Ты ещё натурал? Сейчас мы это исправим!

— Я же сказал тебе взять свой пиджак! Если из-за этого твоего самодурства, тебя не возьмут на стажировку, можешь не мечтать о том, чтобы увидеть своих друзей где-то кроме школы! И уж точно не у нас дома! Даже когда меня нет! — Прошипел мужчина. — Хорошо, отец, — вяло отозвался Питер и прикрыл левое предплечье ладонью правой руки. Двое вышли из лифта в просторный холл с окнами от пола до потолка. Холл перед кабинетом самого Тони Старка. Ожидая внизу, Питер уже видел пару родителей с детьми, которые выходили из лифта злые или расстроенные, и сам он тоже не ожидал ничего иного в свой адрес. Миловидная высокая блондинка подняла на них взгляд, встала из-за стола и переложив какие-то бумаги, произнесла: — Мистер Томас Холл и Питер Паркер? — Отец Питера кивнул. — Тони Старк вас уже ожидает, проходите. Питер напрягся, он чувствовал взгляд отца, и буквально мог прочитать своей кожей его послание: «Веди себя прилично, иначе дома тебя ждёт скандал». Питер вздохнул, ему ещё ни разу не удавалось угадать как это, в понимании отца, — вести себя прилично. Он просто знал, что сегодня его ждёт интересный вечер и ещё пара синяков в уже имеющеюся обширную коллекцию. Ему откровенно не нравилась вся эта идея со стажировкой. Точнее так, он бы хотел пойти на стажировку, только в производственный отдел, а не в личные помощники самому Тони Старку. Во-первых, эта идея — провальная, ибо ничего кроме хороших оценок и неплохих знаний в химии у него не было, во-вторых это банально скучно заниматься бумажками. Да и сам Тони Старк конечно же выберет себе кого-то с опытом в этом деле, а не незрелого мальчишку. Но Отца сманили оплата стажировки и почёт. Какого это говорить всем на работе, что его сын, пусть и приёмный, — личный помощник Тони Старка, главы компании Старк Индастриз, где собственно и работал Томас, что парадоксально, на неплохой должности. Они прошли через стеклянные матовые двери и оказались в неожиданно небольшом кабинете. Однако уставлен он был также стильно, как и вся остальная башня. Питер не сразу заметил мужчину, сидевшего за массивным столом из тёмного дуба с стеклянной столешницей. Он перебирал какие-то бумаги и совершенно не обращал внимание на вошедших. Томас покашлял, Тони тут же поднял на них взгляд и улыбнулся, самой приветливой улыбкой, каких Питер ещё ни разу не видел. Хотя нет, видел, такая же была у тёти… Это был мужчина с картинки: аккуратно подстриженная борода, уложенные волосы с намёком на приличную случаю небрежность, приятные черты лица, излучающие что-то доброе и приветственное и глаза, карие глаза, смотрящие прямо в душу. Тони Старк был таким же, как Питер и думал, — невероятным. — Здравствуйте, Томас, приятно вас видеть. Не ожидал, что у вас есть сын, что же, буду рад и с ним познакомится. Очень приятно, эм… — Тони замялся, ища что-то глазами в бесконечных листах бумаги на столе. — Питер… — почти прошептал Питер, настолько ему стало неловко и стыдно от всей этой ситуации. Наверняка он ждал чего-то выдающегося от него, каких-то наград или чего-то подобного. А Питер то собственно и был просто Питером, без каких-либо регалий. — Ах, да, Питер, прости ребёнок, сам понимаешь, у меня сегодня людей навалом, — рассмеялся Тони, а у Питера от этого смеха что-то лопнуло в груди. Томас незаметно толкнул Питера под локоть, тот опомнился и затараторил: — Да, здравствуйте мистер Старк, я тоже очень рад вас видеть, т-то есть, мне тоже очень приятно… — Да не надо так официально, присаживайтесь, — ответил Тони, и они сели в кресла напротив стола. Дальше говорили только Тони и Томас, Питер просто предпочитал не отсвечивать. Чем меньше говоришь, тем меньше шансов ошибиться, соответственно меньше получить по голове за свои ошибки. Питер смотрел