Предназначение злодейки. Под маской

Теплый оранжевый солнечный свет пробивался сквозь плотные оливковые шторы, окрасив белоснежные простыни нежным и едва видным отливом. Маленькая стрелка антикварных часов замерла на римской цифре девять, тем временем как тонкая громко отчеканивала каждое свое передвижение. Рядом стояла чашка с недопитым еще со вчера зеленым чаем. Одеяло шелохнулось, и из-под него выглянула тонкая ручка, которая, найдя угол покрывала, натянула его к себе. Скорее от привычки, а не от подобного движения проснулся рядом лежавший мужчина. Рубиновые глаза уцепились за рыжую макушку, выглядывающую из-под одеяла. Осторожно поднявшись в постели, Эрнест улыбнулся и, накинув на плечи рубаху, прошел на кухню и принялся готовить завтрак. Самостоятельная жизнь как будто шла ему на пользу, а единственным минусом могли послужить только мозоли на его руках, но это даже было к лучшему. Проснувшись от звуков готовки, Эсмеральда сначала в испуге оглядела комнату в поиске одежды и, найдя ее аккуратно сложенной на кресле, она обернула тело в одеяло и поднялась с кровати. Одевшись, девушка прошла на кухню и изумленно улыбнулась. Эрнест обернулся и мягко сказал: — Доброе утро. Вода уже вскипела, так что можешь идти в ванную первая, пока я готовлю завтрак. И он взял бадью с горячей водой и понес ее в ванную. Подготовив все для мытья, мужчина повернулся и намеревался поцеловать Эсмеральду, но та успела закрыть его рот рукой. Эрнест в удивлении распахнул глаза. — Нельзя! Сначала почисти зубы. Мужчина разочарованно вздохнул, но понимающе кивнул и покинул ванную, оставив даму одну. Спустя тридцать минут Эсмеральда вышла, полная хорошего настроения, и позже Эрнест тоже принялся за водные процедуры. А в это время девушка в добавление к завтраку сделала весьма симпатичные бутерброды. Увидев это, Эрнест изумленно раскрыл глаза. — Ого. Впервые вижу, как благородная леди держит нож. К тому же и так аккуратно порезала, — он сел за стол и принялся за трапезу. — До семи лет я жила как простолюдинка, так что иногда мне приходилось готовить самой. Кажется, навыки из прошлого остались, — как-то грустно улыбнулась Эсмеральда и уткнулась носом в тарелку. Эрнест внимательно наблюдал за выражением лица девушки. — Расскажешь поподробней? — спросил мужчина, аккуратно взяв Эсми за руку. Почувствовав его шершавую ладонь на своей мягкой и нежной коже, она вздрогнула и подняла на него взгляд. — Тут ничего интересного нет, — ее глаза скользнули по потолку. — Мы жили в таком же домике, и мне даже нравилась подобная жизнь, однако состояние мамы все ухудшалось и ухудшалось. Она напрасно ждала отца, надеялась, что, возможно, он вернется. Но он так и не пришел, а мама постепенно забывала про меня, мало обращала внимание. Именно поэтому она даже сначала не заметила, что ко мне пристают другие дети. Они дразнили меня, обзывали, иногда камнями бросались. «— Убогая!.. Уйди отсюда!.. Твоя мамка — грязная потаскуха». Она поморщилась, пытаясь отогнать болезненные воспоминания. Натянув на лицо улыбку, девушка посмотрела на Эрнеста, задумавшегося о ее истории. — А теперь ты расскажи что-нибудь из детства. — Да тут особо нечего рассказывать, — хмыкнул мужчина и прожевал бутерброд. — Отец с самого детства готовил меня к тому, что я стану герцогом. Из-за этого мне приходилось допоздна учиться, тренироваться. Но он не видел моей усердной работы. Никто не хотел замечать, как мой организм истощается, как я порой мог потерять сознание с ровного места, как мои капилляры лопались, когда я, не смыкая глаз, готовился к очередному тесту. Никто, кроме… «— Мира просто хотела сказать, что братик Эрни лучший!.. Мира гордится братиком!» Эрнест поджал губы, опустив тяжелые веки, отчего на лицо залегла тень. Мужчина положил недоеденный бутерброд на тарелку и задумался. «А почему я вообще должен был ненавидеть тебя?» Даже когда он причинил ей столько неприятностей, она не отвернулась от него, а даже помогла со всем, чем только могла. Отношения с Эсмеральдой, освобождение от гнета требовательного отца и влияния дядюшек, что хотели воспользоваться им ради своих целей, принятие себя и своих собственных чувств, — все это было бы не возможно, не будь она рядом. А он, как самая неблагодарная сволочь даже не удосужился возместить ее помощь. Эрнест в отличии от сестры не знал ее желания, ее травмы, но понимал, что они у нее, вероятно, были. Эсмеральда заметила обречённый вид мужчины, поэтому раскрыла губы. — Мира рассказывала, что ты не любил ее из-за предрасположенности герцога? Но она быстро исчезла, стоило проклятию появиться. Почему же ты ее возненавидел еще больше? — Не знаю. Меня злило скорее то, что несмотря на все она всегда мне улыбалась и пыталась помочь. Но сейчас это кажется таким глупым. — Она сказала, что не держит на тебя зла и понимает твои чувства. Мужчина вновь оглядел кухню, думая о том, что все случившееся было безусловно к лучшему. На этот маленький домик на окраине столицы Эрнест заработал личным трудом. Окажись здесь он двадцатилетний — не поверил бы тому, что смог стать независимым от отца и его компании. Эрнест вспомнил своего говорливого товарища, который поспособствовал снижению цены этого домишка благодаря связям и своему длинному языку. — Куда сегодня пойдем? — спросил мужчина, когда они закончили завтракать. Эсмеральда, только выйдя из собственных мыслей, вновь задумалась, постучав пальцем по щеке несколько раз и закусив губу. — Вновь пройдемся по рынку? Твоя мать случайно не планировала поехать в столицу