Я думаю о нас

На темный ряд домов

лишь одинокий свет в окне.

И стук моих шагов

звучит в полночной тишине.

Жизнь, конечно, — вещь, полная неожиданностей. Всегда. Удивительная и насыщенная. Каждый день — загадка. Даже если ты целый день сидел дома, — всегда найдётся что-то интересное и запоминающееся. Или даже если ты много работаешь — и там сплошь неожиданности, правда. Никогда не знаешь, какую сплетню принесут друг другу сотрудники или что случится на работе: обычно их может переполошить даже приход электрика в офис. Возможно, дело в том, что у них ничего с проводкой не случилось, а он всё равно тут! Но профилактика никому ещё не помешала, так что всё верно. И у Артёма жизнь была насыщенная. Такая насыщенная, что директ разрывался от сообщений разного характера, даже интимного — быть ведущим на шоу. Импровизационном, естественно, а не то, что вы там себе надумали. Хотя откуда мне знать, какие там предложения, на самом-то деле. Но в этой насыщенной жизни был один минус — коммерция. Деньги. Деньги — это хорошо. Получать их — ещё лучше. Но это вообще не его сфера деятельности, несмотря на диплом маркетолога. Диссонанс. Но у нас в мире такого полно: душа не лежит — и всё тут. Поэтому ответственным по коммерческим вопросам назначили Макса. А что? Он уже натренировался на своих стендапах. Постоянно туда-сюда, здесь-там. Вечно скачет. Истинный заяц. Вот Артём и отметил у себя в шапке профиля, к кому обращаться.

По этой мостовой,

вдоль этих скверов до утра

Бродили мы с тобой,

и это было, как вчера.

Отметил он давно. А люди всё удивляются. Артёму тридцать пять. Артём всё такой же душный. Артём всё так же импровизирует. А коммерческие вопросы всё так же решает Макс. И не только командные. Просто Тёмины. Он у них вообще «двигатель прогресса». Только они с Максом не заметили, как их работа переросла в отношения. Как их дружба переросла в отношения. Конечно, они не стали новой версией «Служебного романа», но есть ощущение, что пришли к этим отношениям они точно так же. Тоже сначала поссорились на какой-то из вечеринок. Только Макс, вроде, ни с кем на него не спорил, — хотя кто знает этого балагура. Потом помирились. Благо, они друг на друга дуться долго не умеют. Просто физически не могут. Совсем. Потом Макс пригласил его к себе. Это было уже немного странно, ибо, ну, друзей в гости не зовут так официально, в тайне от всех и умоляя Серёжу провести ночь где-нибудь в другом месте. Только в квартире Артём выяснил, что это свидание. Думаю, Макса выдали свечи. А стейки совершенно точно ни при чём. Они с Шевелевым их каждый день едят. А это точно не свидание. Кто же на свидании стейки ест? Целоваться потом неловко! И угадайте, что? Они снова поссорились! Только в этот раз из-за того, что Заяц не хотел признавать очевидного: они встречаются. Ну или как минимум идут навстречу отношениям. Но Максим его уверял, что это сугубо дружеско-деловые отношения. Артёму осталось только взвыть. Но закончилось всё тем же такси и поцелуями. Множеством поцелуев. Только трёх мальчиков у них не получилось. У них-то и первых двух не было.

Как жаль, но ты сегодня не со мной,

И только каждый раз,

Когда иду по этой мостовой,

Я думаю о нас.

Артёму уже слишком много лет. Он уже намного реже сидит в инстаграме. И ему не поступают предложения вести импровизационные шоу. Да он бы и не пошёл, если честно: слишком уж он хочет спокойной жизни. Да и признаваться честно: он даже не в России. Он в Минске. Всё-таки смерть хочется встретить там, где твоё сердце начинало биться. Вот только привычка слушать в наушниках «Браво» у него никуда не делась. И вспоминать былые времена — тоже. Он с улыбкой вспоминал, как в свои тридцать пять он бегал по мостовой за Зайцем, пытаясь того догнать, чтобы дать щелбан за то, что тот укусил его в плечо. И как они смеялись, будто на улице никого не было. Как они уезжали за город, чтобы насладиться закатами, сидя на мостках у озера, и, осторожно оборачиваясь, целоваться на фоне этого заката, после чего падать на эти мостки, всё так же самозабвенно целуясь. Он помнит их совместные путешествия, где Макс всегда был «за» абсолютно во всём. Чтобы Артём ни предложил — тот согласен. И своих идей накидает — ещё миллион дел, которые им нужно сделать до того, как они улетят. Но главное, что делал Макс в таких путешествиях, — всегда брал его за руку на улице, останавливался, чтобы они поцеловались, и делал миллион совместных фотографий. Артём помнил, как они перестали быть юными, но не перестали быть счастливыми. Как они всё-таки переехали в свой уютный домик, где ничего не боялись, а по утрам просыпались вместе. Уже не такие бодрые и энергичные, хотя по Максиму такого вывода сделать нельзя было, — но даже он стал чуть спокойнее. Поцелуи стали менее страстными, но более нежными. Поцелуи стали не такими долгими, но не менее значимыми. Поцелуев стало больше, но других. И Артём был счастлив. И сейчас, идя по мостовой и глядя на тёмное небо над головой, он смотрит на звёзды и отправляет мысленный воздушный поцелуй.

Все так же, как тогда,

такой же мягкий лунный свет,

Блестит в реке вода,

и лишь тебя со мною нет.