Sweet madness

Вернулась я под утро. Когда Майки уснул. Я могла бы остаться, но заставлять Такаши переживать ещё сильнее не могу. Дома я проверила его самочувствие, выслушала выговор и спокойно объяснила, что у Майки проблемы. Такаши долго злился и просил меня быть осторожнее и не терять голову. Но крайней степени ненависти к Манджиро у него не было. Хоть и злился, меня донимать ещё кучей вопросов не стал.

***

29 мая 2006 год

Время летело быстро, и месяц проскочил перед глазами как один день. Весна сияла теплом и счастьем людей после прохладной зимы. Цветущие во всю сады и парки радовали глаза и душу. Конец мая действительно был тёплым и трепетным. Ведь ещё пара дней и наступит долгожданное лето. Люди всегда верили, что с наступлением весны или лета все проблемы растают, словно снег и в душе расцветёт покой и счастье. Рин тоже так думала. Только весна для неё началась неспокойно. И снег в душе не растаял, а навалил сугробами. — Спасибо. – Мицуя слабо улыбается, когда Майки накидывает на её плечи свою ветровку. Ветрено. Вечерняя прогулка проходила почти в молчании, но Рин привыкла к немым встречам и часам, проведённым вместе. Сейчас они сидели на лавочке на одной из смотровых площадок Токио. — Я хочу создать группировку. Такую, чтобы править всей Японией. Мне не хватает власти, Рин. Чего-то... не хватает. – честно признаётся Сано, вглядываясь куда-то вперёд, на гуляющие по ночному городу компании пустыми глазами. — Не хочу больше играть в гопников. Мы возьмём под контроль весь Токио. А потом и всю страну. И никто не встанет выше нас. – брюнетка задумчиво улыбается и осторожно заглядывает в любимые омуты. — Ты уверен, что оно тебе нужно? — Нужно. — Тогда... Мы справимся. – Рин тянется к его лицу, утыкаясь губами куда-то в уголок рта. Перспектива встать на путь преступности не радовала, но с ней или без неё, Майки пойдёт по этому пути. Изменить его решения она не в силах, а вот поддержать его и хотя бы оставаться рядом - это большее, на что она способна. Она ловко забирается на его колени, игнорируя осуждающие взгляды прохожих и утыкается в холодные губы, целуя глубоко и нежно, пока руки Сано лежат на её талии. — Я буду девушкой гангстера? – улыбается она в губы Майки, хитро щурясь. Блондин ухмыляется, поправляя чёрные пряди, убирая их за ухо. — Пока что. — Что значит "пока что"?! – возмущается она, в шутку ударяя кулаком по плечу любимого. — Это значит, что я твоя девушка "пока что"? — Это значит, что позже, ты будешь женой гангстера. – Рин замирает, и не сдерживая улыбки крепко обнимает Майки за шею, радостно пища и смеясь. — Люблю тебя, мой гангстер.

***

Конец июля и долгожданные каникулы. Все зачёты за семестр сданы и можно спокойно выдохнуть. Прогуливаясь с сёстрами и Юзухой, я думала о том, чтобы поскорее закончить старшую школу. В апреле этого года я стала старшеклассницей и уже устала. Нагрузка больше, предметы изучать сложнее. Хотелось бы мне учиться вместе с Майки в одной школе. Но он, насколько я знаю, не собирается оканчивать старшую школу. Все его мысли не об учёбе, а о группировке, которую он собирается собрать. — Рин! Рин! А когда придёт братик? – трясёт меня Мана, на что я устало улыбаюсь и говорю, что Такаши занят. Он, как обычно, застрял в своём клубе шитья и вряд ли быстро освободится, я в этом уверена. — Ты уверена, что поступила правильно? Не мне учить тебя, однако он сильно обидел своих друзей, что ему помешает обидеть тебя? – осторожно спросила Юзуха, видимо опасаясь колючей реакции, но подобные вопросы мне задавали и я уже заучила один и тот же ответ: — Всё наладится. Нужно время. – а наладится ли, мне и никому не известно. Вечером мы вернулись домой. Мама, что пришла со смены утром успела за день поспать, во время нашего отсутствия и даже приготовила ужин, за что я её поругала. Такаши вернулся ближе к десяти и даже не притрагиваясь к еде, скрылся в своей комнате. — Можно? – спрашиваю я, заглядывая в комнату. Он кивает, и вновь утыкается в свои бумажки, пока я осторожно ставлю на тумбу тарелку с его любимыми булочками и кружку с чаем. Последнее время мы стали отдаляться. Меньше общих тем, он в основном занят шитьём, набросками эскизов, я бегаю на подработку в парке, а вечерами к Манджиро. И хотя я понимаю, что как прежде уже не будет, мне всегда тоскливо, когда я думаю о том, что однажды мы можем и вовсе попрощаться. — Попьёшь чай? Такаши поднимает уставший взгляд, смотрит на меня так внимательно, а потом как-то замучено улыбается. — Вместе попьём. Приятная беседа, одна кружка чая на двоих и тихий тон, чтобы не мешать сёстрам спать. Мицуя готовился к школьному мероприятию и нужно было приготовить костюмы, чем и занимался его клуб. Он показал мне эскизы, я оценила и предложила парочку своих идей, и пока он был занят машинкой, набросала эти идеи на бумагу. Про мысль Манджиро о том, что он собирает новую группировку, я не стала упоминать. Распространять я это не буду, иначе, будет много вопросов. А брат оставил путь гопника и теперь идёт туда, где ему нравится. По той дороге, которая действительно сделает его счастливым и успешным. Уснула я у него в комнате, так же в обнимку с братом, как и раньше, когда мне не спалось одной. Ведь только в руках Такаши я могу чувствовать себя полностью спокойной и защищённой.

***

6 августа 2007 год

На Токио медленно сползала ночь, пока последние лучики солнца отражались на уставших и избитых лицах нескольких парней. Здесь, на заброшенной заправке, они стояли на коленях, все двадцать четыре участника небольшой, но борзой группировки под названием: "Кровавый ястреб". Их глава отправил подчинённых на встречу с двумя людьми Майки и теперь, подняв руки над головой, они стояли все в ряд, опустив головы, пока Санзу прожигал одного за другим внимательным взглядом. — Вы можете вернуться и передать своему главе, что у него есть возможность присоединиться к Свастонам Канто добровольно. – проговорила Рин, стоя рядом с Харучиё. Их двоих хватило, чтобы практически без проблем справиться с парнями "Ястреба". — То что случилось здесь ничего не решает! Будь нас больше... – Мицуя с размаху ударила ногой лысого парня по подбородку, от чего он упал на спину, хватаясь за место удара. — Но ведь нас двое. Вы что, уроды, считаете, что победили бы, если бы припёрлись всей группировкой? Против двоих? Не очень пахнет честью. Скорее дерьмом. – брюнетка нахмурилась, стряхивая руку и потирая запястье. Сегодня она прилично раз била этой рукой, она очень болела. — Если же не хотите по-хорошему, через неделю, 13 августа, приходите сюда же всем составом. Мы с Хару проведём замечательную церемонию вступления, готовьте зубы. Мицуя распустила волосы, поправляя их, пока Санзу прошёлся по каждому, вырубая, чтобы завершить их неравный бой на позитивной ноте отдыха. — Покурим? – спрашивает он с улыбкой, когда последний Ястреб падает на бетонный пол. Всё та же заброшка. Курить с Санзу косяк стало привычным делом. Не то что бы у Рин это вызывало зависимость. Просто Харучиё любил таскать её с собой сюда, когда они прогуливались, или же выполняли поручение Манджиро. После происшествия в Канто Санзу пропал на какое-то время. А потом вернулся к Манджиро и теперь так же как и Рин состоял в Свастонах Канто. Причину ухода из тосвы он не рассказал, но обещал объяснить Рин всё как только "всё решит". А вот Майки знал больше, чем она. — Собираешься заканчивать старшую школу? – интересуется Санзу, переводя взгляд с неба на косяк, передаваемый ему прямо из губ Мицуи. — Ага. — Как же ты собираешься совмещать учёбу и Майки? – усмехнулся он, на что брюнетка как-то задумчиво улыбается. — Не знаю... Насколько я знаю, Майки об учёбе не парится. Повезло. — Майки привык париться обо всём, но только не об учёбе. – усмехнулся Санзу, передавая девушке косяк. — Такой наш Майки. Непобедимый, но такой закрытый и отдалённый... Знаешь, до сих пор... Не могу принять тот факт, что он ответил на мои чувства так легко и быстро. Что всё ещё остаётся со мной... Это словно сон. – Рин как-то растерянно и печально огляделась, тяжко вздыхая и хмурясь от головокружения. Харучиё делает последнюю тяжку и легонько тычет пальцем в лоб подруги, что сидела с закрытыми глазами, слабо покачиваясь. Та нахмурилась ещё сильнее, мутно оглядывая улыбающегося Санзу. Она несильно толкнула его в грудь, слабо улыбаясь. — Майки очень быстро привязывается к людям и видит их насквозь. Он никогда не обращал внимания на девчонок, насколько помню. А когда появилась ты, такая безбашенная, эмоциональная, преданная ему и Свастонам, довольно симпатичная, он наверное задумался, что ты хороший человек. Узнал поближе и ему стало с тобой комфортно. Майки словно ребёнок, которому нужна мамка. Она поддержит, пожалеет, приласкает и будет рядом. Теперь, когда из близких у него никого не осталось, он привязывается к тебе ещё сильнее. Как к матери, как к сестре, как к девушке, рассматривая в будущем женой. И прочая ебатень. Санзу был прав в каждом своём слове. Майки и вправду чувствует людей и привязывается слишком быстро и сильно. Рин хотела всегда оставаться рядом. Чтобы быть для него семьёй, утешением, теплом. — Чтобы остаться с ним навсегда надо будет многое изменить в жизни. – как-то предупреждающе проговорил Санзу. — Я готова. И я уже многое решила... — Касаемо братьев? — Да, думаю... Я окончательно приняла решение. Хоть и буду наверное жалеть об этом. – Харучиё утешающе при этом небрежно, так, как он умел, положил на макушку Рин руку, как-то довольно расслабленно улыбаясь. — Жизнь - сплошные сожаления и рытьё в прошлом. Со временем ты избавишься от этого, вот увидишь. — А ты... Избавился? — Пока ещё нет. И хуй с ним.

***

19 августа 2007 год

Лёжа в своей кровати и накрывшись одеялом с головой Рин с улыбкой до ушей продолжала переписку с Майки, несмотря на то что время давно перевалило за полночь. Майки Мне всегда не хватает тебя рядом.

Рин Я знаю. Хотела бы я остаться с тобой навсегда... Уехать далеко, только вдвоём, чтобы никто нас не нашёл.

Майки Давай уедем?

Рин Что? Ты же шутишь!

Майки Я серьёзно. Девушка откладывает телефон, прикрывая рот и глуша немой писк радости. Её влюблённость в Майки сносила крышу и Мицуя готова была броситься в пропасть за ним. Лишь бы к нему. Утром Такаши разбудили сёстры. Они кричали на перебой друг другу, что-то, пытаясь, объяснить, но парень лишь недовольно пробурчал, а после еле как успокоил девочек. — В чём дело? – зевнул он, когда Луна и Мана наконец-то угомонились и замолчали, прожигая его неспокойным взглядом. — Рин сбежала из дома! Она оставила записку! – прокричала Луна, вручая ошарашенному Мицуе небольшой листочек, на котором аккуратным почерком выведены пара строк: Прости Такаши, я уезжаю на пару дней. Я в безопасности, буду с Майки, не звони, люблю вас.

Рин

Мицуя перечитывал это около трёх минут, а после медленно скомкал бумагу, кидая мусор куда-то в угол комнаты. Парень успокаивающе вздыхает и прикрывает глаза, один из которых начинает дёргаться. Рин точно доведёт его до безумия.

***

Тёплый ветер путал собой чёрные пряди и обдувал молодые лица. Рин блаженно прикрыла глаза, принимая всю эту свободу, пока они с Манджиро неслись по трассе на байке, навстречу полной свободе и прекрасным пейзажам. Здесь, в горах неподалёку от Токио располагался небольшой старый дворик, где можно было остановиться. Там они и остановились, привели себя в порядок после дороги, оставили сумки и теперь вновь направились навстречу отдыху и морю. — Здесь так замечательно! – крикнула брюнетка, целуя Сано куда-то в плечо, пока тот, не отвлекаясь от дороги, слабо улыбнулся. — Держись крепче. – ухмыльнулся парень, дёргая руль и пугая Рин отсутствием равновесия. Та вскрикнула и недовольно нахмурилась. — Подлец, я могла упасть! — Злишься. Ненавидишь меня? – усмехается он, а девушка лишь закатывает глаза и смеётся. — Я люблю тебя, Манджиро. — Что-что? – хитро щурясь переспрашивает он, перебивая ветер. Рин набрала в лёгкие как можно больше воздуха и закричала что есть сил, чтобы все эти прекрасные горы, море, услышали её. — Я люблю тебя, Манджиро! – крикнула Мицуя и громко засмеялась, отдаваясь скорости и свободе. Рядом с ним.

***

Вода в море довольно прохладная, но Рин с такой радостью брызгалась, вызывая у Сано недовольное бурчание. Блондин завороженно наблюдал за тем, как она смеясь, бесилась, несмотря на то что тело давно покрылось мурашками, а нежно-розовые губы посинели. Парень осторожно подплывает, серьёзно заглядывая в сверкающие счастьем сиреневые глазки, поселяя в них мгновенную растерянность. — Почему ты так... Смотришь? – брюнетка нервно улыбается, дрожащими губами, а Манджиро берёт её за талию, притягивая к себе в воде, и наклоняясь к её лицу. — Ты вся посинела. Вылазим. – Рин как-то обиженно надула губы, а Майки нежно их чмокнул, хитро улыбаясь. Переодевшись в сухое бельё, они поехали к небольшой закусочной, что находилась в пяти минутах езды от моря. Нужно было перекусить и немного передохнуть. Здесь, на террасе находилось пять столиков, за одним из которых расположились Рин и Майки. Ещё пара столиков заняты людьми в возрасте. Они так заинтересованно оглядели молодую красивую пару. Заказ пообещали принести через пару минут, а когда телефон Манджиро оповестил о звонке Коконоя, он пообещал Рин, что быстро всё обсудит и вернётся. Девушка мечтательно глядела на виднеющееся отсюда море, улыбаясь мыслям о том, как ей хорошо рядом с Майки. Внезапно на её плечи легли чьи-то ладони, от чего Мицуя как-то испуганно вздрогнула, резко оборачиваясь. — Добрый вечер, такая замечательная девушка скучает? – пролепетал темноволосый парень, обходя ошарашенную брюнетку и усаживаясь на место Майки. — Сестрёнка не против компании? – улыбнулся его друг, усаживаясь на соседний стул. Рин оглянулась, и ещё двое, видимо, их друзья, сидели за другим столиком. Они только что пришли? Рин не заметила, когда они здесь появились. — Убирайтесь, у меня уже есть компания. – нахмурилась она, оглядывая одного и второго, но те лишь посмеялись, явно находясь в выпившем состоянии. — Не надо так злиться, сестрёнка. Расслабься, – ухмыльнулся один из неприятелей, приобнимая Мицую, но та быстро скинула его руку, подрываясь из-за стола. — Пошли вон! – прорычала она, дёргая обоих за руки и толкая в сторону их столика. — Эй, слышь! – тот, что с тёмными волосами развернулся, и недовольно скалясь, схватил её за руку, дёргая на себя. — Мы же познакомиться хотели, ты че орёшь, дура?! Наблюдающие люди как языки проглотили, молча наблюдая за всем происходящим, но не вступаясь. — Убери руки. Мой парень... – начала она угрожающе шипеть, но парни рассмеялись. — Парень?! Где он? – словно ответом на этот глупый вопрос, на террасу влетел Манджиро, с разбега прыгая и ударяя обидчика Рин по лицу. Тот разжал хватку и свалился на пол, прошипев от боли. — Майки.. – как-то испуганно прошептала брюнетка. Сано выглядел очень злым. — Никто не должен поднимать руку на девушку. Тем более на мою. – проговорил он убийственным тоном, хватая того парня за волосы и поднимая голову, вновь бьёт кулаком в нос, отпуская. Брюнет падает, а Майки садится сверху, начиная осыпать лицо бедняги чередой ударов. — Перестань! – крикнула Мицуя, обнимая его со спины и заставляя Сано замереть. — Прекрати, пожалуйста. — Я убью его. – проговорил он тихо, но до ужаса пугающе. Он не врал. — Нет, не надо. Перестань... Все смотрят... У нас будут проблемы! – блондин опускает занесённую руку, встаёт с избитого парня. Тот без сознания, лицо всмятку. Осуждающие взгляды мгновенно испарились в тот момент, когда Манджиро медленно оглядел присутствующих. Все отвернулись, занялись своей едой, будто ничего не произошло. Рин печально оглядела удаляющуюся компанию, что уносила избитого друга и перевела взгляд на потерянного Майки. Он сел за стол, вытер руку салфеткой и замолчал на весь их ужин.