на Тони, просто смотрел, ничего такого. Ибо не смотреть на этого человека было буквально грехом, так как скорее всего они видятся в первый и последний раз. Тони даже разговаривал как-то тепло, очень мягко и с небольшой хрипотцой, скорее всего от сигарет, хотя Питер не знал точно. Его хотелось слушать, много и постоянно. Питер бы с радостью променял все занятия в школе на прослушивание голоса мистера Старка. Он и сам не заметил, как начал сильнее сжимать руку, прикрывающую бинты на предплечье, и опомнился только когда почувствовал влагу на ладони. Питер оторвал взгляд от Старка и приподнял ладонь, и к его ужасу на ней отпечатались маленькие капельки крови, конечно если именно на руку и не смотреть, то ничего было не видно, но белая рубашка была явно испорчена. Он тут же положил ладонь на место, вновь вернул взгляд на Тони Старка и оцепенел. И отец, и Тони смотрели на него, точнее на его руку. «Он меня убьёт… Если сейчас вскроется такой дефект в его сыне, то он меня задушит, собственными руками задушит! Господи, пусть мистер Старк ничего не скажет сейчас про это, пожалуйста! Только бы он вообще этого не заметил!» — Пронеслось в голове Питера. — Так Питер, а сам бы ты куда хотел пойти на стажировку? — Тони толи сделал вид, что ничего не увидел, толи действительно не заметил. — А, ну я вообще хотел пойти в производственный отдел… — начал было Питер, но кожей почувствовал взгляд отца и тут же поправился, — но думаю, что тут от меня будет больше пользы чем там. — Он постарался улыбнуться, но вышло криво и неестественно. Захотелось запереться в ванной и поплакать от души. — Почему же, у тебя столько наград за конкурсы по химии и рекомендательные письма от учителей, думаю ты бы пригодился в отделе разработок. — Тони снова лучезарно улыбнулся, и Питер не мог поверить своим ушам. Неужели сам Тони Старк сказал, что он хоть чего-то уже добился, и даже упомянул отдел разработок — несбыточную мечту Питера. — Нет, не думаю, что Питер сможет там хоть что-нибудь понять, это слишком сложно для такого как он, — отозвался Томас, с призрением перебирая слова как скороговорку. Они дальше продолжили общаться, а Питер снова остался наедине со своими мыслями. Конечно он понимал, что до отдела разработок ему ещё далеко и всё такое, но неужели отец не мог в него хоть раз поверить? Почему сам Тони Старк может оценить его старания, а пусть и приёмный отец — нет. Стало обидно, буквально до слёз. В глазах защипало, и чтобы не расплакаться Питер поднял взгляд вверх, там на него в ответ уставился бетонный потолок с вентиляцией и светильниками. — Что ж, Питер, ты мне очень понравился и я принял решение взять тебя к себе на стажировку. Приходи в понедельник, оформим тебе пропуск и договоримся о расписании, сейчас я слишком устал для такого. — А? — Питер резко опускает взгляд и пара слезинок срывается с его глаз, он тут же неловко вытирает их рукавом рубашки. — Д-да, спасибо большое! Я о таком и мечтать не мог! — Ну почему же? Все мечты сбываются, — улыбается Тони. — Только не плачь от счастья, мне неловко. Питер смеётся, ему уже всё равно что будет с ним дома, ведь он будет работать с таким замечательным человеком как Тони Старк. И это ощущение лёгкости рядом с ним теперь будет всегда, ну или по крайней мере продолжительное время. И даже то, что мистер Старк заметил его слёзы, Питера уже не волнует, он окрылён счастьем следующей встречи и ничего не могло испортить ему настроение. *** — Расплакался как девчонка! Ты — бесхребетный слизняк! Как ты мог так меня опозорить перед ним?! Он точно видел кровь на твоей рубашке! — Но меня ведь взяли… — Питер ошибался, когда думал, что отец не станет его ругать, так как его всё-таки приняли на стажировку. — Конечно тебя взяли! По тому что я с ним разговаривал! А