Притча о коротких поводках

      Когда Джей и Чонвон вернулись, луна была ещё высоко. Их дом всё так же бережно хранил в себе тишину и темноту, с порога погружая в особую стабильную атмосферу безопасности и комфорта. Как будто это место было неподвластно течению времени. Возможно, всему виной природа хозяина особняка, но Чонвон всегда ощущал себя здесь, будто застывший в моменте, отдельно от всего остального мира.       Младший всем своим телом чувствовал предвкушенное настроение Джея, который крутился вокруг него, как голодный кот, который всё время как бы невзначай тёрся хвостом о ноги, напоминая о себе. Вампир учтиво придержал дверь перед ним, помог снять верхнюю одежду, украл поцелуй с уголка губ, приобнял за талию и прошёлся кончиком носа по затылку, с довольной улыбкой вдыхая запах своего же шампуня.       — У тебя голова не кружится? — с усмешкой спросил Чонвон, пощекотав подбородок ненасытного котяры рядом.       — Если только от любви к тебе… — промурлыкал Джей и крепко обнял младшего за талию со спины, облизываясь. — Я всё ещё жду свою награду…       — Дай мне хотя бы раздеться, — покачал головой Чонвон, но как только понял, что сказал, закатил глаза, прекрасно зная, какая реплика последует дальше.       — Я тебе с радостью помогу, — заверил вампир, уже щёлкая пальцами на нижних пуговицах рубашки Чонвона, слегка оголяя его живот. Юноша даже не успел придумать ответную колкость, как ловкие холодные пальцы пробрались под тонкую ткань. Мышцы младшего тут же напряглись, а влага на губах испарилась от горячего вздоха.       — Джей, мы даже в дом толком не прош-шл….а…ах… — оборвался на полуслове, невольно сжимая в кулаках рукава вампира. Бессовестные руки Джея скользнули чуть дальше, под резинку белья, и слегка огладили нежными подушечками пальцев линию низа живота Чонвона. Он почувствовал странную смесь щекотки и возбуждения, которая медленно расползлась по всему телу, вызывая непроизвольную судорогу.       «Он ведь не начнёт прямо здесь…?» — смущённо подумал Чонвон и слегка подался вперёд, на удивление без труда выпутываясь из чужих рук. Вот только было уже поздно. Младшему пришлось ухватиться за перила лестницы, чтобы сохранить равновесие, поскольку его конечности, познав сладкий зов влечения, совершенно отказывались его слушаться. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы заново собрать себя по частям, прежде чем он почувствовал себя достаточно уверенно для первого шага наверх. Казалось, отпечатки пальцев вампира остались на его коже горящей меткой, которая прожигала живот, совершенно лишая разум права голоса.       Чонвон гортанно прорычал, слегка царапая ногтями лакированную поверхность перил, обозлённый на своё неконтролируемое вожделение к довольному клыкастому мужчине позади него. Джей с немой улыбкой наблюдал борьбу Чонвона с самим собой, прекрасно зная, что она обречена на поражение. Он без особых усилий запустил таймер бомбы внутри своего мальчика. Ему стоит лишь немного подождать — и Чонвон уже сам пойдёт к нему с таким же голодом в глазах.       — Ты решил вспомнить былые времена? — спросил Чонсон, опираясь на стену рядом с лестницей и невинно вскинул брови. — Хочешь, чтобы я тебя соврати-ил?       Чонвон поджал губы и помотал головой, опуская глаза в пол. Он так и застыл на первой ступеньке, как будто останавливаясь на пороге между страстью и самоконтролем. Но затем спросил себя: почему он продолжал подсознательно сопротивляться своим желаниям? Неужели его действительно отбросило назад после встречи с Рики? Так дела не пойдут. Он ведь уже заключил с собой договор о том, что не станет больше беспричинно отвергать свои чувства и мысли. Сморгнув накатившее оцепенение, Чонвон вдруг развернулся на лестнице и потянулся через перила к стоящему чуть ниже вампиру, обхватил ладонями его лицо и утянул в жаркий поцелуй, большим пальцем поглаживая острую линию скул. Джей тут же расплылся в улыбке и, разорвав их губы всего на секунду, не глядя перепрыгнул через ограду ближе к Чонвону, по-хозяйски устроил свои ладони на его талии.       — Так-то лучше, — прошептал, когда Чонвон приоткрыл рот, чтобы перехватить воздуха. — Я задумал для тебя кое-что особенное…       — Джей, — не сдержался от смешка младший. — Каждая наша ночь «особенная». Мне интересно, через сколько лет у тебя кончится фантазия.       — Ещё очень, очень не скоро, — гордо ответил и хищно облизнулся, глазами пожирая своего мальчика.       — И что же ты придумал? — на вздохе спросил Чонвон, наконец отворачиваясь от вампира, и начал медленно подниматься наверх, непроизвольно напрягаясь всем телом. Даже спустя столько месяцев отношений Чонвон всё равно чувствовал себя странно, когда поворачивался спиной к хищнику.       — Скажу лишь только… — деловито протянул Джей, окидывая взглядом красивую спину напротив, — что я слов на ветер не бросаю. И за свой острый язычок ты сегодня получишь.       Чонвон слегка нахмурился, пытаясь понять, про что говорил Джей. Он уже забыл их безобидную перепалку в комнате училища, не восприняв слова вампира всерьёз. Чонсон многое прощал ему, поэтому младший даже подумать не мог о том, что какая-то безобидная вещь могла всерьёз задеть этого клыкастого дьявола. Хотя на самом деле Джей использовал это скорее как предлог для того, чтобы воплотить в жизнь их фантазии.       — Я приму душ, — шепнул на ушко Чонвону, открывая перед ним дверь. — А ты пока меня жди, ладно?       — Угум… — промычал младший и шагнул внутрь со вздохом. Ему не очень нравилось это ожидание. Воображение начинало играть злые шутки, генерируя одну похотливую мысль за другой, гадая, что же там такое на этот раз придумал его возлюбленный. После каждой их совместной ночи Чонвон думал, что ничего более смущающего и пошлого он больше никогда не сделает в своей жизни, но уже на следующую Джей вытворял с ним такое, о чём он мог только втихомолку воображать наедине с собой. Этот мужчина знал все его слабости и необычные желания как собственные, всё дальше и дальше постигал глубины его необычных фетишей, о которых даже сам Чонвон не подозревал. Самым прекрасным во всём этом было то, что Чонвону не было стыдно за них перед Джеем. Младший полностью доверял своему ненасытному обольстителю, не боялся осуждения или насмешек. Напротив, Чонвон чувствовал интерес и ответственность со стороны своего партнёра.       Размышляя обо всём этом, Чонвон не заметил, как пролетело время. Когда Джей вернулся в спальню, махровым полотенцем вытирая влажные волосы, он сидел на кровати и смотрел пустым взглядом перед собой. Вампир подошёл к нему и погладил по голове. Чонвон слегка вздрогнул и поднял на любимого глаза с небольшой улыбкой.       — Ты в порядке? — спросил Джей, заботливо заправляя локон за ушко младшего. — Не в настроении сегодня?       — Нет, я… Просто задумался, — помотал головой и поластился щекой к ладони вампира. Джей был в одних брюках, так что Чонвон мог вдоволь налюбоваться красивым, сильным телом своего любимого. — К тому же… Ты же сказал, что поможешь мне раздеться. Слов на ветер не бросаешь, м?       Джей тут же расплылся в довольной ухмылочке и кинул полотенце на спинку стула. Чонвон игриво оскалился и заполз дальше на кровать, глазами всё ещё приклеенный ко влажному торсу вампира. С глубоким вдохом младший растянулся на кровати, вытягивая руки и ноги, невольно оголяя свой живот из-за полурасстёгнутой рубашки. Небольшой открытый участок кожи подействовал на вампира, словно красная тряпка на быка. Хищник тут же навалился на своего мальчика и прильнул губами к уязвимому месту, наслаждаясь легкими подрагиваниями Чонвона под собой. Вампир не глядя расстегнул рубашку младшего до конца, после чего сразу же переключился на джинсы. Чонвон со рваным выдохом запустил свои тонкие пальцы в волосы Джея, закрывая глаза и полностью растворяясь в своих ощущениях. Он ласково гладил своего ненасытного вампира с лёгкой улыбкой на лице.       Однако стоило Джею освободить своего мальчика от одежды, младший почувствовал, как сильные напряжённые руки перевернули его на живот. Чонвон недоумённо распахнул глаза, невольно хватаясь пальцами за простыню.       — А…? — только и мог из себя выдавить, беспомощно пытаясь заглянуть к себе через плечо. Они ещё никогда не делали ничего такого в подобной позе. Джей предпочитал видеть малейшие изменения в мимике агонизирующего под ним юноши, истязать его опухшие губы, смотреть в затуманенные похотью глаза. Такая резкая смена курса застала Чонвона врасплох.       Джей поспешил оставить несколько успокаивающих поцелуев на плечах своего мальчика и промурлыкал ему на ухо, ладонями растирая крепкие ягодицы:       — Ш-ш-ш, всё хорошо. Тебе понравится.       — Я не сомневаюсь, просто… — запнулся, сглатывая. Он не нашёл разумного объяснения своему внезапному волнению. Скорее всего, он всё ещё испытывал подсознательное напряжение, будучи не в состоянии контролировать происходящее за своей спиной. К тому же, у него всё ещё не было и малейшей догадки о том, что задумал его безумный любовник.       Джей аккуратно приподнял нижнюю часть тела Чонвона, поставив его на колени. Младший тут же почувствовал себя невероятно уязвимым. Такое откровенное положение немного смущало, но он решил полностью довериться своему партнёру. Он беспокойно облизнул губы и прикрыл глаза, сглатывая.       — Ты очень красивый, — успокаивал своего мальчика Джей, склоняясь над ним. Он начал пересчитывать поцелуями каждый его позвонок, купая хрупкое тело в нежности и ласке. Чонвон сразу немного расслабился и выдохнул, протянув ладонь назад, пытаясь нащупать руку своего любимого. Джей тут же переплёл их пальцы, улыбаясь.       Джей разрывался между противоположными импульсами, которые беспощадно пожирали его изнутри. Ему безумно хотелось подарить Чонвону всю любовь и заботу этого мира, но и в то же время его не покидало желание опуститься до самых низов своих первобытных желаний и жажды контроля над сокровищем, которое слепо доверяло ему. Обе чаши греха дрожали примерно на одном уровне, сводили с ума и превращали вампира в непредсказуемого хищника.       Он мученически простонал и крепче сжал руку своего мальчика, остервенело целуя его плечи. Чувствуя внутренний конфликт вампира, Чонвон негромко спросил:       — В чём дело, Джей? — приоткрыл глаза, поглаживая большим пальцем ладонь своего любимого.       — Что делать, если я хочу одновременно затащить тебя в ад и отправить на небеса? — недовольно протянул, прикусывая зубами мочку уха Чонвона, из-за чего он слегка вздрогнул, но затем с улыбкой ответил:       — Похоже, не мне одному теперь нужны сексуальные тренинги, м, Чонсон?       Джей оскалился и хмыкнул, качая головой.       — А ты, похоже, уже выбор давно сделал. Маленький мазохист… — зашептал, ухмыляясь. Но на Чонвона уже не действовали подобные слова. Он даже не покраснел, а лишь улыбнулся и запрокинул голову назад, укладывая затылок на плечо вампира.       — Хочешь, чтобы я тебя разозлил? — попытался сымитировать издевательскую интонацию Джея, когда он ловил его на смущении или нерешительности. Вампир усмехнулся в голос и от души шлёпнул Чонвона по заднице.       — Ты уже прекрасно справляешься, котик, — просипел сквозь зубы, утыкаясь носом в шею младшего.       — Меня заводит, когда ты ведёшь себя так по-хозяйски… — пролепетал Чонвон, всё же слегка смущаясь. Куда делась вся его скромность и неопытность? Когда он начал так нагло выпрашивать всё, о чём раньше мог лишь тайно думать, яростно ублажая себя под одеялом?       — М-м-м, правда? — промурлыкал Джей, покусывая губы. — Ты разрешишь мне сегодня зайти немного дальше, чем обычно…? — тихонечко прошептал, словно опасаясь отказа.       — Делай со мной, что вздумается, — так же тихо, но жарко ответил Чонвон. — Испытывай меня на прочность, сколько заблагорассудится…       Джей остался крайне довольным таким ответом, а поэтому без труда вернул себе роль доминирующего и наглого любовника. Выпрямившись, он жадно осмотрел своего мальчика, который всё ещё стоял в довольно вызывающей позе, переминаясь с коленки на коленку от предвкушения и накатывающего от их разговоров возбуждения. Как мило… Так и хотелось съесть этого невозможного мальчика.       