***

— Ты злишься? – спросил Майки, когда они возвращались в снятый на двое суток номер. Небо темнело из-за туч, и кажется намечалась гроза. Поднялся ветер и потихоньку закапал мелкий дождик. — Злюсь. Нельзя так... Он конечно заслужил получить по морде. Но... Если бы вызвали полицию?! Ты вообще не думаешь головой! – возмутилась она, морщась от прохлады. — Прости. – тихо и таким виноватым голос произносит он, не отрываясь от дороги. — Я боюсь, что тебе может кто-то навредить. – Рин мгновенно растаяла. Зря она так. Майки лишь хотел защитить её. Девушка положила голову ему на плечо, ласково погладила пальцем рельефный живот. В небе сверкнуло и с неба полилось как из ведра. Пришлось остановиться и попытаться где-то спрятаться. Сворачивая в лес, они наткнулись на заброшенную хижину, с открытой верандой под крышей. Там они и остались переждать непогоду. Мицуя достала из сумки тонкое покрывало, которое они брали на пляж и расстелила на старые тёмные доски. Майки стянул с себя мокрую насквозь футболку, бросая прямо на доски. В сумке оставалась сухая одежда, но Рин не решалась переодеваться так быстро. Сано уселся на край ступенек, защищённых от дождя крышей. — Переоденься в сухую одежду. Заболеешь. – говорит Манджиро, как-то задумчиво глядя в пасмурное небо. Со стороны девушки нет никаких движений и поворачиваясь к ней, он вопросительно оглядывает её с ног до головы. Пышное когда-то белое платье прилипло к телу, как и волосы. На её лице сиял румянец и она как-то неловко отодвинула от тела мокрую ткань, однако тёмные глаза хорошо уловили сиреневые очертания нижнего белья. Он смотрел с интересом. Рин сейчас была очень красивой. Такой нежной, смущённой. — Переоденься, – повторил он, отворачиваясь. — Я не стану подглядывать. И не трону тебя. Мицуя озадаченно огляделась и закусив губу, отвернулась к нему спиной, стягивая с себя белое платье и замирая, оглядываясь через плечо. Майки, как и обещал, не подглядывал, смотрел куда-то вперёд. Девушка опустила голову, оглядывая себя. Нежное сиреневое белье красиво сидело на её фигуре. На губах скользнула усмешка. Сердце отбивало бешеный ритм и от идеи, что пришла в голову, подрагивали колени. Походкой от бедра, Рин проходит к сумке, улавливая на себе глубокий взгляд Сано, который замечая её обнажённость, вновь спешит отвернуться. — Можешь не отворачиваться. – кинула она спокойно и непринуждённо, хотя внутри всё дрожало. Майки, словно исполняя приказ, утыкается бездонными омутами в её тело, пока Рин делает вид, будто что-то ищет в сумке. Подразнить Манджиро забавная, но опасная идея. — Красиво. – произносит он тихо, заставляя её озадаченно глянуть в его сторону. — Что именно? — Ты красивая. – улыбается он задумчиво и медленно отворачивается. Ведь при виде такой Рин его мысли уходят в другую сторону. На той стороне нет понятия "здравый смысл". Мицуя, понимая, что план удался, улыбается и тихо смеётся. Видимо, Майки почувствовал возбуждение, и чтобы не усугублять ситуацию, решил сам держать всё под контролем. От этой мысли по венам разлилось тепло и трепетное волнение. Рин долго всматривалась в его спину, решаясь на такой сладостный манящий шаг. — И снова ты отвернулся... – произносит она так тихо, с нотками разочарования и осторожно, словно кошка крадётся к нему. — Так будет правильно. – чувствуя её приближение, Майки в порыве ожидания действий Мицуи слабо улыбается. Брюнетка опускается позади него на колени и прижимаясь грудью к спине, обнимает со спины, наклоняясь к уху, опаляя его горячим неровным дыханием. — Не отворачивайся от меня. Смотри на меня. Всегда смотри. – шепчет она, ласково потираясь щекой об оголённое плечо любимого. Сано медленно поворачивает голову, встречаясь с её сиреневыми омутами, в которых плещется нежная похоть. Её губы плывут в улыбке, и он усаживает её на свои колени, лицом к себе и оглядывает пухлые, чуть приоткрытые губки, которые нежно цепляет, вовлекая Рин в сладкий поцелуй, со вкусом волнующего желания и непрекращающегося августовского дождя. Девушка ласково зарывается пальчиками в светлых волосах, а Майки скользит пальцами по её позвоночнику, вызывая у брюнетки улыбку. Его язык нежно и невесомо исследует ротик Рин, он кусает её губы, мнёт их, смакует мило причмокивая, зубы оттягивают нежную кожу, вынуждая бёдра Мицуи покачиваться, ёрзать на нём неосознанно. — Но тогда я больше не смогу отвести взгляд. – признаётся он с ухмылкой прямо в губы, которые нежно терзал секунду назад. Рин улыбается, а Манджиро целует её щёки, лоб, глаза, кончик носа и влажными касаниями горячих губ спускается по шее. Рин запрокидывает голову, позволяя Сано овладеть каждым сантиметром