моём корабле с сотнями выживших. Я что, по-твоему должен был взорвать корабль и пожертвовать моим народом?       - Ну теперь-то их вдвое меньше, так что ты уже.       Стальная хватка пригвоздила жилистую руку к столу. Разряды мелких молний били в грудь через хромированный круг, прицепленный к одежде:       - Не зарывайся, человек. Знай своё место. Ты попёр на бешенного титана с Камнями Бесконечности, надеясь застать врасплох горсткой таких же неумёх, и, в итоге, проиграл из-за говнюка, который начал мутузить врага по лицу. Что ж ты не уследил за ним, а, человек из железа?       Колкое остриё правды впилось в затылок мужчины, ставя волосы дыбом. Старк знал, что переоценил силы, но брать на совесть ошибки других не хотелось вовсе. Тор же снова доказал, что за эти годы сильно изменился. Привычного раскатистого смеха не слышно давно, золотые волосы чаще были грязными, затянутыми в неловкий пучок; спина осунулась, меняя походку, а рот будто замолк навсегда. С ним всё сложнее было поддерживать контакт, как и пытаться вывести на разговор. Роджерс искренне старался помочь коллеге по несчастью, но броня громовержца была столь же прочна, сколь доспехи старого Асгарда. Никто не мог достучаться до Одинсона, ни Наташа, ни Стив. И, если честно, оба уже готовы были оставить попытки.       За нервным выдохом последовал короткий монолог:       - Давайте все успокоимся. Танос уже сотворил задуманное. Этого не отменить, пока не найдём его и камни. Давайте лучше пустим всю агрессию на его поиски, а не на грызню. – И очередное собрание Мстителей официально закончилось.       Старк пялился в одну точку, попеременно дёргаясь где-то в своих мыслях. Стакан с бренди, сиротливо стоял с краю. Безоблачное небо пробивалось сквозь панорамные окна, а те демонстрировали заросшему газону и сухим деревьям драму века. Стив аккуратно взял друга под руку и увёл успокоиться. Ракета скалил зубы в бессилии и согласии с Тором. Разлад в команде был как никогда пиковым, по сравнению с войной с Кэпом. Никто не произносил этого вслух, но надежда угасала с новым тошнотворно чистым небом в окне.

***

      Как-то, года два назад на очередной встрече терапии Стив спросил себя: действительно ли был прав Танос? Прилавки в первые полгода отчистились мгновенно, создавая дефицит необходимых товаров. Потом, с осознанием текущего положения и разгромом мировых правительств, смысла прятать залежи продуктов на складах отпала сама собой: прилавки, которые с неохотой рассматривал Роджерс, пополнялись и тут же пустели. Макароны с сыром мерно пополнялись рядами сэндвичного хлеба. Казалось бы проблема голода решена, всем хватает еды, однако наступил другой голод, гнетущий, неиссякаемый и непрекращающийся. Города превратились в призраков, и лишь в действовавших пабах и кафе-ресторанах ещё поддерживалась иллюзия прежней жизни.       Люди – стойкие существа, они воспрянут из пепла и заживут лучшей жизнью – видел это в глазах пацанят с винтовками на передовой. Но потерять пятую часть населения в мировой войне – ужасно, но восполнимо. Потерять половину населения в обычный будничный день – нечто непостижимое. Оставшиеся будут скорбеть до тех пор, пока будут помнить старую жизнь, где был горячий шоколад на Рождество и пьяные посиделки на День Святого Патрика.       Нет, решительно думал Стив, Танос крупно ошибся. Он не решил проблему изживания Вселенной, он лишь усугубил её.       - Тор, - позвал он громовержца, - надо поговорить. Мужчины удалились в кабинет за первой дверью налево. Помедлив, Стив включил непроницаемое стекло, и оба мужчины исчезли. - Слушай, я... эм..       Одинсон молчал.       - Я видел Селвига, - веки бога дрогнули, но тело не подало вида кроткой радости от существования знакомого лица среди живых. – Он собирает команду, чтобы найти порталы в девять миров и, вроде как, оказать помощь другим... мирам. Не очень представляю, насколько это возможно, но я подумал...       - Что?       - ... Что ты мог бы помочь ему с проектом, - чуть помедлив ответил Стив. Резкая реакция друга его насторожила, хотя – ура – это была первая живая эмоция с Щелчка.       - Нет, спасибо.       - Но Тор...       - Я ничем не помогу учёному – в науке я не силён. Локи бы... – осёкся. Запнулся при упоминании запретного имени и моментально поник.       Молчание давило на грудную клетку, душило в и без того тесном помещении. Капитан решился на откровенный вопрос:       - Он был с тобой... тогда? – Сальные пряди закрыли лицо бога, позволяя скрыть опухшее лицо. – Расскажи мне о нём.       Нервный вздох. Гранённый стакан со спиртным гулко звякает о тумбу, и тихим шелестом впервые слетают с замкнутых губ слова:       - Он был со мной после победы над Хелой. Помогал восстановится, управлял кораблём. Мы искали припасы для асгардцев, продавали прихваченные драгоценности и мастерили мелкие вещи на продажу. Он зачаровывал амулеты и продавал их за еду и воду. Много не наскреблось, но и того хватало до ближайшего мира. – В горле запершило, а ком в глотке никак не желал сглатываться. - Он изменился тогда, знаешь? Ходил за асами, справлялся о самочувствии, носил воду женщинам и детям. Уж вряд ли Л... он отмаливал грехи.       - И даже не пытался в очередной раз всадить кинжал под бок? – Улыбнулся Кэп.       - Нет, не пытался. Не хотел. Я говорил ему о титане, сказал, что нам надо что-то с этим делать, но сохранность народа стала для нас приоритетом. Кстати, это он предложил поселиться в Мидгарде, там, где доживал свои годы наш отец...       Слёзы подкатывали к горлу, и Стив уже хотел остановить рассказ, но Тор продолжил, повысив голос, быстро проговаривая прошлые события, словно боялся их потерять:       - Я помню, как мы, мелкие, сбежали на дальнее озеро за водопадом. Туда тяжело добраться из-за дикого плюща да колючей травы по пояс. Он тогда просил научить его махать мечом, но выходило слабовато, только запястье себе чуть не вывихнул. С тех пор он совершенствовал только техники с ножами и кинжалами, не боялся ближнего боя, хотя любой бы зашиб его с одного удара... Он ведь не конченая сволочь, знаешь?       - Разве?       - Ха, а что бы ты сделал, если бы тебя выучили завоёвывать и править мирами, а после признались, что вся твоя жизнь – ложь и притворство? – Скепсис в голосе Роджерса сразу пропал, а Тор более жёстко продолжил: – Нас воспитывали как будущих царей, правителей девяти миров, великих воителей и детей Всеотца. Никто не учил нас уважению к брату или слабому, нас учили сражаться и завоёвывать. Отец не обращал должного внимания на Локи, – снова запнулся. – Но мать потворствовала ему, учила колдовать и добиваться всего хитростью. А я... я сам виновен в его скверном характере.       - Ну, знаешь, крушить чужую планету, потому что тебя недолюбил отец, несколько нелогично, нет?       - Он напал по приказу Таноса.       Стива словно обухом огрели по затылку. Вероятность совпадений была до смешного высокая.       - То есть?...       - Когда я пришёл в Асгард после битвы с Хранителем сокровищницы, он обезумел, кричал, что ненавидит меня и мою поганую семейку, что я ему не брат и прочее... а потом он попытался уничтожить свою родную планету, и мне пришлось разбить Биврёст. Он упал в бездну космоса, где его и нашёл Танос.       - М-да уж... – Стив почесал зудящий затылок и невесело усмехнулся мыслям: знал ли Локи о планах Таноса? Мог бы предупредить или предвидеть беду? Стоит ли того винить в обрушившихся проблемах?       - Его пытали, заставили под действием скипетра напасть на Мидгард.       - С чего ты взял?       - Он сам рассказал. Я видел... видел продольный шрам на спине, от плеча до лопатки, пересекал всю спину. Старый, рваный, как ветвь Игдрассиля.       - Может он получил его в бою за Нью-Йорк? – На глупый вопрос Тор зло сверкнул глазами исподлобья:       - Его кожу нельзя пробить любым клинком. Обычная рана тут же бы зажила, но шрамы может оставить только смертельное орудие.       - Как металл, из которого сделан твой молот?       - Как нидавилирский клинок или раскалённые огнём иглы, которыми управляет тот безносый урод.       Кривая ухмылка исказило ненавистью лицо бога, позволяя на миг вынести электрическое напряжение на волю. Стив машинально поёжился от разряжённого воздуха в комнате, но тактично промолчал, отпив кофе.       - Я был с ним в ночь перед его...       - Тор...       - Я лежал рядом и слушал его дыхание. Мерное, спокойное. Он помогал мне спать. Что в детстве после кошмарных историй воинов отца, что тогда... Мы будто снова были дома, нам по восемь-девять лет... Он снова угрожает превратить меня в лягушку, а я заваливаю его на плечо и раскручиваю. Он всегда бесился, когда его берут на руки...       - Мне жаль... – Скупая колючая слеза так и не дошла до кромки потрескавшихся дрожащих губ. Роджерс понимал, какого потерять родного человека. Баки...       Грубая рука смахнула невидимую муху с лица. Тор, шмыгнув носом и прокашлявшись, попросил Капитана никому не распространяться о сопливых байках из склепа. Тёплая ладонь утвердительно легла на крепкое плечо Одинсона и открыла дверь, выпуская с допроса.       Тору захотелось напиться до чёртиков.

