«На самом деле..»

Все мы, — задумываемся. Иногда это бывают лёгкие как ветерок мысли, а иногда, – удушливые и такие сокровенные, что каждый из нас даже не догадывается, что другим интересно, что же они в себе хранят. В особенности, это и приключилось с нашим героем — Каллисто Херувим Регулусом.

* * *

Обычно, у каждого человека есть определенная группа людей, в которой они выполняют по каждой обязанности по отношению к тем, кто их избрал. Один отвечает — за умиротворение, второй за искушение, третий в свою очередь, за страх, четвётый, — за смущение и так далее. Эти люди, как наши эмоции, могут некими способами управлять нами, нашими мыслями и чувствами. У каждого человека должно быть хотя бы пару таких дружков. Так как же, моей единственной причиной существования в этом мерзком мирке стала она? — С каких пор, это всё началось? Когда я впервые услышал её смех, — чистый и такой искренний, чёрт возьми... А может, всё дело в её запахе? Этот особый, еле уловимый запах стал для меня единственным способом дышать, и если бы не она, я был бы уже захоронен под землю? Я просто не могу не улыбнуться, когда вижу её озадаченное лицо, лицо на которое я могу смотреть вечность. Просто не могу не исказить лицо от испуга, когда она покидает меня всего лишь на минуту. Ха... Я чувствую что становлюсь параноиком, помешанным до ужаса на ней. И вся эта атмосфера, окружающая её и меня, так прекрасна. Чертовски прекрасна.. И дело даже не в хорошей погоде, или же успокаивающем закате, ярко залившимся через огромное окно. Она первая и последняя женщина, которая свела меня с ума.

Пенелопа...

Моя единственная проблема, моё единственное счастье, мой единственный страх, мой единственный трофей на всю жизнь... Если бы мне дали выбор, навсегда лишится конечностей или же жить без неё, то я бы без колебаний отдал бы и ноги, и руки, только бы не лишится моей единственной причины жить. Даже не смотря на то, что она капризна, временами несправедлива ко мне, а иногда и вообще и видеть меня не хочет, то я знаю наверняка. Она нужна мне. Нужна как воздух, который постепенно превращается в одурманивающий наркотик. Если у людей есть хотя бы пару людей которые могут с лёгкостью влиять на них, то у меня она лишь одна. Она для меня как вода человеку, который не пил всю неделю, как крылья, без которых не обойдётся ни одна птица, как единственное спасение для предателя. Изгибы её тела,её вздохи, выдохи, этот изумрудный цвет глаз, её взгляд направленный на меня, это всё сводит меня с ума. Чувствую, что в то же мгновение, я стану монстром, который заживо поглотит собственную возлюбленную. Эта одержимость, как я понял, не лечится, ведь как же ещё объяснить, что даже если она рядом, я всё равно хочу что бы она не покидала меня? Может, мне с самого начала нужно было признаться, что я психопат, помешанный на ней? О, я совсем забыл, что она и так считает меня сталкером, извращенцем, убийцей, психом, ублюдком, сумашедшим, террористом, монстром, одержимым придурком, и.. садистом? Точно, нельзя позабыть и про садистскую натуру. Невольно вспомнив её хмурое от недовольства лицо, я и сам не заметил, как опять усмехнулся и слащаво улыбнулся. — Как можно было опустится до уровня сукиных сынов, как ее братья? Наверняка, сейчас она бы меня отчитала за такие некультурные слова обращённые на её ублюдскую семью. До сих пор уму не постижимо, как она их вообще терпела? Как вспоминаю наглую рожу Герцога, хочу вмазать как следует, даже несмотря на его возраст и на то, что он всё ещё являтеся приёмным отцом Пенелопы. Больше всех меня до ужаса раздражали те уродливые мужчины, которые вообще думали, что они могут даже посмотреть на мою женщину. Жалкие попытки забавляли меня, когда они думали, что она может обратить на них свой прекрасный взор. Каждый раз, меня переполняла ужасная горечь в области горла, и в то же время, моё тело горело всплеском импульсивной ревности. Самое прекрасное, что есть в этом мире для меня, моя любовь, должна была принадлежать мне, и только мне, никому больше. Мне хотелось выколоть глаза тому старому Маркизу, и взяв свой меч и обнажив его, медленно резать тому сумашедшему Рабу пальцы его гадких ног и рук. Добиться расположения Пенелопы — было самой сложной в мире задачей для меня. Признаюсь, что если бы не она, я был бы уже скорее всего мёртв. «— Ваше Величество! Что за манера?! Как вы можете обращаться с людьми так?» Ах, а её тембр голоса, эта моя самая любимая часть. Если бы у меня была бы такая возможность, я бы немедля и даже не задумываясь о последствиях, насильно заковал бы её в наручники и спрятал бы куда подальше, что бы только я мог бы любоваться её неписанной красотой. И всё таки, может есть доля правды в её словах о том, что я чуток болен. Нет, не чуток, в этом я точно уверен. Я очень сильно болен. Более ею. Из моего рта опять вышла самоуверенная усмешка, я ждал, когда я смогу разделить с ней и эту тёмную ночь.