нежной кожи и закрывает глаза, сладко выдыхая, когда он осторожно кусает где-то у основания шеи и улыбается, так хитро, довольный собой, вновь припадая к мраморной коже губами. Его рука осторожно спускает лямку бюстгальтера и по правому плечу поползла влажная дорожка нежных, но таких горячих поцелуев. К сожалению девушки, блондин останавливается, ловко подхватывает её на руки и укладывает на расстеленное ранее покрывало. Разглядывая её сверху, Майки осторожно скользит подушечками пальцев по рёбрам, плоскому животику, задевая тазобедренную косточку. Его глаза горят необходимостью касаться её тела, ведь даже её запах просил дышать лишь ей, напрочь забывая о кислороде. Он смотрел так заворожено, так влюблённо, что Рин сходила с ума. — Прекрасна. Ты такая красивая, Рин. – говорит он с улыбкой и опускается к её губам, сдирая с них её смущённую улыбку. Пальцы избавились от верха нижнего белья, и тёмные агаты скользнули по обнажённой груди. И прежде чем рука осмелилась потянуться к ним, его глаза поднялись и одним взглядом он спросил у Рин разрешение. Девушка нежно улыбнулась, как бы давая свой ответ, и Майки с трепетным волнением касается её груди, осторожно изучая её, задевая нежно-розовые жемчужины. Его глаза так забавно метаются с груди Рин на её лицо, чтобы понимать её реакцию, но девушка лишь прикрыла глаза, тяжело дыша и томясь в ожидании его следующих действий. Манджиро приходилось видеть всю суть процесса полового акта, но мастурбировать на чей-то секс и лично стать частью этого процесса - совсем разные вещи. Как и Рин, практикой похвастаться он не мог, однако какие-то представления о том, что стоит делать имелись. Он как-то опасливо обхватывает губами твёрдый сосок и начинает посасывать его, лаская при этом языком и нежно пощипывать второй. Рин запустила одну руку в светлые пряди, а второй прикрыла рот, тихо и робко простонав. Подобные ощущения никогда не задевали её тело и сейчас это казалось чем-то нереальным. Чем-то до ужаса прекрасным. Сано поменял позицию, теперь лаская вторую, заставляя Мицую тихо вздыхать и постанывать, сводить ноги вместе и дышать полной грудью, от чего её рёбра выступали ещё больше. Оторвавшись от груди, он поднимается к ключницам, ласкает их и ловит просящие губы любимой, жадно сминая их и поддевая пальцем край сиреневых кружевных трусиков. — Рин, ты не передумала? — Ты... Не хочешь?... – она осторожно и как-то испуганно на него взглянула, на что блондин отрицательно помотал головой. — Я очень хочу тебя. Ты уверена? — Да, Майки. Я хочу этого. Зелёный свет, и не разрывая зрительного контакта, блондин тянет ткань белья вниз. Рин приподнимает бёдра, чтобы помочь ему и трусики летят куда-то в сторону, пока Майки осыпает поцелуями часто вздымающуюся грудь Мицуи. Его губы спустились к животу, немного щекоча его, вызывая у Рин смущённую улыбку и довольную ухмылку Сано. Его ладонь ведёт вниз, к низу живота и сворачивает куда-то на бёдра, проскальзывает сквозь сведённые колени, медленно раздвигая её ноги. Рин старается не подглядывать, его взгляд так смущал её, и она боялась выглядеть такой распутной, хоть и полезла изначально к нему сама. Уверенности придавала её готовность по теории и её готовность ввиду того, что она хорошо за собой ухаживала. На каждую встречу с Манджиро она надевала, красивое бельё, приводила своё тело в порядок в ванной, этому её научила Эмма. Чтобы всегда быть готовой к тому, что между ней и Дракеном могло что-то случиться. И это довольно полезный совет, сейчас он позволял чувствовать себя перед Манджиро более комфортно и уверенно. Манджиро медленно пожирал её глазами, проскальзывая ими от красного лица, с оттенком смущения и нежного желания в глазах, по шее, на которой уже красовались красные пятна, по груди и животу, шаловливо спускаясь ниже и с таким интересом внезапно поднимаясь и вглядываясь в сиреневые глаза любимой. От прохладного ветра по телу девушки пробежали мурашки и Манджиро это хорошо почувствовал, пока держал ноги Рин раздвинутыми обеими руками. С улыбкой он проводит ладонями по её бёдрам, как бы растирая их, в попытке согреть. Он ласково опускает руку, чуть прохладными подушечками пальцев невесомо касаясь её промежности, тут же ощущая влагу и то, как мило она вздрогнула, быстро глянув вниз и вновь отвела взгляд, глубоко вздохнув. Майки припал губами ко внутренней стороне её бедра, нежно целуя и покусывая бархатную кожу, поднимая глаза и впиваясь ими в её раскрасневшееся лицо, внимательно наблюдая за реакцией, не упуская ни одного момента. Майки хотел понимать, что ей нравится. Ему было важно увидеть её безумие от его касаний. Его любопытство и желание попробовать её всю приводит к тому, что он спускается ниже и ниже, продолжая водить пальцами по половым губам, размазывая её соки и заставляя колени подрагивать. Большая часть подушечек его пальцев проходили прямо около её входа, распределяя влажность, скользя вокруг клитора, однако не касаясь его, как бы дразня Рин и просто пробуя себя в таком интересном деле. А она всё громче вздыхает и постанывает, глубоко дыша от тех эмоций, что разрывают изнутри. Когда его язык прижался к брюнетке внизу, она распахивает глаза, в немом шоке открывая рот и смотря куда-то в потолок. Губы Манджиро сомкнулись вокруг её клитора, и колени девушки тут же начали смыкаться. Сано обхватил рукой одну её ногу и чуть отвёл в сторону, проводя языком прямо по центру, пробуя её на вкус и довольно вздыхая, ненадолго отрываясь и поднимая глаза на Рин, что приподнялась на локтях, но когда встретилась с его взглядом, закусила нижнюю губу и обратно опустилась на спину, прикрывая лицо руками. Манджиро проделывал движения наугад, посасывал, водил языком и со временем неуверенно подставил один палец, поводил им, смачивая соком и вопросительно поднял глаза. Мицуя одобряюще качнула бёдрами и Манджиро осторожно ввёл внутрь неё палец, медленно, нежно, боясь сделать больно, и припал губами к клитору, лаская его языком и посасывая. Брюнетка громко вздыхает, скрывает пальчики в светлых влажных волосах, прижимая его ближе, а второй рукой берётся за его руку, обхватывающую ляжку, сплетает пальцы замком, сладостно постанывая и иногда покачивая бёдрами. Сано, спустя небольшое количество времени отрывается от неё, ловит на себе мутный взгляд и облизывает губы, прежде чем наклониться к её лицу и сорвать с пухлых губ сладкий поцелуй. — В моей сумке... Возьми защиту... – с паузами проговорила Рин, разрывая танец их языков. Майки как-то ошарашенно замер, вглядываясь в её сиреневые, чуть прикрытые глаза. Ещё один совет Эммы - всегда имей с собой резинку. Залететь в таком раннем возрасте перспектива так себе, а презерватива в некоторых ситуациях под рукой могло не оказаться. — Хитрая лиса... Ты намеренно меня совратила. – улыбнулся он, заставляя брюнетку закрыть глаза и смущённо хихикнуть, когда он чмокнул её в губы и направился к сумке. Когда нужная вещь была найдена, он быстро вернулся к ней, нависая сверху и вновь жадно сминая любимые, такие податливые уста. Отрываясь от любимой, он принимается избавляться от влажной оставшейся одежды, чтобы поскорее расправится с контрацептивом, пока Рин в сладостном предвкушении глубоко вдыхает влажный воздух. Запах дождя, прохладный ветерок и отдалённый гром делали обстановку такой нереально прекрасной, а дождь лишь усиливался, понемногу темнело. Силуэт Майки вновь нависал сверху. — Прекрасна... — завороженно прошептал Сано, пока его ладонь проводит широкую линию от груди к паху брюнетки. Рин смотрела на него так умоляюще, так ласково и блондин не тянул, устроился между её ног, осторожно и довольно опасливо поводил членом по её половым губам, собирая соки и поднял на Мицую вопросительный взгляд. Она слабо улыбается, нервно облизывает губы и кивает, глубоко вздыхая и направляя взгляд куда-то вверх. Манджиро как-то успокаивающе целует её в плечо, в щёку, подхватывает мягкие губы, отрывается от них, горячо в них выдыхая и заглядывая так глубоко в её душу. Такая красивая, загадочная, бескрайне чистая она отражалась в сиреневых омутах и он мог поклясться всем миром, что красивее этих зеркал он не встречал никогда и не встретит. Не прерывая зрительного контакта, он осторожно входит в неё совсем немного, встревоженно наблюдая, как она слабо вздрагивает и сводит колени. Её губы в миллиметре, глаза блестят желанием и трепетным волнением. Он даёт Рин привыкнуть и входит наполовину. Ногти девушки слабо царапают его бока и Манджиро тяжело выдыхая, входит по основание, замирая от того, как она жмурится, кусает губы, сдержанно простонав и начинает дышать чаще. — Прости, – так виновато и нежно просит он, чмокая дрожащие губы, обжигая их тяжёлым дыханием. Девушка слабо улыбается, тянется руками к его лицу, убирая мешающиеся светлые пряди, обхватывая ладонями его лицо. — Пожалуйста, продолжай... – Сано послушно двигает бёдрами, медленно, осторожно, ловя её тяжёлые вздохи, целуя каждый сантиметр красивого личика. Рин смотрит на него так трепетно, влюблённо и ей кажется что в эту секунду она любит его так сильно, как никогда. Чувствует впервые и так глубоко, пока ритм медленно нарастает, а дискомфорт и покалывания внизу живота медленно сглаживаются новыми, такими пьянящими превосходными ощущениями, от которых всё внутри становится воздушным. Сердце рвётся