Ты ещё натурал? Сейчас мы это исправим!

Голова болела просто ужасно. Питер с трудом открыл глаза и сел на кровати, прижимая ладонь ко лбу, чтобы стало хоть немного легче. Боль тисками давила, не давая думать. Он мучительно пытался вспомнить событие вчерашнего вечера: вот Питер слушает пение Наташи, потом провожает остальных на задание, затем его накрывает паника и вот он уже пьяный целуется с Тони. Стоп! Пьяный?! ЦЕЛУЕТСЯ С ТОНИ?! Питер подскочил на ноги в панике озираясь. Тони, слава богам, рядом не оказалось. Питер был в чистой пижаме и чувствовал, что разодранную в кровь руку тщательно перебинтовали. Тепло прилило к щекам и ушам, даже шея стала ощущаться горячей. Питер в ужасе ударил себя пару раз по щекам, но боль в голове не спустила ему это с рук и Питеру пришлось опустится на пол из-за нового прилива боли. — Ай-ай-ай-ай-ай. — Прошипел Питер. — Ну что, ребёнок, проснулся? — Издевательски говорит Тони, стоящий у двери и наблюдающий за шоу. — Тони! — Питер подскакивает и в тот же момент падает, ударяясь головой о тумбочку. — Ой! Прости, я напился и не держал язык за зубами! Всё не так как ты думаешь! — Ха-ха-ха! Ребёнок, всё в прядке, давай просто договоримся спокойно без твоего «сейчас». — Тони улыбнулся и подошёл, помогая Питеру сесть на кровать. — Я согласен с тобой встречаться, как только тебе исполнится двадцать один, хорошо? — Нет. — Питер упрямо уставился на Тони. Тот закатил глаза и тяжело выдохнул. — Ладно, восемнадцать тебя устроит? Питер насупился и замолчал. Тони выжидающе смотрел на него. Повисло неловкое молчание, прерываемое лишь недовольным сопением Питера. — Хорошо, — не выдержал Питер борьбы взглядами. — Отлично, что ж, завтрак уже готов, пойдём дам тебе лекарство. Я конечно готовлю не так вкусно, как Наташа, поэтому мне помогала Пеппер, но думаю тебе понравится. — Поцелуй, — Питер поднял взгляд и серьёзно посмотрел на Тони. — Ребёнок, ты разве целуешь того, с кем не встречаешься? — Тони расплылся в ехидной улыбке. — Поправочка, с кем собираешься встречаться! Так что я жду свой поцелуй. — Питер нахмурил брови и сжал одеяло в руках. — И вообще, я согласен на твои условия, только если можно будет целоваться. — Ух ты, как мы заговорили! Ты ещё не дорос до того уровня, чтобы диктовать мне условия. — Тони по-прежнему улыбался, его знатно забавляла вся эта ситуация. — Тогда я скажу Наташе, что ты меня плохо кормишь! — О-о-о, и месть твоя будет страшна! — Рассмеялся Тони. — Придумай что-то повесомее, ребёнок. Питер опустил взгляд, и сиротливые слезинки скатились по его щекам. Губы его задрожали, и он громко всхлипнул. — О, Господи, Питер! Ну зачем же плакать?! Я не думал, что это тебя так обидит! Ты прекратишь, если я разрешу? — Тони присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с Питером, и аккуратно стёр с его лица капельки слёз. — Я жду свой поцелуй, — так же упрямо смотря на Тони, Питер приблизился к его лицу и зажмурил глаза. — Ах вот мы какие хитрые, ну хорошо. — Тони нежно чмокнул Питера в уголок всё ещё вздрагивающих губ. — На сегодня с тебя хватит, пошли кушать. *** — Не можешь заснуть? — Тони, до этого читавший книгу, перевёл взгляд на севшего в кровати Питера. Была уже глубокая ночь, за панорамным окном в комнате Тони светился город с его огромными небоскрёбами, которые, казалось, и правда скребут по небу своими крышами. Огни города светили ярче даже самых близких звёзд, от чего создавалось ощущение, что весь Нью-Йорк стоит под огромным чёрным куполом, как те самые новогодние игрушки в прозрачных капсулах с хлопьями искусственного снега или тошнотворными блёстками. Питеру не спалась. Прошло уже два месяца с момента, как он поселился в доме Тони. Он периодически выпрашивал у Тони поцелуи, но отчаянно хотелось большего. Столько поддержки, заботы и тепла Питер никогда не получал, но с каждым днём становился всё более жадным. Он привык проводить время с Наташей, слушать истории Баки и нравоучения Стива. Но Тони оставался для него особенным. Питеру очень нравилось помогать ему мастерить различные устройства и работать с ним в офисе, а недавно мужчина взял его на деловую встречу. В костюме с непривычки было тесно и жарко, однако Тони