***

      Селвиг с надеждой стоял на пороге штаба Мстителей, нервно теребя край пиджака. Он уверено нажал кнопку звонка и приготовился к бешеной тираде убеждений о глупости и несостоятельности проекта установки моста между мирами от Старка, когда дверь открылась сразу же, являя свету далёкого друга.       - Боже мой, Тор! Это ты! Живой! – Папки с документами разлетелись по лестнице, а крепкие стариковские руки радостно сжимали высокого мужчину. Тор ошарашено озирался вокруг, не веря в подобные совпадения, но вот Селвиг отлипает от него, спешно подбирает документы и щебечет что-то о сходящихся порталах в иные миры и стопроцентной поддержке проекта.       - Эрик, я...       - Ой, что это я? Расскажи, как ты? Где ты был всё это время? Я думал, ты... там...       - Нет, я здесь.       - Замечательно! Это просто прекрасно! Дарси очень волновалась, когда мы выяснили, что произошло...       - Дарси? А Джейн? Она жива? – Знакомое имя кольнуло сердце зарождавшейся надеждой, но перед глазами только маячили длинные чёрные локоны и тёмно-зелёный камзол. Тор моментально поник.       - Ох, Тор. Она... исчезла вместе со всеми. Не волнуйся, я не буду говорить о ней, если хочешь, но... мой тебе совет: старые друзья – всё, что у нас сейчас есть.       - Ты прав, друг...- Тор тоскливо натянул подобие улыбки и предложил чёрного напитка гостю. Гость отказываться не стал.       Они обсуждали идею сведения миров или установки единого канала связи между ближними мирами для путешествий. Многим бы пригодился бы канал, особенно в нынешних реалиях. Эрик столь воодушевлённо объяснял актуальность идеи, что едва узнал Старка в домашнем халате и пижаме за спиной. Тони кивнул в знак извинения Тору и проигнорировал гостя, прошёл мимо к кофемашине.       - О, Энтони! Рад вас видеть! Я пришёл к вам с весьма интересной идеей....       - Извините, но Мстители сейчас занимаются другой миссией. Ничем помочь не могу. От столь категоричного и твёрдого отказа Селвиг осел на диван и растеряно уставился на Тора. Ас помотал головой и вызвался проводить доктора до дома. Поджав губы и подбородок, оба удалились, не слышав, как очередной стакан летит в стену.       - Что же это за миссия такая, что приоритетней нашего мира?       Учёный был недоволен. Плюсов от построения канала было значительно больше, чем искать – как он понял – камни, чтобы исправить всё. Камни останутся во Вселенной навсегда, а люди хотят жить здесь и сейчас. Потребности формируются здесь и сейчас. Отказывать им в их удовлетворении, по мнению Селвига, было негуманно. Но Одинсон объяснил, что с таким расколом в команде, помощи от Мстителей не стоит ждать, равно как и одобрения.       - Но народы страдают, миры страдают! С помощью моста можно было бы быстрее найти все камни и покончить с этим!       - Эрик, они не могут. Я... я не могу. Мы несём ответственность за это. Нельзя переубедить взбешённого быка нестись в твою сторону.       - Ха, забавное сравнение. Кто тут ещё бык.       Они уже подъехали к излюбленному бару громовержца на 2-й авеню, и Селвиг тяжело выдохнул.       - В чём дело?       - Знаешь, я остался в Кембридже, но проделал такой трудный путь, чтобы услышать нет. Я, конечно, и раньше получал отказы в субсидировании исследований, но в этот раз надежды было куда больше, чем просто получение гранта.       - Прости, что не смог помочь.       - Нет-нет, ты прав. Я слишком погрузился в свою идею и не уследил за тем, как потерял объективность. Конечно, ваша миссия имеет высший приоритет.       - Прости...       Селвиг снова тяжело вздохнул, прижимая к груди портфель с бумагами.       - Я так надеялся, что всё устаканится, понимаешь? Хотел дать надежду Вселенной на общую сплочённость и веру, но, увы, теория так и останется теорией.       - Я бы помог, если был бы сведущ в магических делах, ты же знаешь.       - Не сомневаюсь. Хотя Локи действительно помог... – Мужчина резво прикусил язык и отвёл глаза в сторону. Неприятный «шкряб» прозвучал где-то глубоко в теле и исчез с глотком тёмного эля. – Я...       - Не волнуйся. Локи погиб слишком давно, чтобы вспоминать о нём. – Эрик заинтересовано разглядывал громовержца, его осунувшееся лицо и залёгшие тени под глазами. Покрутив стеклянный бокал, он промычал что-то нечленораздельное и повернулся к Тору.       - Слушай, я остановился в Стемфорде на Блэкли-роуд, часа два езды отсюда. Потом я еду в Боулдер. Может, встретимся, посидим, выпьем?       На предложение выпивки Одинсон приветливо хмыкнул – отказываться от зелья забвения ему казалось идиотизмом. Голубые глаза упёрлись в представленное тёмное варево бокала. Оно засасывало всю пустоту и плохие мысли, убаюкивало, отвлекало от назойливых идей. К сожалению, последняя не хотела уходить и после четвёртой кружки. Он неловко приобнял мужчину на прощанье и вышел из машины.       Селвиг спешно вылетел из машины и окликнул громовержца, несколько раз просив прощения за бестактность и неуместные разговоры, если таковые были. Блондин мотнул головой и открыл другу дверь машины на водительское сидение. Эрик недоумённо посмотрел на него, но с лёгкостью выдохнул на фразу «Свидимся позже» и выкрутил руль на дорогу.