Ещё одна точка на карте

Нейтан влетает в квартиру, отшвыривая туфли в разные стороны и стаскивая на ходу пиджак. У него горят глаза, а самая важная новость последнего года рвётся из груди. — Салли! Салли, ты где? Кот! — Нейтан по-прежнему называет животное котом и никак иначе и по-прежнему его недолюбливает. Да, ревнует, конечно. Какого чёрта держать на коленях это пушистое чудовище, если можно держать на них Нейта? И противная шерсть вечно лезет в рот, когда они занимаются оральным сексом в не слишком предназначенных для этого местах. А они занимаются сексом во всех мыслимых и немыслимых местах, так уж вышло. Но всё-таки странно, что кот не вышел навстречу. Наверное, пригрелся на Салли, и убаюкал того, раз он тоже не отвечает. Нейтан входит в полутёмную спальню, подсвеченную только неоновым светом большого города за широким окном. Точно, Салли спит, правда без кота. Хотя нет, не спит, глаза открыты и как-то слишком настороженно смотрят на Нейта. Почему он молчит? — Эй, Салли! — Нейтан падает на кровать рядом с ним и привычно подкатывается под мускулистый бок. — Эй! Молчишь, не обнимаешь, не целуешь? Вот зе фак? А у меня, между прочим, есть новость, и тебе точно понравится! Послушай. Флоренция… Не город, а корабль. Ты же знаешь о нём? Конечно, знаешь. Казначейский корабль Непобедимой Армады… Ммм? Уже интереснее? Тоберморский галеон… Только он не Тоберморский. Всё, что ищут у берегов Шотландии — ерунда. Галеон затонул совсем в другом месте. Он не плыл к Ла-Маншу, вместо него плыла обманка. Я такое накопал, Салли! Как ты насчёт нового приключения? Тридцать миллионов золотых дукатов. Корона Филиппа II. Впечатляет? Чёрт, ну чего ты молчишь? Нейтан садится на колени, глядя на мужчину. Ему так не терпится поделиться, а Виктор какой-то странный. — Салли, — гладит его лицо Нейтан, — ты на меня за что-то сердишься? За то, что я немного перебрал вчера? За то, что заставил тебя трахаться прямо в машине? Я случайно задел клаксон задницей, прости. Ну и что, что на нас пялилась половина Манхеттена? Тебя это вроде никогда не пугало. Сааалли. Нейтан садится на него верхом и нежно вылизывает его губы. — Ууу, какой злой папочка. Губы пахнут чем-то странным. Вообще ты странный сегодня. Или ты сердишься за то, что я строил глазки блондину в архиве? Но он бы иначе не пустил меня в закрытую секцию сегодня. И я бы не узнал того, что хочу тебе рассказать. Не дуйся. Ну ладно, да, он пару раз схватил меня за жопу, но это тоже ничего не значит. Или за то, что я накапал валерьянки на твой ужасный костюм и кот изодрал его в клочья? Но он был правда уродский, Салли. Ты в нём не секси. Зато ты секси без костюма, ммм… Губы Нейтана спускаются вниз по шее, проворные пальцы расстёгивают рубашку Виктора с такой же ловкостью, как снимают браслеты с зазевавшихся гуляк, язык нежно обрисовывает мышцы груди, тёмные точки сосков, рёбра, пупок. Нейтан ёрзает бёдрами по паху Салли и довольно говорит: — О, папочка уже не такой злой. Это твоя новая игра? Ты молчишь, а я тараторю без умолку? Ладно, давай сегодня так. Молчи. Хотя мог бы сказать хоть слово. На что ты обиделся. Или одну из своих грязных шуточек, типа «Соси прощения». Нейтан расстёгивает брюки Салли, стаскивая их до колен, поддевает зубами бельё, стаскивая и его, и игриво смотрит на Виктора. — Салли, ты меня пугаешь. Что ты смотришь на меня, как на привидение? У тебя даже член как будто стал меньше от злости. Чёрт, похоже я где-то серьёзно накосячил, и даже не понял где. Спорим, ты простишь меня минут через пять-десять? Нейтан знает тысячу и один способ улучшить его настроение, но в критических ситуациях лучше всего проверенная временем классика. Например, горловой минет. Нейт усердно сосёт прощения, когда в спальне загорается свет. Нейтан непроизвольно жмурится, потом слегка приоткрывает глаза, пытаясь понять, что происходит, а потом его глаза становятся круглыми, как золотые дукаты, рот открывается шире, чем при минете, и он беспомощно переводит взгляд с двери на кровать. Под ним лежит Виктор с ехидно вздёрнутой бровью. А в дверях стоит… Виктор с перекошенным от злости лицом. Они абсолютно одинаковые. Этого не может быть. Он сходит с ума? У него белая горячка? Мужчины смотрят друг на друга, а Нейтан сползает на живот… Виктора? … за секунду до того, как потерять сознание, думая: «Господи, я же не настолько вчера перебрал». Салли подтягивает рукава рубашки и, сжимая кулаки, шагает к кровати: — Ну, здравствуй, Майк. Давно не виделись. — Мне стоило приехать раньше, братик. Тут все такие гостеприимные, — мужчина любовно треплет бесчувственного Нейта по волосам и в ту же секунду сбрасывает его тело с себя резким движением, группируясь, чтобы отразить летящий в его сторону кулак.