Чонвон сглотнул, когда услышал лязг бляшки ремня вампира. Он снова подобрал под себя простыню и сделал глубокий вдох и выдох. Его тело снова ждало тяжёлое, но желанное испытание, и младший был к нему абсолютно готов. Неизвестность впереди щекотала нервы и придавала некий азарт происходящему.       — Подними голову, — спокойно, но властно произнёс Джей, и Чонвон беспрекословно подчинился. В следующий момент младший недоумённо распахнул глаза: он почувствовал на своей коже холод и металл. Это был ремень Джея. Вампир затянул его вокруг шеи младшего, превращая его в своеобразный… Поводок?       Понимание молнией ударило по Чонвону, заставляя вздрогнуть. Пак Чонсон… Действительно слов на ветер не бросал. То, что младший воспринял, как безобидную шутку, на самом деле оказалось вполне реальным планом действий. Ну просто волшебно.       Когда удивление и озадаченность отступили, Чонвон начал осознавать, в каком положении находился и как, должно быть, выглядел со стороны. В животе тут же зашевелился змей-искуситель, завязываясь узлом внутри него и заставляя колени ослабленно пошатнуться. В следующий же момент Чонвон услышал жаркий шёпот рядом со своим ухом:       — Я говорил тебе. Кто у нас теперь на коротком поводке, м? — слегка потянул ремень на себя, невольно заставляя младшего запрокинуть голову. У Чонвона всё перед глазами шло кругом от того, в каком мазохистском восторге он был от всего происходящего. Он довольно ухмыльнулся и коснулся пальцами петли на своей шее. Крепкая и неприлично дорогая, как и всё, что носил на себе Пак Чонсон.       — Ты безумец, Джей, — выпалил он, облизнув губы. — Поцелуй меня…       Чонсон с радостью откликнулся на просьбу своего мальчика и, намотав ремень себе на руку, прильнул к Чонвону, ещё сильнее натягивая поводок. Младший почувствовал, как ткань впилась в его кадык, слегка затрудняя дыхание, как рот наполнился слюной, а давление в шее искрами рассыпалось по всему телу парализующим возбуждением. Во время поцелуя ему постоянно приходилось прерываться на дыхание, жадно хватая ртом воздух.       После очередной попытки вернуть в свои лёгкие кислород Чонвон ощутил прикосновение пальцев к своим губам. Джей без труда проскользнул ими внутрь, коснулся напряжённого влажного языка, огладил нёбо, коснулся ногтями края зубов. Со сдавленным стоном младший принялся страстно вылизывать пальцы вампира, прикрыв глаза, пока Джей с ухмылкой наблюдал за своим старательным и податливым мальчиком. Вампир не переставал удивляться тому, насколько упрямым и капризным он мог быть в один момент, но уже послушным и покладистым в другой.       Джей снова потянул пояс на себя, вынуждая Чонвона распахнуть губы для очередного аварийного вдоха, убрал пальцы из его рта и коснулся ими куда более интересного и чувствительного места. Всё естество мальчика под ним кричало о просьбе близости, но вампир никогда не торопил события. Он всегда смаковал их прелюдии, как дорогое вино, и зачастую они запоминались даже больше, чем пик страстных услад. Это томное ожидание близости и удовольствия, с ним не мог сравниться ни один оргазм.       — Дж-жей… — прохрипел Чонвон, облизывая сухие губы. — Ну же…       Вампир хмыкнул и медленно проник внутрь своего мальчика, вслушиваясь в ласкающий душу сдавленный стон. Чонвон сминал пальцами спальное белье, хватая ртом воздух. Возбуждение сбивало и без того нестабильное дыхание, он напрягся всем телом, охотно подаваясь навстречу, неосознанно выгибая свою красивую гибкую спину. Тягучее удовольствие и терпкая боль смешались воедино, как крепкий алкогольный коктейль, опьяняя, лишая мук совести и придавая безбашенной смелости. Ненасытный Чонвон хотел больше, здесь и сейчас, но чересчур рациональный вампир умудрялся держать себя под контролем, чтобы как следует доставить своему мальчику наслаждение, размазать его и протянуть через весь процесс, вместо того чтобы превращать их любовную сессию в быстротечный акт животного совокупления. Джей умел любить красиво, и, несмотря на свою жгучую неудовлетворённость, Чонвон был благодарен ему за это.       