Как ругается Ким Хичоль...

Уведомление о новом сообщении в WhatsApp застает вечного трудоголика Итука в самый разгар съемок очередного шоу на очередном супер-мега-популярном канале. И, если бы лидер SuJu не находился в этот момент в гримерке, он бы проигнорировал сообщение… но как назло срабатывает подсветка, и Тукки видит, кто написал ему сообщение в столь неподходящее время. На дисплее высвечивается слово: «Хеним». … а у лидера начинают трястись руки… Хён никогда не позволил бы себе написать Итуку лично без крайней нужды. Зная досконально расписание друг друга, у них двоих есть два негласных правила — не пересекаться в эфирах без крайней нужды (потому что два лидера в одном кадре всегда взрывали рейтинги программ… но вместе с тем тянули и без того ограниченное эфирное время, что называется, на себя, не давая другим реализовываться) и не беспокоить друг друга без крайней нужды (ибо времени даже на сон у каждого из них было ограничено жесткими рамками расписания). Этот «пакт» безоговорочно выполнялся всеми сторонами… до сего дня. Взяв наконец этот чертов телефон, Итук быстро-быстро набирает пароль для разблокировки экрана и с замиранием сердца нажжимает на уведомление. Четыре слова заставили Итука паниковать еще больше. «Чонсу, забери меня отсюда…». Только Ким Хичоль и только в экстренных случаях называет Итука его настоящим именем. Под шум в ушах Итук пытается усмирить очередную паническую атаку, тогда как пальцы, уже не подчиняясь хозяину, вовсю отстукивают нервное: «пришли локацию», и отправляют Хениму. Те минуты, что нужны Хичолю для ответа, кажутся лидеру вечностью. Он пытается делать дыхательную гимнастику, открывать бутылку с минеральной водой, даже просто встать с кресла визажиста, к которому прирос за какие-то пять-семь минут перерыва. Бесполезно. Когда помощник режиссера в третий раз забегает в гримерку к Итуку, напоминая, что до начала второй части шоу остается всё меньше и меньше времени, Хичоль-таки удосуживается прислать геотег со своим местоположением. Лидер махом срывается с места и, под непонимающий визг менеджера и с криком «Потом объясню», пулей выскакивает из здания телевизионной компании и ловит какую-то мирно проезжающую машину. Водитель даже не сопротивляется тому, как лихо его сбивает с привычного маршрута взъерошенный артист SM Ent. — и Итук в благодарность незамедлительно кладет тому в бардачок приличную сумму наличными (благо не забывает в гримерке ни ключей от дома, ни телефона, ни портмоне — привычка, оставшаяся со времен тренировок айдол-групп). … Кима он находит сидящим на тротуаре около очередного ночного клуба слегка в нетрезвом состоянии. Ну, как сказать — слегка… в очень нетрезвом состоянии. Немногословный водитель соглашается за двойную оплату подождать на стоянке рядом, а сам Итук на первой космической буквально подлетает к Хениму, с огроменными испуганными глазами и начинает его бегло осматривать, ощупывать… на что Ким реагирует весьма странно… — Пусти… — отмахивается мужчина от друга, словно от надоедливого насекомого, когда тот в очередной раз делает попытку поднять несчастного с тротуара и проводить до машины, — Хён… Да блять… Чонсу, ёпта, кончай уже изображать из себя вселенскую мать… Итук на мгновение действительно прекращает дергать невменяемого Хи за руку, а потом, рвано выдыхая и уперевшись ступнями в поребрик, резко поднимает немаленького друга за шиворот и доволакивает-таки до машины. Мужчина усадил вяло сопротивляющегося хёна назад и, протянув водителю еще несколько крупных купюр, назвал адрес общаги SM Ent., ибо до хичолевского дома было далековато, а в свои аппартаменты Итук сегодня точно не поедет — сопроводит эту пьяную скотину на «отоспаться» в до боли знакомые общажные комнаты. Хвала небесам, водитель оказался адекватным и, видя состояние пассажира, прикинулся автопилотом… *** … Когда Хичоль просыпается в кровати Кю, он даже не удивлен. Вернее он удивлен тем фактом, что вообще проснулся, ибо в том состоянии, которое у него было вчера, просто открыть глаза — уже подвиг. Да даже просто вдохнуть… Кюхёна мужчина нашел очень быстро — он на него наступил. Этот мелкий паршивец и уснул прямо на полу в комнате, забрав лишь подушку и покрывало. — А-ум-еп, — только и смог сказать макнэ, откатываясь от кровати на безопасное расстояние. — Сорян, бро, не хотел, — сипло пробормотал Хеним. А Кю уже потирает ушибленную ногу и зевает так широко, что, кажется, можно увидеть драгоценные связки «хрустального голоса» группы Super Junior. — Ниче страшного, хён. Бывает. — А… почему я здесь? — Итук тебя сюда привёз, отдал твою тушку с рук на руки мне, а сам умчался дорабатывать смену в шоу, — так просто рассказывает об этом младшенький, наблюдая за