за покупками? Девушка вдруг вздрогнула от осознания того, что сделает с ней маркиза, стоит ей увидеть их со «сбежавшим молодым герцогом» вместе. Эсмеральда расчесала шею докрасна и впервые за все это время посмотрела на Эрнеста. — Можем остаться здесь или пойти на пикник. Но перед этим я заеду к Мире, а ты пока приготовь все. Хорошо? Эрнест чуть поник головой, недовольный тем, что девушка, с которой он после долгой разлуки хотел провести все это время вместе, решила покинуть его ради подруги. Но мужчина не возразил и лишь кивнул. Эсмеральда ласково улыбнулась. Она подступилась к нему и коснулась его колючей щеки, прикрыв веки, пока мужчина с неподдельным интересом наблюдал за ней. — Я ненадолго. Заодно привезу каких-нибудь сладостей. Эрнест вновь качнул головой, а потом подался вперед, к ее губам. Девушка ответно приоткрыла рот, попутно борясь с бабочками в животе, которые начинали порхать каждый раз, когда он ненавязчиво обнимал ее за талию. Она злилась на свои горящие щеки, на воспоминания о прошедшей ночи, что всплывали в ее голове. Ее руки крепко-накрепко обняли мужчину за шею, притягивая ближе к губам. Эрнест же не решался начать расстегивать пуговицы на платье. Она бы с удовольствием продолжила, но досаждающее напоминание о том, что «противозачаточное зелье» уже закончило свое действие, осаждало все ее желания на этот момент. — После, — девушка осилила себя и оторвалась от его губ. — Проводишь до таверны — возьму оттуда экипаж и направлюсь к Мире. Эрнест послушно кивнул и, взяв возлюбленную под руку, вышел из дома. *** Визит Эсми меня удивил и насторожил, поскольку я знала, что всю следующую неделю она должна была провести вместе с Эрнестом, но стоило подруге заикнуться о противозачаточном зелье, которое я отдала ей в прошлый понедельник, все вопросы и тревоги как рукой снесло. Отдав еще шесть колбочек и записав рецепт этого чудесного снадобья, проводила девушку в счастливый и дальний путь с искренними пожеланиями об их хорошем времяпрепровождении. Но не успела я порадоваться за подругу и брата, как на мою голову упал еще один незваный гость — на этот раз, не самый желанный. — Приветствую Ваше Королевское Величество, — я склонилась в изящном реверансе, приподнимая подол скромного домашнего платья. — Надеюсь дорога была легка. Его Светлость герцога вызвали на дела в город, так что он, к сожалению, не сможет вас сегодня принять, а матушка гостит у леди Диаспро. Я подняла кроткий взгляд на улыбающегося мужчину, что горделиво поднял голову и насмешливо глядел на меня. Но позже в его глазах промелькнуло разочарование, похоже связанное с моим облачением. Я весьма доходчиво понимала, что король заранее знал о том, что дома никого кроме меня не было, и именно поэтому он приехал прямо сейчас. — Приветствую красивейшую из роз дома Ревель, — обольстительно протянул мужчина, сделав шаг ко мне навстречу. Я приложила все усилия, чтобы более убедительно улыбнуться в ответ на его напускную лесть. — В самом деле я был бы рад, удели вы мне немного своего внимания. Я вас не отвлеку, надеюсь. «Просто скажи, зачем ты прибыл в такую дыру, да убирайся». — Ох что вы, Ваше Величество! Вы преодолели такой долгий путь, я не могу вам отказать. Это честь: принимать самого короля в своем доме. Ах, в самом деле я волнуюсь, кабы я не отвлекла вас от государственных дел… — я покосилась на слуг. — Франциск, почему ты еще здесь? Распорядись, чтоб Его Величество чувствовал себя как дома! — Не нужно так волноваться, леди Ревель, — попытался успокоить взбудораженную меня король, нарочито коснувшись моей руки. — Мне хватит и чашечки чая: я не задержу вас надолго. «Искренне надеюсь». Когда слуги в суматохе закончили все приготовления, мы сели друг напротив друга. Король с интересом разглядывал интерьер гостиной со свойственной ему ухмылкой. — Вы знаете, леди, я не особо обрадовался разрыву помолвки. Я уж думал, что мы с вами станем одной семьей, — рассмеялся мужчина, потянувшись к чашке. — Я тоже не особо рада такому решению, однако, считаю, что оно было самым верным. Габриэль не ответил и лишь прожигал меня откровенным взглядом. Потом его глаза скользнули вверх, на слуг, стоявших доселе позади. Я успела нервно сглотнуть, прежде чем раздался повелительный голос: — Оставьте нас. Все. Слуги тотчас засуетились и покинули комнату, оставив нас с королем наедине. Как только дверь закрылась, я, словно на иголках сидевшая, подскочила с места. Габриэль, учуяв что-то неладное, нахмурился и вопросительно посмотрел на меня. — Ох, прошу прощения, не сочтете ли вы за грубость, если я сейчас приму лекарство? Мне в последние дни не здоровится. — Конечно-конечно, не беспокойтесь. Я и сам понимаю — в мои-то годы за здоровьем уход нужен тщательный, — закивал мужчина, пока я отошла от столика и доставала из кармана трясущимися руками колбочку с бледно-розовой жидкостью. Мне пришлось отвернуться, чтобы он не заметил моего выражения лица, которое, скорее всего, говорило само за себя. Испив зелья до дна, я до боли сжала руку, пытаясь прийти в себя. Мало ли что могло случиться в этой комнате, так что я приняла подобные меры, дабы обезопасить себя и свою честь. «Хотя ее-то мне вряд ли удастся сберечь». За спиной послышался шорох. Я вонзила ногти в запястье и начала мысленно успокаивать себя. Тогда раздался его томный, словно змеиный шепот, голос: — На самом деле, зачем я прибыл сюда, — его шаги были все ближе, а сердце предательски заколотилось в ускоренном ритме. Я почувствовала, как волос коснулась его рука и скользнула к лицу. — Ты удумала мне лгать? Его вторая ладонь легла на мою талию, а я едва могла дышать. Мне стало невыносимо страшно, хотя я морально готовилась к подобному исходу несколько последних месяцев. Я взяла всю оставшуюся силу в кулак и как можно более непринужденно произнесла: — О чем вы? Его рука скользнула к животу. Он наклонился к моему уху и заговорщически прошептал: — Я знаю, что между вами с Даниэлем ничего не было. Ты порезала свои замечательные пальчики и оставила на простынях кровь. Умно. Но мне не нравится, когда меня обманывают, — тонкая морщинистая шершавая ладонь сначала ласкала мою щеку, а потом заправила одну прядь волос за ухо. — И какое же у тебя оправдание? Меня выворачивало из себя любое его прикосновение к моему телу, его дыхание, опаляющее мою кожу неприятным жаром. «Терпи, терпи, терпи. Никто не придет. Это все быстро пройдет, так что просто не думай о том, что будет больно. Все ради Рафаэля. Все ради плана». — Я ни в коем случае не думала ослушаться вашего приказа, — быстро протараторила я, искоса посмотрев на короля. — Просто… просто я хотела чтобы моя первая ночь… чтобы моя невинность была отдана человеку, которого я люблю. М-мне очень жаль, Ваше Величество, но я не могла. Но чуть помолчал, прежде чем спустить руку, все это время покоящуюся на животе, к бедрам. Затем последовал омерзительный влажный поцелуй на шее, и меня тогда как будто действительно чуть не стошнило. Может быть, подумала я, стало бы лучше, представь я на его месте Рафаэля, создав личную иллюзию, где именно он будет касаться меня, целовать и вожделеть. Однако эту идею я сразу же отмела, поскольку посчитала, что в таком случае возненавижу его, а не короля. — Желаешь меня? — вновь до мурашек противный шепот у уха. Его рука тотчас оказалась меж моих ног; хоть нас и отделяла ткань одежды, но я всем своим нутром чувствовала его грубые прикосновения. И я все же согрешила: представила Рафаэля, его самодовольную улыбку, которая возникала каждый раз, когда он оказывался в чем-то прав, его мягкие и аккуратные касания. Уголки моих губ самопроизвольно поднялись вверх, и я запрокинула голову, прикрыв веки. — Д-да, — тихий вздох сорвался с моих уст, и я уже была готова уйти в забвение, чтоб пережить эти несколько минут моей жизни. Какие-то несколько ужасных минут отвращения и боли. Но в этот самый момент, как последняя ниточка моего спасения, в двери раздался стук. Не дождавшись разрешения войти, неизвестный появился в проеме. Король в последний миг успел убрать руку с моих бедер, но все так же продолжал прижиматься ко мне. У меня перехватило дыхание, ведь не званный гость оказался никто иной, как Рик. Он безмолвно оглядел нас и склонил голову в приветствии с Его Величеством. Сначала король видно рассердился, но его лицо сразу же поменялось. — А-а-а, ты ведь хвостик моего второго неблагодарного сына? — скучающе протянул король, а потом покосился на меня. — Я думал ты уже давно покинул это место. Уйди. Не мешай нашему с леди Ревель разговору. — Прошу простить, Ваше Величество, но случилось нечто срочное, — Рик посмотрел на меня. — Леди, ваше присутствие необходимо. Я выбралась из хватки короля и, натянув обворожительную улыбку, повернулась к нему. — Извините, Ваше Величество, но мне нужно идти. Будет превратно, если по возвращению герцога что-то будет не так. Я откланяюсь. Король был явно не доволен прерванными прелюдиями, но возражать не стал и отпустил, чему я была неимоверно рада. Рик вывел меня на улицу и повел в сторону рыцарских угодий. — Что случилось? Нечто очень важное? — Нет. Ничего. — Что? Но ты же...? — ошеломленно произнесла я, прежде чем ко мне снизошло озарение. Неловкость и чувство благодарности овладело мной, и я смущенно улыбнулась, почесав мокрую от поцелуев шею. — Спасибо. — Переждем его отбытие и вернемся. А пока наведаемся к рыцарям. Вы не против? — Совсем нет. Я и сама думала на днях к ним заглянуть. Мой взгляд вдруг скользнул к деревьям и наткнулся на одиноко стоящего Лоя. Он, казалось, опустошенно наблюдал за нами. Встретившись со мной глазами, фэйри склонил голову, после чего развернулся и ушел в тень листвы. *** Сегодня должен был приехать Рафаэль. С визита короля прошло только четыре дня, однако Мирабель уже получила от него два подарка в благодарность за то, что та разрешила до себя дотронуться. Слуги донесли, что он уехал не в лучшем расположении духа, но девушке было безразлично на его чувства. После случившегося она была уверена, что обязательно убьет кронпринца, ведь кто как не он рассказал об обмане королю. Но сегодня у Мирабель был своеобразный выходной: леди Айрис устраивала чаепитие, куда пригласила девушек , чтоб сосватать кого-нибудь из них Рафаэлю. Конечно же, Мирабель была приглашена в качестве близкой подруги семьи, но никак не кандидатки на руку и сердце второго принца. Она надеялась, что облачилась в менее яркие и не вызывающие вещи, однако, стоило ей выйти из кареты, как к ней переметнулись заинтересованные взгляды. — Похоже слухи про красоту леди Ревель правдивы. Впервые ее вижу! — восхищенно прошептала одна юная леди своей подруге, которая только лишь закатила глаза. — Не пойму, чего она так вырядилась. Наверняка надеется захомутать еще и второго принца. Ей, видите ли, подавай всех мужчин с королевской кровью. То была, конечно, зависть. Все всегда считали, что кому живется лучше всех, если не принцессам или герцогским дочкам. Безусловно, все хотели бы быть на их месте. Да, Мирабель не отличалась отдельными талантами, как вышивка или