Джей неспеша играл со своим мальчиком, как следует подготавливая его к тому, что будет дальше. Он любовался тем, как ёрзал и скулил Чонвон под ним каждый раз, когда его пальцы выгибались под новым углом, пуская электрический разряд по всему хрупкому человеческому телу. Такое уязвимое и открытое положение сделало Чонвона ещё более чувствительным к ловким ручным пируэтам своего партнёра, лишая контроля над своими же мышцами и голосом. Младший запечатлел в памяти давящую шлейку у себя на шее, дрожащие колени, струйку влаги, сочившуюся изо рта, невыносимый огонь в низу живота и лёгкую дрожь, пронзающую с головы до кончиков пальцев. Так пошло и так возбуждающе.       Чонвон вдруг почувствовал, как Джей потянул ремень на себя, сильнее, чем обычно, из-за чего младшему пришлось из последних сил оторвать себя от матраса и подняться на коленях с громким стоном. Он прижался мокрой спиной к груди вампира, чувствуя, как минутное удушение прошло окончательно. Он сделал несколько жадных вдохов, закрыл глаза и всем телом заластился к любимому, запрокидывая голову, чтобы уложить её на плечо Джея. Вампир оставил на щеке Чонвона влажный поцелуй и обхватил своей большой ладонью его лицо, повернул в сторону, открывая для себя соблазнительную шею. Ремень всё ещё крепко держал её в своих тисках, не оставляя пространства для укуса. Вампир начал прокладывать дорожку поцелуев от скул к ключицам, останавливаясь на изящных плечах. Чонвон взволнованно сглотнул, затаивая дыхание от предвкушения, но из-за того, что Джей прижал его так близко к себе, всё натяжение ремня сошло на нет. Поколебавшись несколько мгновений, младший смущённо прошептал:       — Затяни… Потуже… — спрятал глаза, мучая и без того опухшие губы. Вампир ухмыльнулся и намотал пояс на свою ладонь, снова лишая своего мальчика свободного доступа к воздуху, а второй рукой всё ещё ублажая его холодными ловкими пальцами. Чонвон довольно проскулил, выпрямляясь и сжимая в ладонях край одеяла, который случайно нащупал, не зная куда деть свои руки. Он уже чувствовал лёгкое головокружение от продолжительного кислородного голодания, но слабость и тяжесть, которые разливались по его телу, напротив, возбуждали, а не пугали. Младший мог только гадать, как он будет себя чувствовать после того, как Джей выпьет его крови.       Чонвон почувствовал близость белоснежных клыков и замер, зажмуриваясь и сжимая губы в тонкую линию. Однако это ему всё равно никак не помогло. В момент укуса бессовестный вампир глубже толкнулся в него пальцами и дёрнул ремень на себя, чем заставил младшего расстаться с душой на мгновение. Чонвон издал громкий продолжительный стон и дёрнулся в руках у любимого, готовый погибнуть прямо на месте от того, каким невыносимо приятным было это сочетание боли и блаженства. Он начал откровенно ёрзать на руке вампира, ощущая ягодицами эрекцию Джея в полной боевой готовности. Превозмогая предобморочное состояние, Чонвон начал ласкать бёдра любимого в отчаянной попытке возбудить его ещё больше.       Почувствовав внезапный саботаж, Джей оторвался от плеча своего мальчика после всего нескольких глотков. Чонвон разочарованно проскулил и замотал головой, пуская две стройные капли крови по своей коже.       — Ещё… Мало… — выдавил он из себя, ладонью уже двигаясь от бёдер любимого к совсем близко к опасному месту. Джей низко усмехнулся и покинул тело Чонвона, вызывая у него ещё больше неудовлетворённого недовольства. — Пак Чонсон… Я больше не могу… — пожаловался, прежде чем его непослушные руки заключила в плен слегка влажная от недавних ласок ладонь Джея. — Ты выпил слишком мало… Ты ведь не наелся…?       — Я не хочу довести тебя до потери сознания, — спокойно прошептал вампир, нежно целуя висок своего изнывающего мальчика. В следующую секунду он почти грубо нагнул Чонвона обратно, вызывая у младшего облегчённый восторг. Чонвон бесстыдно выгнулся перед любовником, дрожащими пальцами отчаянно хватаясь за смятые простыни. Ещё немного. Ещё чуть-чуть, и вампир отправит его с этой бренной земли, заставит забыть собственное имя, потерять контроль над своим языком и телом.       