ты, напоминаю, сидел и болтал ножками! От тебя одни проблемы Питер! Почему ты не можешь сделать что-то хоть раз хорошо! Это была твоя стажировка! И ты должен был с ним разговаривать, а не я! — Томас подошёл к Питеру в плотную, прижимая его к стене. Тот сжался весь, ожидая удара, прикрывая голову руками. — Но это ты хотел, чтобы я туда пошёл… — прошептал Питер. — Я устраиваю твою жизнь, не свою. И ты, мог бы как минимум поблагодарить меня за это! Но нет, ты думаешь только о том, как бы тебе поспать подольше и пузо набить пожирнее, а я один должен тебя обеспечивать?! Я оплачиваю твоё обучение и уже за это ты должен мне ботинки вылизывать, но напоминаю, что у тебя есть телефон, компьютер, одежда, еда, дом, а теперь ещё и работа. Так что закрой свой рот! — Да, прости, спасибо… — Когда я говорю закрыть рот, это значит, что тебе нужно молчать! Бам! Тяжёлая рука опускается на голову Питера с невероятной силой. Затылок обдаёт болью, словно на него вылили кипятка. — Если Тони Старк, каким-то образом узнает о твоей руке, я сломаю тебе её! Ты понял?! — Да, — совсем тихо отвечает Питер с трудом сдерживая слёзы. — Я не слышу! — Всё яростнее кричит отец. — Да, — раздаётся уже громче. — А теперь иди в свою комнату. *** Питер слышит, как замок поворачивается в замочной скважине, слышит уходящие шаги отца, и наконец слышит тишину. Он сидит в ванной, прямо на холодном кафельном полу, синем с белой затиркой. Рядом с ним возвышается белая раковина и стоит ванная, до коврика рукой подать, но Питер игнорирует его, чтобы не испачкать. Над ванной весит синяя шторка с дельфинами, Питер точно знает Tursiops truncatus — дельфин афалина. Когда-то давно он выпросил у отца именно эту шторку, по тому что знал точное название этих дельфинов. Когда-то давно, когда отец ещё относился к нему с любовью, когда они вместе обустраивали его комнату в новом доме. Когда это место перестало называться для Питера домом? Когда этот, по началу добрый и милый человек, так охолодел к нему? Когда всё пошло не так? Что он сделал не так? Питер не знал, он задавал себе этот вопрос уже на протяжении пяти лет, и к ответу так и не пришёл. «Может я просто не заслуживаю любви? — постоянно думал он. — Все, кого я любил умерли, мама, папа, дядя Бен и тётя Мей. Может все они умерли, по тому что я их любил? Но любили ли они меня? Наверняка для дяди с тётей я был просто подброшенным ребёнком, а родителям я был вообще не нужен, раз они отдали меня им перед своей смертью. Томасу я тоже в тягость. Но зачем тогда было меня брать, тогда в детском доме? Разве он не мог взять того, кто бы ему не надоел? Я просто скучный? Ни на что не способный? Я пустое место? Мне лучше умереть? Я не достоин жизни? А кто её достоин? Томас? Но разве он не делает мою жизнь адом? Почему он заслуживает жизни, а я нет?» Над Питером фонариками светят светодиодные лампы, даже слишком ярко, чем хотелось бы. Питер не знает, как дальше быть. Уже невозможно находится в этом аду. А куда бежать? К новой голодной жизни на зарплату уборщика, без учёбы и даже шанса поступить куда-то? Нет. Он не может всё бросить. Но и терпеть не может. Питер тянется куда-то за ножку раковины и достаёт оттуда маленький свёрток. Пропитанная кровью салфетка, такой же грязный бинт и пачка лезвий. Маленьких, блестящих, таких нужных, таких манящих. Он вытаскивает одно из упаковки, разворачивает бумажку и вот оно, желанное. Острый прямоугольничек железа с тефлоновым покрытием, в левом верхнем углу циферка 3, в правом нижнем 4, а на верхней грани чёрная, жирная надпись: «Спутник». Первое углубление, углубление побольше, потом снова маленькое, потом ровно и сразу следом полукруглое углубление и всё повторяется в обратной последовательности — вырез в серединке. Питер ловко ставит его в руку не