наружу, заставляя брюнетку жадно хватать воздух, сладко постанывая куда-то в основание шеи Манджиро. Тот так же тяжело дышал и двигался так, словно боялся. Однако, со временем, ускорялся, усеивая поцелуями нежную кожу лебединой шеи, отдаваясь этим ощущениям владения чем-то прекрасным. Тем, что есть у него одного. И вся нежность Рин, её робость и ласковое желание, её дикая, до безумия трепетная любовь окутали его, наверное, впервые за время их странных и таких спонтанных отношений. Голова парня была пуста, он не мог позволить себе думать о чем-то. Рин перед ним. Его красивая, такая тонкая, прозрачная, изящная и необычайно таинственная в эти секунды Рин. Его дом. Место, куда он хочет вернуться. Где хочет остаться. По телу бегут мурашки от её опаляющего дыхания на его коже. Он весь горит ей, болеет. Желает сильнее, глубже, безумнее. С тихим рычанием двигается быстрее, слыша над ухом более громкие стоны, сжимая руками, на которые упирается, покрывало и тут же замирает, как-то испуганно оглядываясь на неё, ловя на себе встревоженный мутный взгляд. — Майки? Почему ты остановился? – её грудь продолжает так изящно вздыматься, а ресницы мило дрожат, когда ветер вновь обдувает их обнажённые тела. — Я, не знаю... Я боюсь сделать тебе больно. Я теряю контроль, понимаешь, не всегда могу отдавать отчёт своим действиям. – озадаченно объясняет он, на что девушка нежно утыкается носом в его щёку, мягко улыбаясь и целуя пересохшие губы. — Мне это нравится. – блондин вопросительно вглядывается в её искрящиеся любовью глаза. — Майки, я готова принимать тебя любым. И от этого я не стану любить тебя меньше. Не бойся открываться мне. Хочу почувствовать тебя полностью, таким, какой ты есть. Я так хочу этого. Не надо думать о чём-то. Я принадлежу тебе, и всё моё тело, моя душа... Требует лишь тебя. Полностью. – он завороженно следил за её губами, вслушиваясь в тихий размеренный тон. Её взгляд, запах, её тело, капли дождя на её коже, что принёс ветер, пропахшие морем волосы, всё это так терзало его и без того слабые оковы здравого ума. Он осторожно закидывает на своё плечо ногу брюнетки, целуя её и продолжая движения внутри Рин, заставляя её прикрыть глаза, запрокинуть голову и сладостно простонать от внезапной волны быстрого ритма. Его зубы впиваются в белоснежную кожу, заставляя Мицую вскрикнуть, выгнуться в спине и впиться ногтями в предплечья Сано. Тот обезумел, отравленный её красотой и любовью, он готов был гореть в аду, лишь бы видеть все эти её эмоции каждую секунду своей жизни, как превосходно она ласкала его слух стонами, как дрожали длинные ресницы, а розовые губы шептали что-то невнятное, молящее, как блестели прозрачной похотью её фиалковые аметисты. Пока их дыхание сливалось воедино, подстать телам и душам, ветер обдувал обнажённую кожу, оставляя на ней капли дождя, что после медленно стекали вниз, томяще щекоча кожу, пока агатовые омуты Манджиро пожирали Рин. Она могла бы отвернуться, закрыть глаза, но продолжала тонуть, гаснуть в его мраке. Её любимом мраке. Майки не останавливался, не сбавлял темп, он заставлял сверкать звёзды прямо перед глазами, задыхаться от переизбытка бешеных эмоций, которые никогда никто из них не испытывал. И всё казалось безумно прекрасным, восхитительным сном, обманом, и завтра, возможно, будет стыдно, но приятно вспоминать, что всё это случилось наяву. Рин буквально умирала под ним, сходя с ума от бури внутри. Осторожная грубость Сано так будоражила, не вызывая испуга или отвращения. Брюнетка чувствовала его каждой клеткой тела, кусала губы, закатывая глаза. При мастурбации таких ощущений никогда не добиться. Одно дело представлять, как он владеет тобой, а другое чувствовать его власть. Его поцелуи, укусы, его горячие касания, его твёрдый член внутри себя. Чувствовать Майки. Слышать его сбивчивое дыхание и редкое тихое рычание. Это делало её счастливой. Такой свободной, но принадлежащей лишь ему. Рин уносила его далеко и он не хотел возвращаться, окунаясь в это сумасшествие снова и снова, пока не кончится кислород, пока не остановится сердце. А может даже после. С ней он видел всё так далеко и казалось, что без её света в его тёмном будущем Майки нет ничего. Но девушка была той нежной невесомостью, заполняющей пустоту внутри, которая терзала и без того израненную душу. Рин была его теплом, его огнём. Его светом. Рин была его Вселенной. Рин для Майки стала всем. И теперь, погружаясь в неё с головой, он понимает, насколько далеко они зашли. Как отчаянно и безумно им придётся идти вместе рука об руку. Но это лишь заставляло дышать. Жить дальше. Чтобы шагать в будущее с ней. А если нет возможности идти, ползти.