живопись, однако эта свойственные ей грация, манера речи и красота искренне поражали многих. Конечно же, на чаепитии присутствовала и одна из самых завидных невест королевства. — Как думаешь, что леди Ревель сделает на этот раз с леди Амелией? Может, выльет на нее горячий чай? — заговорщически и даже угрожающе проговорила вторая леди, прикрываясь веером. — Ох, сегодня так печет солнце. Стоило Мирабель зайти на террасу и отдать парасоль Нэнси, как к ней тотчас подбежала Амелия в своем воздушном светлом платье. — Ах, леди Ревель, вы выглядите прелестно! Сядете рядом со мной? Я так взволнована, ведь, по слухам, Его Высочество Рафаэль должен сегодня посетить графиню. Вдруг он приедет во время нашего чаепития? Мирабель прикрылась веером, что явно входил в комплект к ее платью, и едва не закатила глаза от этой напыщенной взбудораженности, но в присутствии стольких знатных особ не могла себе позволить допустить мелкую шалость.  — Конечно же сяду, леди Арганте, — мягким голосом ответила Мирабель и любезно взяла Амелию под руку, словно свою давнюю подругу. Большинство окружающих было пораженно подобной выходке, так что все то и дело поглядывали на их сладкую парочку. Леди Айрис была учтива ко всем гостьям. Многие нахваливали ее холодный брусничный чай, поскольку в такую жару подобный напиток был кстати. Попутно все искренне удивлялись изяществу и манерам Мирабель, поскольку она прослыла в народе невежественной капризной леди. Каждый находящийся с ней за одним столом мог с точностью заверить, что подобной утонченностью обладала лишь эта молодая особа. — Леди Ревель, я слышала, что вы уже ищете себе супруга. — Ох, пока нет, — заверяла она, нацепив на лицо предпринимательскую улыбку. — Не вижу в этом нужды. Ведя светские беседы с другими девушками, Мирабель начала замечать, что начинает уставать, отчего часто поглядывала в сторону, думая рассмотреть там что-нибудь или кого-нибудь. Во время очередной нудной дискуссии в комнате, откуда дверь выходила на террасу, послышался шорох. Мирабель отчего-то сразу же поняла, кто это был, так что с замиранием сердца ждала, когда долгожданный гость наконец явит свою личину. Мгновения растянулись в бесконечность, и девушка едва ли себя сдерживала от порыва вскочить с места и без всяких объяснений удалиться. Наконец штора двинулась, и на террасу вышел дворецкий, отчего Мирабель настигло мимолетное разочарование. А в комнате тем временем послышались голоса. — Госпожа, прибыл Его Высочество второй принц. Тотчас же девушки начали перешептываться друг с другом, а Мирабель все пыталась унять взволнованное сердце. Леди Айрис искренне обрадовалась такой вести, так что едва ли не вскрикнула. — Ах, пусть присоединится к нам. Дамы, вы не будете против того, чтобы мой сын побыл в нашей компании некоторое время? Конечно же, всем хотелось встретить знаменитого второго принца, так что гостьи чаепития взбудоражено соглашались, попутно поправляя волосы и макияж. Мирабель же лишь распахнула веер и начала усилено махать им у лица, выражая всепоглощающее предвкушение. Под шквал девичьих восторгов порог переступила мужская нога. Все вмиг замолкли, кокетливо стреляя глазками в направлении гостя. Мирабель боролась с желанием поднять взгляд, но в конце концов сдалась и, прикрывшись веером, медленно скользнула глазами вверх. Пока леди Айрис громко и волнительно приветствовала сына, девушке удалось разглядеть его получше, приметить изменения в его внешности. Высокая статная мужская фигура, облаченная в черный фрак с золотыми пуговицами, стояла у самого входа на террасу. У ворота виднелся белоснежный пышный бант с королевской брошью в середине. Он стоял к ней боком, отчего девушка смогла заметить незначительную горбинку на носу. На матовой едва загорелой коже щеки были усыпаны словно шоколадные крошки родинки. Волосы его были аккуратно причесаны, открывали его высокий лоб. Уверенно сцепив руки за спиной, Рафаэль отвечал матери своим низким с хрипотцой голосом, отчего по коже Мирабель прошлась рябь мурашек: — Благодарю за радушный прием и приглашение, — он скользнул взглядом по девушкам, и все по очереди начали склонять головы, прячась то за веерами, то за руками. Но он остановился на Мирабель, задержался на несколько мгновений и переметнулся обратно к графине. — Однако вынужден отказать. У девушки едва ли не перекосило лицо. Она подумала, что причина заключалась в ее присутствии. — Ох, Ваше Высочество, отведайте хотя бы этот сочный кремовый торт, — вдруг предложила одна леди, подвинув тарелочку с угощеньем ближе к второму принцу, нарочито наклонившись вперед, демонстрируя большое декольте. — Или этот дивный чай! — поддержала ее подруга, сидевшая рядом. Мирабель сжала веер крепче прежнего и еще сильнее скрыла за ним свои поджатые губы. — Вынужден отказать, я утомился с дороги, так что покину вас, — однако на Рафаэля не подействовали уговоры девушек, и он посмотрел на матушку, которая явно была огорчена. — Что ж, раз так, то возвращайся в свою комнату, а когда наберешься достаточно сил, то, будь любезен, присоединяйся к нам… — Ну, раз Его Высочество отказывается от такой чести, то я могу в полной мере занять его место, — вдруг вмешался в разговор темный фэйри с огненно-красными длинными волосами, часть которых была заплетена в мелкие косички. Мирабель тотчас же признала в нем Лемана и снисходительно улыбнулась, качнув головой. — Вы же не против, дамы? — подмигнул мужчина. Однако данный поступок только заставил девушек поморщиться от отвращения: как мог чернокожий ублюдок так непосредственно разговаривать с особами из высшей аристократии? Фэйри будто бы понял их неблагосклонность, но не подал виду и продолжал белоснежно улыбаться.  — Леман, кажется, я говорил тебе подождать меня снаружи? — сердито свел брови Рафаэль, которому явно не понравилась вся сложившаяся ситуация. — Да ладно тебе, Ра-а-аф! — протянул мужчина, обернувшись. — Ах, где ж мои манеры! Графиня, рад познакомится! Я Леман Рэдвоулд, генерал Ордена Светлых и Правых и лучший друг Рафаэля, — он протянул руку леди Айрис, а потом покосился на второго принца. — Он может отрицать, но он просто смущается. — Ах, так вы друг моего сына! Как я признательна вам..! — За то, что терплю его? Это да, дело бравое, — добавил он, вызвав у леди Айрис смешок. — Леман, — строго проговорил Рафаэль, — идем. Нам есть что обсудить. — Ну, дьявол, Раф, я вообще-то проголодался, а тут столько яств! — сокрушенно воскликнул фэйри, указывая на стол. — Да, я бы тоже не прочь перекусить, Ваше Высочество, — поддержал товарища Кларк, стоящий по правую руку от Рафаэля. Тем временем юные леди начали шептаться, косо поглядывая на заносчивого и наглого фэйри. — В самом деле, Ваше Высочество, — громко захлопнула веер Мирабель, призывая все внимание гостей к себе, и протянула свою изящную ручку к чашке чая, — вы и ваши товарищи так утомились и, наверняка, проголодались с дороги. Мы не будем против, если господин Рэдвоулд присоединится к нам. Так ведь, дамы? — искоса посмотрела она на девушек, коснувшись губами чашки. — Все же это лучший друг Его Высочества. Не должны ли мы проявить почтительность к такому гостю? Все леди переглянулись. Кто-то, поняв намек, тотчас начал поддакивать, предлагая Леману тарелочки с угощениями. Он же с благодарностью посмотрел на Мирабель, которая, отставив чашку обратно на стол, легонько стукнула закрытым веером по подбородку. — Если вы стесняетесь трапезничать при нас, то можете забрать угощенья с собой, — добавила она, посмотрев прямо на Рафаэля. Тот глядел на нее в ответ некоторое время, а потом отвел взгляд. — Да, пожалуй, так и сделаем. Леман, жду тебя. Приятной трапезы, дамы, — сказал на конец Рафаэль и удалился из террасы, позволяя девушкам вновь начать оживленную беседу. — Ах, интересно, что же больше по душе Его Высочеству? Леди Ревель, вы, стало быть, должны знать. — Будет ли уместно предложить ему чизкейк? — Хм, второй принц не особо любит сладости… — задумавшись, начала Мирабель. — Ему больше нравится мясо, — закончил за девушку Леман, собирающий в охапку угощения со стола. — Ну, я покидаю вас, дамы. Было отрадно побывать в вашей компании. Стоило темному фэйри покинуть террасу, как девушки начали презрительно коситься, фыркать и самодовольно ухмыляться. — Только подумать, насколько второй принц милосерден, раз держит подле себя такое создание, — сказала одна юная леди с пышным бюстом. — А ведь ходили слухи о его бесчеловечности… — Да, второй принц добросердечный! — воскликнула Амелия, отчего Мирабель едва не поперхнулась чаем. — Я слышала, что он спас много детей из деревень, приютил их в хорошие воспитательные дома. — А вы видели эту матовую кожу, эти пленительные глаза, задумчивый взгляд и статную фигуру? А-ах, само совершенство! — мечтательно протянула одна совсем юная леди. Графиня тем временем горделиво улыбалась и молчала, наблюдая со стороны за восторгами ее сыном девушек. — И эта строгость и, возможно даже, неприступность придают ему загадочности. Мирабель удивлялась, как еще не погнула вилку от такой навязчивости девушек. Они спрашивали у нее про все, касаемое Рафаэля: его любимый цвет, увлечения, предпочтения в девушках. Она отвечала односложно, потому как злилась от их излишней заинтересованности. Но это и удивляло ее больше. Спустя некоторое время, окончательно устав от допросов, она наконец вышла в сад, чтоб остудить голову и все рассудить. Нэнси девушка попросила остаться на террасе. «Веду себя, как ревнивая истеричка. Ах да, кажется однажды мой злосчастный бывший однажды так и назвал меня», — саркастично подумала Мирабель, крепче сжимая ручку парасоля. Тем временем, Рафаэль, решивший буквально сбежать от матери и ее настроя женить его на ком-либо, стоял в тени яблочного сада. Сюда он всегда приходил, когда ему хотелось укрыться от внешнего жестокого мира. Закурив трубку, юноша тихо выругался. — Тоже мне, нашел из-за чего злиться, — усмехнулся Леман, уплетая за обе щеки одолженные сладости. — Тебе буквально всех столичных красавиц преподнесли как на блюдечке, а ты возмущаешься. Я, к слову, уже двух цыпочек присмотрел, — подмигнул он приятелю. — Ты не изменим, — укоризненно заявил Кларк, вырывая из рук фэйри кусок чизкейка. — Но и вправду, тебе незачем серчать, Раф. — Вот-вот! Ты возьми да приударь за кем-нибудь. Может Алекса в кой-то мере успокоится, — рассмеялся Леман, отчего Рафаэль озлобленно покосился на него. Тот лишь развел руками. — Ах точно: ты у нас однолюб. Но тогда что тебе мешает приударить за ней? Она ведь тоже здесь. — Поэтому я и злюсь: что она тут забыла? — задумался Рафаэль, вспоминая при этом ее тонкие руки, длинные темно-серые ресницы, которые каждый раз прикрывали ее загадочные глаза. Леман довольно улыбнулся и чуть толкнул Кларка локтем. — Погляди-ка как покраснел. Небось о ней подумал. Рафаэль лишь цокнул языком и убрал трубку в карман. — Это из-за жары, — и снял фрак, забросил его на плечо и растрепал волосы. — Только приехал, а уже скучаю по старым нашим посиделкам. — А по ней ты не соскучился? — с издевкой проронил