сказал, что он держался вполне достойно. Питеру было сложно отвечать на вопросы совершенно незнакомых людей, но он старался изо всех сил ради Тони и, кажется, у него получилось. — Да, можно ты меня обнимешь? — Питер перевёл расстроенные глаза на Тони. Мужчина приобнял его и позволил забраться на себя. Теперь Питер сидел на коленях Тони и прижимался к нему боком, положив голову на плечо. Тони продолжил читать книгу, держа её одной рукой, а другой обнимая Питера за талию. Тони сейчас был до боли красив. Волосы, обычно уложенные в лёгкую небрежность, сейчас и правда были небрежные, чуть влажные после душа; борода, так же аккуратно пострижена, и когда только он умудрялся за ней следить при своём-то плотном графике; уже уставшие карие глаза быстро бегали по строчкам, но в них плескалось тепло и удовлетворение. — Что читаешь? — Питер посмотрел в книгу. «Оксиды CoO и NiO широко используются в технологии эмалирования в качестве компонентов, обеспечивающих прочную адгезию исходных эмалевых покрытий со сталями. Сильная адгезия возникает из-за окислительно-восстановительной реакции…» — красовалось в книге. — Это химия стекла? Хочешь сделать более прочным в тот бензиновый генератор? — Да, и как ты так угадываешь? — Улыбнулся Тони переведя взгляд на Питера. — Может стоит использовать непрозрачное кварцевое стекло? Оно очень жароустойчивое и давление хорошо держит. — Хм, а это неплохая идея, попробуем её завтра. — Тони закрыл книгу одним слитным движением руки и отложил её на тумбочку. — Иногда я думаю, за какие заслуги мне достался такой сообразительный помощник? — Что ж, не знаю за какие заслуги, но знаю, как можно расплатится за мои идеи. — Питер пытался говорить это уверенно, но получилось лишь невнятное бормотание. Он даже не смог удержать свой взгляд на Тони. — Хм, пожалуй, мне действительно стоит тебя поблагодарить. Тони приподнял лицо Питера за подбородок и нежно коснулся губами чужих губ. Питер с замиранием сердца прислушался к ощущениям, чтобы запомнить этот момент как можно лучше, он делал так всегда, чтобы хранить в памяти каждый поцелуй. Губы Тони сухие и даже немного жёсткие, что Питер заметил не стразу, но он всегда очень мягок и деликатен. Питер чувствует, как в животе собирается тепло, словно магма наполняет вулкан, готовая вырваться наружу, и поддавшись какому-то почти животному порыву, он совсем чуть-чуть лижет чужие губы. Тони отстраняется со смешком и смотрит на него как-то странно, даже можно сказать жарко. — А вот так мы будем делать, когда тебе исполнится восемнадцать. — Тони пригладил ещё более растрёпанные после душа кудряшки Питера. — Ну всё, давай спать. — Но я хочу сейчас! — Питер сурово и решительно уставился на Тони, собираясь сегодня точно получить свой первый настоящий поцелуй. — Ребёнок, мы это уже обсуждали. Давай не капай мне на мозги и ложись спать. — Тони щёлкнул Питера по носу и уже собирался снять его со своих коленей, когда Питер взял его лицо в свои руки и прижался к губам неумело покусывая. Тони и сам не заметил, как втянулся в своеобразную игру, и уже целовал Питера в ответ. Тот притих и поубавил напор. Тони нежно покусывал и сминал губы Питера, с каждым движением языка у него всё тяжелело в паху. Что ж, было глупо отрицать, как он хочет Питера, так что Тони пришлось столкнутся со своими желаниями лицом к лицу. С одной стороны, было чертовки правильно дать парню то, что он хочет, а с другой, сложно было поступится своими принципами и переспать по сути с ребёнком. Хотя какой Питер к чёрту ребёнок. Этот самый ребёнок видел в жизни такое, что переживает ни каждый взрослый. И Тони сдался, повалил Питера на кровать и подмял под себя, не переставая целовать. Питер от неожиданности взвизгнул, Тони сразу же потерял весь напор. — Если ты не хочешь, то мы остановимся прямо сейчас. Я спокойно приму, что ты не готов. Не стоит торопится с этим ради меня. — Нет, нет! Всё в прядке! Просто я немного не ожидал… — Питер отвернулся в смущении прикрывая лицо рукой. — Так, ладно, теперь точно спать. — Тони сел обратно на своё место. Было безумно стыдно, что он дал волю своим желаниям. Так что сейчас он просто хотел лечь спать и забыть про это. Да-да, тот