Но Джей всё ещё тянул момент, чтобы как следует запомнить всё, что происходило сейчас. Вальяжно очертил линию позвоночника Чонвона, погладил бёдра, оставил поцелуй на пояснице, прежде чем наконец удостоить своего мальчика долгожданного проникновения, одновременно потянув ремень на себя. Комната наполнилась громкими вздохами и довольными стонами. Доведённый до точки кипения, Чонвон сам подался тазом назад, желая как можно быстрее ощутить Джея в полную длину, за что тут же почувствовал давление на своей шее. Капризно проскулив, младший всё же дождался, пока вампир сам наберёт темп, каждой клеточкой своего тела наслаждаясь несдержанным обладанием над собой. Каждый толчок выбивал из него короткий стон, и Чонвон, уже забывшись в пучине похоти и удовольствия, неосознанно потянулся руками к своему возбуждению, чтобы облегчить свою участь, но тут же обнаружил их за спиной, нагло и крепко скрученные своим любовником. Чонвон едва не потерял рассудок от такой собственнической грубости, не в силах сдержать довольную улыбку, которая тут же пропала, когда после такой невинной шалости вампир умышленно замедлился, снова погружая младшего в состояние фрустрации.       Обездвиженному и скованному поводком, Чонвону ничего не оставалось, кроме как ублажать своего любовника громкими стонами и напряжённой плотью, всё больше и больше приближаясь к вымученному, но долгожданному финалу. Наконец, движения вампира стали более резкими и остервенелыми, и младший почувствовал напряжённую пульсацию внутри себя. Джей был близок к своему пику. Вампир снова придушил своего мальчика ремнём, со сдавленным рыком вбиваясь в него, прежде чем ощутить драгоценные моменты наивысшего наслаждения. Чонвон удивлённо распахнул глаза, когда понял, что вампир не покинул его тело во время оргазма, уже через секунду чувствуя вязкое тепло, которое разлилось внутри. Одна мысль об этом заставила младшего простонать от наслаждения, погружаясь в блаженную агонию вслед за своим обезумевшим от похоти вампиром. Закатив глаза от невыносимого сочетания удовольствия и удушения, Чонвон на секунду застыл всем телом, прежде чем без сил повалиться на осквернённые их любовью простыни.       Младшего будто оглушили: он погрузился в странное бессознательное состояние, от чего даже почти не почувствовал, как подрагивающие пальцы вампира снимали с его шеи ремень, заботливо вытирали от остатков их жаркой ночи, укутывали нагое тело в пуховое одеяло. Тяжело и жадно дыша, Чонвон слепо прижался к своему любимому, ещё не в силах разомкнуть губы, чтобы сказать что-то. Его переполняла любовь и нежность к мужчине, который только что подарил ему такую жаркую ночь, удовлетворяя каждый потайной каприз и желание.       — Мне так хорошо… — наконец, пролепетал он, ощупывая следы ремня на своей шее. — Нужно дразнить тебя почаще…       — Пожалуйста, не надо, — посмеялся Джей, целуя своего мальчика в лоб. — Я думал, что сойду с ума, пока держал свою силу под контролем. Ты слишком сладкий и соблазнительный… — коснулся губами щёчек младшего. — Если я случайно перестану сдерживаться, мне придётся носить тебя на руках несколько дней.       Чонвон улыбнулся уголками губ, но промолчал. Слова вампира звучали заманчиво, но он не мог позволить себе такую роскошь сейчас, после того, как договорился с Джейком о работе. Отогнав от себя мысли о повседневных заботах, младший устроился в объятиях своего любимого и прикрыл глаза, всё ещё чувствуя лёгкое напряжение во всём теле от недавнего соития.       — Отдыхай, котик, — прошептал Джей, улыбаясь. — Ты хорошо потрудился. Ты просто невероятный… — начал осыпать его комплиментами, пока сам Чонвон постепенно проваливался в сладкую послеоргазменную дрёму, оставляя позади все свои тревожные загруженные мысли. Эта ночь точно обойдётся без кошмаров.