обрезавшись, словно это не лезвие, а простой карандаш. Снимает штаны. Так же ловко он проводит им по коже уже изрезанных бёдер, оставляя кровавые линии, словно по бумаге рисует чёрточки. Совсем легко, не надавливая, чтобы оставались лишь еле заметные следы. Потом постепенно, как художник набивает руку, и линии становятся увереннее, жирнее. Крови всё больше. Она красными каплями скатывается по белоснежным бёдрам, щекоча нежную кожу. Питер переходит на внутреннею часть бёдер, тут всегда становится ощутимо больнее, но не на столько чтобы кричать, лишь тихо шипеть. Он делает много коротких, глубоких штрихов, надавливая на карандаш-лезвие и всё никак не может успокоиться. Становится всё больнее и больнее, больше и больше. И Питер уже не может терпеть, отбрасывает лезвие в угол ванной чтобы остановиться. Он стирает слёзы боли и обиды тыльной стороной ладони, тёплые, нет, даже горячие слёзы. Стирает капли крови с ног, шипит, но терпит и заматывает их эластичными бинтами. Он бы с удовольствием резал руку, как обычно, но места на ней не осталось, и он ждал, когда всё хоть немного подживёт. Питер встаёт и идёт в комнату, после него на полу остаётся натёкшая лужа крови. Питер с трудом доходит до кровати. Бёдра болят, бинты жмут и трутся друг об друга, угрожая развязаться. Но когда он опускается на вожделенную постель, весь мир меркнет перед неожиданным воспоминанием о Тони Старке. О его странном, тёмном, заинтересованном взгляде, когда он смотрел на капли крови на руке Питера, о его ухоженной бороде, о его слегка растрёпанных волосах, о запахе его парфюма, который чувствовался даже когда они просто сидели рядом. Что-то очень дорогое с запахом коньяка, ноткой кедра и послевкусием железа и машинного масла. Что-то такое тёплое, родное, знакомое, хоть и увиденное в первый раз. И одна мысль о встрече с этим человеком давала Питеру надежду выбраться из этого ада. *** — Ну что, ребёнок, тебя устроят выходные в среду, субботу и воскресенье? В эти дни обычно меньше всего работы, так что мы с Пеппер и сами справимся. — Тони перекладывал какие-то документы у себя на столе, потом остановился и вернулся к компьютеру, печатая что-то. На этот раз они были в другом кабинете, более просторном. Как Питер понял, это был личный кабинет Тони Старка, где ему и предстояло работать. Вокруг, практически везде стояли стеллажи с книгами, вся мебель была сделана из тёмного дуба, стол Тони как всегда завален бумагами, а рядом с ним, в отдалении, почти в самом углу кабинета стоял ещё один стол поменьше. Он был чисто прибран и вызывал странные чувства неправильности в хаосе вещей, находившихся в этой комнате. — А можно мне работать без выходных? — Питер с осторожностью поднял глаза на мистера Старка. — Конечно нет, всем нужен отдых. Такими темпами ты выгоришь и бросишь стажировку за пару недель. Так воодушевлён работой, или дома неспокойно? — Тони оторвался от монитора и перевёл взгляд на Питера. И о-о-о, Питер знал этот взгляд. Он означал: «Либо сейчас ты всё рассказываешь, либо ты труп». — Просто я невероятно рад, что мне довелось работать с таким великолепным человеком как вы и я и правда очень воодушевлён! — Быстро протараторил Питер, стирая все подробности о его жизни вместе с Томасом. — Что ж, если ты такой активный сделаем тебе два выходных, в субботу и воскресенье. Будешь работать как в настоящем офисе, только у меня не заскучаешь. Правда Поттс? — Тони Старк озорно подмигнул вошедшей женщине в красивейшем белом костюме. — Не верь ему, он самый занудный старикан из всех, которых я знаю. Как начнёт про свои механизмы рассказывать, так его шарманку ещё часа два не остановишь. — Женщина поставила на стол Тони чашку наполненную, наверное, кофе, только пах он как-то странно. Тони очевидно заметил интерес Питера к чашке