самый знаменитый Тони Старк бежит от своих проблем и пытается просто игнорировать их существование. Услышал бы его сейчас отец, открутил бы голову. — Мистер Старк! Это уже не смешно! Доведите дело до конца, будьте добры! — Очень рассерженный Питер походил больше на маленького злого щеночка, такого кудрявенького и с очень умными глазами. Он привстал на локтях и максимально серьёзно и решительно смотрел на Тони. — Очевидно же, что и вы и я этого хотим, так зачем откладывать? — Ты, когда злишься, начинаешь называть меня на вы. Очень миленько, знаешь ли. А доводить дело до конца я не буду, потому что ебать детей мне запрещает закон и моральные принципы. — Тони скрестил руки на груди и посмотрел на Питера взглядом: «Ещё не дорос на меня зубы скалить, щенок». — Мне уже есть 16, возраста согласия я достиг. А через два месяца мне вообще 17! Я искренне не понимаю в чём ваша проблема! — Не отступал Питер, уставившись на Тони ответным взглядом: «Если ты меня сейчас не трахнешь, я обижусь на тебя до конца жизни». — Питер, тебе 16, мне 40. Чувствуешь разницу? — Тони поменял взгляд на: «Ну вот выебу я тебя сейчас, а потом Наташа будет ебать мне мозг до скончания веков». — Да мне плевать на эту разницу! Я вас люблю и очень хочу быть ближе к вам! А вы на придумывали себе каких-то глупых правил и из-за них не даёте мне понять, что вы тоже меня любите! А я ведь могу и усомнится! — Питер ответил взглядом: «Ну что, теперь доказывай мне обратное, старая псина». — Питер… О господи ладно! Хорошо, уговорил! Но! — Тони выдержал драматическую паузу со взглядом: «Ты кого старой псиной назвал, шкет?!». — Дойдём мы до конца только в твоё восемнадцатилетие. — В семнадцать с половиной. На меньшее я не согласен. — Питер сменил взгляд на «Только попробуй мне сейчас отказать, или я заплачу». — Хорошо, семнадцать с половиной так семнадцать с половиной. Уговорил. А сейчас давай спать. — Тони лёг и закрыл глаза, пока его не разбудил взгляд Питера, которым он буравил его спину. «Что, у старого деда Тони Старка хуй вечером не стоит?» — буквально кричал этот самый взгляд. Тони уже собрался было ответить, что вообще-то проблем с потенцией у него нет, но наткнулся на сидящего рядом с ним Питера, а он к его удивлению плакал. Без единого звука, просто крупные капли слёз катились у него по щекам. Тони с ужасом понял, что нормальный человек абсолютно беззвучно плакать не может, и скорее всего этот навык у него был приобретён за время жизни с Томасом. Вот чего он не мог терпеть, так это слёз. Они его не злили, нет, просто вызывали невероятную жалость, с которой он не мог справится и моментально делал всё, чтобы эти слёзы прекратить. — Ребёнок, ну не плачь! Хочешь сейчас, значит сейчас. Иди сюда. Как по команде слёзы Питера перестали капать градом. Он хитренько и довольно улыбнулся, усаживаясь на колени к Тони и смотря на него своими огромными удивительного орехового цвета глазами, очень, очень довольными глазами. Такие глаза Тони видел только у кошек, которые только что скинули дорогущую стеклянную статуэтку с комода и теперь наблюдают за истерикой своих хозяев. Но Тони знал, что в эту игру можно играть вдвоём, как кошкам за проступок перестают давать вкусняшки. — Ну что, начинай. — Тони улыбнулся довольнее любой кошки. Дразнить Питера потихоньку превращалось в любимое развлечение или даже искусство. Взгляд Питера сменился с неимоверно довольного, на искреннее непонимание и шок. Нижняя губа его задрожала, глаза наполнились слезами и выражение лица его стало печальным. Он был сейчас похож уже далеко не на изворотливую хитрую кошку, а на маленького щеночка, которому сначала показали что-то вкусное, покрутили прямо перед носом, а потом не дали даже попробовать. — Но я не умею… — Питер опустил взгляд и несколько слезинок скатились у него по щекам. — Ты что, порно никогда не смотрел? — Тони откровенно развлекался. — Только один раз, в гостях у Мишель, когда она решила устроить мне урок полового воспитания. Томас просматривал мой телефон и компьютер, так что я никогда ничего такого не смотрел… — Густой румянец залил даже уши Питера. — Извиняюсь за личный вопрос, но как же ты дрочил? — Тони хохотнул, уже придумав, чем