Леман, заслужив еще один неодобрительный косой взгляд второго принца. — Я знаю, что ты не хотел, чтоб я шел с тобой из-за предвзятости этих разукрашенных кукол. Спасибо за твое беспокойство, да только взгляни на нее! Благодетельница! Она защитила меня и разрешила взять еду! Отныне я ее поклонник. Рафаэль чуть сузил глаза, вспоминая неподобающее отвратительное отношение некоторых гостий к его другу. Он знал, что Леман вызовет подобную реакцию у аристократии, и пытался его уберечь от этого. Вот только фэйри был упрям и своеволен, так что лишь отмахнулся рукой от предостережений товарища. Юноша опустил взгляд на шрам, выглядывающий из ворота неудобной по мнению фэйри рубахи. Это была лишь маленькая частица всего того кошмара, что отпечатался на спине у Лемана. — Так легко заслужить твою благосклонность, — с издевкой проронил Кларк и ненароком посмотрел в сторону, в изумлении распахнув глаза. — А вот, к слову, и она. Рафаэль вздрогнул и резко повернул голову в сторону, куда не моргая смотрел его наставник и друг. Тонкая и миниатюрная фигурка неспеша приближалась к яблоневому саду. Тень от парасоля спадала на ее бледное лицо. Молочная атласная блуза хоть и прикрывала ее декольте, но не скрывала женственных форм; пышные рукава придавали ее силуэту эфирности и элегантности. Скромность ее одеяния мог поставить под сомнение лишь небольшой вырез у прямой горчичной юбки, который был здесь лишь для удобства передвижения. На ней было минимум украшений — только две круглые сережки, которых закрывали выпрямленные волосы, — однако девушка словно вся сияла, а пейзаж цветущих яблонь словно был неотъемлемой ее частью. Окажись здесь живописец, он бы безусловно тотчас же схватился бы за кисть, чтоб запечатлеть сею замечательную картину у себя на холсте. Мирабель остановилась, устремив свой острый словно иглы взгляд прямо на мужчин, что тоже откровенно смотрели на нее. Рафаэль почувствовал непонятную дрожь, видя впервые ее глаза такими хищными и пленяющими. Хоть между ними было приличное расстояние, он ощущал, будто они гипнотизировали его. Не успел он вдоволь насладиться ее открытыми глазами, как на них вновь упала тень серых ресниц. Девушка посмотрела себе под ноги, на камни, а потом повернула в сторону и не ушла — мерно уплыла будто лебедь на водной глади. Леман покосился на Рафаэля и, наклонившись, тихо спросил: — И почему ты до сих пор здесь? Принц шумно выдохнул и вопросительно посмотрел на друга, скривив губы. — Подойди, прогуляйся с ней. И сделай пару комплиментов, как я учил, а то знаю твое умение придумывать приятные слова. Рафаэль вновь вздохнул и, кинув другу в руки фрак, пошел вслед за девушкой ускоренным шагом, чувствуя биение в висках. Пока в голове метались разные мысли о том, о чем можно было с ней поговорить, его губы уже разомкнулись. — Леди Мирабель! Ее хрупкие плечи вздрогнули. Девушка остановилась и лениво обернулась, вопрошающе наклонив голову. Догнав Мирабель, Рафаэль улыбнулся одним уголком губ, протягивая руку. — Позволите? — учтиво предложил он. Девушка сначала посмотрела на ладонь с натянутой кожаной перчаткой, а потом покосилась на особняк, за углом которого проходило чаепитие. Поразмыслив полсекунды, она вновь спрятала глаза под покровом ресниц, пока алые губы ее растягивались в искусительную улыбку. — С радостью. Мирабель взяла его под руку и наклонила парасоль в сторону, чтоб тот не мешался принцу. Они неспеша двинулись вперед по тропинке, наслаждаясь птичьей трелью и сладостным ароматом цветущих яблонь. — Решила сбежать с чаепития, изысканная? — спросил Рафаэль и тотчас же мысленно ударил себя по лбу. Но Мирабель лишь посмотрела на его покрасневшие кончики ушей. — Да, все расспрашивали о тебе, отчего стало невыносимо тоскливо, — она театрально вздохнула, всплеснув одной рукой. — Ты вызвал большой ажиотаж у дам. Рафаэль поджал губы и отвел взгляд, пока девушка внимательно наблюдала за его реакцией. — Наверняка сейчас подглядывают за нами да скалятся, — продолжила она. — Говорят: «Ох уж эта лисица из дома Ревель, грязная потаскуха». — Прости, если доставил неудобства. — Нет, ничего. У них нет оснований на какие-то грязные слушки. Все же я твоя подруга детства и, к тому же, могу тебе кого-нибудь порекомендовать. — Чего? — Скажи: тебе кто-нибудь приглянулся? Я могу посоветовать, — лукаво улыбнулась Мирабель. — У меня, знаешь ли, уже есть определенный опыт свахи. Эрнест и Эсми, леди Айрис и мистер Крэфман, Себастьян и Элизабет — они вместе лишь благодаря моему содействию! Рафаэль саркастично изогнул бровь и недоверчиво посмотрел на девушку. — Спасибо, но вынужден отказаться: не доверяю «свахам», читающим затянутые дешевые романы для девиц не старше четырнадцати. — Эй! — Мирабель еле удержала себя от того, чтобы не дать этому нахальному наглецу подзатыльник, и лишь незаметно толкнула его локтем. — Чтоб ты знал: в таких романах как нигде прописывается истинная любовь!.. — Ага, а еще эротика. — Что? — Что? — В любом случае, я могла бы тебе помочь, если ты, конечно, уже не нашел даму сердца, — она украдкой заглянула в его глаза. Изначально Рафаэль хотел ответить, что у него уже есть возлюбленная, ведь это не было бы ложью, однако в последний момент передумал, желая посмотреть на реакцию девушки. — Нет, пока не нашел, и мне никто не приглянулся. Трудно сказать, основываясь лишь на внешности, тем более когда рядом сидит самая красивая девушка во всем королевстве. Мирабель лукаво улыбнулась. — Знаю-знаю, но я могла бы познакомить тебя с толковыми и эрудированными