и переведя на него взгляд озорно ответил: — Ты сама такая же вредная старуха Пеппер. Питер, это айриш. Хочешь? — Не спаивай ребёнка! — Крикнула ему вдогонку уходящая женщина. — Да я в его возрасте уже бутылку виски за раз выпивал! — Смеясь прокричал ей в след Тони. — Это с алкоголем? — Непонимающе уставился на чашку Питер. — Но это же кофе! — В этом и смысл, ребёнок. — Сказано это было так тепло и по-отцовски, что у Питера защемило в груди. Томас никогда так с ним не разговаривал. Дальше они ещё долго беседовали об особенностях работы и обязанностях Питера. На самом деле ничего страшного не было, просто следить за документацией, организовывать встречи с партнёрами вместе с Поттс и быть молодым лицом компании на мероприятиях. По словам Тони Питер для этого подходил идеально, хотя сам Питер всё-таки сомневался. Тони говорил, говорил и говорил, а Питер думал, что может провести так вечность, просто слушая его рассказы о работе. Периодически мужчина отхлёбывал из кружки с каждым глотком становился всё веселее и всё больше добавлял шуточек, Питера это настораживало и немного пугало. Когда отец был пьян, его поведение становилось совсем непредсказуемым, а удары намного сильнее, поэтому он мягко говоря опасался, что с Тони может случиться что-то такое же. Он бы очень не хотел, чтобы Тони был таким же как его отец. Пожалуй, это бы разрушило все его мечты. — Ладно, ребёнок, пошли покажу твоё место и выдадим тебе пропуск. — У меня будет собственное место?! — Питер от радости аж подскочил на стуле. — Да не радуйся ты так. Как щенок честно слово. — Тони тоже встал и указал на небольшой аккуратно прибранный стол подле его личного стола. У Питера загорелись глаза. — Прямо в вашем кабинете?! — Ну конечно, где же ещё работать моей правой руке? — Правой руке… — счастливо прошептал Питер. Эму казалось, что это лучший день в его жизни. Краем глаза он заметил, как с интересом улыбнулся Тони. — Ну, можешь обживаться. Что там подростки делают? Меняют обои на рабочем столе? Переназначают звуки на приём носителей? — Хах, ага. — Заулыбался Питер садясь за свой личный стол. Личный стол! Он не мог в это поверить. Собственно, примерно тем, чем сказал Тони Старк Питер и занялся. Изучил компьютер, все ящики стола, подставки для письменных принадлежностей и составил список, чтобы сходить в магазин канцелярии после сегодняшнего знакомства, а завтра уже приступить к работе, после школы конечно же. Тут его отвлёк голос Тони прямо над ухом. — Ну как? Нравится? — Да, очень! Спасибо огромное мистер Старк! — Питер повернулся к Тони, стоящему за ним, и улыбнулся. — Раньше до тебя тут работал другой личный помощник, ему очень нравилось это место. К сожалению, он умер при неизвестных обстоятельствах. По крайне мере так говорят СМИ. Так что не совершай ошибок Питер. — Тони прищурился, и улыбка пропала с его лица. Питер похолодел. Тони был действительно властен и страшен. — Ой да ладно тебе! Он просто уволился, успокойся я шучу. Питер выдохнул и хотел было посмеяться, но тут заметил мелькнувшую рядом с его головой руку и тут же сжался, прикрывая голову руками. Он даже не успел подумать о том, что делает, как в его голове раздался удивлённый голос Тони. — Ты чего? Я не хотел тебя ударить, Питер. Тебя кто-то бьёт? — Н-нет, что вы! Мой отец прекрасный человек! Он столько всего сделал для меня! Хотя бы то, что он устроил меня к вам уже о многом говорит! — Питер замахал руками у себя перед лицом. — Я ничего не говорил про твоего отца, Питер… — Тони многозначительно замолчал, смотря на Питера… с интересом? — А-а-а, просто я про него первым подумал, наверное… — Пристыженно пискнул Питер. — Ладно, в любом случае это не моё дело. На сегодня всё, можешь идти домой. Тони проводил в спешке уходящего Питера хитрым взглядом.