они сегодня займутся. — Никак… — Казалось, сильнее покраснеть Питер не мог, однако это случилось. — И Мишель, я думаю, тебя этому не учила? — Нет… — Значит я научу. — Тони, довольно ухмыляясь стал расстёгивать ночную рубашку Питера. Питер, весь красный, до ужаса смущённый, но очень счастливый, ойкнул и постарался расслабиться. Закончив с расстёгиванием пуговиц, Тони со вздохом оградил бока Питера, тот вздрогнул и зажмурился. Руки Тони были на удивление тёплые и шершавые, по сравнению с его просто огромными. На кончиках пальцев у него были мозоли, и Питер чувствовал каждую на своих рёбрах. Руки Тони нежно гладили бока, заставляя рвано дышать, затем обхватили грудь и слегка сжали. Питер резко вдохнул от неожиданности, Тони хмыкнул. Ему нравилась живая реакция Питера. Больше всего в постели Тони не любил притворство. Нет ничего отвратительнее женщины, имитирующей стоны, потому что «В постели нужно громко стонать, ибо так делают в порно». Большой палец мягко надавил на сосок, заставив Питера сжаться от смущения, а затем легонько оттянул, вызывая трепетный вздох. — Не мучай меня пожалуйста. — Питер поднял глаза на Тони, они были полны смятения. — Для начала нам нужно тебя возбудить, иначе ничего не получится. — Тони хищно оскалился. — Я знаю, но не так же… — Питер отвёл взгляд. — А как по-другому? — Ну явно не трогать меня в таких странных местах. — Он нахмурился. — Тогда давай ложится спать, ибо иначе никак. Ребёнок, а ты вообще уверен, что ты гей? Может то что ты чувствуешь ко мне это просто любовь как к отцу? — Простите, но я могу различать родственные чувства и сексуальное влечение. — Питер сделал обиженное лицо. — Хорошо, тогда расскажи, где мне тебя трогать. — Тони скрестил руки на груди. — Не знаю, в том видео что мы смотрели с Мишель, мужчину никто не трогал. — Тогда может быть ты доверишься мне, как более опытному партнёру и посмотришь понравится тебе или нет. Если ты не хочешь продолжать, то я остановлюсь прямо сейчас. Не нужно ничего делать если ты не готов. Не думай, что я расстроюсь или буду меньше тебя любить из-за твоего отказа, наоборот, я спокойно его приму. — Голос Тони стал степенным и размеренным. — Я хочу, просто мне немного страшно. — Питер снова посмотрел на Тони из-под ресниц. — Тогда давай сделаем так. — Тони потянулся за телефоном, лежащим на тумбочке, параллельно доставая из неё странный бутылёк. На телефоне он открыл браузер и вписал в строку поиска «гей порно». Питер икнул от смущения. — Начнём с основ, я научу тебя делать себе приятно, а ты дальше сам найдёшь зоны, которые тебе нравятся и по твоему мнению их можно трогать. А в восемнадцать мы закрепим материал контрольной работой. — Хорошо. Смотреть порно с Тони оказалось сложной задачей. Многие вещи, что происходили на видео, Питер видел в первые, от чего было очень сложно смотреть на экран не отрывая взгляд. Но он просто не мог упасть сейчас лицом в грязь перед Тони, поэтому весь сжался, но смотрел не отвлекаясь. Тони почувствовал его напряжение, и решив немного расслабить Питера притянул его лицо к себе, мягко целуя. Через пару минут такой терапии Питер совсем обмяк и даже перестал реагировать на звуки из телефона. Тони нежно забрался несопротивляющемуся Питеру под пижамные штаны и огладил полувствший член. Питер дёрнулся, но поцелуй не разорвал, стараясь тоже сделать Тони приятно. Тот хмыкнул и стал увереннее двигать рукой. От такой стимуляции член Питера быстро встал и Тони приспустил его штаны, наливая на руку смазку из того самого странного бутылька, назначение которого Питер изначально не понял. Со смазкой дело пошло легче, Питер никогда ещё не чувствовал себя так хорошо. Было очень жарко и нежно, так бы он это описал. Тони был ласков и терпелив. Он аккуратно двигал рукой по члену и сжимал его ровно так, как было нужно. Питер задыхался от стонов в поцелуе, настоящих, искренних стонах удовольствия, что немало заводили Тони, но он не позволял себе лишнего. Первый сексуальный опыт должен был пройти для Питера идеально. В скорости он почувствовал, что тот близок к финалу, тогда Тони слегка ускорился и увеличил нажим, задевая головку большим пальцем. Питер громко всхлипнул и кончил Тони в