резкой переменой настроения Хенима, — Кстати, советую подготовиться к его приходу… он вот-вот прибудет. **** «Куда б провалиться?», — последние минут двадцать размышляет Хичоль, бегая по коридорам общежития и ища убежище… хоть где-то. Он уже перечитал смску, которую отправил Итуку в день попойки, вспомнил (правда частично) прошедший вечер и понял — ему не жить. Лидер не простит ему такую малость — существовать на планете Земля по соседству с ним. Кю только гаденько улыбался и считал минуты. Лидер обещал прибыть аккурат в девять утра. Но эту вещь хёну знать не обязательно… … Когда ровно в девять срабатывает электронный ключ и в прихожей раздается шум, Ким пытается завернуться в штору и притвориться фикусом, но, увидев измотанное лицо Тукки, забывает о маскировке и, аки матрос на баррикадах, храбро выступает вперед. Итук кидает рюкзак на диван и достает две банки пива. Ещё одну, для Кюхёна, он уносит на кухню. — И всё? — ляпает с ходу Хеним, недоуменно хлопая глазами… — Тебе вчерашнего неадеквата мало было? — хмыкает лидер, забираясь с ногами на диван и откупоривая банку. — А как же… — Скандал? Ты действительно этого хочешь?! — Гмнм… — Я сейчас не в состоянии с тобой ругаться… — Тогда давай я поругаюсь с тобой… Опять! Опять он ляпнул, не подумав! — Ты — идиот, Ким Хичоль, — устало бормочет Итук. И Ким понимает — да, лидер и в этом прав. Он во всём — прав. Младший в своей семье, Пак Чонсу стал самым старшим… и не только по отношению к мемберам СуДжу, но и ко всем, кто встречался у него на пути. Оберегал. Поддерживал. Заботился по мере сил. И любил. Абсолютно всех любил своей особой, братской любовью. «Всё-таки господин Ли Суман — гений, раз поставил нам такого лидера», — невольно задумывается Хи, протягивая руку к банке с пивом… и тут же получает по пальцам ощутимый удар… — Айшшшшщ, — морщится мужчина, а Чонсу ехидно щурится, из-за чего его лицо становится похожим на лисью хитрую мордочку. — Если я не хочу скандала… еще не значит, что я тебя простил, алкаш… — злорадно улыбается мужчина, придвигая к себе банку с пивом, — Сиди и мучайся, кретин. Хичолю остается только выдохнуть, отсесть подальше и прикрыть глаза, чтобы не видеть этой пытки, устроенной Итуком… «Э не-ет, так не пойдет…», — Итук быстро встает со своего места и подходит со стороны спинки дивана настолько близко, насколько позволяет ему техника безопасности эксплуатации Кима Хичоля. Мужчина вытягивает руки с банкой пива на максимально близкое расстояние к уху своего друга и чуть надавливает ключ открывающего механизма. — Блять, — сквозь зубы шипит Хи, откликаясь на пшиканье откупоренной банки рядом с собой, — Лучше дай в морду, Тукки… — Во дурашка, — почти ласково протянул Итук, — Тебе завтра с этой мордой еще в промо светиться… а не синяком под глазом семафорить… давай, открывай глаза. Я сегодня добрый, не обижу. Неверящим, чуть мутноватым от головной боли взглядом Хеним смотрит, как Итук со светлой, равноангельской улыбкой протягивает ему эту злосчастную откупоренную банку с пивом и, аки путник в пустыне без пищи и воды, сразу же выхватывает её и жадно хлебает, не заботясь о том, как дико он выглядит сейчас в глазах лидера… — Кстати, хочу предупредить… — поймав взгляд Кима и глядя в упор, с той же милой улыбкой прошипел Итук, — С этого дня и до конца камбэка у группы Super Junior — сухой закон. Господин Ли лично распорядился проследить за тем, как он будет выполняться…. Все наши мероприятия красивым отчетом будут фиксироваться у него в спец.файлах. Сорвешься — лично прослежу, как ты вылетишь из компании, сверкая своими голыми пятками… ты меня понял? Хеним на секунду отвлекся от распития напитка и кивнул, прислушиваясь к себе — как бы пиво на нервной почве не пошло обратно в банку… через нос, к примеру… но этого не произошло, и хён благодушно сделал большой глоток, как вдруг… — И не боись, — не меняя выражения своего лица, продолжил лидер, — Это пиво — безалкогольное, — и с этими словами Итук так сильно хлопает Хичоля по спине, что у того аж искры из глаз посыпались, и он-таки давится содержимым банки, которую держал слишком близко ко рту во время удара. Пойло (а по-другому Хеним безалкогольное пиво и не воспринимал… если воспринимал вообще) выплескивается из банки на мужчину маленьким шипящим фонтанчиком, забрызгав и самого Хичоля, и светлую обивку дивана, и серый ковролин в общей комнате общежития, растекаясь по всем поверхностям липкой, трудновыводимой, коричневой жижей… Итук, так предусмотрительно отступивший в этот момент на десяток шагов, уже открывает входную дверь, чтобы уйти из общежития, когда в спину ударяет громогласно-истерический возглас Хичоля: — ИТУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУК!