Один неосторожный шаг

Капитан Гиллот с гнетущим чувством вины шёл в кабинет Его Высочесва. Он много думал о том, правильно ли поступает. «Так будет правильно, по статусу не положено, Королева Эллаира слишком молода, да и неопытна к тому же в таких делах.» — пытался убедить себя гвардеец — «Она, верно, по простодушию своему просто не понимает. Мой сын, конечно, жених завидный, но ведь даже не благородной крови … всё-таки зря Герцог Осмонт не послушал меня, когда много лет тому назад я предложил ему разделить Эллаиру с Уайаттом по разные стороны замка, поскольку узнал, что он сбегал с тренировок, чтобы провести время с ней, дабы маленькая принцесса не обиделась, или вообще бывало, убегут куда-нибудь, спрячутся, ищи ходи их.» «Бросьте, они же ещё дети» — капитан противным тоном произнёс у себя в голове слова прошлой главы Треспии — « эхх, и всё же, какая была дружба … прямо-таки не разлей вода. Время летит, а казалось бы, вот только родился, жена моя жива была. Хоть и маленький, но такой смышленый был. А Ее Величество помню, всё с цветочками и растениями бегала, кукол по последней моде переодевала.» В голове Гиллота мельком пронеслось тёплое и забавное воспоминание о том, как в детстве Уайатт иногда служил ей манекеном. Волосы у него больно длинные были, так Эллаира ему то косички с бантиками, то шляпку какую. Было ему лет 10, пришёл он однажды к ним (вернее, это принцесса привела его за ручку, явно гордясь своей работой) в платье, фиолетовом таком, с длинными рукавами. Естественно, оно было ему малое, и это забавляло еще больше. А красная помада на губах и зелёные тени, вышедшие за края и сделанные непременно самым лучшим визажистом в королевстве идеально подчеркивали недовольное, но терпеливое выражение лица Уайатта. Тогда над ним смеялась вся гвардия, не со зла, конечно же, однако он этого не понял. С тех пор рыцарь не одевает ничего, что могло бы быть схоже с тем нарядом, а потому и не носит никаких туник. Гиллот улыбнулся краешком губ, едва не пустив отцовскую слезу. Дойдя до кабинета, он уже почти что передумал, но, одернув себя, быстро постучал в дверь, дабы не передумать ещё раз. Спустя несколько секунд послышалось приглушённое : «да-да, войдите» Капитан зашёл, всё ещё сомневаясь в правильности своего поступка, но отступать уже нельзя. Он рассказал бывшему лорду только суть ситуации, намеренно умолчав о некоторых подробностях. — значит, всё-таки правда … — задумчиво протянул дядя Эллаиры — Вы знали ?! — удивленно спросил Гиллот — неужели Вы знали, и ничего с этим не сделали ? — нет, почему же ? Я не знал, но догадывался, поскольку видел, как Уайатт смотрел на мою племянницу. Это я стал замечать давно, но от Эллаиры … такого не ждал. От моих глаз не ускользнуло и то, что как только на горизонте появляется рыцарь, её настроение поднимается с необыкновенной силой. Однако, такого не было до того, как они покинули замок … — Ваше Высочество, что мы теперь будем делать ? Оставим их, накажем ли ? — знаете, капитан, я верен Треспии, её традициям, законам и конституции, однако Вы и ваш сын сделали для меня и моей любимой племянницы слишком много, чтобы я так просто и безжалостно наказал Уайатта и выставил его за дверь вместе с Эллаирой. Но и оставить это так, я, увы, не могу. Королева должна находиться в замке и решать проблемы своего государства, поэтому мы просто представим к ней охранников, ведь спокойно работать можно и в своих покоях, а вот что касается вашего сына … есть кое-что, что я мог бы сделать, не причиняя Уайатту физическую боль и не выгоняя из замка, оставив на произвол судьбы. Давайте мы просто поменяемся рыцарями с … королем Раджахили. — подождите, но ведь я больше никогда не увижу своего сына в таком случае … — верно — кивнул головой герцог — однако разве это не лучше, чем его мучительная смерть ? или, допустим, мы выгоним его из замка и тогда Вы тоже не сможете его видеть. Так будет лучше. — наверное … — пытаясь скрыть своего беспокойство ответил Гиллот — в любом случае спасибо, Ваше Высочество. — можете идти — уже равнодушным тоном произнёс дядя Эллаиры. Он вышел, тихо закрыв дверь. Ему не нравилось предложение Его Высочества, но на что он мог ещё надеяться ? Чего он ожидал от этой встречи ? Нарушение клятвы королевского рыцаря самое страшное, что могло бы быть в жизни каждого рыцаря, даже если это было сделано во благо жизни короля или королевы. Таковы традиции Треспии, их нужно уважать, а непослушание не могло пройти бесследно. «Всё, что не делается, всё к лучшему».