руку. Его мелко потрясывало от первого в жизни оргазма, но ощущения ему определённо понравились. — Доволен? — Тони тепло улыбнулся. — Угу, — промямлил Питер всё ещё отходя от потрясения. *** — Заяц, а хочешь нам помочь? — Наташа крутила красивый блестящий охотничий нож, сидя за обеденным столом. Питер доедал приготовленные ею пирожки с картошкой. — Да, конечно хочу. — Он отвлёкся от своего интереснейшего занятия и уставился на Наташу, ожидая пояснений. — Нам для следующей операции позарез нужен снайпер, а никто из нашей команды не может занять его место, все нужны на передовой. — А нанять кого-то нельзя? Не думаю, что Тони откажется вам помочь, раз дело такое серьёзное. — Питер в удивлении наклонил голову. — Мы никогда не берём к себе посторонних людей, слишком рискованно. — Наташа с интересом проследила за изменившимся от счастья лицом Питера. — И вы хотите взять меня с собой?! — Тот аж вскочил со стула. — Ага, только я и Стив, честно говоря, против этой идеи, но похоже у нас нет выбора. — Женщина досадливо прикрыла глаза. Только тебе мы можем доверять на нужном уровне. — А Тони знает? — Питер, всё так же восторженно улыбаясь, сел. — Нет, он не разрешит в любом случае, так что его мы не спрашиваем. Но Питер, хорошо подумай, это действительно опасно и… — Да что тут думать?! — Перебил её Питер. — Конечно я согласен! — Тогда нам нужно провести с тобой пару уроков для того, чтобы ты научился стрелять из винтовки. У нас есть месяц до операции, думаю успеем. Наша цель находится в недостроенном здании с панорамными окнами. Твоя точка будет располагаться на крыше соседней высотки, будешь помогать нам отстреливать псов из гидры. Завтра скажи Тони, что мы с тобой идём делать наши дела, а сам приходи в подвальный этаж, там у нас комнаты для тренировок. — Наташа тяжело вздохнула. — Ура! Я смогу вам помочь! — Питер весь светился от счастья. — Не нравится мне это… — Прошептала Наташа, подкидывая нож и ловя его налету. *** Питер резким движением открыл дверь, ведущую на крышу. Порыв ветра ударил ему в лицо, разметав непослушные кудряшки. Ноги чуть-чуть дрожали. Его весь месяц готовили к этому дню. А на недавний день рождения Наташа в тайне от Тони подарила ему собственную снайперскую винтовку. Питер заботливо огладил оптический прицел, лежавший в кармане. Сделав несколько шагов к краю крыши, он понял как же тут высоко. Сердце ухнуло куда-то вниз, но Питер не позволил себе утонуть в страхе, он присел на корточки и стал собирать винтовку. Сначала вставил предохранитель в ударноспусковой механизм, затем вернул на место крышку ствольной коробки, вернул предохранители на место и установил магазин, одним слитным движением поставил оптический прицел и защёлкнул его. Лег, установил ось оружия так, чтобы оно проходило через правое колено и занял стойку, как учил Баки. В наушнике раздалось шипение. — Ну что, готов, заяц? — Голос Наташи тоже был взволнованным. — Да, занял позицию, начинаю зачистку, можете идти. Питер краем глаза заметил, как из машины, поставленной в слепой зоне камер, вышли три фигуры и прошли в здание, раздались звуки выстрелов. Теперь пришла его работа. В одном из окон ровно на двадцать третьем этаже виделись силуэты двух людей. Баки с помощью своего человека в этой организации, которую все называли «Гидра», выяснил для Питера их точное расположение. Оставалось только выстрелить и дождаться остальных, пока они закончат чистку. Питер прицелился, задержал дыхание и выстрелил. Ударная волна обдала руки кипятком, но Питер и не думал останавливаться, совершая второй точный выстрел. Где-то на рубеже сознания промелькнула мысль, что он только что убил человека, но она уже не казалась ужасной, ведь это ради безопасности его новой семьи. Два идеальных выстрела, два идеальных трупа. Питер уже представлял, как похвалит его Наташа, поэтому спешно сообщил в наушник, привставая на локтях. — Две цели мертвы, всё чист… Резкая боль от удара по голове пронзила Питера, не давая договорить. Последнее что он смог — взвизгнуть, перед тем как потерять сознание. — Заяц?! Эй, приём! Ты в порядке?! — Раздался испуганный голос Наташи в упавшем рядом с винтовкой наушнике. Но его Питер уже не слышал…