леди. Например, дочь виконта Цолерн. Весьма симпатичная и умная девушка. Из вас бы вышла гармоничная пара. Я знаю, что она с отцом на днях приезжает, так что могла бы вас познакомить. — А что, если мне нравятся скорее не умные дамы, а интересные собеседницы? — хмыкнул Рафаэль. — Не думала, что тебе нравятся болтушки. — Не болтушки, а интересные собеседники. Например, с Кларком можно поговорить на разные темы, но он не такой многословный, как Леман. — Хм, возможно, леди Цолерн из таких. В любом случае, познакомьтесь. — Да я не так заинтересован в отношениях. У меня сейчас другие заботы, — он задумчиво взглянул на бассейн впереди. — Хотел тебя поблагодарить за предупреждение, — юноша заведомо понизил голос. — Королева не заставила себя долго ждать. Боюсь, она попытается еще раз. Ты не будешь в опасности? Мирабель качнула головой, хотя в ее действиях была видна неуверенность. Но Рафаэль ничего не сказал — лишь задумался о том, что нужно усилить ее охрану. Тем временем они уже вплотную подошли к бассейну. Мирабель наклонила голову и внимательно всмотрелась в воду. — Подумать только, в детстве мне он казался глубже. Я ведь действительно боялась, что утону. — Под тяжестью платья тебя бы унесло ко дну, где ты и задохнулась, так что твои опасения были не напрасны. Девушка закатила глаза, а потом пощурилась. — А еще я помню, как ты бесчувственно смотрел на то, как я тону. И не стыдно тебе? — Ты будешь мне это до конца дней припоминать? — Я после смерти буду являться в твоих снах в виде призрака и причитать по этому поводу. — Думаешь, что умрешь раньше меня? — неожиданно спросил Рафаэль. — Мне кажется, что так оно и будет, — повела она плечами. — А если нет, то буду приходить к тебе на могилу и ругаться. Подержи пожалуйста, — Мирабель подала Рафаэлю парасоль и, оглядевшись, сняла обувь. — Что ты делаешь? Вместо ответа девушка приподняла подол юбки и опустила стопу в прохладную воду, облегченно выдохнув. Поменяв ногу, она обернулась к Рафу. — Тебе не жарко в перчатках? Пока никто не видит, ты можешь их снять. — Да ничего, я привык уже, — юноша, смущенный очаровательностью ее бездумного и даже ребяческого поступка, отвел взгляд. — Тебе понравился мой подарок? Я не знаток в дамских предпочтениях, поэтому последовал совету Лемана. Мирабель похлопала ресничками и наклонила голову вбок. В распахнутых красных глазах промелькнул луч света, отливая золотом. — Я осталась довольна, однако до сих пор жду обещанный второй подарок! — с ноткой каприза заявила Мирабель и наклонилась ближе к воде. — Да, скоро ты его увидишь, — загадочно улыбнулся он, наблюдая за тем, как капли всплесками попадают ей на шею и лицо. Выпрямившись, девушка повернулась к Рафаэлю и забрала парасоль. — Я рада, что у тебя появились друзья. Жду не дождусь познакомиться с ними поближе. Этот Леман, кажется, тот еще дамский угодник, раз так точно определил мое предпочтение к парфюмам. — Да, он тот еще ходок, — укоризненно ответил юноша и чуть погодя посмотрел на ее босые ноги, выглядывающие из-под юбки, после чего исподлобья взглянул в ее глаза. — Расскажешь мне про упущенное мною за все эти пять лет? — С удовольствием. Они начали возвращаться только спустя полчаса, а Мирабель все не переставала рассказывать. Рафаэлю это было только в радость: он мог вдоволь насладиться ее мелодичным мерным голосом и улыбкой, что не переставала сиять на бледном лице. Их появление взволновало юных леди, что уже по-видимому начали скучать на чаепитии, раз теперь свободно перемещались по территории графства, образовавшись в небольшие компании. Конечно же, Рафаэль уже словил косые взгляды на Мирабель, отчего у того резко упало настроение. Он также заметил, как его спутница помрачнела, стоило ей увидеть Амелию, разговаривающую с Леманом и Кларком о чем-то. Завидев Мирабель и Рафаэля, девушка видно смутилась и склонила голову. Тогда Леман помахал ладонью. — Ра… Ваше Высочество, леди Ревель, идемте сюда! Пара равномерно двинулась в направлении друзей второго принца. Стоило им оказаться ближе, как взгляд Рафаэля уцепился за веточку яблони, что красовалась в волосах леди Арганте. Девушка низко поклонилась, схватившись дрожащими руками за подол платья. — Познакомьтесь, это леди Амелия из рода Арганте, — представил Леман. — П-приветствую В-ваше Королевское Выс-сочество, — промямлила она, робко опустив взгляд. Позволив Амелии выпрямиться, Рафаэль сразу же встретился с ее кукольными фиалковыми глазами. — Леди Арганте, кажется, вас я сопровождал на дебют, — задумчиво проговорил Рафаэль, чувствуя, как Мирабель ловко убрала руку с его локтя. — Д-да, все верно, — украдкой похлопала она ресницами и посмотрела на спутницу второго принца. — Леди Ревель, вы так неожиданно нас покинули. Неужели наша компания вам наскучила? — Нет, что вы, леди Арганте, — Мирабель нацепила на лицо предпринимательскую улыбку, — просто захотелось повидаться с давним другом. — Оу, понятно. Ваше Высочество, я слышала о вашем содействии в помощи сиротам. Это так благородно с вашей стороны! — восхищенно воскликнула Амелия, сцепив руки перед собой в замок. — Мне бы тоже хотелось заняться благотворительностью, однако матушка не дает мне достаточно сбережений, чтоб… Ах, о чем я! Могла бы я когда-нибудь принять участие в ваших содействиях помощи гражданам? Она будто ненароком взяла его ладонь и сжала в своих тоненьких пальчиках, будто вымаливая взять ее с собой на одну из миссий. Рафаэль поразился подобному жесту, так что растерянно ответил: — Ваше рвение помогать людям великодушно. Я