***

— Это было так... Неожиданно и прекрасно. – признаётся брюнетка, влюблённо заглядывая в чёрные омуты Манджиро, что нежно перебирал её пряди, пропуская те сквозь пальцы. Дождь стих, из-за туч робко выглядывал полумесяц и тишина, окутывающая всё вокруг теперь казалась такой спасительной после всего что здесь произошло. Небольшой костёр приятно потрескивал — Не обманывай, ты всё подстроила. – смеётся блондин, игриво кусая плечо девушки и присаживаясь, чтобы повалить её, но та ловко вскакивает на ноги, хитро улыбаясь. Глаза Сано медленно поднимаются, не упуская чуть виднеющиеся из-под свободной серой футболки белые трусики. — Это было волшебно, Майки! И ты можешь считать это подарком на день рождения! – посмеялась она, уходя в сторону и подсвечивая телефоном, принялась рыться в сумке. — Но мой день рождения завтра, так что думаю, придётся поздравить вновь... – протянул Манджиро, заинтересованно разглядывая девушку, что вернулась к нему, осторожно протягивая небольшую коробочку и мягко улыбаясь. Рин показала ему экран телефона, на котором высветилось: "20 августа. 00:01". Сано осторожно принял подарок, медленно распаковывая его. Свет от костра позволял видеть хоть что-то. Внутри коробочки лежала фотография. Их первая совместная фотография, сделанная Эммой. Там им обоим по пятнадцать, они в форме Свастонов. Счастливые лица, сияющие глаза и нежные улыбки. Рин обнимает Майки со спины, целуя в щёку, где-то на заднем фоне виднеется спина Такаши. Майки смотрел на фото очень долго, рассматривая каждую деталь, хоть и видно было не очень хорошо. Чуть дрожащими руками он осторожно берёт её, переворачивает. Красивым почерком там написан следующий текст: Сколько бы времени не прошло, я навсегда останусь той пятнадцатилетней девчонкой, по уши влюблённой в тебя и поклявшейся всегда быть рядом...

Твоя Рин.

Сверху вся белая поверхность усыпана следами поцелуев красной помадой. Майки улыбнулся, представляя, как она красила губы, целовала бумагу, чтобы сделать его счастливым. На дне коробочки блестело что-то. Осторожно достав фиолетовый камушек, Манджиро перевёл на Рин вопросительный взгляд. — На моё шестнадцати летие ты подарил мне цепочку с кулоном из чёрного агата. – Рин оставила её дома, чтобы не потерять во время поездки на море. — Я подумала, что он такого же цвета, как твои глаза. И решила, что будет правильно подарить тебе цепочку с кулоном из фиалкового аметиста. Ты не переживай, я ходила на подработку, заработала достаточно денег, увидела как-то на фестивале бабушку, она продавала красивые камни и украшения, отдала почти даром, потому что мои глаза того же цвета. Я хочу, чтобы ты никогда не забыл их, мои... Глаза. Помнил, с какой любовью и преданностью они всегда на тебя смотрели и будут смотреть. Блондин не мог пошевелиться. Рин, пока он внимательно наблюдал, взяла подарок в руки, застегнула на его шее, с улыбкой поправляя волосы. Сано лишь отстранённо отводит взгляд, бережно убирает фото в коробочку, внезапно припадая к сладким устам, так желанно и нежно целуя их, отдавая всю свою любовь. Благодарность. — Ты лучшее, что со мной случалось. – шепчет он ей в губы, заглядывая в сиреневые озёра и встречаясь с привычной любимой нежностью. — Ты заслуживаешь всего лучшего... – парень улыбается, утыкаясь носом куда-то в основание её шеи и глубоко вдыхая сладкий запах персика и кажется, белого шоколада. Рин его слабость. Его тишина. Любовь.

Рин его сладкое безумие.