подумаю об этом, — и аккуратно убрал руку. — Ах, благодарю вас! Для меня будет честью помочь вашему непростому делу, — отрадно улыбнулась девушка и перевела взгляд на Мирабель. — Ле-леди Ревель, зачем вы так подозрительно смотрите на мою шею? Рафаэль обернулся к девушке, что пристально смотрела в одну и ту же точку, а потом как ни в чем не бывало натянула улыбку. — У вас просто дивное ожерелье, — ответила Мирабель, заставив Амелию покраснеть. Но тотчас же девушка с легким прищуром и хищной ухмылкой посмотрела ей прямо в глаза. — Интересно, сколько времени понадобиться для того, чтобы удушить им вас. В воздухе повисла гнетущая неловкая тишина. Амелия тотчас побледнела и прижала дрожащие руки к груди. Леман удивленно распахнул глаза и странно покосился на Мирабель, которая продолжала подозрительно улыбаться. Кларк и Рафаэль просто нахмурились и вопрошающе смотрели на девушку, которая чуть погодя отмахнулась рукой. — Ах, да ладно вам, я просто шучу, — она как ни в чем не бывало рассмеялась. — Неужели неудачно? Леман поддержал Мирабель и загоготал, смахивая с ресниц слезу. — Сразу видно, что ты… вы подруга Ра… второго принца, — фэйри приятельски ударил юношу по плечу. — Он тоже часто говорит жуткие вещи, но я знаю, что он не всерьез. — Вообще-то, — Рафаэль изогнул одну бровь, — про то, что я однажды скручу твою голову, я не шутил. — Леди Арганте, вы же не подумали, что я говорю серьезно? — обеспокоенно спросила Мирабель, робко приложив руки к губам. — Мне так жаль, что я напугала вас. Простите мне мою шалость. — К-конечно, леди Ревель, — неуверенно улыбнулась Амелия. — Между нами не может быть никаких обид. Когда гостьи начали уходить, графиня подошла к Мирабель и попросила ее остаться, чтобы сообщить радостную весть. Ничего не ведающие они с Рафаэлем сели на диван в гостиной, молча ожидая, когда спустится Роджер. Стоило мужчине наконец явить себя, леди Айрис закрыла двери и в предвкушении оглядела всех собравшихся, потирая от волнения руки. — Ну, у меня есть для всех вас благая весть, — сконфуженно пролепетала графиня и положила ладони на живот. — В нашей семье ожидается пополнение. Удивился только Роджер — Мирабель и Рафаэль остались спокойными. Девушка лишь искренне улыбнулась, в то время как ее друг детства даже бровью не повел. — Поздравляю, — безмятежным голосом сказала Мирабель. — Д-дорогая, у нас и в правду будет ребенок? — наконец смог заговорить Роджер. Леди Айрис ласково улыбнулась и взяла мужа за руки. — Да, я этому очень рада, однако, — женщина покосилась на сына, — ваша реакция какая-то неутешительная. Неужели вы итак все знали? — Я догадалась еще на церемонии совершеннолетия, когда вы смели все тарталетки со стола, — пожала плечами девушка. — И рассказала о своих предположениях Рафаэлю. — Этого и следовало ожидать: ты уже давно мечтаешь о втором ребенке, — кивнул принц. Леди Айрис шумно выдохнула и качнула головой. — В общем, что я хотела спросить: Мирабель, ты станешь нашей кумой? Я уже давно считаю тебя частью нашей семьи, так что буду рада, если ты согласишься. Мирабель удивленно распахнула глаза и сжала ткань юбки. Ее доселе выпрямленные статные плечи содрогнулись вперед. — Это такая честь, — у нее перехватило дыхание, и глаза вновь скрылись за плотными блестящими веками. Роджер сильно разволновался, начал сразу же строить планы по поводу детской комнаты, игрушек, вещей. Он вышел из гостиной в порыве какой-то идеи. Извинившись перед сыном и названной дочерью, графиня последовала за супругом. Мирабель, коротко посмеявшись, достала из кисета портсигар. — С таким поводом и не грех закурить. Ты не против? — Нет. Пожалуй, даже присоединюсь, — Рафаэль вынул из кармана трубку с коробком спичек. — Тебе поджечь? Кивнув, девушка протянула папиросу к огню. Одновременно затянувшись дымом, они вальяжно развалились на диване. Чуть погодя Рафаэль взглянул на Мирабель, что изысканно держала сигару в руках, словно подобное для нее было вполне естественно. — И давно ты куришь? — Кажется, на день рождения Изимбрад подарил мне портсигар, который я уже скурила четыре дня назад. Так что нет — не давно. А ты? — С восемнадцати. Только матери не говори, а то засерчает. — И не собиралась, — повела плечами девушка, потянувшись к пепельнице. — Так ты рад новости о скором появлении брата или сестры? — Конечно. Главное, что она счастлива, — Рафаэль посмотрел на чуть приоткрытые двери и поморщился. — Не понимаю, почему такая неожиданная реакция. Разве это неестественно: в браке появляются дети. — Ну знаешь ли, когда тебе за сорок, а у тебя еще нет ребенка, ты не можешь не радоваться такому. Тем более, они в браке уже два года, а беременность наступила только сейчас. Рафаэль задумчиво хмыкнул, выпуская из-под поджатых губ клуб дыма. — И то верно. Графиня вернулась быстро, успела поругаться на сына за появление у него вредной привычки и успокоиться под заботой Мирабель. Рафаэль уверил мать, что курит редко и недолго, после чего женщина недовольно покачала головой, но пререкаться больше не стала. — Совсем забыла попросить тебя еще кое о чем, Мира, — леди Айрис обернулась к девушке, которая продолжала посмеиваться над только что произошедшей ситуацией. — Поскольку Рафаэлю нужно наверстать упущенное и улучшить свою репутацию в свете, ему нужно обзавестись связями, а где ли не лучше это сделать, если не на балах. Не могла бы ты сопроводить моего одичалого грубого сына? Рафаэль громко прокашлялся, напоминая о своем присутствии. Мирабель взглянула на принца, и в ее глазах сверкнула идея.